Мы перевернули мир

Я всегда чувствую себя счастливым. Ты знаешь, почему? Потому что я ничего ни от кого не жду. Ожидания всегда боль... Жизнь коротка... Так что люби свою жизнь... Будь счастлив... И улыбайся... Перед тем, как говорить, слушай... Прежде чем писать, думай... Перед тем, как тратить деньги, заработай... Перед тем, как молиться, прощай... Перед тем, как делать больно, почувствуй... Перед тем, как ненавидеть, люби... Перед тем, как умереть, живи! Почему иногда так трудно произнести "Я прощаю тебя"? Даже когда знаешь, что определенно чувствуешь это, что нуждаешься в произношении этих слов. Горло лишь сворачивается в толстый узел, ты каменеешь, не в состоянии сказать вовсе ничего. Сказать "я прощаю" означает признать некого рода слабость, признать это не только для себя, но и показать это окружающим. А чтобы признаться в слабости, нужна смелость, как бы запутанно это не звучало. Жизнь Мариссы перевернулась слишком круто с тех пор, как она узнала о том, что у неё есть мама, живая и самая настоящая. Так думала она. Но на самом деле все изменилось в тот самый момент, когда она ступила на территорию этого колледжа. Все уже не могло быть прежним, потому что теперь менялась она сама. Тех, кого девушка называла друзьями, стали ей чужими. Тех, кого считала врагами, стали близкими друзьями и подарили ей любовь. Тех, кого она считала не существующими, влетели в её жизнь словно ветер. Теперь все стало не так как было раньше, и ничего не вернуть вспять, не смотря на то, стало ли это хорошим изменением или нет. Мия и Мари часто закрывались в своем укромном местечке, ведая друг другу тайны, которые боялись раскрыть другим. В этом месте, прозвучалим первые слова любви, но не тем, кому они должны были быть предназначены. Колуччи влюблена безответно. Он ненавидит её, он призирает её, он даже не смотрит в её сторону. И ей было четко ясно, что она не может изменить его отношение к ней, в нем навсегда останется память о кукле, которой она себя мнила еще месяц назад. Больше никаких унижений, никакой дивы, больше не было блеска в её глазах от того, что она на вершине, потому что она упала...упала вниз с высоты, на которую так долго поднималась. Упала сама, сделав просто шаг вперед, влюбившись в того, кто не сможет ответить ей тем же. Марисса отказывалась принимать любовь, которая грела её сердце теперь. Она понимала, что молчанием убивает те чувства, что они с Пабло были готовы подарить друг другу. Но страх перед будущим, страх от того, что когда-то все станет не так прекрасно, как видится сейчас, поглощал её. Мысли в голове путались, стоило ей только взглянуть в его сторону, стоило словить его взгляд, осознать, что дышит с ним одним воздухом. Эхом отбивалась в голове лишь одна фраза... я люблю тебя. Но губы отказывались произносить этого вслух. Она лишь отталкивала его с двойной силой, отворачивая голову, когда проходила мимо него в коридоре. Все стало таким глупым, нелепым, странным. Все стало другим, чужим и ненавистным. Она больше не была сильной девочкой, больше не была воином, больше не сопротивлялась. Но уже произошедшее не было последней каплей разочарования в её жизни. Смерть сломала её окончательно. Она столкнулась с ней лицом к лицу, новая потеря, новое разочарование, испытание, которое сломило её навсегда. Обрести маму и потерять её снова - нельзя представить судьбы хуже. Автокатастрофа, чья-то спешка, чье-то не внимание. Момент. Момент, который не вернуть, который не исправить. Момент, который испортил все. Момент, который разрушил жизни. Момент, который искалечил душу. Она сидела в пустом коридоре на полу, обхватив себя руками и громко плакала. Пусть увидят все, кто будет бродить по колледжу в субботнее утро, пусть расскажут остальным, пусть объявят об этом всему миру. Ей было плевать. Больше терпеть не было сил, больше держать маску она не могла. - Я всегда буду рядом с тобой, - не понятно в какой момент Пабло оказался сидящим на полу рядом с девушкой. - Я никуда не уйду. Я никому тебя не отдам. Я никогда не оставлю тебя одну, - шептал он девушке, упершись лбом в её затылок и склонившись над ней. Его руки обвили её хрупкое тело, он прижал Мариссу к себе, пытаясь оградить её от внешнего мира, прикрыть её собою, спрятать... - Отдай мне свою боль, - снова его шепот. Девушка выбралась с его объятий и подняла на Бустаманте голову. - Отдай мне все плохое. Я заберу твою боль, я заберу все, что когда-либо причиняло её тебе. Я хочу уберечь тебя, я хочу... - договорить парень уже не смог. Её губы коснулись его губ. Всего на мгновение. - Я люблю тебя, - прошептала Марисса, пока слезы продолжали катить с её глаз. - Только ты заставляешь меня жить дальше. Приходи на меня посмотреть. Приходи. Я живая. Мне больно. Этих рук никому не согреть, Эти губы сказали: «Довольно!» Каждый вечер подносят к окну Мое кресло. Я вижу дороги. О, тебя ли, тебя ль упрекну За последнюю горечь тревоги! Не боюсь на земле ничего, В задыханьях тяжелых бледнея. Только ночи страшны оттого, Что глаза твои вижу во сне я.