Амортизация сердца

POV Ростислав Сам не знаю, как это все случилось... Да у меня в мыслях такого не было! Ковалевская такой еще ребенок, наивная, а тут... Черт, чего теперь делать с ней? Явно же такое никто из нас двоих не сможет легко забыть. Да и она сейчас начнет мечтать о вечной любви, а я откажу, и в итоге окажусь виноватым. Нет, не то, что бы она меня не привлекает, просто она же... - Моя ученица, - сказал вслух и сел за стол, руками лохмача волосы и сжимая их, чтобы хоть где-то выпустить "пар". Да как так-то? Как так получилось? Как я себе это позволил? И до этого она была мне интересна, но я держал себя в руках. Да и... На обычную похоть это не похоже, значит, уже хорошо. Все забудется... А лучше просто поговорю с ней. Да, так будет лучше.  Я стал проверять их самостоятельные работы, чтобы хоть как-то отвлечься, но у меня не получалось. Как только я чуть откатывался на кресле назад, то попадал прямо на то место, где мы и поцеловались. А как только поднимал глаза от листочков, то взгляд падал на её парту. - Да что ж за хрень-то такая! - возмутился я и тщательно протер ладонями глаза. - Что там следующее? Галлюцинации? Ковалевская, выходи! Посмотрю на тебя в мираже! Может даже снова поцелую, это ж глюк, тут можно! - последние слова я крикнул со злостью, затем опомнился: - Господи, что я несу? Так, все, надо домой... Собрал шмотки и уже собирался выходить из класса, как туда зашла химичка. - Ростислав Викторович, я хотела извиниться за свое поведение... - начала она говорить сладким голосом.  Я показательно закатил глаза, надеясь, что она все поймет и сейчас уйдет, но таким что в лоб, что по лбу... Во-первых, она была полноватой женщиной, которая носила короткие юбки. Нет, я нормально отношусь к полноте, но блин, как можно, зная свою фигуру, носить такие вещи? Тем более она взрослый человек, и еще тем более она учитель! "Чья бы корова мычала, сам хуже подростка, а ведь учитель..." - проснулся во мне внутренний голос. - Я хотела бы загладить свою вину, пригласив вас на ужин, - продолжила она.  Я поспешил ей ответить: - Понимаете ли, Светлана Федоровна, я такой человек, что до свадьбы "ни-ни", так что можете не стараться. Я храню себя для одной единственной, - на этих словах я еле сдерживался, чтобы не заржать, честное слово! А еще её лицо... Это надо было видеть. Оно вытягивалось все больше и больше, казалось, больше уже некуда, но на последнем слове она выпучила глаза. - Неужели вы так плохо думаете обо мне?- продолжил я прикалываться. - Я очень ценю отношения между мужчиной и женщиной и никогда в жизни не позволю себе таких привольностей... Фу, Светлана Федоровна, это так низко! Задумались бы вы над своим поведением!  Все, это был аут.  - До свидания. - Я наигранно поклонился и стал ждать, пока же она уйдет. Она даже ничего не сказала, только лишь растерянно кивнула и, сгорбившись, вышла из класса со злым взглядом. Вот это да. А ну и посрать, делать мне нехер, как со старпершами встречаться. Ей как минимум лет двести! Надо спросить, кстати, действительно ли кот Сталина обоссал его кресло... Поржав над своим приколом, я вышел из класса и закрыл кабинет. Дома, когда продолжил проверять самостоятельные работы одиннадцатого "А" класса, класса Ковалевской, то наткнулся на её листочек. Начал тщательно проверять и нашел только одну ошибку... Немного подумав, не стал её исправлять и оставил все как есть, поставив отметку "пять". POV Маргарита До самого дома я никак не могла прийти в себя. Губы жгло, а в душе бушевал огромный стыд... Как так можно было? Он же мой учитель. Как мне теперь ему в глаза смотреть? А ведь я даже не знаю, кто кого поцеловал, потому что все случилось так быстро... Даже не успела разобраться. А вдруг я сделала первый шаг? А если он пожалуется директору? А директор отцу? Как же я попала... От таких впечатлительных мыслей у меня даже разболелась голова. Я быстро пришла домой и направилась за таблеткой. На кухне, где хранились лекарства, встретила отца. - Почему не предупредила, что у тебя дополнительные занятия? - проворчал свой вопрос папа. Я открыла шкафчик и начала искать анальгин, ибо это единственное средство, которое мне помогает с болью. Когда я их, наконец, нашла, то ответила отцу: - Нам поставили внезапно... Начало года, расписание не устаканилось до сих пор, поэтому ставят, как хотят. - В следующий раз предупреждай, - грозно сказал он. - И кстати, я хочу пожаловаться на вашего этого учителя русского.  