Давай поможем друг другу 2

- Жалко ребят, - сказала вышедшая из кабинета медсестра. - А что случилось? – спросил я, вопросительно глядя на нее. - Да вот по глупости зачали ребёнка в шестнадцать лет. Оставлять себе, конечно, не хотят. Но тут их можно понять. Куда им? Сами еще дети. Вот они и решили найти семью, которая хочет усыновить новорожденного ребенка. Нашли такую семью быстро. Все шло хорошо. Только вот вчера они сказали, что все-таки хотят девочку, а ребята ждут мальчика… - с тяжелым вздохом закончила медсестра. – Нехорошо получилось… Парню рожать совсем скоро. Новую семью сложно будет найти. - Да, нехорошо, - утвердительно кивнул я. – А что родители ребят? - Они сказали, сами виноваты, пусть сами и разбираются. Не люблю людей, которые строят из себя строгих родителей, о сексе с детьми не разговаривают, а потом случаются такие последствия. Лучше бы они рассказали им, как контрацептивами пользоваться, чем компьютеры их проверяли, да сайты в интернете блокировали. Медсестра покачала головой и, поправив халат, посмотрела на меня. - А вы на прием по записи? - Э-м… нет. Я этажом ошибся, - ответил я. - А-а-а… - задумчиво протянула женщина и пошла в кабинет. Я еще немного постоял в коридоре, думая, как несправедлив мир, и затем медленно пошел на выход. Как приеду домой сразу же поцелую и обниму своих мальчиков. *** Неделя – это семь дней, 168 часов, 10080 минут и 604800 секунд. Неделя – это вечность. Нескончаемый поток времени. Иногда одна неделя может длиться дольше месяца. Всю неделю я каждый день ездил в больницу. Первым делом я отправлялся на четвертый этаж, к палате, номер которой я не забуду в глубокой старости. Я стоял там несколько минут, смотрел на дверь соседней палаты, в которую вошла или наоборот вышла женщина, супруга пациента. Я жутко завидовал ей. Сильнее, чем когда-либо в жизни. Затем я отправлялся на первый этаж к медсестре, чтобы узнать состояние мужа. На следующий день после моего первого визита Диме сбили температуру и отключили от аппарата мониторинга сердца. На второй день сняли маску искусственного дыхания. Теперь он мог дышать сам. На третий день около его палаты я встретил доктора Пари. Врач понимающе улыбнулся мне и подробно описал процесс лечения моего мужа. Но в палату так и не пустил. А тетке из соседней палаты даже дверь открыл. На четвертый день я долго ходил по больнице, пытаясь найти Антона. Я надеялся, может хотя бы он разрешит мне пройти в палату еще раз. Хоть на пару секунд. Данные, которые предоставляла мне медсестра, весьма радовали. Дима шел на поправку, только вот увидеть его все равно хотелось и убедиться, что с ним действительно уже все хорошо. Но вот Антона нигде не было. На пятый день мне удалось мельком увидеть мужа, когда медбрат выходил из палаты. О, а вот из соседней палаты «выплыла» довольная барышня. На шестой день я разговорился с женщиной, чей муж лежал в соседней палате. Оказывается, она тоже долгое время была не мечена, а ее муж просто магнит для всякого рода травм, увечий, заболеваний. В реанимацию ее тоже не пускали и она, как я сейчас, приходила просто постоять под дверью. Этого никто не запрещал. Вообще милая женщина. Она меня очень ободрила. И вот он седьмой день! Завтра или сегодня вечером, Диму переведут в обычную палату. Я так рад. Узнав жизненные показания альфы, я спешил домой обрадовать мальчиков, что скоро они смогут увидеть отца. На первом этаже около ресепшен я заметил беременного омежку, которого видел несколько дней назад. Он стоял с отцом-омегой и они о чем-то расспрашивали администратора. Я стоял достаточно далеко от них, поэтому точно не смог услышать, о чем они говорили, но примерно понял, что омега с родителем спрашивали о семье, готовой усыновить малыша. Администратор отрицательно покачал головой. Молодой омега понуро опустил плечи и присел на стоящее рядом со стеной сидение. Папа подошел к нему и успокаивающе погладил по голове. Бедные ребята…думал я, выходя из здания больницы. Как