Броня для сердца

— Люська, — Драгнил, услышав по ту сторону телефона короткое "да", сразу перешел к делу, — не хочешь встретиться через пару часов? — Емм... — блондинка замялась, не понимая мотивов Драгнила. — Зачем? — Ну как "зачем"? Погулять в парке. — Погулять? — по голосу казалось, что удивлению девушки не было предела. — Погулять, Люси. Ты что, уже забыла, что это такое? — Нет, просто... — Замечательно, жду тебя у входа в центральный парк через два часа. Нацу быстро отключил телефон и с чистой совестью пошел отпрашиваться у Полюшки к Люси, презентацию на химию делать. Люси опоздала всего на пять минут, и для нее это было неожиданностью, ведь пунктуальностью девушка в последние годы не отличалась. Вот только задерживалась в среднем на полчаса. Нацу приветливо улыбнулся и повел девушку в глубь парка. — Так что, — первой начала Люси, не понимая причины такого времяпровождения, — зачем ты меня позвал? — Ну, — Нацу слегка замялся, почесав затылок, — просто. На свидание. — На свидание? — усмехнулась девушка. — Ты бы сказал, я могла и получше одеться. — Люси, ты и так прекрасно выглядишь, — улыбнулся Драгнил, оглядывая с ног до головы блондинку. Она была одета в сиреневую кофту с глубоким вырезом и короткую черную юбку. На плечи небрежно накинуто черное пальто и вокруг шеи обмотан фиолетовый шарф. Обута девушка в черные туфли на высоком каблуке и по росту была почти как Нацу. Ей не хватало каких-то трех сантиметров. На обуви парень остановил свой взгляд. — А тебе вообще удобно на таких каблуках? — Я уже просто привыкла, — улыбнулась девушка, наблюдая за замешательством Нацу. — Хотелось бы тебя увидеть в другой одежде, — протянул Драгнил, опуская глаза на дорогу. — Без одежды я намного лучше, — усмехнулась Хартфилия, но, наткнувшись на суровый взгляд Драгнила, замялась и опустила глаза. — Не шути так больше, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты вела себя, как... Я не хочу говорить это слово. — Если рассмотреть суть, то тебе какая разница, как я себя веду, а? — Хартфилия моментально вспылила, буравя взглядом Нацу. — Я — не твоя собственность! Ты не можешь мне указывать. — Делать ударение нужно не на слове "твоя", а на слове "собственность", — Нацу спокойно шел рядом, пытаясь расслабить девушку. Сейчас меньше всего ему хотелось закатывать скандал. — Люси, ты в первую очередь человек. Я не знаю, что с тобой произошло, что ты так изменилась, но это не ты. Не хочешь показывать себя настоящую. — А ты настоящий? — немного успокоившись, но все-таки не скрывая злости в голосе, спросила Люси. Нацу немного оторопел от этого вопроса и, остановившись, заглянул девушке в глаза. — Сложный вопрос, однако. Сейчас — да, я настоящий. Возможно немного серьезный, но я давно не ходил на свидания. Последнее закончилось, даже не начавшись. Когда я два часа простоял у входа в торговый центр, и мне позвонила Миражана, попросила завернуть за угол. А там случилась авария. Три машины, две жертвы. И под разбитым стеклом лежала Лисанна, даже еще дышала. Я просто умолял отца ее спасти, но он не смог. Я его тогда ненавидел. С каждым словом Нацу говорил все тише, а Люси удивлялась все больше. Абсолютно не давая отчета в своих действиях, она обняла парня и уткнулась носом в его плече. — Теперь вижу, что настоящий, — прошептала девушка. — А в школе? Вечный заводила, но я же вижу, что ты иногда фальшивишь. — Ну, если подумать, то тоже настоящий. Я всегда таким был, с самого детства, — Нацу немного улыбнулся, посмотрев на Люси. — Мороженого хочешь? — Мороженого? — оторопела девушка такой смене темы. — А, ну, можно. — Тебе какое? — Фисташковое. А