Не дано этому названия.

Рейта сидел и пил… Вроде как он не алкоголик. И сегодня не 9 июня. Почему он столько пьёт? Ладно, не важно. Но факт оставался фактом. Видимо завтра будет похмелье. На радость этим троим завтра у всех выходной. И всё-таки, по исходу меньше всех выпил Аой. И был потому самый трезвый. Так как Кай и Рейта вовсю хохотали на весь бар и уже чуть ли не целовались, вместо того, чтобы чокаться. Аой встал со своего места. Парни посмотрели на него. — А ну платим и идём отсюда, хочу курнуть. — Ааа… — синхронно протянули эти двое. Они заплатили и пошли на улицу. Уже темно, они зашли за какой-то угол, где еле-еле светил фонарь. Стояли там и курили. К ним подошли четверо каких-то парней. — Ой, смотрите-ка, это же газетты! – сказал один из них, громко смеясь и покачиваясь. По этим людям сразу было видно, что они пьяны, похлещи Рейты, он хотя бы стоял на ногах, а эти вообще не стояли, один из них упал, но тут же поднялся. Рокеры культурно промолчали, хотя так хотели, что-нибудь ответить. Парни спокойно докурили и собирались уже уходить, как эти ублюдки подошли к ним, один развернул к себе басиста и, лыбясь, всеми двадцати восьмью зубами сказал: — И чего это мы уходим? Вы кем себя тут возомнили? В этот момент Рейта не сдержался, не будь он пьяным, он бы молча развернулся и ушёл, но тут он молча бьёт в рожу этого пьяницу. Тот падает на землю и тоном выше говорит: — Нет, ребята! Они охренели! — Рейта пошли, — позвал Аой. — Никуда я не пойду. В общем, завязалась драка. Правда, дрался только Рейта, Аой и Кай пытались его оттащить. Среди этих четырех мужчин, которые к ним подошли, был один качок, который, видимо, каждую неделю тягал железо. Вот он и набил немного лицо Рейте. Но басист не отставал, он сам не хило их отделал. Потом послышались звуки полиции. Эти четыре пьяня, убежали, а Рейту одногруппники потащили домой. У Урурхи с Руки всё скромнее. Они завезли мотоцикл обратно в гараж и пешком пошли домой. Наутро, у всех троих гуляк было похмелье. Кай спокойно спал почти весь день, а вот Аой и Рейта… Уруха проснулся часов в десять, половине одиннадцатого. Позвонил Аою. Там-то он и спалился. Уруха пожалел его и отстал. Квартира Рейты. Запах сигарет. Один ботинок в коридоре, другой у двери в спальню, где наш басист лежит в одежде, только без куртки, и спит. Крепко спит. Ему уже звонили Аой, Руки, Кай… Он не слышал. Ссадины на его бледном лице. На губе и возле глаза ссадины. Необработанные. Немного щипят, поэтому во сне гитарист хмурит брови. Кулаки все исцарапаны. Вот наш соня соизволил проснуться. Нехотя разлепил глаза. Лежал, минут пять, потом поднялся и посмотрел на часы. Ого, уже час. Голова ужасно болит, кулаки ноют, бровь и губя щипят. Рейта дотронулся пальцем до брови, о чём тут же пожалел. Он разделся и собирался идти в ванную, как тут звонок в дверь. Парень удивлён. Так и не приведя себя в порядок, пошёл открывать. У входа стоял шокированный Руки. — Чего тебе не спиться? – спросил, ухмыльнувшись Рейта. Вид у парня был болезненный. — Хотел пригласить на утреннюю прогулку… Что с тобой? – Руки вошёл в квартиру, закрыв за собой дверь. — Да так… — прохрипел Рейта и, помассировав виски, пошёл в ванную, — Проходи в гостиную, я сейчас умоюсь, и мы погуляем, — парень закрыл за собой дверь и встал за ней, ему было всё так лень. Руки подошёл к двери, за которой стоял Рейта и сказал: — Сначала, ты мне всё расскажешь, – и ушёл в другую комнату. Гитарист вздохнул и пошел умываться. Через десять минут пришёл к Руки и уже более или менее был похож на живого. Присел рядом. — Перепили вчера? – поинтересовался вокалист, взглянув на парня. Тот кивнул. Руки дотронулся до раны возле глаза, Рейта немного дёрнулся. — Тебя побили? – спросил Руки и тут же его взгляд упал на кулаки Акиры. Увидел, убедился… «Руки… пожалуйста… только без нотаций, у меня и так голова лопается… Я уже наказан,» — мысленно умолял басист. Руки же тяжело вздохнул и снова посмотрел на Рейту. Тот был бледнее, чем обычно. — У тебя болит голова? — предположил вокалист. — Немного. — Эх… — выдавил Руки и обнял парня. Рейта был немного в шоке. Он опустил голову на плечо Руки. Какой он тёплый. Приятное ощущение пробежало по телу гитариста. Как он давно жаждет этого чувства. Акира немного наклонился и поцеловал вокалиста в лоб. Тот поднял на него голову. Рейта прильнул к его губам. Он думал, что если поцелует его, то никогда не дождется ответа. Но нет. Руки ответил, можно сказать, сразу. В голове парня крутились мысли. Неужели Руки согласится на секс? С чего вдруг он согласится? А тогда нет? Испытать попытку или остановиться? Рейта понимал, что если снова воспользуется положением, то может всё вылиться в обиду. Но гитарист так хотел, так любил, что рискнул и начал заваливать Руки на спину. Тот упёрся рукой в диван, не давая себя уложить. Рейта недовольно на него посмотрел. Вокалист отрицательно помотал головой. — Не начинай снова... Некая злость кипела в Рейте. Он совсем не понимал своего друга. — Но я хочу… — Рейта убрал препятствие, парень сразу оказался под ним. — А я нет…