Универ-работа-босс

Посвящается Алена123 и kar_kar. Милости! Надеюсь понравятся. Нам подносят десерт. Передо мной ставят шоколадное пирожное, а Максу выбранный им наугад торт. Он, не глядя, ткнул в меню. За что и поплатился. Перед ним поставили очень интересный тортик: тесто его ярко-лимонного цвета, крем же словно подавленное киви и все это сверху залито малиновыми взбитыми сливками. Глядя на выражение лица Максима, я заржал, да так, что весь ресторан испугался, а я чуть не грохнулся со стула. Макс обиженно, отрезал кусочек торта и отправил его себе в рот, но поскольку торт был очень высоким, то он запачкал рот и поставил красивую точку на носу. Я снова не смог сдержать смех. - Ну что ты ржешь? – сказал Максим, немного кивая головой, от чего крем на носу задрожал. Нет, ну я сейчас со смеху помру. Я протягиваю руку, снимаю крем, и облизываю палец. - Э-э-э, что это было? - А что ты стесняешься? Если да, то кого? Нас здесь никто не знает. – Интересно, что же он ответит, ведь именно он кричал, что ему все равно. - А ты прав, малыш. – Он мягко сжимает мою руку своей, - Знаешь, ты тут со смеху помирал, а десерт очень хорош, попробуй? – Макс отрезает кусочек и предлагает его мне. Я немного наклоняюсь, и снимаю, лишь одними губами, торт с ложки. И вправду вкусный! - Хорош, но вот только я предпочитаю, сине-красно-черные торты. - Знаешь Арт, если тебе когда-то будут предлагать, что-нибудь пробовать – отказывайся. – Строго сказал Макс. - Это еще почему? - Ты такое лицо делаешь,... и вообще это слишком сексуально. Я уставился на него. Потом до меня начало доходить. И я снова разразился бурным смехом. После десерта, мы оставили деньги с приличными чаевыми на столе и покинули ресторан. Когда мы вышли из здания, солнце начинало садиться, небо стало ярко оранжевым, с красивыми розоватыми облаками. Погода была чудесной, обожаю весну. Пора, когда все расцветает, заставляя тебя оживать. Мы с Максом прошли по главной улице, и вдруг асфальт сменился брусчаткой, домики стали низенькими и старинными. Здесь парила другая атмосфера. Перед нами простирался старый город Варшавы. Макс взял меня за руку. Прохожих было не много и по мере нашего углубления в узенькие улочки их становилось все меньше. Чувство тепла, которое он дарил мне, просто касаясь, делало меня самым счастливым человеком на земле. Теперь, я знаю – обожаю путешествовать. Мы шли, молча глядя друг на друга. Слова здесь излишни. Я не хотел портить момент своими саркастическими шуточками, наверное, Макс чувствовал тоже. Повернув за угол и обнаружив, что людей в переулке совсем нет, он прижал меня к стенке и страстно поцеловал, так рьяно разрывая расстояние между нами, словно хотел доказать мне, что мы одно целое. Заканчивая наш поцелуй, он укусил меня за нижнюю губу, и напоследок прошелся своими губами по ней. - Это, что бы ты запомнил эту достопримечательность надолго! – отстранившись, сказал он. Я попытался отлепить свою тушку от стены, но понял, что пока мне это не под силу. Лишь поцелуй, а я уже завелся! Ха, что я там, не так давно, говорил: «не смей влюбляться!». Дороги назад нет, я уже не представляю жизнь без него, без этих внезапных поцелуев, да что там - без простых прикосновений его рук. - Тогда ты тоже не забудь! – я резко подхожу к нему поднимаюсь на носочки, наклоняю его голову своей рукой, от чего чувствую мягкость его волос, и целую в ответ. Вначале я провожу языком по его губам, а когда он открывает рот, то неистово врываюсь и начинаю дразнить его. Словно бой на ножах, только место ножей наши языки. Черт, продолжать нельзя, мы все-таки в общественном месте, а не в постели своего номера. - Не плохо, малыш. – Мне послышалось или он оскорбил мою изумительную технику. - Ну раз только «не плохо», больше не получите, сударь, - разворачиваюсь и начиная возвращаться, я хорошо запоминаю дорогу. Найти путь обратно не составит труда. - Ну я же пошутил, Арт! Ну подожди!