***
Тем временем, пока я лежу в обмороке, Норсен бороздит просторы Эквестрии. Зачем – неизвестно. Надеюсь, она скоро откроет эту тайну. Аликорн приземлилась неподалёку от Кантерлота. Нужно спрятать крылья, дабы избежать лишних вопросов. Ведь если Селестия прознает про это, добра и тортов от брата не жди. Мигом съест и не подавиться. Норс вздрогнула, представив себе, как Эйрус поедает её. Перед глазами стояла эта ужасная картина. Обезумевший единорог нападает на неё, разрывает на куски и, смачно причмокивая, пожирает. Отходя от шока, Лайтинг побрела по улицам Кантерлота, пристально вглядываясь в толпу пони. «Ну, где же они могут быть? – размышляла пони. – Каким образом я должна найти шестерых пони в Эквестрии? С таким успехом можно искать шесть иголок, закопанных где-нибудь в Вечнозелёном лесу». Она довольно долго прохаживалась по длинным улицам столицы, осматривала пони, заходила в магазины, маленькие кафе и роскошные рестораны. Поставленная цель казалась недостижимой. Обшарить всю страну в одиночку нереально. Да и навряд ли кто-либо из найденных вспомнит Норсен. Солнечная принцесса отчистила память разыскиваемым снежным пони. - И зачем я на это согласилась? – спросила сама себя Лайтинг. – Сейчас бы валялась в уютной пещерке и перечитывала очередную главу из писанины моего братца. Странно, что он так быстро вернул меня назад. Видимо, он совсем беспомощен в этих оковах. Лишившись последних сил, Норс присела за один из столиков в кафе. По старой привычке она заказала любимое лакомство – мороженое. Это очень удивило официанта. Он пытался втолковать пони, что есть мороженое в такой холод вредно, но та была неумолима. В свою очередь аликорн привела множество причин пользы холодного десерта. В конце концов, упрямый официант принёс вазочку с мороженым. Кончиком ложки Норсен захватила немного лакомства и поднесла ко рту. Она не решалась попробовать десерт, сомневаясь в его качестве. Пони то пристально разглядывала его, то нюхала, то подогревала его, то вообще пыталась разделить на атомы. Это жутко бесило весь персонал кафе. Лишь после слов повара: «Жри давай!», Лайтинг удосужилась съесть капельку лакомства и тут же начала кашлять. - Вы чем меня отравили? – воскликнула аликорн. – Это не мороженое. Это неизвестно что! Вы не получите ни монеты! Она со злости опрокинула стол и гордо ушла. Настроение было окончательно испорчено. Норс уже позабыла о задании брата, как вдруг сверху раздалось знакомое уханье. На голову пони упал свиток. Та подобрала его и просмотрела вверх. На фоне серого неба виднелась белая сова. - Спасибо, Сноу! – крикнула Лайтинг и развернула послание. «Моя дорогая сестрёнка! Где ты шатаешься, Дискорд тебя побери! Почему до сих пор нет никаких вестей? Ты нашла кого-либо? Судя по всему, ты забыла о том, что я тебе толковал целых полчаса. Для поиска воспользуйся специальным заклинанием, а не броди по городу без дела. И не вздумай пробовать местное мороженое. Оно невкусное. С любовью, твой брат Эйрус Айсвинд.» - Благодарю за подсказку, братик, - улыбнулась пони. – Но мне не охота этим заниматься. Пожалуй, я попрошу кое-кого заняться этим…***
- Она в порядке? - Не думаю. Она сильно ударилась при падении со второго этажа. Где я? Что за голоса мешают мне спать? Если я вообще спала. И о ком они говорили? Что происходит? И зачем столько вопросов сразу? Чтобы получить ответ хотя бы на один из них, я открываю один глаз, затем второй. Около кровати стояли принцесса Селестия и медсестра. Увидев, что я пришла в себя сестра спросила: - Как ты себя чувствуешь? Она мило улыбнулась мне. Чтобы осознать, болит ли у меня что-то, я повертелась на кровати, пошевелила копытами, ушами, затем крыльями. Меня пронзила резкая боль. - Всё нормально, только крылья жутко болят, - ответила я, с шумом падая на кровать. - Конечно, болят. Ты упала на спину, вследствие чего одно крыло сломала, а другое сильно ушибла. В тот момент я заметила, что мои крылья были забинтованы. Полетала, называется. Я ж не специально. Видимо, мне надо меньше бегать от Твай. Такими темпами и повеситься недолго. Интересно, а в какой мир я попаду, став дважды самоубийцей? - Могу я поговорить с Джулай наедине? – спросила Селестия, обращаясь к медсестре. Та кивнула головой и вышла. В тот момент мне хотелось кричать: «Постой! Не уходи! Не оставляй меня с ней наедине»! Ох, как я не люблю такие моменты. Серьёзные душещипательные разговоры – не моё. Потому что во время них мне сильно хочется спать. Или ржать в голос. Особенно, когда ругающее меня существо уже на грани взрыва и начинает повторяться, запинаться, заикаться… - Рейнбоу Джулай, ответь мне, почему ты выпрыгнула из окна сегодня утром? Ты сделал это специально? - Нет. Я просто думала, что полечу. Я всегда мечтала научиться летать. Всегда мечтал узнать, каково это трогать облака, чувствовать, как ветер треплет твою гриву в полёте, как часто-часто бьётся сердце и звёзд можно коснуться копытом. Я перечисляла всевозможные действия, совершаемые на лету. Я старалась говорить искренне, правдиво, слегка мечтательно, чтобы принцесса поверила