Дурное воспитание

- Не могу поверить, что действительно променял нормальный секс на это с тобой, - тихо сказал Моран, целуя, облизывая, покусывая губы Джима, и прижал его к стене сильнее, подтягивая выше за шиворот джемпера. В ответ Мориарти стиснул его острыми коленями крепче, задыхаясь, с силой натягивая металлическую цепочку от жетона на его шее, заставляя Себастиана задыхаться тоже. Одна девушка из класса, которая еще примерно месяц назад очень ему нравилась (даже больше, чем Рич), пригласила его сегодня прогулять последний урок литературы у нее дома. И Моран действительно его прогуливал – зажимая Мориарти у стены в мужском туалете. Какого-то черта этому ублюдку нужно было попасться по пути, когда Себастиан уже почти поверил, что вырвался из этих… отношений, и теперь он сжимал его ногами, утягивая обратно в пучины безрассудной похоти, пока Моран дрочил им обоим. Вообще-то изначально он был не против нормального секса с Джимом (даже в мужском туалете), но, когда обнаружилось, что смазки у них нет, Себастиан осознал, что на самом деле готов на любую близость, лишь бы это был он. - Я – единственный, кого ты хочешь, - прошептал Джим. - О, да… - Себастиан уткнулся носом ему в ухо, содрогаясь от подступающего оргазма. Джим толкался бедрами, и все время приходилось снова вжимать его в стену, чтобы они не упали. В тот момент, когда Моран уже почти подошел к самому краю, Мориарти отцепил влажную руку от его плеча и переплел пальцы с пальцами Себастиана, судорожно сжимавшими их члены. Это было… Очень страшно. Моран зашипел, зарычал, из глаз почему-то брызнули слезы, и он чуть не выпустил Джима из рук. Выругавшись сквозь зубы, Мориарти впился в его рот грубым поцелуем, не позволяя Себастиану замедлить ритм. В уши словно засунули вату – Себастиан не слышал даже собственного дыхания, он лишь почувствовал телом, как Джим кончил, с силой выгнувшись. Бешено моргая, словно это могло помочь, Моран крепко обнял его, утыкаясь носом в шею, судорожно дыша. Ноги Джима ослабли, и он скрестил их ниже, на бедрах Себастиана, лениво поглаживая его по спине. Морану было плохо. Он осторожно опустил Мориарти на пол и прислонился лбом к холодной стене рядом. Не было сил даже застегнуть брюки. - Ты в порядке? – лицо Джима не выражало обеспокоенности, он был взъерошенным, усталым и хмурым. - Да… Да, - язык заплетался. Себастиан привалился к стене плечом и с трудом начал приводить себя в порядок. Мориарти сложил руки на груди, недоверчиво наблюдая за ним. – Наверное, давление упало. - Отвезти тебя домой? - Ты… - Моран поднял взгляд. Джим смотрел абсолютно серьезно. – Умеешь водить? - Я много чего умею, - Мориарти усмехнулся и потянул его за руку. – Пойдем, пока не начался перерыв. И падать не смей. Спустя двадцать минут Себастиан успешно оказался на пороге родного дома, но лучше себя не почувствовал. На уши все еще давило, голова кружилась, и он начинал бояться, что от оргазма его переклинило, и все теперь так и останется. Он ввалился в дом и вмазался в стену, прислоняясь к ней головой. Джим за спиной цокнул языком и снова подхватил его под руку, чтобы затащить в комнату. - Не знаю, что я с тобой сделал, но, на случай если ты сдохнешь, мне нужно уничтожить улики, - Моран упал на кровать и попытался помочь Мориарти раздеть себя, но получалось не очень эффективно. Пока Джим расправился со всем, он запыхался. Себастиану тоже почему-то стало жарко, а еще его затошнило, и меньше всего в эти мгновения ему хотелось находиться в одной комнате с Джимом. В глазах потемнело в тот момент, когда Мориарти принялся натягивать на него домашние штаны. Было видно и слышно все меньше и меньше, и, в конце концов, Себастиана поглотила пустота. Очнулся он, как показалось, в следующее же мгновение, когда голову