"А Вы когда-нибудь видели, как танцует ведьма?"

-А у вас строгий начальник? – возбуждённо подпрыгивая, спросил Никола. -Когда как, - собирая остатки терпения, ответил Горислав. -В смысле когда как? Начальник же либо строгий, либо нет, либо не очень, разве нет? Удивление на этом юном кудрявом лице было столь искренним, а жёлто-зелёные глаза так наивно хлопали, что желание закопать украинского стажёра у Гори пропало напрочь. -Я бы сказал, что не очень строгий, - подобрал слова Горислав, - Сергей Сергеевич из той редкой категории начальников, которых можно назвать нормальными. Это ж просто феномен, поэтому… -Что поэтому? – опять удивился Никола. -Слушай, как там тебя… -Никола. -Никола, да… Сколько тебе лет? -Двадцать три с копейками. А это что, важно для обучения? – забеспокоился Никола. Важно вообще-то это не было. Возраст шинигами практически теряет своё значение с тех пор, как ему дают наставника. Но Горислав вспомнил, что перед ним всё-таки… как бы это поприличней-то… очень молодой жнец, и что посвящать его во все развлечения здешних жнецов будет… несколько негуманно по отношению к нему самому… Вообще изначально Горислав хотел сказать, что «нормального» начальника они себе всем отделом выдрессировали с большим трудом, постепенно беря его с собой на все гулянки, но изнасиловать этой информацией молодой украинский мозг Горя просто не мог. -Эм… Горислав Андреевич? – осторожно напомнил о себе Никола. -НИКОГДА. НЕ НАЗЫВАЙ. МЕНЯ. ПО ОТЧЕСТВУ!!! – рявкнул Горислав. -Больше не буду… - пискнул Никола, вжатый криком в ближайшую стену. -Мне плевать, что ты молодой стажёр, а я один из опытнейших диспетчеров, мне начхать, что я старше тебя на шестьсот сорок лет – это НЕ ПОВОД называть меня по отчеству! Чтобы выжить в эти полгода стажировки, тебе первым делом нужно запомнить это правило. Усёк? – грозно спросил взбешённый Горислав, аккуратно отпуская воротник рубашки новенького. Никола поспешно закивал, мечтая о глотке воздуха. -Ну вот и отлично, - совершенно будничным тоном сказал Горя, отошёл от Николы и пошёл в кабинет, - дуй за мной. Отойдя от внезапного напора старшего жнеца, Никола резвым зайчиком поскакал за временным наставником. -А рабочий день у вас такой же, как у нас? А какая у Вас специальность? А почему… «Молодой да гулящий», - сделал вывод Горислав, - «и редкостный балагур». Никола продолжать засыпать его вопросами, причём Горислав даже не успевал на них отвечать. Желание закопать вернулось. Причём в более извращённой форме – расчленить, каждую часть тела в отдельный холщовый мешок и закопать их ну очень далеко друг от друга. Желательно на разных континентах. Хотя тогда Горя опасался, что эта вечно улыбающаяся рожа станет преследовать его во снах. -Вот, - махнул рукой жнец на стол у окна, зайдя в кабинет, - устраивайся поудобнее, Никола. Это твоё рабочее место на ближайшие шесть месяцев. Тесновато, конечно, но на одиннадцать столов кабинет не рассчитан, а все остальные столы заняты. -А можно я его передвину? – попросил Никола, - А то у окна свет в глаза бить будет. Скептически оглядев свободное пространство, значительно уменьшившееся с появлением одиннадцатого стола, Горислав ответил: -Можно. И с шоком стал наблюдать, как Никола с чисто славянской хитрожопостью в одиночку протащил стол через три узких прохода, в одном из них подпёр своей косой, чтобы ничего не упало, и поставил рядом с его столом. -Вот! – снова улыбаясь во все двадцать восемь зубов, сказал Никола, - Можно же рядом с Вами? Вы ж мне наставника в мою стажировку замещать будете! -Можно, - убитым голосом разрешил Горислав. «Видимо, хрен я от этого ходячего оптимизма отделаюсь…» -Я тогда мусорную корзину сзади нас поставлю, а то между нашими столами уже не поставишь, а так нам обоим удобно будет… Ой, я нечаянно, сейчас всё соберу! -Не страшно, - сказал Горислав, не оборачиваясь, - в мусорке одни бумажки сейчас. -Всё равно неловко! Опаньки! А это что такое? С неохотой обернувшись, Горислав увидел, как Никола держит в руках пол-литровую пластиковую бутылку из мусорки и старательно принюхивается к горлышку. Его, Горислава, пластиковую бутылку, которую он вчера случайно притащил на работу вместо минералки. -Хороооший самогон, - со знанием дела протянул Никола, снова принюхиваясь, - это лет десять практиковаться надо, чтобы такой гнать. Ваш? – спросил он у Гори. -Ну мой… - буркнул Горислав. На лице юного украинца нарисовалась пакостная ухмылочка. - Долго ты там копаться будешь? – с внезапным приступом смущения спросил Горислав, - Давай выбрасывай и садись работать! Никола послушно (!) выбросил бутылку и сел за стол. И тогда Горислав наконец-то понял, почему ему мерещился запах сала. Особого украинского сала, а не того дешёвого бреда, который продаётся на рынке. Кусок этого сала был у Николы с собой. Ну а про его улыбочку, когда он унюхал самогон, даже думать страшно было. Почки Горислава горестно вздохнули и спели себе панихиду…