У меня неосознанно разжалась рука со стаканом с водой, и он упал, разбившись вдребезги. Отец тут же начал говорить, какая я безрукая и бестолковая... Я же быстро все замела и выкинула, стараясь не слушать его оскорблений. - Зачем жаловаться? - спросила я тихо. - Он некомпетентен и бестактен! А еще учителем себя зовет! Завтра же, как только буду подвозить тебя в школу, то пожалуюсь, - начал отец. Я закатила глаза и неосознанно и даже внезапно для себя ответила: - А вот этого не надо. И отныне я буду сама ездить в школу! - После этих слов я быстро вышла из кухни и направилась наверх, в свою комнату. Сразу села за уроки, чтобы отвлечься от всех ужасных мыслей, которые лезли мне в голову. Как только я закрывала глаза, чтобы постараться сконцентрироваться на одном, но мне тут же вспоминалась эта ситуация, я как будто снова чувствовала все те эмоции вновь и вновь, становилось трудно дышать... - Ну почему все так? - простонала я, отчаявшись, и закрыла учебник по русскому языку. Повернулась на кресле к кровати и уже хотела лечь, как вспомнила, что там вчера лежал Ростислав Викторович. Тяжело вздохнув, я взяла книгу со стихами Тютчева и пошла в гостиную. Отца там не оказалось, на удивление. И я точно решила обосноваться там. Только удобно устроилась на нашем мягком диване, как зазвонил домашний телефон. Я взяла его с тумбочки и ответила: - Алло... - В ответ молчание. - Алло! - громче уже повторила я, но все так же никто не отвечал. Послушав тишину еще с минуту, я отключила и поставила трубку на место. - Ненормальный какой-то... - пробормотала я и продолжила читать. Сама не знаю, почему выбор мой пал на стихи о любви... Раньше я таким не интересовалась. Наверное, это связано с сегодняшним событием, которое до сих пор день не дает мне покоя. Утро выдалось не из легких, потому что я постоянно уговаривала отца не везти меня в школу сегодня. Наконец, он все-таки смиловался и отпустил одну. Про жалобу на Ростислава Викторовича он, видимо, уже забыл, чему я была рада. Зато за полночи без сна я приняла важное решение: я поговорю с Ростиславом Викторовичем насчет вчерашнего. Постараюсь даже до уроков, если его встречу. Как только отошла чуть дальше от расписания уроков, то снова уткнулась в грудь какому-то молодому человеку. По самой комплекции парня я поняла, что передо мной стоит Ростислав Викторович. На всякий случай я отошла и только потом подняла голову. Он был каким-то напряженным, а ведь обычно улыбался... Ему, наверное, так же неудобно как и мне. Правда, не исключаю, что он сейчас улыбнется и начнет подкалывать меня насчет вчерашнего поцелуя... - Здравствуйте, Ростислав Викторович, - тихо поприветствовала его я. - Здравствуй, Ковалевская, - кивнул он мне в ответ. Я еще секунд десять посмотрела в пол, боясь поднять глаза, но потом решилась, собралась с духом, глубоко вдохнула и сказала: - Ростислав Викторович, извините меня за вчерашнее... Это было большой ошибкой, и такое больше не повторится. Мы оба сглупили, и вот такое произошло... Я предлагаю забыть это и жить дальше так, как будто бы ничего и не было. Он, как мне показалось, очень удивился, минуту помолчал, а потом ответил: - Ладно, я тоже хотел тебе это предложить... Но я внезапно понял, как я тебя люблю. Ты будешь моей женой?  Я широко раскрыла глаза, посмотрев на учителя с большим удивлением, но тот лишь рассмеялся и сказал: - Да шуткую я, расслабь булки. Я реально хотел сказать тебе то же самое, так что все окай. Беги на урок, сейчас звонок будет. - Ага, - кивнула я и с облегчением вздохнула. Нет, ничего такого, я просто удивилась тем его словам. Да тут любой бы удивился! А он просто отшутился... Козел! На такие темы не шутят, даже если мне плевать! Разозлил и вывел меня сейчас! Я забежала в класс перед самым звонком, благо, была алгебра, и у меня просто не было времени, чтобы продолжать на него злиться. На перемене ко мне подошла Алина и воскликнула: - Ритка, у меня послезавтра днюха, и я приглашаю тебя на празднование в клуб! И возражения не принимаются!  - Послезавтра? - переспросила я. - А во сколько? - В девять там открывается ночной клуб, так что в девять. У меня предки там даже VIP-стол заказали! И кстати, может ты придешь ко мне пораньше, и мы вместе пойдем? Перед этим еще посидим, поболтаем, перетрем за жизнь, ахах, - задорно рассмеялась подруга. - Давай, - кивнула я. - Отлично, я так рада! - воскликнула Алина и обняла меня. Я обняла подругу в ответ, затем мы вместе, смеясь, пошли в следующий класс. Русский язык, на мое счастье, стоял предпоследним уроком.  