Новый мир: О бедных ликанах замолвите слово

Дети расположились прямо на земле возле главного входа в мэнор. Они ждали, когда кто-нибудь из домовиков освободится и перенесёт их к озеру. Погода в этом месте снова кардинально поменялась. Снег, огромными хлопьями засыпавший двор всю ночь, стаял под лучами по-летнему припекающего солнца, практически мгновенно прогревшего землю. На такой жаре можно было даже загорать, чем ребята и занимались. Хотя это не мешало им пребывать в самом подавленном настроении. Невилл снова тихо плакал, уткнувшись в плечо Луны и ничуть не стыдясь своих слёз. Будучи оборотнем, он сразу почувствовал, что его бабушке стало хуже, но боялся говорить с ней об этом. Последнее время Невилл вообще очень часто всего боялся. Уверенность, поселившаяся в нём с силой оборотня, постепенно сходила на нет. Друзья не знали, как утешить его, поэтому просто были рядом. Луна гладила Невилла по голове, глядя куда-то вдаль. Но вдруг взгляд её затуманился, а блестящие от непролитых слёз глаза потемнели. Она вскочила на ноги и побежала по ступеням наверх. Около самой двери Луна обернулась и прошептала: — Подождите тут, всё будет хорошо. Никто не осмелился спорить. Казалось, все затаили дыхание и замерли. Даже Невилл перестал плакать. *** На выходящего из столовой Кэйла налетел маленький блондинистый вихрь. — Я вас искала, — устремив на него невидящий взгляд совершенно белых глаз, тихо проговорила Луна. Кэйл лишь кивнул, не осмеливаясь заговорить и спугнуть видение. Он опустился на корточки, чтобы лучше слышать. — Она сказала, что это химера. Понимаете? Кэйл не понимал, но изо всех сил старался понять. — Яд химеры! — Луна нахмурила носик, словно злясь на непонятливого взрослого. — Яд! — Химеры не ядовиты, — мягко возразил ей Кэйл. — Её химеры ядовиты, — продолжала настаивать Луна. — Она показала мне. Страшный человек забрал яд из тайника. Она сказала, что вы поможете. Но я не должна больше никому ничего рассказывать… до тех пор, пока не придёт время. Понимаете? В дверях столовой появился Северус, он хотел было что-то сказать, но Кэйл бросил на него предостерегающий взгляд. — Если это поможет бабушке Невилла, то я готова, — глаза Луны медленно возвращали естественный цвет, она снова повторила: — Яд химеры. Страшный человек. — Хорошо, малышка, — Кэйл поднялся на ноги. — Она ещё что-нибудь сказала? Луна кивнула, но потом замотала головой. — Я не могу, ведь я дала слово. Помогите бабушке Невилла, пожалуйста! — Хорошо, — снова повторил Кэйл. Схватив за рукав недоумевающего Северуса, он аппарировал. — Я вообще-то в Хогвартс собирался, — начал было возмущаться Северус, но быстро замолчал, глазея по сторонам. — Ты нужен мне здесь, — Кэйл тащил его вперёд по извилистым коридорам, освещаемым только факелами. — Братишка спит, а я… я надеюсь, ты умеешь доить химер? — Каких химер? — Северус остановился столбом и выдернул свой рукав из хватки Кэйла. — Каких химер? Вы там все крышей поехали, что ли? — Да ладно, не парься, — обернувшись к нему, Кэйл осклабился в почти звериной ухмылке. — Я пошутил. Но в ядах я не силён, да и Коди нам в этом вряд ли поможет, тем более он уже умотал куда-то с Блэками. Не знаю, что за страшного человека она упоминала, но Дамблдор ходит в подземелья Госпожи как к себе домой. Готов поспорить, он мог упереть у неё под шумок пару пузырьков из личных хранилищ, а кто-то потом упёр у него. — Но химеры не ядовиты, — повторил недавние слова самого Кэйла Северус. — Я бы не был так в этом уверен, — Кэйл снова пошёл вперёд. Северусу ничего не оставалось кроме как тащиться за ним. — Там нельзя аппарировать, — на ходу пояснил Кэйл. — Параноики, все дела. — Будь я вампиром, тут бы нигде нельзя было аппарировать, — пробурчал себе под нос Северус. Дальше они шли в молчании. — Надеюсь, защита не менялась, — Кэйл остановился в конце длинного и плохо освещённого коридора, дверь перед ним послушно распахнулась. — Отлично! Брови Северуса поползли на лоб, а челюсть в противоположную сторону. Кэйл прекрасно понимал его реакцию. Даже хранилища Салазара, куда он пару раз заглядывал в сопровождении эльфов, не могли соперничать с коллекцией Госпожи. Сотни