Браки совершаются на небесах

Корнелия впервые чувствовала себя так плохо: ее тело постоянно пробивала мелкая дрожь, а сердце било своеобразную чечетку, словно желая выпрыгнуть из груди и убежать куда подальше. С трудом держа чашку в руке, она подставляет ее под кран. Налив воды, она отставила кружку и принялась рыться в тумбочке, выискивая нужные лекарства. Вытряхнув из коробки четыре таблетки, Корни закинула их себе в рот и принялась запивать, жадно глотая воду. Прошел час после того, как они вернулись с Мередиана. Целый час молчания, друзья не проронили ни единого слова. Фобос был без сознания, и Калеб оставил его в спальне, предварительно переодев в домашнюю одежду. Вилл достала откуда-то пачку сигарет, и теперь сидела в зале на подоконнике, пуская горький дым в свои легкие. Корнелия же стояла на кухне, держа в руке пустую чашку. Ей хотелось пробыть там как можно дольше, чтобы избежать разговора о том, что же будет дальше. В дверном проеме показался Калеб, изрядно помятый и уставший. Он виновато посмотрел на подругу, делая шаг вперед. Замешкавшись, он все же решается и подносит экран телефона к лицу Корнелии. Та бегло читает заголовок, и стакан со звоном разбивается о холодный пол. Она смотрит на экран, чувствуя, как сердце уходит в пятки, и все вокруг исчезает. Горло словно схватили цепкие холодные пальцы, перекрывая доступ к кислороду. — Я не знаю, каким образом так получилось, — замялся Калеб, возвращая телефон в карман. — Видимо, не обошлось без помощи Фридриха и Элион. — Смерть Ирмы — несчастный случай на прогулочном катере? Я надеюсь, они не собственноручно потопили его, — прохрипела Хейл, пытаясь унять дрожь в руках. — Это лучшее, что могло быть, — виновато ответил Калеб. — Хотя бы не придется объяснять, что случилось на самом деле. — Серьезно?! — воскликнула Корнелия, непроизвольно сжимая кулаки. — Ее больше нет, это худшее, что могло случиться. Да, если бы она выжила, мы устроили бы ей взбучку, но она стояла бы тут, дышала тем же воздухом, что и мы. А теперь что? Где ее тело? На дне реки или неизвестно где? Где ее похоронят? Мы будем лишь догадываться. Не такого она хотела для себя. — Корнелия, успокойся, — Калеб прижал к себе подругу, с силой сдавив ее в объятиях. — Все позади. — Ты просто не прочувствовал всю ситуацию! — Корнелия оттолкнула от себя мужчину и, резко развернувшись, побежала из комнаты. — Настоящая королева драмы. Но Корнелия ничего не хотела слушать. Она молча прошла мимо Вилл, которая все также угрюмо смотрела в окно, и, открыв дверь в спальню ногой, вошла внутрь. На кровати безмятежно лежал Фобос, его лицо было спокойным, грудь медленно вздымалась и опускалась. Корнелию охватила злоба, она схватила мужа за руку и потянула на себя. — Просыпайся же ты, — шипела она, пытаясь растормошить Эсканора. — Я не хочу тебя больше видеть! Никогда! — Корнелия, успокойся! — в комнату вбежала Вилл. Она ужаснулась от состояния подруги, которая продолжала неистово теребить бессознательное тело Фобоса. — Калеб, помоги мне! Калеб сразу вмешался, оттащив Корни от Фобоса. Девушка заплакала и, опустившись на колени, прижалась щекой к стене, обхватив себя руками. Вилл с сожалением смотрела на подругу, не зная, как помочь в сложившейся ситуации. Калеб тоже чувствовал себя лишним в этой комнате. Он вышел в гостиную, закрыв за собой дверь, и сел на диван, надеясь, что Корни вот-вот успокоится.

