Глава 1, в которой я начинаю догадываться
25 февраля 2014 г., 00:15
Сюда неприложимы эти речи. У ней душа Дианы, Купидон Не страшен девственнице и смешон. Она не сдастся на умильность взора Ни за какие золотые горы. Красавица, она свой мир красот Нетронутым в могилу унесёт.
Уильям Шекспир, "Ромео и Джульета" перевод Б. Пастернака
- Я здесь, - тихий шепот над моим ухом заставляет вздрогнуть и обернуться. Обернуться? Я чуть не свалилась со стула, но тот, кто меня держал, не дал упасть. Он обнял меня и так же вкрадчиво прошептал: - Зачем ты меня притянула? Все же мне удалось вывернуться, несмотря на то что парень крепко прижимал меня к себе. Гарри говорил, что Том симпатичный, но он забыл упомянуть, насколько он хорош собой. Да, в последнее время я часто одолевала друга расспросами о Темном Лорде, пожалуй, даже слишком часто. Густые черные волосы, аккуратно уложены с пробором три к семи, сейчас так не укладываются, сейчас парни вообще не уделяют внимания волосам. Яркие голубые глаза, глаза Рона голубые, но не такие, не такие озорные. В глазах этого парня плясали чертики. И такое спокойное лицо, бледное, как у Малфоя, с каплей самодовольства. Все же, каким-то чудом, согревающий и ободряющий взгляд был у незнакомца. - Ты… - Я нервно сглотнула. – Ты Том? Парень кивнул и отстранился от меня. - Как? Как ты попал сюда? – Не унималась я. Казалось, он был обескуражен. Он непонимающе смотрел на меня. - Разве это не ты вытянула меня из книги? Пришлось задуматься. Вытянула? Как так? Я всего лишь сказала, что он нужен мне. Гадство! И он, такой спокойный, такой понимающий взгляд… Стоп. Книга. Он сам признал, что я вытянула его… Нет, все равно не понимаю… - Я… Я-я-я не знаю, - пришлось признаться мне. – А у тебя есть идеи, как так получилось? Том лишь покачал головой. Он взял со стола книгу, в которой мы с ним переписывались, и принялся внимательно перелистывать страницы. Взгляд его остановился, он нахмурил брови и поджал губы, глубоко о чем-то задумавшись. Я решила привлечь его внимание, легонько тронув за плечо. - Ты что-то видишь в книге, Том? Он снова покачал головой. Сейчас он казался таким… Расстроенным. Да именно расстроенным. Он снова уткнулся в книгу и пробормотал: - Не могу вспомнить, я никак не могу вспомнить… Я никогда ничего не забываю, а сейчас провал… Странно. - Что ты не можешь вспомнить? - Помню, как приехал в школу, помню распределение, я помню свое первое занятие по ЗОТИ, - он задумчиво перебирал. – Помню, как навел палочку на отца, помню Миртл, но я никак не могу вспомнить, как я оказался в этой… В этом… Переплете. Словно меня вырвали и поместили сюда. – Он оглянулся на меня. – Странно, да? Так, медлить нельзя. Схватив Тома за руку, я потянула его прочь из библиотеки. Он попытался было бурно возразить, но Мадам Пинс так на него зыркнула, что он мигом проглотил свои слова и послушно поплелся за мной. Когда мы вышли в коридор, Том резко остановился, дернув меня за руку. И по инерции я подалась назад, врезаясь в его грудь. Хм.. А у него есть мышцы. Как интересно. Стоп. Гермиона Грейнджер, ты думаешь не о том, не отвлекайся. - Куда ты меня тащишь? – теперь его тон сквозил льдом. - Нам нужно к директору Дамблдору, - быстро пролепетала я и попыталась утащить Тома дальше. Он до боли стиснул мою руку и, приподняв мою голову за подбородок, внимательно посмотрел мне в глаза. Первой реакцией было отшатнуться, но такого взгляда я никогда не видела. По рассказам Гарри, по заметкам в газетах и учебниках я представляла себе безумный взгляд, ледяной и колючий, каким Малфой обычно пытается запугать меня. Но, хотя в его глазах присутствовали и лед, и колкость, вдобавок ко всему еще и внутренняя опустошенность. Как будто он о чем-то очень сильно сожалеет. Ну и конечно же там была злоба, эти голубые глаза источали ее в огромных количествах. - Этот старый пень стал директором? – в голосе Тома чувствовалось сомнение. – Ты действительно думаешь, что это хорошая идея? - У нас нет выбора, - я пожала плечами. – Рано или поздно он все равно узнает. - Чем позднее, тем лучше, - пробормотал он себе под нос и отпустил меня. – Ладно, веди.***