много у людей проблем… Когда с тобой случается неприятность, весь окружающий мир перестает для тебя существовать, сконцентрировавшись на одной проблеме, превратившись в крохотную черную точку на идеально-белом полотне. Эта точка не видна всем остальным, они ее не замечают, но ты не можешь оторваться от нее. Она притягивает к себе, отнимает все твоё время и все силы. А если оторвать от нее взгляд, поднять голову, можно заметить рядом с собой множество человек, уставившихся в свои «точки». Наверное, если бы все люди оторвались от своих проблем и посмотрели на проблемы своих соседей и нашли ту, которой они в силах помочь, то в мире бы появилось много людей, которые шагали бы с высоко поднятой головой, а не смотрели бы на «точки». Я вышел из здания больницы, подставляя лицо летнему солнцу. Ведь если бы Дима не помог мне несколько лет назад, то у меня бы не было ни Димы, ни Кирилла, и возможно, даже Яши. Приеду домой, обязательно крепко обниму своих мальчиков. А завтра и их непутевого отца. С такими радостными мыслями я поспешил к входу в метро. *** - Да, вы можете навестить мужа, - мило улыбнулся мне медбрат на ресепшен. Да! Эти слова были самыми желанными за эту неделю. Я взбежал по лестнице на пятый этаж и толкнул белую, холодную дверь с номером 502. Мне кажется, даже мое сердце остановилось на пару мгновений. Я тихонько вошел в палату. Дима дремал на больничной кровати, укрывшись тонким одеялом. Аппаратов вокруг него больше не было, только пульт управления кровати, которая приводилась в сидячее положение. Я осторожно присел на край кровати. Дима приоткрыл глаза и, увидев меня, улыбнулся. - Ты пришел, - немного хрипло сказал альфа. Я хотел что-то ответить, но услышав голос любимого мужчины, на меня нахлынуло столько эмоций, столько предложений закрутилось сразу в голове. Я хотел сказать, как я рад, что могу увидеть его, но тут же вспомнил, что чертовски обижен на него из-за метки, потом хотел рассказать, что дети по нему очень скучают. Но я только смог открыть рот и разреветься как маленький ребенок, уткнувшись в плечо мужа. - Ну что ты, маленький, - Дима успокаивающе погладил меня по спине. Мужчина пытался не подавать виду, что у него что-то болит, но я-то ощущал, как дрожит его рука на моей спине из-за напряжения. Я уже хотел отстраниться от него, так как не хотел лишний раз тревожить сломанное ребро, но альфа притянул меня к себе сильнее и укусил за основание шеи. - Ай! – я от неожиданности резко выпрямился и потер место укуса. – Метка? – я удивленно посмотрел на мужа. Дима улыбнулся и взял меня за руку. - Пока я лежал здесь, я понял, что хочу быть эгоистом и собственником. Я не хочу тебя отпускать и не отпущу ни к какому молодому альфе, - Дима поглаживал большим пальцем тыльную сторону моей ладони, а я водил пальцами по только что поставленной метке и понимал, что нельзя быть счастливее. - Ты ведь приходил ко мне, - неожиданно сказал Дима. - Да. Как ты догадался? - Я слышал твой запах. Он еще долго оставался в комнате. И еще доктор Пари что-то сказал молодому доктору по этому поводу. Но я был после наркоза, поэтому не очень понял, о чем они говорят. Так как ты прошел ко мне? – альфа с интересом посмотрел на меня. - Мне Антон разрешил, - ответил я. – Ну, биологический отец Яши. У мужчины удивленно округлились глаза, и он вскинул бровь. - Биологический отец? – переспросил альфа. Я ему пересказал все историю и наш разговор в подробностях. Дима внимательно слушал, иногда немного хмуря брови. - Он просил встретиться с Яшей? – спросил он меня, когда я закончил свой рассказ. - Нет, не просил, - я отрицательно покачал головой. Кажется, во всей этой ситуации Диму это заботило больше всего. Я крепче сжал его руку и погладил тыльную сторону его ладони. - А где этот Антон сейчас? – эта ситуация все не давала альфе покоя. - Не знаю, - честно ответил я, пожав плечами. – После того раза, когда он пустил меня к тебе, я пытался найти его, но мне сказали, что он временно