- Макс догоняет меня и так светло улыбается. Знаю, что он шутит, и вовсе не обижаюсь. Мы быстро нашли выход, все же старый город в Варшаве относительно маленький. А жаль – уютно здесь, да и есть на что посмотреть. Вскоре мы поймали такси и попросили водителя отвезти нас в самое красивое место в городе, по его мнению. Таким образом, мы очутились в Лазенковском парке. Здесь на огромной территории (ну для парка) разместились многочисленные озера, фонтаны, оранжереи, беседки, особняки и статуи. Все это было неописуемой красоты. Парк был заполнен людьми, большую часть их составляли парочки. Они гуляли, держась за ручки, шептали, что-то друг другу на ушко. Мое внимание приковала к себе девушка, которая кормила белочку орешками, а ее парень стоял в сторонке и умилялся. Черт, я тоже хочу, подумалось мне, но орешков, то у меня нет. - Кажется в том магазине, можно купить орехи! – ласково произнес Максим. Он, что мысли читает? Направляемся к магазинчику, странно, что он еще не закрыт. Я только сейчас заметил, что на дворе ночь, как быстро летит время: остановись, пожалуйста, дай мне насладится моментом. Купив орешков, я подбежал к дереву и положил орешек возле корней, но ничего не произошло. Пришлось оббегать еще пару деревьев, но результат был неизменным. Макс начал хихикать, но все равно следовал за мной вразвалочку. - Черт, походу белки ненавидят меня! – я снова заметил девушку, уже другую, кормившую белочку. – Или может они все мужененавистницы? - Да, а еще им противны все мужчины с именем Артем. - Может быть, – серьезно ответил я – Так. Все. На. Держи орешек, положи его под тем деревом, а я здесь постою. Максим улыбнулся и пошел выполнять поручение. Орешек лениво лежал на земле. Макс начал понемногу отходить от дерева, я решил тоже отойти подальше. Вы будете смеяться, но белка спустилась по дуплу, взяла орешек и начала его есть, знаете так смешно поддерживая еду лапками. - Я так и знал! – указывая пальцем на белку, прокричал я. - Ну, нельзя же быть таким милым, - смеясь, сказал Максим. Глядя на свою позу – я же говорил, - присоединился к смеху Максима. Мы еще долго бродили по парку - невероятно красивому месту, чтоб его описать у меня не хватит слов, это нужно увидеть собственными глазами. Но на этом наша прогулка не завершилась, Макс сказал, что по слухам из Дворца культуры и науки Варшавы открывается невероятный вид на город. Поэтому мы снова поймали такси и направились к Дворцу. Мы поднялись наверх, перед нами открылась невероятная панорама: ночной город весь в огнях. Нет, это, конечно же, не Вегас с его свечением и не Нью-Йорк, но все равно ощущение такие, словно ты паришь над городом, который готовится ко сну. Чувство невесомости и близости любимого человека делают это место невероятно романтичным. - Хочу Титаник! – вываливаю я. - Что? – недоумевает Макс. Ничего не объясняя, залезаю на выступ и раскидываю руки в стороны, я – птица. Чувство свободы так прекрасно. Макс хватает меня за руки: - Ты чего удумал? Упадешь. Слазь немедленно! – А мне все равно, ведь он схватил меня за руки и, таким образом, вышло по-моему, словно картинка с Титаника. Я доволен собой. Никогда не забуду этот день, когда я был свободен. Свободен от предрассудков, от мнения других людей, и даже от себя. Хотя это мнимая свобода: я подарил себя. Ты же знаешь это, Максим? Но это не односторонняя отдача, я чувствую. Ведь я тоже получил тебя в подарок. Уставшие и довольные хорошо проведенным временем, мы едем в отель. Номер оформляли мучительно долго. Надо было видеть лицо людей на ресепшене, когда Макс заказал номер на двоих с двухместной постелью. Но они не возражали и ласково проводили нас. За что им большая благодарность. Я врываюсь в номер, ноги гудят, хочется помыться и завалиться