Кот для Капитана

Питер разве что не светился от счастья, идя следом за своим капитаном. Последний изображал полное игнорирование того, что позади него шел юноша, которого он поцеловал пару минут назад. Бэсфорд молчал, искоса поглядывая на парочку, и свои мысли мудро оставил при себе, считая разве что не секунды до встречи с остальной частью команды. Пираты уже с нетерпением вездесущих созданий ждали капитана и безумно обрадовались, когда увидели идущего к ним Лоуренса Дрейка. Бил в порыве нежных чувств кинулся обнимать ошарашенного такой жаркой встречей мужчину. Оттащили его всей гурьбой и то только спустя минут пять, когда милый рыжеволосый корсар перестал лепетать «На кого же вы нас покинули?» и, по сути, сам выпустил Дрейка из кольца своих рук. — Что с кораблем? — быстро перешел к делу Лоуренс, хмуро оглядев окружающих. Они привлекали внимание, но так как поблизости не было никого из офицеров, люди старались обходить сомнительную группу мужчин стороной, прячась за ближайшим поворотом. Долго такое продолжаться не могло, и Дрейк прекрасно понимал, что стоит действовать как можно скорее. Желательно уплыть с острова в течении последнего получаса… Времени очень мало. — Его стерегут… Я сам успел насчитать двенадцать парней в форме, прежде чем те могли меня заметить и поднять тревогу, — ответил капитану Уилл. — Все очень плохо, если кратко, — сделал вывод один из близнецов, не без ревности взирая на то, как Бил все еще стоит неподалеку от Дрейка. — Смею заметить, — подал голос Питер, и Лоуренс тут же обернулся лицом к мальчишке, прожигая того своим ледяным взглядом, но Питер был бы не Питером, если бы поддался на явную провокацию, и не продолжил: — Что наша «Ласточка» сейчас находится не в форме. Ее вообще кто–нибудь ремонтировал? Я видел всего двух парней далеко не лучшего внешнего содержания, которые изображали возле нее бурную деятельность… Сможем ли мы доплыть на нашем славном корабле хоть до какой–нибудь точки в Тихом океане, прежде чем он развалиться? — И что ты предлагаешь? — сквозь зубы поинтересовался Дрейк, злясь не на Питера, а на самого себя… Капитан не просто поцеловал дерзкого на словцо юношу, но еще и получил от этого явное удовольствие. Ему хотелось повторить этот опыт… Вся команда замерла, ожидая того, что скажет негласная правая рука капитана их корабля, и Питер незамедлительно ответил Лоуренсу: — Как бы я ни любил «Ласточку»… Нам нужно выбрать другой корабль. — Да я тебя!.. — зашипел капитан, схватив парня за грудки, тут же разжав пальцы, потому что перед взором Лоуренса появилась картина недалекого прошлого… со странным поцелуем, начавшимся примерно так же. Райская погода Коста–Рики не отличалась постоянным добрым нравом к своим жителям, и не стоило удивляться, что к половине дня кристально чистое небо внезапно заволокло темными тучами. Через пять минут, как облака скрыли золотой диск солнца на небосклоне, на землю пролились несущие свежесть и холод дождевые капли. Они словно прожигали насквозь сухую песчаную землю, наполняли собой неровности на дороге и собирали пряди длинных волос корсаров в тонкие мокрые завитки. Коренастый корсар в темной простой одежде размял свои плечи, затем руки и уже потом спокойно, как настоящий ледокол, направился прямо к «Адской Удаче». Корабль спокойно раскачивался на волнах, словно бы и не было у него никаких «ран» на теле, но Джордж не мог на этот счет обманываться — корвет медленно тонул. — Здравствуйте, парни, — не дал удивленным офицерам и на секунду отойти от шока его появления, сероглазый пират, ухмыляясь. — А что сторожим? Это корыто, что ли? — Да, — после секундного замешательства отозвался один из парней с оружием на бедрах. — А ты тут что забыл? — Гуляю вот. Заинтересовался, — почти по–дружески улыбнулся Джордж, жестом подзывая подойти к себе остальным трем корсаром, бродящим неподалеку. Долго думать не пришлось. Офицеры быстро смекнули, что четверо парней, сложенных в лучших традициях войн, никак не могли просто так нарисоваться на тонком деревянном помосте рядышком с пиратским кораблем, что даже атаковали первыми. Вот только неловкий выпад шпагой одного из военных быстро был отбит стоящим впереди Джорджем. Пираты верно рассчитали, что количественное преимущество вмиг исчезает, если бой происходит на метровом разбросе ширины причала. Все–таки даже при лучшем раскладе парни на