Home

      Я нашел ее сидящей на широком подоконнике. Она выглядела одинокой. Совсем одинокой. В ее руках находилась большая тетрадка. Она уставилась в нее. В свободной руке она вертела брелок. Ноги были согнуты перед ней.       Мое сердце сжалось перед встречей. Я не хотел мешать ей, но не помешать я не мог. Я придумал тысячу способов, начать разговор и разузнать решила она помнить, или выкинуть весь вечер, как ненужное ей событие. Я замедлил шаг, закинул в карман телефон и ключи от машины. Я запрыгнул рядом на подоконник и улыбнулся ей. Она подняла свои глаза и улыбнулась в ответ. - Привет, твое преследование даже здесь, немного пугает меня, - говорит она. Закрывает тетрадку и кладет ее в сумку.       Мимо проходит компания девушек. Мы вдвоем провожаем их взглядом. Некоторые глядят на нас с некой любопытностью, другие с враждебностью, третьи с кокетством. Кого я обманываю? На меня смотрят с любопытством и кокетством, а на Эвери смотрят с враждебностью. Это кажется мне странным, почему они не любят ее? Что такого произошло? Девушки скрываются за поворотом. Они обычные, совсем обычные. Я снова смотрю на Эвери, она наблюдает за мной. Черт, как некрасиво получилось, она видела то, как я пялился на них. - Мои однокурсницы. Они меня не любят, - говорит девушка. Я поднимаю брови. - Почему? - девушка громко смеется. - Во-первых, бывший парень их предводительницы прибежал ко мне. Во-вторых, и в третьих, я не знаю. Просто не любят и все, - я впервые слышу из ее уст про парней. Я не хочу расспрашивать дальше. Думаю, это не надо ни мне, ни ей. - Как провела вчерашний вечер? - я вздыхаю и с ожиданием смотрю на нее. Она хмурится, смотрит на меня с неким остервенением. - Ты дурак? Я неплохо провела время с тобой! Еще долго уснуть не могла, - она говорит возмущенно, спрыгивает с подоконника и берет сумку. Я следую за ней, она идет вверх по лестнице, поворачивает в коридор и останавливается в темном тупике. Здесь никого нет. Не слышно даже звонких голосов подростков. - Что мы тут делаем? - спрашиваю я и глупо улыбаюсь. Эвери облокачивается о стену и роняет сумку с глухим стуком на пол. - Здесь безопаснее всего. Нет назойливых взглядов, не ходит полиция. Знаешь, они ведь до сих пор ищут того придурка, который прокрался в кабинет помощника, - говорит она. Я киваю. Глаза привыкают к сумраку, и я различаю ее лицо. - Они облепляют меня с каждой стороны. Будто в этом замешана я.       Я не понимаю о чем она. Я не хочу задавать вопросы, просто молчу и смотрю на нее. Эвери снова играет с брелком. Задумчиво смотрит на свет, в противоположной от тупика стороны, и хмурится. - Я уеду. Не знаю на пару дней ли, или недель, - начинаю я. Эвери заинтересовано глядит на меня. Склоняет голову на бок, берет в руки прядь волос. - Ваша группа отдыхает. Ты ведь не с ней едешь? - спрашивает она. Я отрицательно качаю головой и поднимаю ее сумку, держу ее в руках и ощущаю тяжелый вес. - Я еду один, билеты уже куплены, - поясняю я. Девушка облизывает губы, кивает. - Ты ведь часто так ездишь? Зачем? Какая причина на это? - ее вопросы сыплются один за другим. Мне кажется, что она действительно заинтересована. - Эвери, у тебя есть привычки? - спрашиваю я. Девушка щурится, смотрит на носы своих кед. - Была, ее сняли с производства, - я не понимаю. Смотрю на нее и говорю, чтобы она пояснила. - Раньше, на всех прилавках магазинов стояли стеклянные банки с шоколадным кремом. Каждое утро, начиная с шести лет, я пила чай с тостами и этим шоколадным кремом. А потом его сняли с производства. И уже год, я не вижу его. Мне кажется, я забыла его вкус.       