Папа... ты пришёл

Народ, извиняюсь заранее. Сложно выкроить время среди всей этой праздничной суеты, так что глава может оказаться слегка... сумбурной. Но, я надеюсь. что с вашей помощью мне удастся её отшлифовать )) По корабельному времени была глубокая ночь, когда меня буквально подкинуло над кроватью. Я разлепил глаза и бросился в сторону непонятных скребущих звуков. Что такое? Шаттл совершенно новый, все системы в порядке, последнее сканирование проводилось около четырёх часов назад…. На полной скорости вылетел в коридор и остановился. Медотсек… капсула… сын! Сердце молотом бухнуло в груди и забилось, как сумасшедшее. Никогда ещё дверь, разделяющая коридор и медотсек, не открывалась так медленно. Наверное, всё же какие-то сбои в системе. Вернусь, отправлю дроидов на полную проверку электроники… Происходящее внутри медотсека, моментально выдуло из головы лишние мысли. Капсула дёргалась и дрожала, а на транспластиловой поверхности то и дело появлялись отпечатки худых ладоней. Скребущие звуки усилились до низкого гула. Но главное было не это. В маленьком полуосвещённом помещении тяжёлыми, тугими клубами ворочалась Сила. И, отнюдь, не светлая. Я просто подлетел к капсуле. Сила обрушилась на меня как цунами. Необходимо срочно остановить это. Я попытался открыть крышку, но та не сдвинулась с места. Видимо мальчишка в приступе паники просто заклинил механизм. Пытаясь обратить на себя внимание, я заколотил по транспластилу. Отзываясь на моё яростное желание успокоить пацана, колыхнулась моя собственная Сила. Растворяя, погружая в себя, навевая спокойствие. Не сразу, но мальчишка почувствовал. Волны Силы становились всё меньше, а из вспененной бакты, к поверхности, всплыло худое лицо в дыхательной маске. Слепой ужас в синих глазах постепенно гас. - Ну, привет, - я улыбнулся краешком губ, - сын. Извлечённый из капсулы и закутанный в одеяло, мальчишка сидел на моей кровати и мелкими глотками пил каф. Он по-прежнему ничего мне не говорил, а я, впервые в жизни, не знал, как начать разговор. Привычный, за время службы на благо Империи, командный тон тут, явно не подходил. Да и странно было бы общаться с собственным сыном на языке примитивных команд «стой-стреляй» таких родных для всей имперской армии, и не только. Но и быть аккуратнее, как советовал мне Мастер, у меня вряд ли получится. Плести словесные кружева, его стезя, не моя. Нет, конечно, я желая хоть как-то подготовиться к предстоящему разговору, поискал в голонете подходящую информацию, но результат… Все эти техники активного слушания и своевременного поощрения, привели меня в состояние тихого ужаса. Но как-то начинать было необходимо, и я решился. - Эм… Как твоё имя? – всё же получилось как-то резковато. Мальчишка вздрогнул и поднял взгляд пронзительно-синих глаз куда-то в район моего правого плеча. - Люк, - голос тихий, по-прежнему не восстановился? – Люк Скайуокер. Помолчали. Что ж, продолжим. – Сколько тебе лет, Люк? - Восемнадцать. Почти. – он всё так же не смотрел на меня, как бы я не старался поймать его взгляд. Да, что-то не получается у нас радостной сцены семейного воссоединения. Что же мне делать? Я сел на пол и прислонился к стене. Последний вопрос. Если не получится, на сегодня, оставлю его в покое. Может утром он будет разговорчивее, да и Мастер, опять же, будет рядом… - Ты чего-нибудь хочешь? Тишина. Хм, в принципе это было ожидаемо… - Есть. Тихий голос мальчишки вывел меня из задумчивости, - Прости, что? – переспросил, не особо, впрочем, надеясь на ответ. - Я хочу есть, - мальчишка, нет, Люк, вскинул голову и уставился прямо мне в глаза. Синие, такие же, как мои. И имя – Люк. Только Падме могла назвать его так. Люк. «Сын своего отца» в переводе с набуанского Люк-алан. Впервые с начала разговора я позволил себе улыбнуться. - Хорошо. Но ничего лучше пищевых концентратов предложить не