шкафов с прозрачными дверцами подпирали собою грязные стены. Десятки тысяч пузырьков, пробирок, фиалов, баночек, мешочков и так далее виднелись через запылённые стёкла. — Ах да, — энтузиазм Кэйла разом куда-то подевался, когда он вспомнил, сколько всего Госпожа насобирала за эти века. — А как мы найдём тут… — Акцио, яд химеры. Повинуясь манящим чарам Северуса, содержимое одного из шкафов плавно взмыло в воздух и попыталось покинуть своё пристанище, робко стукаясь о дверцу. Кэйл быстро подскочил к шкафу и распахнул его, десяток запечатанных магией пробирок плавно полетели мимо него к Северусу. — Ты не наглей особо, — неодобрительно бросил Кэйл, выхватывая из воздуха две штуки, а остальные жестом возвращая на место. — Надеюсь, этого хватит. — Химеры не ядовиты, — зачем-то повторил Северус, осторожно забирая у него пробирки. — Да-да, — ответил Кэйл, он и сам так думал до недавнего времени. — Давай уже сваливать отсюда, пока нас кто-нибудь из еды не застукал. И забудь вообще, что был тут. Они направились к выходу, однако у самой двери Северус остановился и неуверенно произнёс: — Акцио… противоядие от яда химеры? Настойчивое позвякивание за их спинами заставил его расплыться в самодовольной ухмылке. — Ладно, я дважды тупой, простите, — Кэйл вернулся всё к тому же шкафу и забрал из него услужливо подпрыгивающий в нетерпении флакон из затемнённого стекла. — Что-нибудь ещё? Северус покачал головой и первым покинул хранилище. *** Очередное собрание в коттедже номер восемь проходило бурно. Почему номер восемь — человек со стороны бы не понял, нумерация велась произвольно. На коттедже Мари, располагавшемся справа от восьмого, висела табличка с цифрой один. Три коттеджа слева заняли оборотни, прилепив номера тринадцать, четыре и двадцать два. А Регулусу просто нравилась цифра восемь. Когда их небольшая компания начала собираться в этом доме на постоянной основе, он наколдовал табличку с восьмёркой и прилепил её снаружи. Спорить никто не стал. — Хорошо, предположим, что мы узнали… что ничего не узнали, — сдался охрипший от споров Сириус. — И что теперь? Его кузины виновато потупились. Регулус хмуро смотрел в сторону, отказываясь встречаться взглядом с братом. Богрод, восседавший в своём любимом кресле, вообще задремал. И лишь Кричер наблюдал за происходящим с маниакальной улыбкой на страшной физиономии. — Ну почему же ничего, — в разговор вступил Коди, с недавних пор ставший неотъемлемой частью их маленькой группы. — Теперь мы знаем, что ваша маменька, скорее всего, призрак. Хотя и не знаем, чем нам это грозит… и что с этим знанием делать. — Я понимаю, что тебе не терпится начать действовать… — заговорила Андромеда, обращаясь к кузену, — хотя и не понимаю почему. Сириус тоже не понимал, просто чувствовал, что времени остаётся всё меньше. — Но нельзя же просто так взять и заявиться туда, — Беллатрикс машинально погладила совсем ещё плоский живот, как делала теперь всегда, когда речь заходила о чём-то потенциально опасном. — Мы уже пробовали, мне не понравилось. — Я и не зову вас, — огрызнулся Сириус. — Я только прошу Рега пойти со мной. Возможно, у него получится что-то вытянуть из портрета маменьки… — Матушка, смиренно прошу простить нерадивого сына, — мрачно начал Регулус, почему-то копируя манеру речи Кричера. — Не будете ли вы так любезны рассказать нам, не являетесь ли вы, часом, призраком, запертым в этом ужасном особняке. И если да, не подскажете ли, как это произошло? — И как можно всё исправить, — очнувшийся Богрод назидательно поднял палец вверх, потом несколько раз моргнул и снова задремал. Кричер одобрительно крякнул. Казалось, он уже забыл о своём нежелании встречаться с портретом бывшей хозяйки, и сейчас был полностью на стороне Сириуса, требовавшего начать действовать немедленно. Регулус и Беллатрикс высказывались против, Андромеда и Нарцисса сохраняли нейтральную позицию. Богрод от ежедневных голосований воздерживался, каждый раз заявляя, что выступает в роли независимого консультанта. Коди права голоса пока не давали, хотя он явно был на стороне Сириуса. — Даже если она действительно призрак, чем нам это поможет? — не