Кот для Капитана

Кок, конечно, ожидал нечто подобное, но даже моральная подготовка не помогла справиться с приступами смеха, когда поутру на все заведение взревел далеко не безызвестный капитан «Адской Удачи». Словно сладкая трель в раннюю пору, звуки голоса Дрейка разбудили большую часть посетителей… — Какого черта ты делаешь в моей постели, монстр?! Еще только очнувшись ото сна, Лоуренс оглядел свою постель и в нескрываемом ужасе заметил присутствие несколько нестандартной спины для девушки на правой части кровати. В первое мгновение мужчина подумал о том, что это какое–то безумное видение из сна, что наложилось на образ лежащей рядом девушки, но эта наивная мечта разбилась о края реальности — Питер задвигался. Миловидный юноша дернулся под легким покрывалом серо–коричневого цвета, и стоило ему только прийти в себя, как Питер обвил свои руки вокруг шеи шокированного капитана. Мальчишке разве что не хватало томно шепнуть на ушко мужчине ласковые слова приветствия… Что тот незамедлительно и сделал, чуть ли не лизнув мочку: — Доброго утра, спящий красавец. Несколько долгих секунд Дрейк изучал счастливое донельзя лицо юноши напротив, после чего резко и без предупреждения рявкнул на мальчишку (от силы, с которой он сказал, разве что по мистическому стечению обстоятельств стены не задрожали): — Я, спрашиваю, что ты забыл в моей комнате?! Но Питер не был бы Питером, если бы не отреагировал в своей привычно–спокойной манере, не изменив ни на йоту тон своего интимного голоса: — Ну как же, капитан? Девушка сразу отдала мне свое место рядом с вами, стоило ей только узнать, какие узы нас связывают… — Если ты сейчас же не отлепишь от меня свои руки, то они, во–первых, превратятся в культи, а во–вторых, ты вылетишь за дверь с такой скоростью, что все возможные «узы» разорвутся в клочья! Питер звонко рассмеялся, так что у Дрейка нервно дернулась правая бровь, и легонько коснулся кончика носа мужчины, заметив: — Лоуренс, ты такой шалунишка… Питер оказался за дверью раньше, чем продолжил фразу. Работницы тяжелого физического труда еле успели отпрянуть от двери. Их уши даже заалели от наглости — они разве что не мигали в свете утренних лучей солнца. Пригрелись они неплохо так, да и подслушали немало — иначе юноша не мог объяснить наличие широких улыбок на лицах девушек. — Он у меня такой вспыльчивый, — развел руками Питер, как бы объясняя поведение своего… любовника? Молоденькие девчушки прыснули от смеха в ладошки и быстро ретировались, поняв, что представление на ближайший час закончилось. В обеденное время Джеку пришлось успокаивать расстроенного из–за случившегося в таверне «У Бо» капитана. Кок почти трепетно похлопал Дрейка по спине, присаживаясь за его одинокий стол в уголке заведения на другом конце Порт–Ройала. Тучный мужчина чувствовал острую необходимость вмешаться и помочь разобраться в этих странных взаимоотношениях капитана и «Пэна», как за легкий нрав звали несносного мальчишку. А так как кок был единственным, кто знал, куда именно отправился Дрейк, улизнув из таверны, то и выбора иного у него, в сущности, и не было… — Не стоит вам расстраиваться, капитан… Не думаю, что это как–то повлияет на ваш образ в умах местных жителей. Лоуренс поднял неясный взор голубых глаз на своего старого друга, и лишь спустя полминуты до его перегруженного разными думами ума дошел смысл сказанных Джеком слов. — Я не по этому поводу переживаю, — отмахнулся от внешних проблем Дрейк, пересаживаясь на другой стул и позволяя коку присесть рядом. — А что тебя беспокоит? — неожиданно для себя перешел на «ты» Джек. Он нахмурился, но на его счастье капитан был полностью погружен в собственные нерадостные мысли и не заметил такой оплошности — что–что, а вот пренебрежения к этикету и моральным принципам Лоуренс не любил. Тут его даже возраст и отношения не волновали, потому что и так достаточно сложно держать в юных — для капитана — руках свору вооруженных и достаточно опасных головорезов… Так что основное правило пиратов гласило: никакого панибратства на палубе и за ее пределами. Темноволосый мужчина провел рукой по отросшей щетине: — Скорее всего то, что я не до конца понимаю, к чему клонит этот ребенок. Не вижу его мотивов, из–за которых он так себя ведет. Слишком неясны его цели и причины действий. — Знаете, капитан, — медленно произнес кок, подзывая к себе кельнершу, что нетвердым шагом проходила меж столов в кабаке, — я, наверное, ничего не смыслю в отношениях, но цель мальчишки вижу очень ясно. Темного пива, пожалуйста. — Конечно. А вам, капитан Дрейк? — поинтересовалась далеко не молодая девушка, все еще одевающаяся как двадцатилетняя профурсетка. Выглядело нелепо, но никто из присутствующих не состоял в особом ордене защиты моды, так что она ушла живой под тяжелый взгляд голубых глаз. — То есть «видишь»? — перевел взор на своего друга Лоуренс. — Он хочет привлечь ваше внимание, капитан. Да и нравитесь вы ему. Выражение лица Дрейка так и кричало: «Не мне одному так кажется?..» — И, если честно, капитан… Мне даже нравится, как он вас меняет — рядом с ним вы преображаетесь и перестаете казаться безжизненной машиной. Стоит только Питеру оказаться поблизости, как в вас просыпаются эмоции и чувства, а люди на корабле видят перед собой куда более родного капитана, чем прежде. А ведь до появления Питера вы мало общались с нами, постоянно закрываясь в каюте, отдавая четкие распоряжения, но… толком не разговаривали. Вы для всех открываетесь с новой стороны. — Но я и прежде… — попытался вставить свою отчеканенную монету в разговор Дрейк. — Нет, — отрицательно мотнул головой кок, с удовольствием взяв из рук «девушки» деревянную кружку с пенным напитком. — Иногда я по–настоящему переживал, не покроетесь ли вы плесенью, сидя у себя в каюте. Джек рассмеялся, после чего отпил чуть из большого стакана… Отчаянно выплюнул содержимое на грязный пол, искривившись: — Как такое можно пить? — Джек, ты серьезно думаешь, что Питер делает меня более… раскрепощенным? — не отошел от темы разговора капитан. — А как иначе? — хмыкнул мужчина, отодвигая теперь ненавистную кружку. — Так думают многие. С вами стало приятней общаться, словно вы выходите из собственной скорлупы, открываетесь… Какие же эмоции непосредственно вызывает у вас Питер — дело десятое. — Чаще всего его хочется убить, — усмехнувшись, заметил капитан. Он тоже попытался выпить темного пива этого заведения, но с последнего посещения этот напиток существенно ухудшился по своему качеству. — Думаю, это естественное желание любого, кто попадает под его обаяние. — Неужели не только меня мальчишка выводит из себя? — Нет. Только вас, — забил последние гвозди в гроб Дрейка кок. — Просто первое время он надоедлив, ведь энергия в нем так и плещется. — Откуда она только у него берется… — Ха! Он очень юн, — цокнул языком кок, незамедлительно добавив: — И влюблен. — Только не начинай, — застонал Дрейк, закрыв лицо ладонью. Капитан даже внутренне как–то сжался, напрягшись от этих слов. Кок нахмурился. Было видно, что он решается на какой–то значимый шаг, потому что мужчина долго буравил какую–то точку на круглом столе, размышляя. — Дже… — хотел было позвать его Лоуренс, но кок отмер сам. — Капитан… Простите за нескромный вопрос, но вы сами вроде никогда в любом плане не были с девушками, и… — И? — почему–то Дрейк икнул. — Ну, и… — кок развел руками, как бы говоря, что вопрос и так висит в воздухе. «Не заставляй меня его озвучивать, Лоуренс», — так и читалось на его вымученном лице. — Эм… — капитан нервно повел плечом, прекрасно понимая, к чему ведет Джек. — Если ты о том, интересуюсь ли я девушками, то… Привлекательный для большей половины человечества мужчина запнулся, не зная как продолжить фразу. На ум ничего дельного не шло. Он просто не понимал, что сам чувствовал к женщинам, потому что его всю жизнь больше волновал корабль, а так как он считал его своей «Ласточкой», то и именно эта деревянная посудина была единственной в его жизни дамой сердца. — Мисс Кристина Ниш не в счет, — быстро отметил кок, отмахнувшись от зудящей под ухом мухи, что появилась неожиданно и совершенно не к месту (хотя, если учитывать царящую внутри кабака атмосферу — как раз к месту!). — Вы с ней настоящие безумные друзья. Да и познакомились, когда пытались поубивать друг друга. Капитан не мог не улыбнуться, вспомнив тот день на берегу Флоренции… — Не суть, — тяжело выдохнул Дрейк. — Он ребенок, и это нелепо. — Попытайтесь объяснить это бушующим внутри подростка гормонам, — усмехнулся Джек. — А как воспримет подобное команда? Это же… ужас. Не могу себе такого представить! — Команда? Так вы — капитан, не забывайте. Кого не устроит, можно отправить погулять по доске… Ха! Да не мне вас учить, Дрейк. Подобные варианты развития событий не очень радовали молодого капитана, но он решил осторожно замять возникшую тему. Вернулись мужчины под вечер, не пьяные, но вынесшие для себя многое из этого общения, особенно — Лоуренс. Капитан многое открыл для себя за последние часы, и когда он зашел уставший к себе в комнату, то не попытался, как обычно, убить мирноспящего юношу на своей постели, а просто укрыл того. С головой. Полностью. Чтобы лица не было видно! Еле отговорил себя не душить мальчишку. Помаявшись с десяток минут, попытавшись снять себе еще комнатушку («Все выкупили, мистер Дрейк… Видать, время такое, бурное»), капитан осторожно лег на самый край кровати. Усталость сморила его слишком быстро… Или все же причиной его самого спокойного за долгие годы путешествий вне корабля сна стал некий юноша, нежно причмокивающий губами в полудреме… Дрейк даже не задумывался об этом, он спал.