Amor etiam deos tangit

Над девятью мирами Иггдрасиля парила сладостная ленивая истома. Солнце начинало пригревать всё смелее, настойчивее, всё раньше бескрайний небосвод озарялся живительным светом. Под горячими лучами не таяли разве что только льды Йотунхейма, сохраняя своё нерушимое ледяное величие. В Асгарде же чаровницы танцевали и резвились над водной гладью, поклоняясь далёкому светилу, то и дело запевая давно забытую меж прочих существ песнь проклятых. Рыжие девичьи локоны развевались от малейшего движения гибких тел, а громкий смех озарял своим весельем скрытые от прочих глаз зелёные массивы. Маленькие феи, перешёптываясь, прыгали по ветвям, сбивая крохотными тельцами капельки росы, иногда кидая взгляды в сторону веселящихся ведьм и хихикая. И даже ночные кошки, лениво разлёгшиеся в тени ветвей, лишь вяло шипели на маленьких проказниц, пытавшихся вымыть ледяными каплями из жёсткой шерсти следы кровавых боёв. Мир, наконец, очнулся от затяжной зимы, сковывавшей собою всё живое, и в душах людей начали прорастать семена любви и надежды, давая первые хрупкие побеги веры, которой так не хватало в эту бесконечно долгую и холодную пору. Весна! Как много в этом слове скрытых улыбок и жизненной силы, преображающей мир. Какой бы чудесный бог ни придумал это волшебное время, в тайне, где-то глубоко-глубоко в душе, каждый благодарен ему за ещё один шанс, за ещё одну жизнь, за ещё одно мгновение сказки. Небольшие камушки тихо шебуршали под ногами путешественников, иногда отскакивая в стороны от тяжёлой поступи коня, терялись в многочисленных зарослях бругмансий, где вели свою бурную деятельность маленькие колибри. Реагируя на звук шагов, птицы мгновенно поднимались в воздух и замирали, возбужденно трепеща крыльями и с любопытством наблюдая за уходящими в лесную чащу путниками, что уверенно продвигались в сторону огромного озера, где ещё совсем недавно веселились чаровницы и грелись на солнце опасные в своей любви к людям русалки. - Ты бы знал, как я люблю эту пору. - Принц вдохнул полной грудью свежесть зеленеющего леса. - Столько трав, столько полезных ингредиентов можно собрать именно сейчас. Локи наклонился к небольшому колючему кустику, вызывающе ощетинившему в сторону аса свои ярко-красные ядовитые шипы. Всего одно движение ножом - и растение лишилось нескольких иголок, тут же появившихся вновь. Локи хмыкнул, осторожно укладывая шипы в мешочек и перехватывая поводья своего коня. - Но если так подумать, то много и минусов. Например, Тор ведёт себя странно. Подозрительно на меня косится, но молчит. Да и вечно вокруг него крутится эта Сиф. Места другого что ли нет?! - возмутился младший принц. Да, мне не нравятся друзья Тора. - Локи задумчиво посмотрел в сторону блестящей вдали водной глади. Конь фыркнул, тряхнув гривой. - Я не ревную. Просто Одинсон мог бы больше времени уделять мне, а не своим друзьям. Лошадь тряхнула гривой, подозрительно натопырив уши, и предостерегающе замерла, но принц был настолько увлечён беседой, по сути, с самим собой, что лишь сильнее натянул поводья, продолжив: - Нет, я, конечно, всё понимаю, Тор — король. Ответственность и всё такое. Но я... Что за?! - Локи остановился, ошарашенно наблюдая, как стая волков медленно разворачивается к нему, скалясь во множество клыкастых пастей. - Ты не мог мне раньше об этом сказать?! - юноша всплеснул руками, обращаясь с укором к коню. Животное от комментариев воздержалось, но на дне его тёмных глаз плескалась такая тоска-печаль, порождённая глупостью одной маленькой омеги, что впору было удавиться. Младший принц медленно отпустил поводья, принимая боевую стойку. В глазах его загорелся яркий огонёк азарта, а в руках засияли магическими искорками небольшие кинжалы. Стая волков не нападала, ожидая приказа своего вожака. Юноша тоже замер. Казалось, что прошла вечность, прежде чем животные, наконец, сорвались со своих мест. Маленькая битва продолжалась недолго. Шансы были не равны. Всего