если не будет, то бери банановое, — улыбнулась девушка и пошла к лавочке. Нацу вернулся относительно быстро, держа в руках два рожка: одно с тремя шариками пломбира, а другое с шариками бананового и фисташкового мороженного. Широко улыбаясь, парень протянул Люси рожок: — Держи. — Спасибо, — улыбнулась девушка, перенимая лакомство. Парень плюхнулся рядом с ней. — Ну так что, я тебе все рассказал. Теперь конкретно слушаю тебя: чем тебя обидел твой парень? — Ты действительно хочешь, чтобы я грузила тебя своими проблемами? — удивилась Люси, откусывая хрустящую вафельку. — Если бы не хотел — не спрашивал бы. Выкладывай. — Ну, он меня бросил через месяц после того, как мы первый раз переспали. И пока мы встречались, то налево часто ходил, но об этом я уже узнала потом, когда в Раймонде начала зависать. Как оказалось, ему изначально от меня это нужно было, и только ради этого он встречался со мной полтора года. Я ему доверяла, как никому. Он меня поддерживал после смерти мамы, но когда бросал меня, то назвал слабой неумехой, плаксой, набитой дурой и шлюхой, поскольку я отдалась ему, а он меня бросил. — Пиздец, — только и смог выдавить Нацу. — Возможно. Но тогда я так и считала. Долго в себя придти не могла, верила его словам. Поэтому и спала со многими. По сути это приятно: трахатся и не заморачиваться, — Хартфилия сделала легкий жест рукой, будто сгоняла несуществующую муху. — Но чем я становилась старше, тем отчетливее понимала, что мне от этого больше не отмыться. Никогда не буду прежней. — А настоящей будешь? — улыбнулся Нацу и посмотрел в шоколадные глаза девушки. — Настоящей... Я уже и забыла, как это, — Люси улыбнулась в ответ и немного подняла голову. — Вот сейчас мне легко быть настоящей. С тобой. Рядом. — Значит, я просто буду с тобой рядом, — Нацу обнял девушку и нежно улыбнулся. Тут-то Люси и почувствовала ускоренное сердцебиение, дрожь в коленях и толкание бабочек в животе. — Тогда, — девушка слегка замялась, опуская глаза на свои руки, которые сильно сжимали пальто, прямо до белых костяшек, — если это свидание, то мы, получается, встречаемся? — Да, — ответил Нацу, чувствуя, как оковы, держащие его сердце, спали. — Если ты, конечно, не против. — Ну что ты, я не против, — быстро затараторила блондинка, смущаясь, как семиклассница после первого поцелуя. — Давно такого не чувствовала. — Я тоже, — прошептал Драгнил, опуская голову. Они так просидели в парке, может, час, может, больше. Молча. Время было не властно над ними, но протекало мимо, как неутолимый поток воды сквозь расставленные руки. Начало смеркаться. Сумерки накрыли город, мороженщик ушел на покой, а Люси с Нацу продолжали сидеть в парке на лавочке. Им просто было хорошо вместе. Люди проходили мимо редко-редко. Но зоркий глаз парня заметил одну знакомую макушку, волосы были убраны в два хвостика. — Это Венди? — спросила Люси, когда заметила замешательство Нацу. — Да, и она, кажется, с кем-то. — Ей двенадцать лет, может, с мальчиком гуляет. Что в их возрасте может такого произойти? И тут глаза Люси расширились от удивления: к девочке подошел взрослый мужчина и протянул ей гелиевый шарик на веревке. Нацу услышал веселый лепет. — Ебануться, — только и смог выдать Драгнил, вставая с лавочки. — Это что такое? — Нацу, подожди, — крикнула девушка, идя следом за парнем. Но Люси нагнала его только тогда, когда он уже подошел к Венди. — И как это называется? — буравя строгим взглядом свою сестру, спросил Нацу. Венди от шока дар речи потеряла, и Люси не понимала: почему девочка так испугалась прихода Нацу. Хотя все стало на свои места, когда мужчина лет двадцати