спать. - Я первый в душ, - раздеваюсь по дороге в ванную, бросаю одежду, где война застала. - О, вода, как я обожаю тебя. Впервые душ не привел меня в чувства, а наоборот еще больше усыпил. Падаю на кровать. - Не спать, - грозя, говорит Максим и скрывается в ванне. Пока он моется, я замечаю, что мои вещи, покоятся на вешалке. Пялюсь в одну точку и пытаюсь оставаться в сознании, но веки давят и глаза закрываются. Чувствую тяжесть на себе, открываю глаза и вижу нависшего надо мной Максима. - Ты честно собираешься просто спать? – как-то мне не нравится его улыбка. - Да. – Знаю, к чему он ведет. Где силы берет только. – Я устал, так, что принимать участие не буду. Давай лучше спать. - Даже так. Ну ладно, спокойной ночи! – и только я хотел обрадоваться, как его холодная рука полезла под одеяло и начала гладить мою спину. - Максим! Я же сказал, что устал. - Да, я разрешил тебе не участвовать, но я же не сказал, что сам не буду участвовать. – Вот же скотина. Так делаем вид, что нам все равно, ему надоест бревно в постели, и он отстанет. Его рука начала ласкать мою грудь, он медленно забрался под одеяло и начал нежить мою шею, целуя ее, покусывая и щекоча пальцами. Он поднялся вверх к мочке уха взял ее в рот и начал аккуратно теребить. Так не честно, это моя самая чувствительная эрогенная зона, и как я должен молчать. Не могу сдержать стон. - Кто-то говорил, что не будет участвовать! – так напомните мне, за что я его сегодня расхваливал. Он переходит от уха к губам и жадно целует меня, но как только я начинаю отвечать на поцелуй он обрывает его и опускается вниз к соскам. Играет с ними, покусывает, потом целует, это и нежно, и грубо одновременно. Макс проводит дорожку от соска к пупку, от чего я выгибаюсь и закрываю рот рукой, чтобы не выдать себя. Все повторяется с областью вокруг пупка. И какая бы моя сила воли не была, она сдает позиции: уже можно ничего не говорить, мое тело уже доказала ему, что я участвую в процессе. Мой член уперся в его ногу. Макс ухмыляясь приступает к главному: облизывает головку члена, одновременно начиная расслаблять меня сзади. Вскоре он сильнее обхватывать меня ртом, движения медленный, но они сливаются в одно целое с тем, что творят его пальцы. Я больше не могу терпеть, а ведь, когда я делал ему минет, он продержался намного больше. Терплю, но не получается, это все слишком крышесносяще действует на меня. - Не адо, - это должно было быть «не надо», но из-за руки, которой я все это время закрывал себе рот, получилось что-то невнятное. Я попытался оттолкнуть его, но он не отреагировал, и через минуту он уже с интересом глядел на меня, облизываясь. Черт, я излился ему в рот. Вовремя наивысшего наслаждения, я так стиснул зубы, что укусил себя и почувствовал металлический привкус крови на губах. Макс приподнял мои бедра, притянул их к себе и вошел в меня. Никакой боли, мое тело словно создано для него. Мы идеально подходим друг другу. Макс не почувствовав сопротивления начал быстро двигаться, он вдалбливался в меня, я поддавался на встречу. Время словно замедлилось, я воспринимал все острее, тянулся к нему, ловил каждое его движение, вздох, стон. - Я люблю тебя, - прошептал я ему на ухо, - от чего почувствовал, как он кончает в меня. - Это был не честный прием, – отдышавшись, сказал Макс. – Я тоже очень тебя люблю, солнце мое. Я лежал на кровати и готов был дать дуба. Нет, я конечно же кайфанул, но целый день на ногах и бурная ночь любви не пойдут мне на пользу, завтра я об этом еще пожалею. Сон, снова начал одолевать меня. И вдруг я почувствовал томное дыхание в ухо. Я повернул голову и увидел, подкрадывающегося во всей готовности, Максима. - Да вы, верно, шутите, сударь, – совсем совесть потерял. - Давай еще разок. И все началось по новой: мои не приносящие результата сопротивления, его ласки и наш акт любви.