несколько кинжалов пущено, как оказалось, впустую, но пара огненных шаров всё же достигла своей цели. Локи злорадно наслаждался жалобным скулежом, бросая в нападающих волков смертельное проклятье. Долетело ли оно до цели, принц так и не понял, растворяясь в чувстве боли, когда на его шее сомкнулись острые зубы. "Просыпаться после хорошей гулянки всегда тяжело", - вспомнил омега слова Фандрала, страдающего после очередного веселья. Рядом что-то стукнуло и послышался металлический скрежет. - Демон? - Локи сморщился от звука своего голоса. Чувствуя, как шею прострелило сильной болью, а напрягшийся кадык сжали плотные повязки, напрочь пропахшие снадобьями и кровью, омега попытался принять вертикальное положение, ощупывая пострадавшую часть тела. - Нет, твоя лошадь сразу же сбежала, как только ты... упал, - бархатистый голос звучал слишком громко, отчетливо, казалось, что говорили отовсюду, но в тоже время тишину ночи никто не нарушал. Незнакомец явно подбирал слова помягче, делая большие паузы. Юноша дёрнулся, открывая, наконец, глаза. Напротив него сидел мужчина, с ухмылкой наблюдая за чужими потугами. Длинные спутанные тёмные волосы неопрятным каскадом ложились на широкие плечи незнакомца, скрывая половину застывшего восковой маской лица. Огонь камина отражался в чёрных омутах глаз, падая на желтоватую кожу, истерзанную невзгодами. Сиплое дыхание прорывалось сквозь плотно сомкнутые губы незнакомца, которые, как и лицо, были покрыты следами беспощадного времени. Всего на мгновение Локи показалось, что если хоть одна эмоция озарит лик незнакомца, то глубокие борозды рассекут кожу ещё сильнее и на пол упадёт первая капля крови из кровоточащей, глубокой раны. - Когда дело доходит до мести, асы становятся очень изобретательными, - не размыкая губ, спокойно произнес незнакомец. Юноша стыдливо отвёл глаза, рассматривая обстановку, попутно пытаясь перевести мысли в другое русло. Голос в его голове никак это не прокомментировал, но весёлые искорки всё же вспыхнули в глазах мужчины. Он явно наслаждался ситуацией. В камине потрескивали дрова: блики от огня падали на деревянные стены и отражались в стекле окон, почти затерявшихся в темноте. Высокий стол, два стула, на одном из которых раньше сидел мужчина, сейчас наливающий в кувшин пряную жидкость, от запаха которой у омеги закружилась голова и защипало в глазах. Продолжив осмотр, Локи заметил висящий на стене золотой посох, привязанные почти у самого потолка пучки трав и множество шкур животных, устилающих пол мягким ковром. Юноша кинул взгляд на стоящего к нему спиной мужчину, потом на посох на стене. «Сильный артефакт, кажется, но я должен справиться». - Локи тихонько соскользнул с кровати, тут же краснея и кутаясь в тёплую шкурку, накинутую на голое тело. Незнакомец продолжал греметь посудой, не обращая внимания на тихие, едва слышные шаги юноши или делая вид, что не обращает, в это время с любопытством наблюдая, как, задерживая дыхание, маг крадётся к оружию, сильно хромая и поправляя постоянно спадающую шкурку. Наконец, юноша касается золотистой ручки и болезненно вскрикивает, отдёргивая руку. По древку проходит дрожь, вспыхивают золотом полностью оплетающие посох магические знаки и тут же гаснут. Испуганно обернувшись, Локи утыкается носом в сильную грудь, замирая в ужасе. - Довольно хорошая попытка для такой маленькой, смелой, - мужчина проводит рукой по заостренному концу посоха, - но, увы, глупой омежки. Отойдя на несколько шагов от скованного страхом гостя, мужчина кивком головы указал тому вернуться в постель. - В тебе есть сильный магический потенциал. Ты даже станешь великим колдуном, но ты никогда не перестанешь быть омегой, - мужчина с удовлетворением отметил звук лёгких шагов в указанном им направлении. - Кто ты? - немея от страха, Локи наконец задал интересующий его вопрос. - Думаю, что это не так важно. - Мужчина подхватил со стола глиняный кувшин, в два шага приблизившись к