Но вот беспощадное время слишком быстро пролетело. Я собралась с мыслями и переступила порог нашего кабинета. За учительским столом никто не сидел, и я с уверенностью прошла в класс и села на свое место. Ростислав Викторович пришел в класс только со звонком. Я быстро подняла глаза на него, но, поймав его ответный взгляд, тут же опустила их и уткнулась в учебник. - Эй, дрыщ-переросток, - он обратился к одному из моих одноклассников, - телефон достань из-под парты, и наушник вынь. И так все знают, что ты там смотришь порнуху. Лучше б девушку себе нашел... Одноклассник растерянно покраснел, но телефон убрал, чем вызвал смех всего класса. - Смешно, да? - спросил Ростислав Викторович и сел на свой стол. - А вот сейчас кто-то будет реветь. Рапунцель, платок захватила? У тебя два. - Рыжий тут же выпучил глаза, но Ростислав Викторови улыбнулся: - Ой... Не-не-не, извини, у тебя четыре с минусом, попутал там с типами речи. Короче, ты еще не обосрался, но уже не за горами. Вот кто действительно обосрался, так это Рустам. У тебя точно два. - Как? - удивился парень. - Я же... - Ты же действительно списывал у Рапунцель, знаю, да, - кивнул учитель. Он продолжил остальным говорить их оценки, мне лишь сказал:  - У Ковалевской пять. Я удовлетворенно кивнула и и взяла свой листочек. Урок прошел спокойно, правда, Ростислав Викторович продолжал подкалывать моих одноклассников. Только вот в этот раз я не услышала ни одной шуточки в свой адрес, что меня насторожило. Наверное, напрасно. Когда уже собиралась выйти из класса, то Ростислав Викторович крикнул мне: - Ковалевская, повтори, пожалуйста, признаки типа речи повествования. Я повернулась к нему и спросила: - А... Зачем? У нас будет еще одна самостоятельная? - Нет, ты в этой немного напутала, - ответил Ростислав Викторович. Я быстро нашла в сумке тот листок и перечитала все задания. Вот в последнем надо было определить тип речи... Я поставила описание. Тщательно перечитала текст и само задание, затем спросила: - Тут же описание? POV Ростислав - Ой, ты еще не ушла? - попытался я перевести тему. Вот идиот, нафига ей сказал вообще? Мозгов как у ракушки...  Тупорылое создание! Пить меньше надо! - Тут повествование, да? - спросила она, размахивая листком. - С чего ты взяла? - наигранно удивился я. - Я вообще просто пошутил. Рита снова начала читать написанное на листочке, затем сказала: - Да, тут повествование. А вы не исправили, да? - Ну... Не такая это уж и большая ошибка, - развел я руками. - Я тоже иногда путаю, тем более тут действительно много описаний... Но действий больше. Повествование с элементами описания, поэтому это не считается за ошибку...  - Ростислав Викторович, это был тест, если я отметила ответ неправильно, то, будьте добры, поставьте мне ту оценку, которую я заслужила. Мне не нужны ваши поблажки и поцелуи ваши тоже не нужны! Жалеть меня и вот так успокаивать, завышать оценки не надо! И целовать из жалости тоже не надо! - начала кричать Ковалевская. Заметно было, что она уже вся дрожала и была на грани истерики. - Да причем тут поцелуй?! - спросил я и поднялся со стула. - При том! Своей жалостью вы только больше унижаете меня... Исправьте оценку. - Рита протянула этот чертов листок. Я выхватил его, взял со стола красную ручку и расчеркал весь листок красными линиями. Зачеркнул фигову пятерку и рядом поставил четверку с большой жирной надписью "задолбала". Когда протянул ей листок и увидел её удивленный и разгневанный взгляд, то сказал: - Чтоб больше не возбухала, цветочек. Рита со злостью практически вырвала листок с моих рук и вышла из класса, громко хлопнув дверью. На следующем уроке у меня было окно, и я поперся к Сене. Меня смутило, что у него был урок у восьмиклашек, я приоткрыл дверь, просунул голову и громко на весь класс провозгласил: - Так, битч, идем в субботу в клуб, теперь уже мне надо расслабить булки... И кстати, на текиллу больше не налегай, а то опять мне все ботинки обблюешь. - После этого весь его восьмой класс заржал, а Сеня сказал: - Спасибо, Ростик, я очень ценю эти воспоминания.  Я мило улыбнулся: - Да не за что. Дети, учитесь хорошо, а то дядя Сеня оббл.. - не успел договорить, как Сеня крикнул: - Да вали уже, а?! Я заржал и закрыл за собой дверь. Нет, мне определенно надо расслабиться... Послезавтра.