* * *

В городе была предновогодняя суета: люди заполонили магазины, улицы были забиты попрошайками и санта-клаусами, которые желали всем счастливого праздника. Дни выдались совсем бесснежными и даже теплыми, поэтому новогоднее настроение поддерживалось бессмертными скидками на любые товары. Не обошлось без драк за люксовые вещи, которые отдавались почти даром, и почти все газеты города пестрили разными заголовками об одной и той же проблеме, которая раскрывала, на что же готовы жители ради дешевой покупки. Поправляя вязаную шапку, что связала ей мама, Корнелия пружинистым шагом медленно прогуливалась по аллее, слушая в наушниках позитивную музыку, наполняющую этот промозглый день нотками счастья. Улыбаясь прохожим, она рассматривала счастливые семьи, детей, которые, смеясь, бежали перед родителями, парочки, которые упивались выходным днем. Проходя мимо них, Корнелия чувствовала себя частью чего-то общего, несмотря на то, что она не знала никого, их объединял грядущий праздник, и от этого становилось легче на душе. Проходя мимо лавочек с пряностями, которые всегда устанавливали в парках, чтобы можно было погреться и перекусить, Корнелия остановилась на секунду, чтобы посмотреть время на телефоне. Повозившись с замком на кармане, она выудила телефон и покачала головой: ей казалось, что она гуляла всего двадцать минут, а на самом деле ее прогулка заняла почти два часа. — Добрый день, будете что-нибудь заказывать? — спросила миловидная продавщица у Корнелии. — Ой, да вы же та самая девушка с экрана! Мамочки, вот чего-чего, а этого я не ожидала! — Да что вы, не стоит, — смущенно улыбнулась Корни, доставая бумажник из портфеля. — Тем более меня уже давно нет на экране. Мне, пожалуйста, глинтвейн. — Сейчас, — девушка с энтузиазмом принялась стряпать заказ для звездной клиентки. — Не каждый день видишь Корнелию Хейл, ведущую новости с самим Феликсом Фишером! — Я проработала с ним всего-то две недели, — отмахнулась Корнелия, наблюдая за действиями девушки. — И знаете, я рада, что не особо долго задержалась на телевидении. Все же, писать статьи мне нравится гораздо больше. — Ох, очень жаль, что мы вас больше не увидим на телеэкранах, — покачала головой продавщица. Поставив на прилавок картонный стаканчик с дымящимся напитком и накрыв его крышкой, девушка выудила листок и протянула его Корни. — Пожалуйста, распишитесь. — Как вас зовут? — Клементина Бейх, — широко улыбаясь, ответила продавщица. — Спасибо, — получив листок обратно, девушка была вне себя от радости. — А глинтвейн за счет заведения. — Спасибо, — Корнелия взяла стакан и, улыбнувшись от столь необычного приема, продолжила свой путь. После того, как она вернулась с Мередиана, все переменилось. Корнелия переосмыслила свой взгляд на многие вещи, и теперь ее потеря памяти не казалась ей такой бессмысленной. Хоть она и не помнила того, что было с ней в тот период, девушка прекрасно понимала, что всем больше нравилась шестнадцатилетняя Хейл. Ведь новая была той еще сучкой. Но Корни работала над собой в этом направлении. Никаких пафосных высказываний на публике, дерзости при друзьях. Больше внимания она уделяла своей семье, помогла Лилиан с переездом в Австралию. Она даже полетела вместе с сестрой, чтобы помочь той обустроить домашнее гнездышко. После двухнедельного девичника с Хейл младшей, Корни вернулась домой к родителям, где почти каждый день проводила с отцом, помогая ему восстановиться после болезни. Свою квартиру она продала среднестатистической семейной паре, которая была счастлива урвать такое место за символическую плату. Было жаль расставаться с уютным гнездышком, но Корнелии не хотелось находиться в ней. Она не признавалась себе, но причиной продажи был Фобос. Ей не хотелось иметь ничего общего с ним. При воспоминании о бывшем муже что-то колыхалось в груди, но разум подсказывал ей верные решения. Калеб поселился в социальном приюте, где обучал девушек самообороне, а по пятницам и субботам проводил лекции для трудных подростков. Корнелия была очень рада за друга, было видно, что он нашел свое место в жизни. Вилл засела дома, занятая написанием книги сказок для детей, которая была основана на приключениях чародеек. Корнелия была рада за друзей. Она понимала, что у них впереди свое будущее, которое они строили своими руками. Хейл даже немного завидовала, понимая, что ее шанс что-то изменить уже прошел. Всему виной диагноз, о котором не знал никто из ее близких. Лечение она бы не потянула, поэтому девушка предпочла медленное угасание, приправленное