проходит интернатуру в другом филиале больницы. А последнее время я вовсе про него забыл. - Ясно, - кивнул Дима. – Я рад, что он не захотел встретиться с Яшей. Нечего ребенка сейчас травмировать и рассказывать, что его отец вовсе и не его отец. И вообще никогда не надо рассказывать об этом! – кажется, мужчина уже нафантазировал себе кучу вариантов, когда Яше рассказывают, что биологически он не ребенок Димы, поэму альфа начал злиться и даже попытался принять более вертикальное положение, забыв о ребре. - Тихо-тихо, - успокоил я его, и аккуратно надавил на плече, заставляя его вернуться обратно. – Никто никогда не собирался рассказывать это Яше. Я уткнулся лбом в лоб мужа и потерся носом о его. Альфа успокоился и чмокнул меня в кончик носа. - Меня выпишут через три дня, - сказал Дима тихо. - Через три дня? – я выпрямился от удивления. – Так скоро? - Ну, за мной пока понаблюдают, так как меня только перевели из реанимации и если все будет нормально, меня выпишут. Из-за ушибов и сломанных костей меня нет смысла здесь держать, - улыбнулся мужчина. - Это же замечательно! – обрадовался я. *** Я просидел в палате у Димы, пока меня оттуда не выгнала медсестра, которая пришла делать уколы. Я спускался вниз по больничной лестнице и совершенно на автомате завернул на второй этаж. Я опять прошёл по яркому, расписанному коридору к кабинетам дородовой консультации. Я не знаю, зачем я пошел туда, и кого я там хотел увидеть. Хотя, знаю… Я хотел встретиться с тем беременным омежкой. Он мне отчаянно напоминал меня. Я понимаю, что наши истории отличались друг от друга, да и внешне мы не похожи, только вот я чувствовал в нем что-то родное. Может я сам выдумал это все, но хотелось приободрить и поддержать мальчика. Коридор был пустой. Да, было глупо надеяться, что он каждый день проводит в больнице. Я немного потоптался на месте и уже собирался уходить, как к кабинету подошла медсестра с какими-то медицинскими приборами. Я узнал в ней ту женщину, с которой мы разговаривали о том омежке несколько дней назад. - Извините, - окликнул я ее. - Да? – женщина обернулась ко мне. - Извините, я хотел бы узнать об омеге-подростке, который искал семью для своего малыша. Скажите, они нашли ее? Медсестра сразу как-то помрачнела и отрицательно покачала головой. - Нет, не нашли. - А когда ему рожать? – спросил я. Женщина тяжело вздохнула. - Вчера родил, - еще один тяжелый вздох. - Уже? – я очень удивился. - Да. Нервничал он сильно, что семью найти не могут. Вот и родил на неделю раньше, - покачала головой женщина. – А Вы, почему интересуетесь? Усыновить хотите? – она внимательно посмотрела на меня. - Да у меня своих двое… - растерялся я. - Ясно все с вами, - медсестра развернулась и уже собиралась уйти. - А… - неуверенно начал я. – Покажите мне его, пожалуйста, - все-таки попросил я. - Хорошо. Только инструменты занесу, - смягчилась женщина. Она открыла белую дверь кабинета и исчезла за ней на несколько секунд, но затем опять появилась. - Пойдемте, - она показала мне рукой нужное направление и уверенно пошла впереди. Я старался не отставать от женщины. Сделав буквально пару поворотов, мы оказались перед большой палатой, где содержали младенцев после рождения. Три стены палаты были наполовину стеклянными, чтобы можно было рассмотреть малышей. Маленькие «конвертики» лежали в кроватках стройными рядами и вокруг палаты толпились взбудораженные альфы, пытаясь из множества одинаковых младенцев найти своего. Мы с медсестрой прошли к боковой стенке и она показала на ряд кроваток, стоящих отдельно ото всех, около стены, которая была полностью бетонной и, где была дверь выхода. - Третья кроватка от нас, - сказала медсестра. Я посмотрел на нужную мне кроватку. На ней лежал маленький мальчик, повернутый к нам спинкой. Эта спинка была такой маленькой и хрупкой, что хотелось нежно провести по ней рукой и через это прикосновение дать понять, что ты рядом, и ты всегда защитишь. - Почему эти дети лежат