Петляя темными коридорами мы, наконец, дошли до памятной горгульи, я прошептала пароль «Лимонная долька» и статуя отодвинулась, пропуская нас внутрь. Том заметно нервничал и я, ободряюще, сжала его ладонь. Казалось, что мы целую вечность поднимались вверх к кабинету. Наконец, тяжелая дубовая дверь. Моя ладонь вспотела от волнения и я поспешила одернуть ее, как можно незаметнее утерев о край мантии. Но моего спутника, кажется, не тревожили такие мелочи, как вспотевшие ручки. Собравшись с духом, я постучала. Прошло несколько мгновений и… Нам никто не ответил. Может быть не слышит? Тогда я постучала еще раз, настойчивей. Дверь отвечала молчанием. Подергав, для верности, дверную ручку, я убедилась, что кабинет заперт и, скорее всего, пуст. Рассудив, что вскрывать замок при помощи «Алохоморы» будет верхом наглости, особенно учитывая, что я староста, я решила перенести беседу с директором до утра. Том облегченно выдохнул. Судя по счастливой улыбке, разлившейся по лицу, он очень надеялся на то, что к Дамблдору мы не попадем. Спускались вниз мы куда быстрее, видимо Том опасался, что директор все-таки явится.***
Долго размышлять, куда идти, мне не пришлось, ответ вырисовывался сам собой. Выручай-комната, наверное, самая полезная задумка основателей. Хорошо знакомым путем мы отправились на восьмой этаж. На удивление, Том отлично знал ее местоположение. Видимо и он тоже не раз пользовался комнатой. Со знанием дела он прошел взад-вперед мимо стены, дожидаясь, когда вход откроется. Внутри было довольно уютно. Это была жилая комната в серебристо-зеленых тонах. «Слизерин», - подумала я. – «В своем репертуаре». Здесь было все для комфорта, большая кровать с пологом в углу, камин, пара кресел, диван, небольшой письменный столик, комод. Но разглядыванием комнаты заниматься было неохота. Стремительным шагом, Том пересек Выручай-комнату и занял одно из кресел возле камина. Я опустилась во второе и подтянула под себя ноги. Краем глаза я взглянула на него. Огненные блики так странно играли с его лицом, делая его притягательным и отталкивающим одновременно, очерчивая скулы, слегка окрашивая губы. И отблески пламени отражались в его глазах, только пламя в них было куда темнее и куда как холодней. - Какой сейчас год? – Том решил нарушить тишину. - Девяносто шестой, двадцать девятое октября девяносто шестого года, - я в открытую посмотрела в его лицо. - Хм… - Он задумчиво очертил нижнюю губу большим пальцем. – Далеко меня закинуло. И снова замолчал, правда, ненадолго. - А если старый хрыч теперь директор, то кто преподает вместо него Трансфигурацию? - МакГонагалл, - спокойно ответила я, глядя в камин. - Минерва? – Том оживился. – Эта полукровка из Гриффиндора? А зелья все еще Слизнорт ведет? - Теперь да. - Что значит «теперь»? – Нахмурился Том. - Нуууу… Раньше у нас преподавал другой человек, ты его не знаешь, - поспешно проговорила я. – Он теперь ведет у нас ЗОТИ. А ты знаешь МакГонагалл? Он небрежно махнул рукой. - Выскочка с параллельного факультета и полукровка. Удивляться было нечему, но тот Том, с которым я вела переписку, был куда более дружелюбен. Почему-то я надеялась, что ненависть к магглорожденным пришла к нему позже. Нет, оказывается, он с детства так относится ко всем, кто, по его мнению, не чист кровью. Я вообще грязнокровка, могу представить его истинное отношение ко мне. Наверное он хуже дурака Малфоя. - Ты так ненавидишь полукровок? – тихо спросила я. - Я так ненавижу магглов, - жестко ответил он. На моем лице появилась вымученная улыбка. - Ну, так ведь и я далеко не чистых кровей, - и утвердительно добавила. – Меня ты тоже ненавидишь. Вместо ответа Том вскочил и, подлетев ко мне, до боли сжал мои предплечья. Его глаза горели, он склонился надо мной, впиваясь взглядом в мое лицо. Он мучительно долго, изучающе смотрел на меня, а я боролась с желанием вырваться и убежать. Бежать без оглядки, бежать и бежать, дальше от него, от того, кто скоро может повторить свою судьбу. Но его гипнотизирующий взгляд удерживал на месте. Почему-то в нем читался легкий проблеск надежды. Мерлин, меня осенило! Том, наконец, начал говорить и с каждым его словом я укреплялась в своей догадке. - Ты другое, - неуверенно начал он. – Ты… Не похожа на остальных грязнокровок. Ты так… Похожа на меня. Разве что, сердечности в тебе больше. Похожа на него? В чем, простите? Я не убивала своих родителей, я не ненавидела весь мир и не пыталась его покорить. Но, такая тоска в голубых глазах, кончики его волос почти касаются моего лица. Черт! Теперь я абсолютно уверена, что он такое. Ох, и почему, когда директор так нужен, его вечно нет в школе? Я знаю кто ты, Том. Ох, я совершенно в этом уверена. Только вот, как затолкать тебя обратно в книгу я не знаю… Черт! Чертов Рон Уизли, если бы не ты, ничего бы не было!
