The Hive

      — Если ты это съешь, я съеду к чертовой матери из нашей квартиры. — Угроза Джона зависла в воздухе, серьезность его намерения подкреплялась сурово выставленным вперед подбородком.       Шерлок застыл, и кусочек мяса из тарелки убийцы, нанизанный на вилку, остановился на полупути от его губ. Лестрейд и Донован, стоявшие позади, с каменными лицами и загипнотизированными глазами следили за чудаковатым детективом, шокированные промелькнувшей мыслью о том, насколько, похоже, мало они знали о Шерлоке.       — Почему?       — Шерлок. Он каннибал. А это (он указал взглядом на мясо в тарелке), возможно, то, что осталось от Лизы Джексон. Меня не волнует чрезмерный уровень твоего любопытства — ты не будешь пробовать человеческую плоть.       — Снова неверно, — вздохнул Шерлок. — Разве ты не видишь? Это все — тщательно спланированный спектакль. Следы зубов на человеческих костях, но зубы-то — собачьи. Кровь — в рюмке, но не свежая — украдена в клинике переливания.       Он указал на большую железную дверь, не к месту стоящую в кухне.       — Все тела здесь, но первое было сброшено целым и несъеденным в морозильную камеру, судя по царапинам на полу. Он хотел убедить следствие в том, что съел их, — тогда его с большой вероятностью могли оправдать, приписав невменяемость.       — И первой жертвой был?.. — спросил Лестрейд .       — Джеффри Дин. Почтальон. Съеден собакой.       Джон моргнул, в отвращении растянув губы, когда Шерлок откусил мясо с вилки.       — Ну и что же это?       Шерлок сразу узнал посредственный вкус.       — Говядина.