придерживала рука, а нос ощущал резкий запах нашатыря. Он фыркнул и попытался увернуться, но рука не позволила ему это сделать. Себастиан открыл глаза и увидел перед собой до черта напуганного Джима. Впрочем, выражение его лица тут же сменилось на то же устало-презрительное, что и раньше. - Это был обморок, - сообщил он, опуская его голову на постель, и встал. Краем глаза Моран увидел, как Мориарти эмоционально всплеснул руками и потер рукавом лицо, делая по несколько шагов то в одну, то в другую сторону, и услышал, как он пробормотал что-то нецензурное. Его пробирала дрожь. Было очень, очень холодно. - Пожалуйста, - хрипло сказал Себастиан, - накрой меня чем-нибудь. Ему казалось, что он не может пошевелиться. Засуетившись вокруг, Джим приподнял его за плечо, немного подвинул в сторону изголовья и, вытащив большую часть одеяла, накрыл Морана им. Потом встал, прижимая руки ко рту, словно вытирая щеки, рот, подбородок, и, наконец, хмуро выдал: - Я сделаю тебе чай. Когда Джим исчез из поля зрения, Себастиан вволю предался шоку. Он никогда в жизни не испытывал такого сильного и странного оргазма, и, вероятно, именно поэтому у него упало давление, в результате чего произошел обморок. Нужно было посидеть в школе еще немного, тогда такой унизительной дурацкой ситуации не случилось бы. А теперь он валялся в постели, и Джим Мориарти делал ему чай. Из всего этого можно было сделать вывод – любые связи с этим человеком не приводят ни к чему хорошему. Ты начинаешь врать всем вокруг, таскать трупы в его комнату, а потом падаешь в обморок у него на глазах. Моран готов был сгореть от стыда и, видимо, поэтому к тому моменту, как Мориарти появился в комнате с кружкой в руках, был уже почти в порядке и даже смог сесть. Пожалуй, ему было бы стыдно за такое даже перед Ричем, а уж перед Джимом… Это было невыносимо. Себастиан глубоко вздохнул, приготовившись что-то сказать, но Мориарти поморщился и не позволил ему открыть рот: - Моран, поверь, после того, что между нами было, один маленький обморок меня не смутит, - он поставил кружку на прикроватную тумбочку и, скинув ботинки и стянув школьный джемпер, залез с ногами на постель. Себастиан снова почувствовал слабость и откинулся на подушку, не отрывая взгляда от Джима. Тот внезапно достал что-то из кармана брюк и принялся это меланхолично жевать. - А ты испугался, - Себастиан взял кружку в руки и посмотрел в нее. Что-то шло не так. - Слушай, когда здоровый парень, на котором целая куча твоей ДНК, решает без видимых причин отрубиться, можно занервничать, - Джим вскинул брови. Моран протянул ему кружку, усмехаясь уголком губ. – О боже, ну ты и ссыкло. Он сделал несколько глотков и отдал чай Себастиану, вытирая мокрые губы ладонью. На самом деле Моран был уверен, что в кружке – обыкновенный чай, но позлить Джима было приятно. Напустив на себя самый скучающий вид, Мориарти огляделся, встал на колени, выбрал книгу с полки над постелью и лег Морану под бок, раскрывая ее. - Ты надолго собираешься здесь задержаться? - А ты долго собирался трахаться с той девицей? – не отрывая взгляда от книжных страниц, промурлыкал Джим. - О господи, - Моран отвел взгляд от его сосредоточенно наморщенного лба и глотнул из кружки. Джим поднял голову. – Да ты ревнуешь. - Моран, - Мориарти устало закатил глаза и положил голову обратно на подушку. – Ты мог трахнуть девушку с такими сиськами, что вся женская часть школы готова ее растерзать. Ты уже уходил с ней, а я просто случайно прошел по коридору мимо вас. Сейчас ты лежишь рядом со мной. А теперь ответь – ты серьезно считаешь, что у меня есть повод ревновать? Себастиан снова посмотрел в кружку. На дне лежал едва различимый сахарный осадок, и допивать было слишком противно. Что-то определенно шло не так.