Ах, этот фокус..

Перед глазами ведьмы промелькнули несколько кровавых и красочных моментов, они были действительно удивительными по ощущениям, видимо кинжал так же передавал часть эмоций испытанных хозяином. Эмоции будоражащие кровь, прилив адреналина, счастье, безумие. Это своеобразное чтение было прервано болью, в порыве получения большей информации, ведьма неосознанно схватилась второй рукой за лезвие, которое незамедлительно подарило девушке кровоточащий порез на руке. Такая острая и холодная сталь, и такая теплая кровь. Каждый из людей когда-либо получал порез, каждый проливал хоть каплю крови, но это.. Да, это больно, но в этой ситуации, чувство боли заставляло испытывать отголоски чего-то сокровенного, интимного, манящего. В голове закрутились красочные и невообразимые сцены, как кровь, словно в танце, извергается из раны, страстно желая обагрить холодный клинок, подарить ему тепло и утешение, на мгновение.. Шут цыкнул и покачал головой. — Я начинаю думать, что вы делитесь с ним чем-то большим, чем со мной. Он задумчиво поднес руку к щеке, не нарушая «кровавой» сцены. Отложив кинжал, ведьма принялась вылизывать свою рану. Странное зрелище. Этот дуэт решил заночевать в местной гостинице, без сюрпризов, в подозрительном молчании, они провалились в сон. Тишина перерастала в устрашающий, утробный шум, словно кровь по венам текла слишком сильно, быстро, громко.. Биение сердца учащалось, все громче и громче, пугая, заставляя панику нарастать и испытывать ужас. Невыносимое чувство! «Проснись! Проснись!» — кричала ведьма то ли во сне, а может и наяву. Она прилагала некое усилие, чтобы заставить разум очнуться, но глубокий шум словно становился еще громче, он давил, уничтожал рассудок. Паника и отчаяние охватывали ее все крепче, остались лишь прерывистые попытки проснуться, и плачь.. этот отчаянный, словно из последних сил, плачь. Внезапный блеск и боль скользнули в этом ужасе, такая спасительная и отрезвляющая боль, что заставила шум стихнуть, ощутить неимоверное облегчение, свободу от давящей разум атмосферы сна. Промелькнувшая мысль о собственной смерти, немедленно заставила ведьму проснуться в холодном поту, сжимая в руках одеяло, жадно и прерывисто глотая воздух. Глаза, полные ужаса, бегали по комнате, еще полностью не избавившись от пелены сна, прозрачные образы плавали в глазах, заставляя девушку содрогаться всем телом. Упавшая рука на плечо и вовсе заставила ее метнуться на противоположный край кровати. Шут, приподняв бровь, был весьма заинтересован в странном поведении напарницы. Осознав и различив сон с реальностью, она, заикаясь, извинилась, ощутив легкое облегчение и стыд. — Всего лишь ночной кошмар, прошу меня простить.. Простите. — она скрыла лицо в ладонях и тихо, слегка истерично посмеялась. «Так глупо» — подумала она. — От кошмаров и с ума сойти можно, и в ящик сыграть. Вы случаем не успели умом тронуться? — с толикой юмора спросил шут. — Нет-нет. — потирает глаза ведьма — я разбудила вас своими криками? — Криками? — удивился напарник - Ох, нет, вы не кричали, но судя по всему пытались. Вы скорее.. стонали. Ведьма сдержанно прыснула со смеху. «Так глупо, так глупо!» — думала она. — Я так заинтересовался, что не стал вас будить, а думал дождаться вашего финала. — посмеялся шут. — Если бы ужас и безысходность довели меня до финала, то я больше не проснулась бы. — иронично произнесла она. Вам знакомо чувство, когда просыпаетесь среди ночи, готовые опять заснуть, и так сладко подумать о приятном, погружаясь обратно в сон? Вот. Повернувшись на бок, созерцая спину спящего напарника на соседней койке, было так приятно осознавать, что есть кому высказать хоть пару предложений, да еще разбавить это какой-нибудь глупостью или шуткой. Теплое чувство. Пока ведьма не успела вновь уснуть, она представляла, как напарник сидит рядом и утешительно гладит ее по голове. От тревожного кошмара мало что осталось, и она заснула с чувством заботы и защищенности. Очнулась ведьма от прикосновения холодной руки шута. Нет, это не то, о чем вы могли подумать. Слабая вспышка, щекочущее чувство на шее, шут подтвердил печать в очередной раз. В обшарпанное окно гостиницы, сквозь мутное стекло, пробивались солнечные лучи, они возвещали о начале нового дня и прекрасной погоде. Путники выдвинулись в путь на поиски последнего квестового предмета, о котором ведьма так ничего и не знала, но ее это не сильно волновало. Она наслаждалась сегодняшней погодой и мысли были почти пусты, воздух был свеж, солнечные лучи мягко согревали, а легкий ветер еле колыхал деревья, заставляя листья издавать тихий шелест. Напарник был на удивление молчалив, быть может погода тоже пришлась ему по душе? По одну сторону дороги, чуть погодя, виднелось цветочное поле, такое красочное и приятное взору. Ветер, будто по немому приказу, сменил свое направление и направил на путников ароматы полевых цветов — теплые, нежные и сладкие. Это было прекрасно. Ничего не болело, не вызывало беспокойства, не тревожило. Все это может показаться подозрительным, слишком уж все тихо, умиротворенно, но напарник улыбался мягко, молчал, в его движениях не улавливалось