Мне кажется, я знаю, о чем она говорит. Мои сестры любили этот крем. - И как это относится к твоему уезду? - спрашивает она. - Привычка. - Я почти уверенна, что ты что-то ищешь там, за своим домом. Тебе не сидится на месте, ты определенно что-то ищешь, - говорит она. Я сосредотачиваюсь на ее словах. В них мне почти слышится ответ на мои мысли. Я пытаюсь запрятать ее фразу. Пытаюсь запомнить этот ее голос. - Ладно, мне пора я опаздываю на лекцию.       Она вырывает у меня сумку и делает шаг на свет. - Эвери, - я хватаю ее за руку. Понимаю, что она рассерженна, злится на меня, не хочет говорить со мной. Она оборачивается. Ее взгляд злой. - Не попрощаешься? - Я могла бы сказать тебе пока, но в этом нет смысла, - говорит она. - Для меня это важно, - она вырывает свою руку из моей ладони и смотрит на меня. - Я ведь сказала, что опаздываю, - мне казалось, что она сейчас взорвется. - Я уезжаю с утра, так что мы могли бы побыть вместе, - она фыркнула, снова посмотрела в сторону. - Мое вчерашнее настроение, было вызвано чертовым одиночеством, которое буквально поглотило меня с головой. Я не жалуюсь на это, но ты первый человек, который не отвернулся и навязываешься ко мне, после того, что случилось. Это слегка дико, - она говорит внятно и четко, как заученную фразу. - Мне все равно, что с тобой случилось, - я не понимаю, о чем говорю и просто пытаюсь вывести ее из этого настроения. - Эвери, это не дико. Пошли, ты выпьешь зеленого чая, а я кофе. Хорошо? - Я не хочу пить. Декан позвонит моему отцу, они знакомые. Снова скажет, что меня не было на его скучной лекции, - она говорит тихо. Мне кажется, что ей стало плохо. - Ты расстроилась из-за того, что я уезжаю? - она с вызовом смотрит на меня. - Шутишь? Я не расстраиваюсь из-за такой ерунды, - она складывает руки на груди и с презрением смотрит мне в глаза. Неотрывно. Возможно, мне бы давно стало неудобно, но не ей. Она не думает о том, что подумают люди. - Я не привязываюсь к людям, это опасно. - Это не опасно. Это всего лишь потребность, - я пытаюсь возразить, но понимаю, что это бесполезно. Эвери не сдвинется, она как гора будет стоять на своем. - Хорошо, ты можешь забыть о вечере, но я этого не сделаю.       Она дуется. Стоит прямо и смотрит на одну точку в стене. Ее сумка съезжает с плеча и опускается на локоть. Она нервно кусает губы, облокачивается о стенку и смотрит на меня, будто увидела в первый раз. - Я тоже зол на тебя, - я становлюсь рядом, облокачиваюсь о стену. Чувствую от близости некое напряжение, оно повисло даже в воздухе. - Ты не должен злиться на меня. Я всего лишь говорю то, что думаю, и людям это не нравится. Даже тебе не нравится, - она делает на этом акцент и сглатывает. Ее профиль подсвечивается сверхъестественным светом. - Ладно. Я опаздываю на десять минут.       Она поворачивает голову, смотрит на меня. - Удачной поездки, Зейн, - шепчет она. Я не хочу, чтобы она уходила. Я был бы не против простоять так хоть целый день и чувствовать это напряжение, слышать ее дыхание и наблюдать за тем, как трепещут ее ресницы. - Эвери, пообещай, что не будешь на меня злиться и проклинать, ладно? - я становлюсь напротив ее. Она облизывает губы, смотрит на меня томительным, долгим взглядом, под которым я, парень, плавлюсь.       Она пытается улыбнуться. На силу поднимает уголки губ вверх. Я не вижу насколько темные ее глаза, но могу поспорить, что они темнее обычного. Она становится на носочки и дотрагивается пальцем до моей колючей щеки. Поворачивает мою голову вправо, оставляет совсем легкий, призрачный поцелуй на моей щеке и скрывается.