службе у ее величества Испании могут выстроиться в шеренгу из трех человек… Стрелять в надежде, что не попадешь в своего впередистоящего товарища, они тоже не будут — не логично, ведь огнестрельное оружие далеко не идеальное и не отличается меткостью — тут попасть в своего недолго. Самым умным оказался один из самых дальних офицеров — он понял, что дело плохо и они стоят против не обычных новичков, а настоящих закаленных боями пиратов, и прыгнул в воду. Уилл попытался прицелиться в плывущего парня, но промахнулся и выругался, понимая, что вскоре к ним прибудет помощь. — Вот же черт… — высказался Ник, когда до него тоже дошла эта простая истина. Офицеры были разбиты. Не убиты, а именно ранены, и стонали, лежа кто в воде, осторожно плавая в неспокойной пучине и глотая дождевые капли, или на деревянном причале, зажимая обеими руками раны на теле. — Отшвартовывай корабль, пора отчаливать! — приказал Уилл одному из своих друзей и для проформы толкнул стонущего офицера, что был неподалеку от него. Пираты заранее обезоружили всех военных, чтобы никто из них не вознамерился выстрелить в спину, когда того никто не ожидает. — Ничего не выйдет, — еле слышно заметил Ник, но больше и слова не сказал, приступив к своей части миссии по спасению с острова. Дождь лил с неимоверной силой, словно желая утопить весь мир в водной пучине. Океанская гладь вскоре тоже вспенилась и стала бурлить, вздымая стоящие в ряд корабли вдоль причала. Небо стало почти грозовым, клубясь черными облаками, будто уже давно наступил вечер. Корсары работали во всю мощь своей силы и желания, к тому же к пятерым смельчакам вскоре присоединилась остальная часть команды, странно поглядывая друг на друга, и капитан Дрейк. Последний выглядел темнее тучи, но виду старался не подавать, что чем–то очень расстроен. Питер, на удивление, не бросался никому под ноги и не мешался, изредка о чем–то спрашивая парней, помогая иным залатать трещины в днище корвета и вообще занимаясь полезным творчеством. — Мне не нравится эта идея, — не выдерживает внутреннего напряжения Лоуренс, высказывая свое мнение Питеру. Но так как юноша лишь устало пожимает плечами в ответ, ничего не говоря, возможная перепалка на борту корабля быстро сходит на нет. Как и предрекал Питер еще в самом начале этого пути, при первом же набранном узле, за «Ласточкой» спешат военные корабли разных мастей. Но корвет быстрее, маневренней, более подготовленный к такого рода не тесной борьбы, что вскоре «Адская Удача» отходит от Коста–Рики и своих преследователей. — Это затишье ненадолго, — замечает Питер, подходя к краю борта корабля и почти касаясь плечом своего капитана. Дрейк отвечает юноше, не сводя своего взора с горизонта, где колышатся ветви размашистых зеленых деревьев: — Я знаю… «И это знание не успокаивает», — мысленно добавляет мужчина, хмуря свои темные брови. Дождь не прекращается ни на секунду, продолжая разить меткими каплями по деревянному кораблю, выбивая какой–то свой собственный таинственный ритм жизни. Тихий океан пока что и правда тих, на удивление всем… Он лишь изредка вздымает метровую волну и мирно продолжает свой неспешный ход. Шлюпка… Этот предмет спасения при первом же намеке на затопление никогда не был привычным способом побега с тонущего корабля для корсаров. Чаще всего даже и одной такой посудинки не было в наличии, но не зря пятеро добропорядочных пиратов долгое время работали рядом с «Ласточкой», не покладая рук — с рядом причаленных корветов и фрегатов они сняли парочку шлюпок, аккуратно перебросив их на главную палубу своего корабля. В свете тонущего в тучах солнца на воду опустилось несколько наполненных под завязку шлюпок. Пенистые волны быстро расходились в сторону от носа несущегося вперед корабля. Галеон — военное судно с острым корпусом, длина которого по килю равнялась тройной ширине. Именно на нем впервые боевые орудия были установлены не только на главной палубе, но и под ней, что привело к появлению батарейных палуб; то есть орудия стояли по бортам и стреляли через порты, существенно раня судно противника. Единственный минус — из–за этого были значительно сокращены помещения для перевозки грузов, что стало существенным перевесом для тех же пиратов в сторону все же иных посудин. Для военных же, не собирающихся отплывать слишком далеко от островов — это стал наилучший вариант, чтобы в кратчайший