мне. Она в свою очередь слушала меня внимательно, не пропуская ни одного слова. Дослушав моё враньё, она задумчиво произнесла: - Думаю, я смогу научить тебя летать, как только твои крылья заживут. Ты действительно хочешь этого? Она посмотрела на меня. Казалось, она заглядывает внутрь меня. В её сиреневых глазах отражались лучи солнца. Или мне казалось. Принцесса улыбнулась. В этот момент я была готова хоть тысячу раз выпрыгнуть из окна. Селестия казалась мне такой милой. Так хотелось взять её и потискать. - Да, - призналась я, улыбаясь в ответ. - Хорошо. Ты свободна. Но за твои выходки ты наказана. Месяц за пределы дворца не выходить! И навести Твайлайт, если тебе дорога ваша дружба. Она сильно переживает из-за твоего падения. Даже собралась домой. Я нехотя встала с кровати. Признаюсь, с Твайлайт мы не самые лучшие подруги, но, как говориться, друзьями не разбрасываются. Я пересекла коридор, улавливая в воздухе нотки бананов и ванили. Что это может значить? Конечно то, что нам с Твай удастся замять торт. Если мы помиримся. Вот она – заветная дверь лилового цвета, усыпанная звёздами. Помню, как Спаркл мучилась, разрисовывая её. Она так старалась, что вся замаралась краской. Я и Скарлет три часа её отмывали. Я тихонько постучала и вошла. Твайлайт сидела на кровати, не замечая меня. Около неё лежал чемодан. Вещи единорожки были разбросаны по всей комнате. Депрессия… Я сажусь на край кровати спиной к подруге. Она прекрасно знала, что это я, но не произнесла, ни слова. И я молчала, пытаясь подобрать правильные слова, как назло разбежавшиеся и заблудившиеся в потёмках моей памяти. - Так, ты не расшиблась, выпав из окна? – спустя пару минут спросила Твайли. - Не-а. Это была жалкая попытка взлететь, а не окончить жизнь самоубийством. И как я могла забыть о том, что не умею летать. Просто с тех пор, как ты выучила заклинание на телепортацию, от тебя не скроешься. - Разве ты пыталась спрятаться от меня? - Вообще, да. Не понимаю, зачем я это делала. - Ты меня боишься? Неужели я настолько ужасна? - Нет, что ты… - Мне нужно уехать отсюда. Немедленно. И уйти из школы. У меня не никакого таланта к магии и никогда не было. Спаркл спрыгнула с кровати, взяла чемодан и, попутно запихивая в него вещи, подошла к двери. Я понимала, что надо её остановить. И знала, что она упряма, как баран. Поэтому я выкрикнула, пожалуй, самые подходящие слова: - А там банановые торты привезли. Твайлайт замерла в дверях. Хоть бы подействовало, иначе Селестия меня с потрохами съест. Ну, или заточит во дворце навечно. Буду призраком, пожирающим торты. - И ты думаешь, что я на это поведусь? - спрашивает она. - Ага, - ответила я, ехидно, улыбаясь. Твай медленно повернулась. Её рог загорелся. Мысли роились у меня в голове. Что у неё на уме? Что сотворит эта безумная пони? Сердце упрыгало куда-то в задние копыта, и оттуда до меня доносился его стук и нытьё. Подруга растворилась в воздухе. Мне конец! В следующую секунду она нависла надо мной. Я закрыла глаза. - Пошли, - сказала Спаркл. - Прости, что? – переспросила я. - Пошли торты поедать, горе ты моё морковное. Мы выбежали из комнаты. Стараясь не шуметь, я и Твайлайт пробрались на кухню. Благо, никого из поваров не было. Поэтому мы сразу приступили к делу, выбрав самый крупный десерт из всех. Умяв его, подруга принялась за следующий торт, а я подошла к окну, чтобы передохнуть и насладиться видом. На дворцовой площади пони дружно и организовано ставили ёлку. Помню, как это было у нас. Тогда маме вздумалось прогуляться, и она вытащила меня из дому. Было до жути холодно. Но если мама гуляет, то это часа на два – три точно. И вот мы вышли на площадь. А там: крики, вопли, ругательства, беготня. Мы думали, катастрофа, какая. Оказалось – ёлку ставили. И смех и грех. - Посмотри, Твайли, какая ель чудесная! – окликнула я подругу, наслаждаясь картиной. - Ты это, не философствуй, - отвлекла меня подруга. – Жуй, давай, их тут десятка два, не меньше. Я одна и до Дня Согревающего очага не управлюсь. Пришлось оставить созерцание подготовки к празднику и присоединиться. Умяв ещё пару тортов, мы всё-таки взяли небольшой перерыв. Поочередно глотая воду из хрустального графина, мы смотрели на трудящихся пони. Ель установлена и украшалась. Скорей бы уже послезавтра. Не терпится узнать, как пони празднуют Рождество. И очередной торт на подходе. Куда в нас столько влезает? Может, у нас по два желудка, может десерты такие легко влезающие в животы юных кобылок. Мы настолько увлеклись, что не услышали разговор и стук копыт. В комнату вошёл высокий жеребец. На его голове красовался поварской колпак с изображением солнца с кьютимарки принцессы. Увидев нас, он чуть не грохнулся в обморок, но вовремя успел ухватиться за край стола. - Святая Селестия! – воскликнул он со слегка различимым французским акцентом. – Только не эти пони! Я и Твайлайт застыли. Крем стекал с наших мордочек и падал на стол. Мы пойманы на месте преступления. Не представляю, что нас ждёт дальше. Вот так банановые торты спасли нашу дружбу и окончательно лишили нервов королевского шеф-повара…