***

-Собирайся, - приказным тоном скомандовал Горислав, - шесть уже. -Всё что ли? – обрадовался Никола, - А как же те шестеро грузчиков? -Ты их души полчаса назад забрал, - сурово напомнил Горислав, - или забыл уже? А в итоговую квитанцию их кто за тебя вписывать будет, я? Никола судорожно зашарил по столу. -Не-не, такого ж быть не может, точно забирал, они ж даже в книжке смерти вычеркнуты… Гориславу стало немного совестно за то, что он был так строг с этим ещё зелёным юнцом, но ничего поделать с собой он просто не мог. Три святые вещи для жнеца потому и святые, что без них он практически никто. И двух из них Горислав уже лишился – наставник погиб около века назад, а потенциальный стажёр – совсем недавно. А тут на голову свалился этот… Этот… Никола, чтоб его! Горислав очень не хотел, чтобы это кудрявое нечто было его стажёром вместо Вани, пускай всего лишь на полгода, но всё равно… -Нашёл! – радостно воскликнул Никола, - Вот, Горислав, посмотрите! Горя скорее для приличия пробежался глазами по запискам. Заполнены они были в принципе правильно, но слишком уж небрежно. А на одной из них было слишком много пятен от ручки. -Вот эту перепишешь, - ткнул пальцем жнец, - слишком много пятен. -Да эта ручка такая, заканчивается! – оправдался Никола. -Значит, другую возьми. Пока ты здесь – за тебя отвечаю я. А пока за тебя отвечаю я – то и прилетать за твои косяки будет мне. А этого мне даром не нужно. -Понял, понял. Всё исправлю, - поспешил заверить Никола. -Тогда можешь идти, - сказал Горислав, надел куртку и собрался уже уходить, как его остановил Никола. -Горислав, подождите, пожалуйста! В руках у стажёра был относительно прямоугольный предмет, завёрнутый в фольгу. -Чего тебе? – с недовольной миной вопросил Горя. -Горислав, Вы только не поймите меня неправильно… Ну… -Что ну? -Ну Вы грустный такой, тухлый какой-то… В одиночку пить – это же не дело! – осмелев, сказал Никола. Брови Горислава сдвинулись в одну суровую линию. -Слыш ты, чернобыльский холодец, тебе жить надоело? – с угрожающими интонациями спросил Горислав, - Ты что себе позволяешь? Ты охренел?! -Да я… -НЕ ЛЕЗЬ. В МОЮ. ЖИЗНЬ. -Да что Вы, Горислав, кто лезет? – искренне удивился Никола, - Я ж лезть даже не собирался! Я вот о чём… Вы извините, конечно, - тут стажёр понизил голос до шёпота, - я насчёт той бутылочки. Вы сами сказали, что самогон в ней Ваш был. Это же отменный русский самогон! Такой пьют либо на похороны, либо на большой праздник! А у меня есть кусок лучшего украинского сала… Вы ж меня понимаете? -Конечно, как тут не понять, - усмехнулся Горислав. Настроение стремительно ползло вверх. -Ну и… Как Вы на это смотрите? – заговорщицки спросил Никола. -Как как… Положительно, - задумчиво отозвался Горислав, - одно без другого не пойдёт, так что двум славянским душам грех не употребить эти продукты вместе. -Вот это правильный настрой! – радостно сказал Никола, - Ну что, пойдёмте? А что было дальше, Горислав уже не помнил...