семи с грозным видом взял Нацу за шарф и притянул к себе с вопросом: — А ты еще кто такой?! — Это я должен у тебя спрашивать! — Драгнил отбился и зло посмотрел на брюнета. — Я — ее парень! — уверенно заявил мужчина, буравя взглядом Нацу. У Люси от такого заявления челюсть поцеловалась с асфальтом, а маленькая Венди прикрыла лицо руками. — Ты что, вообще охуел?! — заорал Драгнил на весь парк. — Ей двенадцать лет! — Мне похуй, я ее люблю! — Мест, не надо, — только и смогла протянуть Венди, худо-бедно понимая, в какую задницу она встряла. — Чтобы я тебя рядом с ней даже не видел! — теперь уже Нацу притянул мужчину к себе за шкирку и прямо в нос выдал: — Я — ее старший брат, за нее порву любого. А ты, педофил ебаный, еще хоть раз с ней засветишься — заява в ментуру — и тебе пожизненное гарантировано! — За такое пожизненное не дают! — Сильвера Фуллбастера знаешь? А я знаю, при чем лично. Он тебе не то что пожизненное, а смертную казнь организует, как за нефиг делать. Ты не на того напал, ублюдок. С этими словами он отпустил мужчину и повернулся к своей сестре. — Быстро домой, — тихо сказал Нацу, но Венди все прекрасно услышала. — Никуда я не пойду! — крикнула девочка, еле сдерживая слезы. — Домой, я сказал! — закричал Нацу, а его сестра, уже не сдерживая слезы, зарыдала на весь парк. — Венди, сейчас лучше не перечь ему, — Люси присела рядом и обняла девочку. — Нацу, может лучше ко мне пойдем? Она приведет себя в порядок, там и поговорите. Чтобы без лишних ушей, я думаю, что вы сами разберетесь, — предложила Люси, прекрасно понимая состояние девочки. Ей в свое время тоже очень не хотелось, чтобы ее отец узнал о всех ее кавалерах, которые были в два раза старше блондинки. — Хорошо, идем к тебе, — рассматривая землю, тихо, но твердо, сказал Нацу. Дорога заняла не много времени, Венди все время шла и шмыгая носом, не скрывая тяжелые вздохи. Люси приобнимала ее за полечи, а Нацу плелся сзади, уже жалея, что так наорал на младшую сестру, в которой души не чаял. Хотя дома разногласия были, но по мелочи: кто убирает комнату, кто первый сидит в компьютере, у кого порция мороженного больше. Зайдя в квартиру Хартфилии, Венди, как минимум, удивилась. — Проходите, — сказала блондинка и, сняв туфли, поплелась на кухню. Высунувшись из дверного проема, она спросила: — Чай, кофе? — Люси, мы не по этому поводу пришли, — повесив свою куртку, сказал Нацу. — Значит, чай. С лимоном и мятой. Нацу, он успокоит даже тебя. — Мне не нужно успокаиваться! Мне нужно, чтобы всякие педофилы не лезли к моей сестре! — Он не педофил! — закричала Венди и снова расплакалась. — Господи, еще и накрасилась, — Нацу хлопнул себя ладонью по лбу. Люси вышла из кухни и, взяв за руку Венди, повела ее в ванную, умываться. Когда девушки пришли Нацу уже сидел в столовой и ждал, когда заварится чай. — Успокоилась? — холодно спросил Драгнил, посмотрев на сестру. — Успокоилась, — в таком же духе ответила Венди, присаживаясь за стол. — Сейчас просто спокойно поговорим, не надо тут устраивать скандалов, — сказала Люси, разливая в чашки чай. — Где и когда вы с ним познакомились? — начал допрос Нацу, даже не посмотрев на чашку, которую только что заботливо поставила блондинка. — Полгода назад, в художественном клубе. Он был начальником охраны выставки, на которую нас водили. — Милиционер, что ли? — удивился Нацу, вспоминая его реакцию на то, как статья за совращение несовершеннолетних отразится на его репутации. И здесь что-то не сходилось, Драгнил сразу насторожился. — Его повысили, уже детектив, — отпивая чай ответила Венди. — Он же должен понимать, что ему за такое светит, — сказала