сдавался Регулус, было видно, что встречаться с матерью, пусть даже с её призраком, он желанием не горит. — Почему ты вообще думаешь, что нам нужно заниматься этим сейчас? Ты даже не попробовал альтернативные варианты, хотя мы с Риком навалили их тебе вагон и маленькую тележку. — Дело не в этом, — Сириус нахмурился. — Это терпит… я… я не могу объяснить, просто чувствую и всё. Его маленькая пушистая проблема действительно пока ещё терпела. Так считал и сам Сириус, и Рик, регулярно проверявший состояние друга. Но что-то всё же его смущало, заставляло нервничать. Сириус начинал подозревать, что его магическая сила куда-то уходит. Раньше он не особенно обращал на это внимание, списывая сначала на влияние Азкабана, потом на проблемы с внутренним зверем. Но последнее время это ощущалось всё сильнее. А ещё он заметил, что уровень магической силы Регулуса уменьшился чуть ли не втрое с тех пор, когда они виделись последний раз, будучи подростками. Так не должно было быть даже после отречения от рода. — Скоро полнолуние, — не слишком уверенно напомнила Андромеда. — Возможно, нам всё же стоит вернуться к старому плану? Напитаем особняк и попробуем ещё раз поговорить с тётушкой. — Неделя, — с сомнением протянул Сириус, столько ждать ему не хотелось. — А какие у нас ещё варианты? — снова подал голос Регулус, было видно, что он рад даже недельной отсрочке. — Я считаю, что мы должны как следует подготовиться к этому визиту, — вновь напомнила всем Нарцисса. — Если что-то пойдёт не так, то другого шанса может и не быть. — Таким образом, мы узнали, что снова ничего не узнали, — уныло подвёл итог Сириус. — И пришли к тому, что снова ни к чему не пришли, — жизнерадостно добавил Кричер. — Ночью я успел перекинуться парой слов со своими, — заговорил Коди, вертя в руках волшебную палочку. — Кэйл согласен предоставить нам свою стаю в это полнолуние. Ксавьер обещал поспрашивать там по своим каналам, но я не думаю, что он узнает больше, чем мы уже знаем. — Значит, ты тоже за полнолуние? — Регулус с надеждой посмотрел на него. — Да, я думаю, это самое разумное. Тот портрет в Хогвартсе был вполне адекватен, замок пока ещё неплохо держится, хоть его резервы и истощаются. Если напитать магическое ядро поместья, то это должно положительно сказаться на ментальном здоровье… призрака вашей матушки. Если, конечно, мы не ошибаемся на её счёт. — Кричер, а как маменька вообще кончила? — внезапно даже для самого себя поинтересовался Сириус. — Плохо, — Кричер осклабился в похабной ухмылке. — Но вообще… я не знаю. Он нахмурился, погружаясь в свои мысли. Потом поднял взгляд на Сириуса и потрясённо добавил: — Не знаю. — А гоблинам что-нибудь известно о кончине Вальбурги Блэк? — глаза Коди вновь горели азартом исследователя. Богрод, в очередной раз выплывший из дрёмы, отрицательно покачал головой. *** Весть о том, что Северус нашёл лекарство от недуга Августы, быстро разлетелась по поместью и не только. Стая Рика в полном составе вернулась с пустошей, вместе с детьми они оккупировали солидный кусок коридора южного крыла. Кроме внука к Августе больше никого не пустили, но Невилл периодически высовывался в коридор и делился новостями с остальными. Северус понимал, что медлить опасно, поэтому ограничился серией быстрых тестов и не обнаружив ничего подозрительного, влил противоядие в свою пациентку. Улучшение они увидели практически сразу — дыхание Августы пришло в норму. Впервые за последние несколько дней она наконец могла дышать сама, без помощи чар домовиков. Постепенно проявлялись и другие признаки того, что неизвестное снадобье начало подавлять действие яда и выводить его из организма. Проведя с Августой несколько часов, Северус всё же был вынужден покинуть её. В Хогвартсе его ожидали полтора десятка слишком радостных студентов, уроки которых он прогулял. А так же наверняка разъярённая его пропажей Минерва. Покидая комнату Августы, Северус едва не споткнулся об огромного медведя, развалившегося прямо у двери. Долохов нередко прилипал к оборотням, отдавая предпочтение их компании вместо того, чтобы шляться где-то с бывшими узниками Азкабана. Медведя облепили дети, используя в