отдельно? – спросил я, повернувшись к медсестре. – С ними что-то не так? Я имею в виду, они болеют? - Нет, что Вы?! – удивилась медсестра. – Просто отказники, - уже более понуро сообщила она. – Вот и не кладут их вместе со всеми. На них все равно никто не придет смотреть, а так они только отцов с толку сбивать будут. Я посмотрел на младенцев, которые спокойно спали и даже не представляли, что вместо родительского дома они попадут в серые стены приюта. У меня защипало глаза от слез. - Да Вы не переживайте так. Младенцев быстро забирают, - решила приободрить меня медсестра, увидев слезы в моих глазах. - Значит, и его тоже заберут? – с надеждой спросил я. – Ведь крепкий, здоровый малыш. В который раз за последний час медсестра тяжело вздохнула. - Он бета. Их плохо усыновляют. Люди весьма эгоистичны и те, кто не могут зачать ребенка по каким-то причинам всегда хотят усыновить малыша, способного к воспроизведению потомства. Вот такие дела, - женщина покачала головой. - А сколько они будут здесь? – спросил я, неотрывно смотря на крохотную спинку. - Отказники обычно лежат у нас неделю, а потом в дом малютки… *** Диме оставалось лежать в больнице три дня. Все эти три дня, что я приходил к нему, на выходе из больницы я обязательно заходил на второй этаж и, уверенно ориентируясь в коридорах, шел к палате новорожденных. Пробираясь через плотные толпы возбужденных родственников, которые с восторгом смотрели на своих малышей и от переполняющих их чувств иногда даже попискивали, я проходил к боковой стенке, откуда было хорошо видно маленькую кроватку с крошечным бетой. Все от той же медсестры я узнал, что омежка отказался даже просто посмотреть на ребенка. Я его прекрасно понимал. Зачем вообще предлагать посмотреть ребенка человеку, который его больше никогда в жизни не увидит? Я стоял каждый раз около десяти минут перед толстым стеклом и смотрел на малыша. Как ему можно помочь? Как им всем помочь? Я не знал ответа. Эти три дня пролетели очень быстро. Я был очень рад, что мой альфа скоро окажется дома, но одновременно с радостью во мне бушевало еще какое-то чувство… Я закатил инвалидное кресло, на котором сидел Дима в лифт. Со сломанным ребром ему, конечно, пока никто не разрешит ходить на костылях, да и физически это невозможно. Створки лифта закрылись, и я автоматически нажал на кнопку второго этажа. - Ты на второй нажал, - улыбнулся Дима, поглаживая меня по руке. - Я… Мне просто надо кое с кем попрощаться, - ответил я, крепче сжимая руку мужа. Лифт мягко остановился и пискнул, сообщив нам, что мы приехали на нужный этаж. Я выкатил кресло и повез Диму по красочному коридору к палате, которую, наверное, найду с закрытыми глазами. Мы проезжали коридор дородовой консультации, где я впервые увидел омежку, когда кто-то удивленно воскликнул: - Дима?! Мы остановились и повернулись на голос. В коридоре сидел и удивленно хлопал ресницами красивый беременный омега со светлыми волосами и тонкими чертами лица. Во французской больнице было весьма странно услышать свое имя, тем более на русском языке. - Жерар?! – не менее удивленно воскликнул Дима. Дима и омега какое-то время молча смотрели друг на друга. Я ничего не понимал и поэтому чувствовал себя рядом с ними неуютно. - Привет, - через какое-то время нарушил тишину омега. – Почему ты здесь? Что произошло? – омега выглядел взволнованным. - Авария, - коротко ответил альфа, продолжая рассматривать омегу. Дима остановил взгляд на его большом животе и пристально посмотрел на него. Омеге стало неуютно под его взглядом, и он инстинктивно прикрыл живот руками. - А знаешь, я ведь не бесплодный, - усмехнулся Дима. - Знаю, это у меня были проблемы, - тихо сказал омега. Жерар, вроде его так звали. Мне кажется, я где-то совсем недавно слышал это имя. – У меня были проблемы из-за постоянных диет и таблеток для похудения, - тем временем продолжил Жерар. – Я долго не мог забеременеть, но после курса лечения и после того как я встретил своего