исполнением маленьких целей перед началом конца. — Привет. Корнелия вздрогнула, услышав до боли знакомый голос за спиной. Оборачиваться не хотелось, Хейл старалась избегать напоминаний об Эсканоре, а тут он собственной персоной. — Привет, — нехотя протянула Корни, нервно сжимая стаканчик в руке. — Как я рад тебя встретить здесь! — воскликнул Фобос, обходя девушку кругом. — Ты так изменилась. — Ты тоже, — натянуто проговорила Корни, стараясь не смотреть на мужчину. — Ну, я только кончики подравнял, а ты себе волосы по плечи обрезала. Не жалеешь? — Зато не так заметно выпадение волос, — ответила девушка, переминаясь с ноги на ногу. — Чем занимаешься? — Да вот вышел за покупками, здесь недалеко снимаю квартиру, — радостно протараторил Фобос, показывая два полностью набитых пакета. — Спасибо твоему отцу, что перевел меня в фирму друга, иначе я не знаю, что было бы. — Папа благородный, — задумчиво сказала Корнелия, нахмурив брови. — Нашел себе уже кого-нибудь? — Не начинай, — усмехнулся Фобос, погрустнев. — Ты же знаешь, что в моем сердце есть место только для тебя. — Опять насмотрелся романтических фильмов. — Ну только если самую малость. — Я думаю, мне пора, — сконфуженно заявила Корнелия, пятясь от Фобоса. — У меня сегодня по плану доктор, нельзя опаздывать. — Подожди, Корнелия, — Фобос поставил на асфальт пакеты и, расстегнув верхнюю пуговицу пальто, вынул из внутреннего кармана маленький пузырек, который дала ему ведьма. — Он обычно лежал у меня дома, сегодня вдруг взял его с собой. Я понимаю, что твои дела плохи. — Мог бы и не афишировать, — Хейл заметно погрустнела. — Я бы все отдал, только бы провести с тобой это время, — сказал Фобос, с мольбой смотря на девушку. — Можешь ничего не говорить мне, только выслушай. Если ты почувствуешь себя совсем плохо, то просто выпей это. Тебе выпадет новый шанс прожить жизнь, это то, что тебе нужно. — Убери это, — Корнелия развернулась и быстрым шагом пошла прочь от Эсканора. — Нет, подожди! — Фобос нагнал ее и остановил. — Возьми это. Можешь и не пить, мне нужно лишь знать, что оно у тебя. — Хорошо, будь по-твоему, — Корнелия не стала спорить. Взяв флакон в руку, она внимательно посмотрела на него. — Это точно не яд? — Я никогда бы не дал тебе то, что могло бы навредить тебе. Корнелия поджала губу. Сейчас, находясь рядом с Фобосом, она поняла, что ей не стоило быть такой упертой после его выходки на Мередиане. В который раз она пошла на поводу у своих предрассудков, и вместо того, чтобы провести время с любимым, она просто проживала оставшиеся дни. — Не хочешь пройтись? — с надеждой в голосе спросил Фобос, не смотря на Хейл. Он закрыл глаза в ожидании ответа. Холодный ветер развевал его волосы во все стороны, привлекая внимание прохожих. — Давай! — неожиданно согласилась Корнелия и, неуверенно повернувшись лицом к Эсканору, сказала, чуть помедлив: — Только вот с пакетами неудобно, должно быть. — Можно забежать ко мне, я бы оставил их в квартире, — пожал плечами Фобос. — Хорошо. Парочка шла не спеша, слушая новогодние песни из колонок, весящих на каждом углу. Все тревоги сразу отступили, стоило Корнелии ухватится за локоть Фобоса, да так и держаться за него, чувствуя чужое тепло. Воздух будто стал совершенно другим, и, вдыхая его, она чувствовала себя легче. — Я скучал по тебе, — сбивчиво проговорил Фобос, не переводя взгляда на спутницу. — Было тяжело вернуться сюда и стать отрезанным от всего мира. — Мне было очень больно, — ответила Корнелия, ощущая свербящее чувство вины внутри. — Когда я умоляла Элион пощадить тебя, во мне что-то надломилось. Ты заставил пройти меня и моих друзей через такое, чего и врагу не пожелаешь. — Все должно было быть не так, — Фобос повысил голос. — Мы с Седриком все просчитали. Но ни один пункт не сработал. Не было сильной оппозиции. Никакой поддержки. — Ирма умерла на моих глазах, — Корнелия вздохнула, пряча руки в карманы. — Тут уже я виновата. Мои идеи зачастую заставляют людей вокруг меня страдать. — Тебя можно считать первой пострадавшей. Корнелия лишь нахмурилась. Ей и так было не по себе от неожиданной встречи, а тут разговор начал набирать неприятный оборот. Она отстранилась от Фобоса и остановилась, задумчиво рассматривая свою обувь. — Ты знаешь, это была плохая идея, — тихо промямлила Корни, неуверенно улыбаясь. — Может, еще и увидимся, в другой раз. Фобос ничего не успел ответить, как девушка развернулась и быстрым шагом перешла через дорогу. Он пару минут постоял, размышляя о произошедшем, а потом, пожав плечами, пошел дальше.