могу. Это всего лишь шаттл. - Ничего, - сын мотнул головой, - я привык. На Татуине, знаете ли, иного не достать. Я хмыкнул. – Поверь мне, знаю. Люк промолчал. Всё время, что я затратил на приготовление нехитрого позднего ужина, ну или очень раннего завтрака, я чувствовал на себе его внимательный взгляд. Цепкий, осторожный. Первая порция концентрата была сметена мгновенно. Вторую сын уже растягивал, смакуя вкус недорогого солдатского пайка. Ну да. Настоящие армейские сухпайки, по вкусовым качествам всяко лучше того дерьма, что продаётся на Внешнем кольце, под его видом. - Кто вы? – Люк прекратил работать челюстями, но ложку не отложил. Вцепился в неё пальцами, как в настоящее оружие. - Я? – сложный вопрос. Ответов на него может быть множество: человек, солдат, ситх… Но требуется только один, - Я твой отец, Люк. Ложка выпала из разжавшихся пальцев, с громким лязгом приземлившись на полу. - Что? – Люк практически шептал, но Сила, кружившая в помещении, почти прокричала его вопрос. - Я твой отец, - повторил я. - Но… но мне сказали, что ты умер! Убит!.. Как это может быть… Я… - мальчишка сжал голову руками и приглушённо застонал. Я метнулся к нему и обхватил ладонями виски, - Успокойся, Люк. Ты теряешь контроль над своей Силой. Держи себя в руках. Дыши. Вдох-выдох…- я говорил с ним так, как привык. Так, как говорил с ранеными штурмовиками до подхода меддроида, так, как говорил с седыми мальчишками чуть старше моего сына, так, как со мной самим когда-то говорил Мастер. - Отец, - Люк вцепился в меня что есть сил, - Отец! – Сила, более не сдерживаемая потекла широким потоком, расцвечивая всё вокруг чувствами мальчишки, моего ребёнка. Радость. Сомнения. Боль. Снова радость. Он весь был как открытая книга. И горел сейчас в Силе как маленькое солнце. Столько чувств. Настоящий ситх. Я гладил его по волосам и успокаивал, как умел. - Мне сказали, что тебя убили, - пробубнил он куда-то мне в плечо, - Что я всегда был сиротой, потому, что мама тоже умерла, при родах. Что Ларсы – единственные мои родственники… - Я жив, Люк. И если бы я только знал… - Скажи. – сын поднял голову от моей куртки и серьёзно посмотрел на меня, - Скажи мне. Это действительно так? - Я клянусь Силой, в том, что это правда. Я действительно твой отец. - Да нет же. – Люк улыбнулся, - Я верю, что ты мой отец. Точнее, знаю. Чувствую. – он помолчал, - Я… о маме. Я вздохнул, - Нет. - Нет? То есть, ты хочешь сказать… - он не договорил. Я снова прижал его к себе, - Она умерла, давно. В день твоего рождения. Она и твоя сестра. Прости. - За что? – он недоумённо взглянул мне в глаза. - За то, что не смог уберечь их. За то, что не смог спасти тебя. За то… - Прекрати, - Люк не оттолкнул меня, а в его глазах не было ужаса и гадливости, что видел в зеркале я, первые пять лет после их смерти. – Хватит. Довольно смертей. За несколько дней я успел побывать круглым сиротой, и обрести отца. Я предпочитаю остановить рулетку и выйти из игры сейчас. Пока у меня ещё есть ты. И, кстати, ты меня всё-таки спас. - Ты не понимаешь! – теперь уже воскликнул я. – Я виноват в том, что всё это время ты провёл там, на этом куске камня! Я даже не подозревал о тебе, а ты был вынужден как-то выживать там ! Если бы всё можно было изменить… Сын вздохнул, - Если бы. – и, тут же, без перехода, - Какая она была, мама? - Светлой. Удивительно чистой и доброй. – я скрыл заминку за глотком остывшего кафа. Как я могу рассказать ему о Падме? Как описать то удивительное чувство, что возникало у меня рядом с ней? То ощущение неяркого, тёплого огня, что всегда горел в её глазах. Особую красоту и врождённое упрямство, не уступавшее, порой, моему собственному? – Единственной, кто смог объяснить мне, что сила еще не всё. На своём примере доказать это… Мы проговорили где-то два часа. Люк зевал, морщился от не до конца заживших ран, но упорно отказывался