качестве большой и мягкой подушки. — Как она? — робко спросила Луна. Северус не сомневался, что эта удивительная девочка уже знала ответ. — Жить будет, — коротко бросил он. — Благодаря вам, мисс Лавгуд. Луна, казалось, смутилась ещё больше. Не теряя больше времени на разговоры Северус направился за своей мантией, переступая через не торопившихся уступать ему дорогу оборотней. *** Проводив взглядом грозу подземелий и повелителя пробирок, Кэйл прислушался к разговору детей. — Он прав, — Гарри гладил подругу по руке, — ты молодец. — Я сделала то, что должна была, — улыбнувшись, ответила Луна. — А твоя мама… — неуверенно заговорил Драко. — Ты знала? — Да, — просто ответила Луна. — Я знала. — Но почему ты тогда… Луна покачала головой и Драко замолчал. — Есть вещи, которые мы не в силах изменить, даже если нам дано знание, — лицо Луны не выражало никаких эмоций. Кэйла напугало то спокойствие, с которым говорила девчушка. Он даже представить не мог, каково это — знать о том, что в твоей жизни скоро случится ужасная трагедия, и не иметь возможности её предотвратить. — Они не были готовы, — Луна смотрела в одну точку перед собой, — я не стала их расстраивать. Вещи, которые мы не в силах изменить, не стоит знать никому. Особенно тем, кого это касается в первую очередь. — Эй, ребятня, давайте не будем о грустном, — подал голос Никки. — Айда лучше на кухню за печеньем. Думаю, мы все тут не отказались бы перекусить. Громогласное бурчание медвежьего брюха доказало, что он не так уж и не прав. Кэйл задумчиво смотрел вслед удаляющимся детям. Луну посадил на плечи Никки, она весело хохотала, когда он останавливался и начинал кружиться на месте. Мальчишки пытались уместиться на спине медленно ковыляющего медведя, но получалось плохо. — Хорошие ребята, — одобрительно заметил Кэйл. — Их ждёт великое будущее. — Ещё одно предсказание? — ехидно поинтересовался Рик, подпиравший спиной стену напротив Кэйла. Тот лишь неопределённо пожал плечами. — Как у тебя с твоими дела? — спустя некоторое время спросил Рик. При посторонних он старался не лезть в дела второй стаи, за что Кэйл был ему благодарен. Но сейчас впервые за длительное время вокруг были только свои. — Это жесть какая-то, — Кэйл моментально скис. — Я даже представить себе не мог насколько всё запущено. Рик злорадно ухмыльнулся. Кэйл подозревал, что он не так уж сильно и злорадствовал, просто ему было приятно, что кто-то прошел через то, что пришлось пройти ему самому. Вот только у Рика в стае было немногим больше дюжины оборотней-недоучек, а у самого Кэйла их количество уже перевалило за три десятка. Новые оборотни заняли три соседних коттеджа у озера. Они настороженно относились даже друг к другу, но всё же не старались избегать общения. К счастью, особых проблем с взаимопониманием пока не возникало. Кэйл был сильным альфой, да и влияние триумвирата ощутимо сказывалось на его ауре. Спорить с ульфриком не решался никто, это здорово помогало на первых порах. Постепенно новички привыкали друг к друг, вожаку и новым порядкам. Однако все без исключения оборотни не имели ни малейшего понятия о том, что превращение вне полнолуния не только возможно, но и доступно любому из них. В новой стае даже было два маггла, но и они не умели перекидываться по желанию. Каспар и Том заинтересовались этими новичками. Магглы не особенно охотно, но всё же позволили «исследователям» изучить их. Поковырявшись в головах обоих, а потом, для сравнения, ещё и у Никки, Том пришёл к выводу, что у всех троих стоял блок, препятствующий обращению. Тот же предохранитель, что и у магов-оборотней, только не их собственный, а приобретенный. Каспар тогда выдвинул теорию, что наличие или отсутствие предохранителя зависит от того, кто заражает жертву. Если ликантроп — маг, то при заражении он передаёт частичку своей магии новому оборотню. Спорить с ним никто не стал, слишком мало информации они собрали, чтобы делать какие-то другие выводы. Кэйл и сам пока всё это плохо понимал, сказывалось то, что большую часть своей жизни они с братьями провели в Англии. Но он был очень благодарен Рику за то, что тот делился с ним и его стаей своими знаниями.