истинного альфу я все-таки смог, - на этих словах взгляд мужчины потеплел и он легко погладил живот. - Ну что же, поздравляю, - сухо сказал Дима. - Дима, я понимаю, что сделал тебе больно, когда ушел от тебя в трудный момент, но ты не один, кто страдал. Мне сейчас тридцать семь и ведь это мой последний шанс родить. А из-за плохой свертываемости крови я вообще не знаю, как все пойдет… Плохая свертываемость крови?! Неужели это омега Антона? Я за эти несколько дней совсем забыл про альфу, и мы с ним нигде не пересекались. - Я, правда, надеюсь, что ты на меня не сердишься, - сказал Жерар. - Я и думать забыл об этом, - ответил Дима. – У меня теперь своя семья и было бы глупо вспоминать старые обиды, - уже по-доброму сказал альфа. - Я рад, - искренне сказал Жерар и мягко улыбнулся. - Удачи! – сказал Дима. - До свидания, - попрощался я, и мы поехали дальше по коридору. - Мне показалось или вы знакомы? – спросил я у мужа. - Знакомы. Это омега, с которым я встречался и который бросил меня, узнав о моей якобы бесплодности, - хмуро ответил Дима. - Судя по имени и по легкому акценту, он иностранец. Как вы тогда познакомились? - Мы снимали рекламу новой модели автомобиля и пригласили моделей-омег для съемок. Жерар был одним из них. Так мы с ним и познакомились. Только почему мы сейчас встретились? Я действительно уже давно забыл о нем… - Значит, ему нужна была встреча. Он очень хотел, чтобы ты его простил, - предположил я. - Возможно… - Мы приехали, - я подвез Диму к боковой стенке. Стекло было встроено очень удачно, что даже сидячий Дима мог видеть большинство деток. Я прислонился рукой к стеклу. В этот раз малыш не спал и смотрел на меня своими большими карими глазками. Я улыбнулся и сдавлено прошептал: - Пока, малыш. Дима молча наблюдал за этим, а потом серьезно спросил. - Ты хочешь его усыновить? - Я… я не думал… Ты не против? – посмотрел на него я. - Нет. Ты ведь знаешь, как я люблю детей, - альфа тепло улыбнулся. *** Такси остановилось перед зданием аэропорта. Водитель помог Диме выгрузить наши чемоданы, потому что Дима все еще опирался на трость, а я же в это время высадил из машины Яшу, Кирилла и достал переносную люльку с Максимом. Мы наконец-то возвращались домой. Из-за Диминых переломов мы и так задержались здесь дольше, чем предполагалось. Да и родственникам нетерпелось поскорее увидеть нового члена нашей семьи. Попрощавшись с Валентиной Георгиевной и Альбертом Викторовичем, и оставив им котёнка, мы отправились домой. Мы собрались уже войти в здание, как кто-то окликнул меня. Обернувшись, я увидел как к нам приближался Антон с длинной коробкой в руках. - Привет! – он поздоровался со мной и кивнул Диме. Антон подошел к Яше и присел перед ним. - Привет, - поздоровался он с альфочкой. - Здравствуйте, - смущенно поздоровался Яша. Антон протянул ему коробку, которая оказалась упаковкой большой радиоуправляемой фуры. - Вау! – глаза альфочки загорелись. – Спасибо! Кирилл и Дима недовольно смотрели на них. Кирилл завистливо смотрел на брата и не понимал, почему машину подарили только ему. А Дима очень подозрительно смотрел на Антона. - Кирюш, - позвал старший альфа. – Я вам еще круче машины куплю, в которых вы сами ездить сможете. - Здорово! – малыш явно воодушевился. - Спасибо, - поблагодарил я Антона. – Только не стоило… - Я, правда, хотел это сделать, - Антон улыбнулся Яше. - А как у вас дела? – в свою очередь спросил я. - Все хорошо, - альфа широко улыбнулся. – Операция прошла успешно. У нас маленькая девочка. - Мы искренне рады за вас, - я улыбнулся в ответ. – Мы, наверное, уже пойдем. - Конечно. До свидания, - помахал он нам рукой. - Пока, - ответил ему я и, покрепче взяв люльку с маленьким бетой, поспешил за своими мальчиками, которые уже потихоньку двигались к зданию аэропорта. Иногда можно помочь человеку без особых усилий с твоей стороны. Ты, возможно, даже не поймешь, что помог кому-то. Однако это может полностью и навсегда изменить жизнь другого человека.