напряжения, это подкрепляло ведьмину уверенность в сегодняшнем благом дне. Вдалеке, навстречу, шла маленькая группа людей. По мере их приближения можно было разглядеть в них охотников, кажется.. Даже когда группа пересеклась с героями, шут никак не отреагировал. Ведьма пробежалась взглядом по проходящим мимо путникам, они о чем-то негромко говорили, изредка ухмыляясь. Миновав группу, сразу повеяло алкоголем, потом и запекшейся кровью. Это заставило девушку нахмуриться и поджать губы, в стремлении скорее избавиться от коктейля из мерзких запахов. Это навело ее на мысль о том, что напарник почти не источал мерзких запахов. Можно было даже предположить, что шут следит за собой как истинный джентльмен, не хватало разве что парфюма. Если исключить его маниакальное хобби разыгрывать фееричные шутки при убийстве своих жертв, как и сами убийства, то можно с уверенностью подумать, что Шако — матерая личность на все руки. Ну подумайте сами, свой костюм он наверняка шил сам, любая брешь в трико будет бережно заштопана, словно никакой дыры и не было. А Джек в коробке? Кукла ручной работы, так же бережно вырезана из дерева, покрашена, одета, помещенная в привлекательную коробку с хитрым механизмом, который по приближению врагов откидывает крышку, выпускает куклу болтающуюся на пружине и метающую в свои цели опасные иглы. Ладно, шут довольно способный в этом плане, а как на счет других факторов? Он остроумен и расчетлив. Мало кто способен застать его врасплох, ведьма даже сомневается что его можно напугать, разве что удивить. Он достаточно хладнокровно рассчитывает свои действия, если не брать в счет его безумие разумеется. На любой вопрос способен найти остроумный ответ, пусть даже это будет шутка, но по двум причинам сложно сказать, что эта шутка не имеет отношения к вопросу, во первых, не оценив его шутку можно распрощаться с жизнью, а во вторых, если призадуматься, шутка подразумевает собой нестандартный ответ, или намек на него. Ему не чужда своеобразная грация, с которой он сражается со своими противниками, возможно, он мог бы даже стать неплохим танцором. Очаровательным голосом он не одарен, это да, первое время, ведьме было крайне неприятно слышать скребущий слух голос шута, со временем эта неприязнь затихает, к этому сложно привыкнуть, но отчасти возможно. Но не будь он тем, кто он есть, он был бы обычным человеком, пусть способным, но таким же как все. Ведьма, глубоко погруженная в эти размышления, шла вровень с напарником, взгляд был устремлен куда-то в небо, а руки деловито скрещивались на груди. Если вернуться к шутовскому безумию.. Слишком уж он сегодня мирный и тихий. С одной стороны это радовало, вселяло надежду на то, что шут не так уж бесчеловечен, как многим кажется, а с другой.. Жди беды. Герои миновали цветочные поля и стали углубляться в очередной лес, ведомые единственной тропой. По пути, девушку учуяла знакомый запах, это были яблони, душистые, сладкие и сочные, такие росли неподалеку от ее домика. Она взобралась на одну из яблонь, сорвала несколько яблок и набив ими карманы, спустилась обратно на тропу к смиренно ожидающему напарнику. Поделившись добытыми фруктами, шут, к легкому удивлению ведьмы, принялся чистить яблоко, а после отрезал от него по дольке, в коем виде и употреблял. Если бы не это трико и колпак, можно было подумать, что Шако некий достопочтенный господин, обходящий свои владения. Они прошли уже достаточно длинный путь, но в ногах была лишь легкая усталость. Ведьма была готова лазить по деревьям, бегать, прыгать. Постепенно в теле появлялась легкая дрожь, она словно щекотала мышцы, просила больше движений. Ведьма уже было грешила на яблочки, которые она недавно съела. Вдруг в груди екнуло, словно на долю секунды одну из мышц свело судорогой, девушка негромко охнула и остановилась, приложив ладонь к груди. Шут, сделав еще пару шагов, остановился и чуть развернулся. Девушка выглядела по своему здоровой, бледная кожа в сочетании с солнечными лучами напоминала топленое молоко, смолянистые волосы блестели и переливались, полуприкрытые искренние голубые глаза, чувственные губы с оттенком розового персика, грациозные руки и тонкие пальчики. Солнце словно преподносило ведьму во всей ее кроткой красоте. Но что то было не так. В груди снова екнуло и девушка нахмурилась. Такое бывает с каждым, кольнет там, екнет тут, но она отчетливо чувствовала, что это не просто так. Ранее отсутствующая боль в голове начала стремительно нарастать. - Что то не так. - Слегка растерянно поспешила уведомить своего напарника. Шут подошел и, приподняв лицо напарницы за подбородок, стал вглядываться в поиске намеков на причину ее плохого самочувствия, не теряя при этом свою довольно спокойную улыбку. Она слегка испуганно глядела на напарника, и чувствовала как повышается ее кровеносное давление, головная боль не покидала ее. Ни что не привлекло внимание шута, немного поразмыслив он извинился. - Простите миледи, но вы выглядите так же, как и всегда. Сказал он и поднял руку с подбородка выше, слегка нажав на щеки, строя ей милую-пухлую мордашку. Только он сделал это, как манжет его трико запачкала голубая кровь.