срок настигнуть противника и поймать того в силки убийственных двойных орудий. Отсутствие высоких надстроек и длинный корпус позволяли галеону ходить быстрее, почти плывя по ветру, чем тем же «круглым» судам. Странный звук раздался со стороны «Ласточки», и залатанная рана на теле корабля открылась во всей своей красе… Запаниковать никто не успел, как и очнуться от того факта, что военный галеон уже близко и… не один. Испанский галеон поравнялся с корветом и без предупреждения выстрелил по открытому боку «Адской Удачи», разрывая своими убийственными снарядами деревянное судно. Дрейк скрипнул зубами, смотря на это самоубийство, но даже не дернулся с места. Второй галеон подоспел к первому спустя некоторое время. Он встал неподалеку, сверкая яркими парусами, и… три шлюпки неспешно подплыли к нему, выйдя из–под защиты острого выступа скалистого камня, взявшегося словно бы из ниоткуда в океанской пучине. Прежде спрятанные от взгляда, спасительные мелкие «кораблики» пришвартовались к небольшому галеону с такой стороны, чтобы эта махинация осталась без присмотра другого палящего нещадно судна неподалеку. — Что–то вы долго, — шикнул на Дрейк на Викторию и ее команду из еще четырех корсаров. — Как могли, собрались… — неоднозначно отозвался Касьян, отдавая еле слышный приказ ударить всеми орудиями по открытому для боя галеону, что обстреливает любимую всеми «Ласточку». Но все же главный приказ отдали не юные корсары, а Лоуренс: — Пли беспощадно по военным! Все словно бы ждали этого зычного и властного голоса, так что тут же все заняли нужные места и в сторону испанского флота в лице одного корабля в Тихом океане полетели снаряды. Галеон явно не ожидал такого поворота событий, как и уже во всю штурмующие пустую «Ласточку» офицеры. Бой был выигран заранее. И вскоре небольшое судно с разноцветным флагом отплыло от двух других кораблей, один из которых выглядел безумно разбитым. «Адская Удача» не выглядела убийственно плохо… Но так казалось лишь на первый взгляд, и со скрипящим сердцем Лоуренс попрощался со своей единственной любовью, что была с ним почти всю его сознательную жизнь. Отплывали от тонущих корвета и галеона без музыки и радостных песен. Дрейк хмуро смотрел на то, как уменьшается его родной корабль, и его душа истекала кровью. Боль сковала многих, не давая и помыслить что–то доброе и светлое. Если бы на лица корсаров не лилась вода с небес, то наверняка были бы заметны слезы, так предательски появившиеся в уголках глаз. — Это был наш единственный шанс выжить, — осторожно заметил Питер, который и придумал сей план. Задуманное юношей было простым и одновременно сложновыполнимым: отвлечь внимание офицеров на «Ласточку» настолько, чтобы те не заметили движения возле их основного военного судна, набирающего больше всего узлов в океане, а уже после действовать. Большая часть команды сначала, изображая бурную деятельность, перетащила все необходимое с корабля в Порт, а потом уже оставшаяся на земле пятерка корсаров должна была совершить самый опасный маневр — выкрасть прямо из–под носа у испанского флота галеон. Галеонов было не так много… Все–таки Порт–Ройал не являлся центром вселенной, как и областью влияния Испании, так что близ города их было лишь два. Один под свою опеку и взяли юные корсары под предводительством вызвавшейся в эту операцию Виктории. Ей и ее компании было необходимо сделать невероятное — набрать в трюм галеона все необходимое, а потом в нужный момент выйти в открытый океан, не привлекая внимания остального флота… Что сделать было довольно сложно, но переодетые в военную форму парни сделали все как по нотам, заранее подготовив все нужное. Тут все шло по минутам, и любая ошибка могла стать фатальной для всей команды Дрейка. Виктория и остальные четыре корсара были героями, но и в их сердцах зияла дыра, которую было невозможно залатать и тридцатью такими галеонами, как тот, на котором они стояли. — Возможно, — не стал спорить Лоуренс, но повернувшись лицом к юноше, добавил: — Был ли иной путь? Мы этого никогда не узнаем… На этом их разговор был закончен. И грустный Дрейк покинул главную палубу чужого корабля, скрывшись от всех убийственно потускневших глаз пиратов. Питер проводил мужчину задумчивым взглядом, слабо прикусив нижнюю губу. Небо разверзлось молнией, освещая бледную тень «Ласточки», что плескалась на горизонте…