* * *

— Обязательно пригласим Корнелию в январе! — щебетала Вилл, расхаживая в красном шелковом халате по квартире. — Она будет счастлива, когда узнает, что мы сошлись с тобой! — Ты правда так считаешь? — без энтузиазма ответил Мэтт, исподлобья глядя на девушку. — Хотя, тебе лучше знать свою подругу. — Ну, не будь занудой, — Вилл запрыгнула на диван и уселась рядом Олсэном. — Давай что-нибудь посмотрим, — с этими словами она взяла пульт в руки и включила первый попавшийся канал. На телеэкране появилось радостное лицо Феликса Фишера, который скандировал про грядущий праздник. Мэтт нахмурился и, грубо выхватив пульт из рук Вандом, поспешил переключить канал. На вопрошающий взгляд девушки он лишь пожал плечами. — Буду я еще на него смотреть. — А мне казалось, вы были друзьями, — ответила Вилл. — А сейчас мы поговорим об открытии недели: Феликс Фишер представил нам своего бойфренда. Мы давно мечтали его увидеть, — радостно проговорила телеведущая с экрана. — Педик, — сплюнул Мэтт, прижимая к себе Вилл. — И с каких пор ты такой нетерпимый, — поинтересовалась Вандом, когда Мэтт в очередной раз переключил канал. — Не хочу это обсуждать, — ответил он, откладывая пульт в сторону. — Я устал, пойду спать. И это, уберись на кухне.

* * *

Когда в ванной комнате зажегся свет, Корнелия уже прошла к раковине и взяла из стаканчика свою зубную щетку. Она уже и не помнила, сколько месяцев она не меняла столь важное средство для гигиены. Ее взгляд остановился на стаканчике, где когда-то стояла голубая щетка Фобоса. Она сразу же вспомнила частые ссоры из-за того, что Эсканор забывал закрыть зубную пасту, а также постоянно ронял зубную щетку Корнелии на пол и, конечно же, не поднимал ее. Корнелия усмехнулась над своими воспоминаниями. Ее смешок прошелся по комнате, которая полностью погрузилась в тишину, и лишь вода, текущая из крана, разгоняла удушающую атмосферу. Корни чистила зубы, рассматривая себя в зеркало. Возможно, ей не стоило так запускать себя. Отказавшись лечиться, Корнелия запустила в себе механические часы, которые отсчитывали время, забирая жизненные силы девушки. Она выглядела гораздо хуже, чем когда-либо. Излишняя худоба, отчетливо видные синяки под глазами. А еще Корнелии совершенно не шло каре. Но назад дороги не было, и она не могла никак повлиять на то, что с ней происходило. Смахнув наступающую слезу, Корни ополоснула зубную щетку и, отложив ее, направилась в спальню. Стянув с себя теплые носки, она забирается с ногами на кровать, красиво раскладывая подушки. Корнелия легла, аккуратно расправляя платье. Она улыбнулась, смотря грустными глазами в потолок. Королева драмы, так ее когда-то назвал Калеб. И теперь она точно знала, что ей она являлась с самого рождения. — Если браки совершаются на небесах, то мы еще встретимся с тобой, Фобос. В руке она согревала маленький флакончик. Зажмурив глаза, Корнелия залпом выпила содержимое и отбросила сосуд на пол. Она морщится от неприятного запаха и привкуса на языке. Горький комок подступает к горлу, не давая девушке даже вздохнуть. Ее сердце бешено колотится в груди, глаза расширяются от боли, и Корнелия невольно вскрикивает, метаясь в агонии по кровати. Но через секунду Корнелии стало значительно легче. Она открывает глаза и проводит рукой по мокрой щеке. Она ожидала, что ее перенесет куда-то, но ничего не изменилось. Хейл с трудом поднялась на ноги и, пошатываясь, решила выйти из комнаты. — Неужели это был яд, — задумчиво пробормотала она, держась за живот, который все еще продолжал болеть. Открыв дверь, Корнелия обомлела. Все вокруг вдруг исчезло, и она стояла напротив зеркала в черной комнате. Девушка испуганно посмотрела на свое отражение. На ее глазах бледность отступала, исчезали синяки