ложиться спать. А я что? Мне разве привыкать? Разговор прихотливо извивался, от нашей первой встречи с Падме, до детских мечтаний Люка, а я так и не рассказал ему о главном. Мальчишка был поразительно живой и непосредственный и упрямый, конечно же. Привык отстаивать своё мнение до последнего. И именно поэтому, мне было чего опасаться. На Татуине Империю не любили. Хотя, там вообще мало что любили, кроме денег и гонок на карах. Как мне сказать ему кто я такой и не вызвать отторжения? Я ухмыльнулся про себя. Надо же, главнокомандующий имперскими войсками, палач и Лорд Ситхов в одном лице боится поговорить с сыном. Какая, однако, ирония. - А как ты меня нашёл? Ну вот, начинается. Что ж, поехали. - Почувствовал, - я предупредительно поднял руку, - не перебивай. Сейчас объясню. – собраться с силами и вперёд. – Что ты знаешь о Силе? - Силе? – удивился Люк, - Какой силе? Гравитации? - Нет. Силе с большой буквы. Я говорю о том, что пронизывает всю вселенную, движет планетами, создает и прекращает жизнь целых миров и отдельных пылинок. Великой Силе – творце всего живого. - Ничего. А что это? - Что или кто это за миллионы лет не смог определить ни один разумный. Мой бывший учитель как-то сказал, что Сила – это энергетическое поле, вырабатываемое всеми живыми существами. Но я не придерживаюсь этой теории. Сила – это нечто большее. Она своя у каждого и в то же время единая для всех. Кто-то может общаться с ней почти напрямую, а кто-то и вовсе не чувствует её, как большинство разумных. Я чувствую. Ты чувствуешь. Мой учитель чувствует. В тот момент, когда ты оказался в плену, ты сам того не осознавая обратился к своей Силе и позвал меня. Я услышал… - Стой-стой! – Люк выставил вперёд ладони, - так ты о джедаях говоришь что ли? Это же они какой-то там Силой пользовались? Я невольно скривился, - Ну, в какой-то мере, да. - Да?! Так ты джедай! Вот круто! – воскликнул сын, возбуждённо блестя глазами. – А говорили, что их больше не осталось! Что они все погибли в борьбе с Империей! – он вдруг замолчал и тихо продолжил, - Мне дядя рассказывал, что и тебя имперцы убили. Я всё не понимал, как так? Зачем Дарту Вейдеру убивать простого пилота? А ты, оказывается, джедай! Он, наверное, не смог тебя убить, да? Ранил, наверное, серьёзно, но ты спасся и долго скрывался, а потом, услышал меня и бросился мне на помощь, да? Я молчал. На какое-то мгновение, мне показалось, что у меня снова отказали лёгкие, и сейчас я умру от удушья. Слова сына меня просто заморозили. Я убил сам себя?! Что за чушь Оуэн ему навешал? Хотя, он же не знал. Никто не знал. И вот, что мне теперь говорить? -Ты сказал, что я тоже чувствую! Это значит я тоже джедай! – Люк радостно подскочил на кровати. Вообще меня эта ненормальная радость с его стороны, сильно настораживала. Как-то неестественно для мальчишки, потерявшего семью и провёдшего несколько дней в плену, под пытками, так радоваться. Пусть даже и встрече с отцом. Я был готов к истерикам, затяжной депрессии, попыткам убить меня или себя, но никак не к этому. Поэтому, на протяжении всего разговора, легонько сканировал его состояние и подавлял наиболее сильные вспышки неуместной радости. Ничего фатального обнаружить не удалось, я слегка успокоился, и вот. Пожалуйста, проморгал очередной всплеск. Конечно, это может оказаться своеобразная защитная реакция, но лучше будет проверить. Люк продолжал что-то радостно говорить, когда я решил больше не затягивать. Автопилот сообщил, что через пять минут мы выходим из гиперпрыжка на орбиту Столицы. Время заканчивалось. - Я не джедай, Люк. - Как не джедай? Ты же говорил Сила и всё такое? Кем же ты ещё можешь быть? Императором? Он думал, что пошутил? Я растянул губы в улыбке, - Не совсем. Я его главнокомандующий – Лорд Вейдер. Ситх. И, как уже говорил, твой отец. Реакция Люка не заставила себя ждать, - Вейдер?!!