принцу. - Пей. Локи вдохнул пряный запах и отрицательно замотал головой. Только начав варить зелья, юноша крепко усвоил один урок — никогда не пробовать незнакомые травы, особенно на себе. Чревато последствиями. - Я не спрашивал у тебя мнения. - Мужчина схватил омегу за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. Незнакомец постарался как можно незаметнее подавить чужое сопротивление магией. Омега был настолько напуган и слаб, что даже не заметил вторжения в своё сознание, не скрывал за щитами закутки своей души, полностью подчиняясь чужой воле. Отпив совсем небольшой глоток, Локи закрыл глаза, опускаясь на подушки. - Так кто же ты? Кого мне благодарить за спасение? - Себя, - тихо ответил незнакомец, проведя по тёмным спутавшимся волосам омеги. Локи резко открыл глаза, вскакивая с кровати. Вокруг были только родные стены, мягкие ковры, книги - и никого. Юноша начал лихорадочно ощупывать шею, ведь он так явно ощущал сковывающие дыхание повязки, металлический вкус запекшейся на губах крови, осевшую во рту тошнотворную горечь трав. Кинувшись к двери, Локи выбежал в коридор, растерянно озираясь по сторонам. Пробежав немного вперёд, юноша влетел в Тора, несшегося куда-то по своим делам. - Локи? Что случилось? - Король обнял омегу за плечи, всматриваясь в шальную зелень глаз. - Почему ты в таком виде? - Как я вернулся домой? Меня принёс мужчина? - Локи вцепился в сильные руки брата, нервно вздрагивая от напряжения. - Какой мужчина? - недоуменно спросил Тор, уже понимая суть проблемы. - Локи, успокойся. Никто тебя не приносил, и ты никуда не уходил. - Я поехал на прогулку в лес, помнишь? - чуть не плача, добивался своего принц. - Локи, ты не ездил никуда в ближайшие несколько дней. - Мужчина начал мягко отдирать от себя намертво вцепившегося мага, втайне поражаясь такой хватке. - Успокойся, тебе это просто приснилось. - Громовержец настойчиво вёл омегу обратно в покои, пусть тот и порывался куда-то бежать. - Но я помню! Лес, волки, деревянный домик! Всё это было! Я не схожу с ума! - Локи позволил усадить себя на кровать. - Тор, ты мне веришь? Это было, я помню. Это не мог быть сон. - Я верю тебе, верю. - Мужчина втянул носом воздух, тут же выдыхая. - Послушай меня, - накинув на открытые плечи одеяло, Громовержец продолжил. - Локи, у тебя началась течка, понимаешь? - Одинсон погладил омегу по спине, моля всех богов о терпении. - Для тебя это непривычно и страшно, потому ты и увидел кошмар, не более. Попытайся сейчас успокоиться и заснуть, хорошо? - Уложив, наконец, омегу полностью на кровать и накинув сверху шёлковое покрывало, Тор провёл ладонью по чёрным волосам. - Я рядом, успокойся, всё хорошо. Тебе просто приснился страшный сон. - Сопровождая каждую реплику мягким поглаживанием черной макушки, Тор старался делать как можно более короткие вдохи-выдохи, изо всех сил подавляя своё возбуждение. Когда дыхание юноши стало выравниваться, Громовержец поцеловал омегу в его маленький любопытный носик, поднимаясь. - Попытайся заснуть, а я позову лекарей. - Тор посмотрел на сворачивающегося клубочком брата, надеясь, что тот не придаст значения его горящему лицу, подрагивающему голосу и наверняка сумасшедшему блеску в глазах. Поспешно прикрыв за собой двери, мужчина прислонился спиной к стене, сжимая возбуждённый член через ткань брюк и со стоном прикладываясь головой к холодному камню. Оглядевшись по сторонам, Громовержец прикрыл плащом слишком явный показатель своего состояния, направляясь в сторону подземелий за лекарем. - Это был не сон, - тихо прошептал маг, закрывая глаза. - Я уверен. - Да, ты прав, это был не сон, - мужчина приблизился к огромному ложу, где спал принц. Нерешительно коснувшись оголившегося плеча, маг повёл вверх, к тонкой шее, медленно бьющейся на ней жилке. Пробежался пальцами по подбородку, очертил линию скул и коснулся приоткрытых горячих губ. - Придёт время, и ты всё поймёшь. А пока ещё рано, очень-очень рано, юный король Хаоса.