под глазами, а волосы со страшной скоростью начали отрастать. Хейл протягивает руку и касается зеркала. Его поверхность колыхнулась, словно водяная гладь. Корнелия глубоко вздыхает, и, цепляясь за края зеркала, проходит через него. Ее взору предстает невиданная еще кому-либо красота. Огромный каменный мост, которому нет ни начала, ни конца, сверху льются потоки воды, создавая собой стену вокруг моста и омывая бесконечный ряд таких же зеркал, из которого сейчас вышла Корнелия. Хейл ахнула, прижав ладонь к губам. — Я умерла, — бормочет она, чувствуя, как паника постепенно охватывает ее. — Добро пожаловать в бесконечность, — перед Корнелией вдруг появилась девушка с самым прекрасным лицом на свете. Ее глаза святились, излучая солнечный свет, волосы развивались на ветру, разнося по округе цветочный запах, а улыбка сразу погасила панику в сердце Хейл. — Я тебя уже видела, — Корнелия начала понимать свои видения. — Ты ведь Аври? — Да, но, пожалуй, кроме моего имени ты ничего и не знаешь. Позволь, я объясню тебе все, — она осторожно взяла Корнелию за руку и повела ее по мосту. — Невозможно сказать, сколько существует бесконечность — место, где пересекаются все существующие и несуществующие миры. Здесь начинается новая жизнь, но, когда приходит смерть, душа не возвращается сюда. — Но ведь я здесь, — непонимающе проговорила Корнелия, с любопытством разглядывая зеркала, мимо которых они проходили. — Этому есть объяснение. Я — земная девушка, и, когда меня забрали с Земли, чтобы я стала правительницей, моя мать попросила лишь об одном — дать шанс хотя бы одному человеку вернуться сюда. Я создала множество кристаллов, которые разбросала по всему миру. Кто-то создавал из осколков кинжалы, и, заколов кого-то, они знали, куда отправится умерший. Другие создавали зелья. — И что же теперь? — Корнелия остановилась, ожидая ответа Аври. — Посмотри внимательно через воду, — многозначно ответила она, приглашая девушку к перилам. Корнелия сначала видела только стену из воды, но потом ей удалось разглядеть точно такой же мост над водой. По мосту шла Аври, ведя под руку шокированного парня. Корни оторопела. Она помотала головой и бросилась к другой стороне моста. Там была та же картина: по мосту шла правительница, ведя под руку… Корнелию. — Там я! Как это возможно?! — Это ты из другого мира, — спокойно ответила Аври, подходя ближе к девушке. — Я хочу с ней поговорить! Мне нужно узнать, почему она здесь. — Здесь находится бесконечное множество мостов специально для того, чтобы никто не смог пересечься друг с другом. — А что мне тогда тут делать? Мне обещали новую жизнь, а дали скитания в этом непонятном раю?! — воскликнула Корнелия и тут же замолчала. Она стыдливо опустила глаза, чувствуя себя виноватой перед девушкой. — Здесь столько зеркал, выбирай любое, когда будешь готова, — сказала Аври, ничуть не злясь на Хейл. — И что тогда? — взволнованно спросила Корнелия, уже предугадывая ответ. — Ты родишься. И это будет твой второй шанс на жизнь. — Что же, я даже не знаю, что сказать, — усмехнулась Корни, потирая заднюю часть шеи. — Я пока присмотрюсь, — ответила она, наконец-то улыбаясь за столь долгое время. Оставшись наедине, Корнелия погрустнела. Она понимала, что ей никогда не вернуться обратно. В глубине души было желание найти зеркало, из которого она вернулась, но это было невозможным. Корнелия проходила мимо зеркал, рассматривая в каждом свое отражение. Ей нравилось та девушка, которую она видела там. И ей было больно от того, что больше никто не сможет увидеть ее.

Тебя может снести, И ты, возможно, не найдешь свой берег. Вокруг тебя сотни дорог, Открывающие новые миры. И, когда у тебя не останется желания жить, Ты увидишь солнце. Оно придаст тебе силы Идти.