Люси, присаживаясь рядом с девочкой. — Да что "такое"? — сразу вспылила Венди, подрываясь со своего места. Но всю злость она, как ни странно, вылила на Нацу. — Между нами ничего "такого" не было и не будет! Он сам это сказал, но уверил меня, что не может находится вдали от меня! — Как этот взрослый мужчина мог в тебя влюбиться? — разделяя каждое слово задал вопрос Нацу, прикрывая голову руками. — Как? — Я сама не знаю. Но между нами все хорошо, мы даже не целовались на людях ни разу! Драгнил стукнул рукой о стол так, что чай во всех чашках подпрыгнул, а Люси замерла и тупо смотрела на Нацу, как кролик на удава. У нее сложилось впечатление, что сейчас не Венди стоит под весом правосудия, а непосредственно сама Хартфилия. — Целовались, значит? — холодно спросил Нацу, а у девушек от этого голоса мурашки по спине забегали. — Да, целовались! — Венди тоже встала, чтобы хоть как-то устоять под напором брата. — В конце концов, я не маленькая! — Тебе двенадцать лет! — Через месяц будет тринадцать! — заорала Венди, держась из последних сил, чтобы снова не заплакать. — Ребята, не орите, — взявшись за голову, сказала Люси, — у меня голова болит. — Извини, — протянула девочка и плюхнулась обратно на стул. — Венди, пойми, я о тебе забочусь, — начал говорить Нацу, пока Люси рылась в аптечке. — Ты еще маленькая даже для детских отношений, а такой взрослый мужчина — ну просто не для тебя. — Я его люблю, — и сейчас и Люси, и Нацу показалось, что Венди понимает о чем говорит. Искренне. — Милая, — Люси, бросив аптечку Драгнилу, подошла к девочке и обняла ее за плечи, — я прожила больше, чем ты, и знаю: не всегда можно быть с теми, кого любишь. Ты уже должна взрослеть. Поверь, пройдет время, и ты его забудешь. В мире есть вещи, которые делать просто нельзя, как бы тебе не хотелось. — Но я хочу быть с ним, — прошептала Венди, опуская голову, снова еле сдерживая слезы. — Повзрослеешь, когда почувствуешь боль от утраты. Но ты уже должна учиться с ней справляться без слез. Пройдет месяц, и ты вряд ли вспомнишь его имя. Послушай Нацу, оборви с этим мужчиной связь. Ведь неизвестно, что у него на уме. — Мы с ним пять месяцев встречаемся. — Я встречалась с парнем два года, но он все равно изменял мне, и ему от меня нужно было только одно. Когда он это получил — просто бросил, как ненужную шавку. А я думала, что знаю его. Немного обдумав эти слова, Венди тихо сказала: — Хорошо, ты пожалуй, права. Я попробую отвлечься. — А если не отвлечешься — бери как стимул: увижу еще раз с ним — расскажу родителям, — подал голос Нацу, допивая свой чай. — Я поняла, — устало протянула Венди. — Схожу позвоню ему. Сообщу о разрыве наших отношений. — Ох, когда же ты у нас такая взрослая выросла? — усмехнулся Нацу, смотря в след девочке. Когда его сестра вышла из комнаты, то парень сказал Люси: — Спасибо. Зная ее характер, я вряд ли бы справился с этим разговором. — Да ладно, ничего, — делая глоток чая, ответила Хартфилия. — Однако, странным образом завершилось наше первое свидание, — улыбнулся Драгнил. — Еще не завершилось. Предлагаю посмотреть фильм втроем. Если хотите, то можете с ночевкой у меня оставаться, места хватит всем. — Спасибо, конечно, но, думаю, что от ночевки откажемся. А фильм посмотреть можно. У тебя есть что похавать? — Можно пиццу заказать, хочешь? — Было бы замечательно, — улыбнулся Нацу, а на душе стало спокойно. Но опять вспомнились те времена, когда он был с Лисанной. Cмотрели фильмы, ели пиццу... Возможно, прошлое его никогда не отпустит, а возможно он уже близко к тому, чтобы наконец-то вздохнуть полной грудью и почувствовать себя живым.