***

      Я сижу на чемодане и перебираю свой рюкзак. У меня получается маленький срыв, когда я не могу найти свой блокнот. Я безумно радуюсь, когда нахожу его во внутреннем кармане джинсовки.       В моей квартире нет запретов, поэтому я потягиваю сигарету и ставлю чайник, сделать кофе. Листаю блокнот и замечаю, что долго не писал.       Мне показалось непривычным, что Эвери отказалась от чая. Это ведь привычка. Привычки надо соблюдать из-за дня в день, но сегодня она отказалась. Я не мог ни о чем думать, кроме этого. Я не мог забыть то, что она отказалась от чая. Это ведь привычка, черт возьми. Я нервно скинул блокнот с колен и тут же поднял, вспомнив, сколько эта вещь значит для меня.       Я был наполнен любовью к Эвери. Она пугала меня, но это было настолько притягательно, что даже во снах она являлась ко мне чаще, чем, что-либо другое. Я был полным психом, взывая ее имя и вызывая ее образ у себя в голове.       Она была чем-то странным. Чем-то не земным.       Мне стало грустно одновременно с тем, как засвистел чайник. Я не переношу этого свистка.       Эвери была больна. Я не знал, что это. Но рядом с ней, явно ощущалось присутствие болезни. Эти косые взгляды в ее сторону. Речь, наполненная грустью. Порывы страсти. Не любовь к живому. Все это засело глубоко внутри ее. Она была одинока. Ей не требовалось компания. И мне казалось, что ей было глубоко наплевать на мое присутствие рядом. Я был, как кто-то неживой рядом с ней. POV Avery       Я всегда находила время, чтобы раздражаться, но сегодня раздражения было больше обычного. Меня настолько взбесила встреча с Зейном, что мысленно я послала его к черту несколько тысяч раз. Я не могла спокойно реагировать на всю эту ситуацию, поэтому оказалась виновницей резко возникшего потопа на первом этаже университета. Я сломала кран, который не хотел закрываться, поэтому вода лилась сквозь щель между дверью и полом. Одна девушка, которая ненавидела меня, была вся мокрая. Она оказалась сзади меня, когда кран отвалился. Ее тушь потекла, и она была похожа на добродушную панду. Платье прилипло к ее телу, просвечивая ее ярко-красные стринги. Меня позабавила эта ситуация, но я поспешила смыться, пока меня не нагнали.       Когда уже в своем районе я вышла из автобуса, то почувствовала, как мои ноги хлюпают в кедах. Не хватало еще заболеть, хотя было бы неплохо, находиться целую неделю дома. Сидеть в своей комнате, есть мороженое большой ложкой, и смотреть через окно на улицу.       День закончился без эмоций. Кровать была слишком жаркой сегодня, поэтому я стянула матрас и легла у открытого балкона на полу.

***

- Эвери, к тебе курьер, - папа постучал в дверь. Я тут же встала с матраса. Я не знаю, откуда столько оживления, особенно с утра. Когда папины шаги утихли я, перескакивая через две ступеньки, спустилась вниз. - Эвери Аттвуд? - могу поклясться, что этот тот самый курьер. Я кивнула. Он протянул мне ручку и указал где поставить роспись. Я переминалась с ноги на ногу, пока он доставал из машины мои посылки. - Это вам.       Он поставил коробку в прихожую, на комод. Я слышала звук стекла. Дальше, он принес еще одну белоснежную орхидею. Я поблагодарила его и закрыла за ним дверь. Орхидея, четвертая по счету, отправилась к другим орхидеям. Меня она несильно волновала. Волновало то, что находится в большой коробке.       Я отрезала скотч и резко распахнула ее. Поверит, не могу, вся коробка до отказа была набита стеклянными банками с шоколадным кремом. С тем самым!       Моему счастью не было предела, и я впервые пожалела о том, что у меня не было номера Зейна. Я была так благодарна ему. Мне хотелось обнять его и сказать что-нибудь хорошее. - Спасибо тебе, - я произнесла это в тишину.       Это было чем-то особенным, ведь он искал его ради меня. Каждый день сидел в кафе ради меня. Он все делает ради меня. Я плотно сжала губы. Я знаю, я нравлюсь ему.