Нет более слепого...

Кей позорно сбежал от страстей, творившихся в оранжерее. Акира трагически ломала руки, восклицая, что она ни в коём случае не отдаст своего ангелочка в руки какого-то неотесанного президентишки. По её реакции можно было решить, что тот собирается немедленно же жениться на Ханадзоно и сразу увести на другой континент, если не другую планету. Больше всего от её эмоциональности пострадал почему-то Тадаси, каким-то немыслимым образом постоянно оказывавшийся в зоне поражения кулаков девушки: впрочем, после парочки особо крепких затрещин парень затих где-то между креслом и диванчиком, что, как считал Кей, пошло ему только на пользу. Остальные принимали участие в драме просто из солидарности. Еще никогда тишина библиотеки не казалось такой желанной и приятной. Попытался было работать, но мысли были где-то далеко, цифры путались и, в конце концов, ноутбук жалостливо крякнул, когда Кей раздраженно захлопнул крышку. Бесполезно, его мысли всё равно были с Хикари. Перед глазами стояло её лицо, когда девушка смущенно рассказывала, что президент признался ей в любви. В тот момент его едва не подбросило и только огромным усилием воли Кею удалось усидеть на месте и сохранить спокойный вид, хотя спокойствие – последнее, что он испытывал. Он исподтишка наблюдал за смущенной девушкой, ожидая, посмотрит ли она в его сторону. По её глазам он смог бы определить, что она чувствует… Только Хикари не смотрела. «К твоему сведению, я уже на пол пути чтобы навсегда забыть о т…», - вспомнил Кей, с кристальной ясностью понимая, что замершее на её губах слово было «о тебе». Это ведь его она имела в виду, от чувств к нему всё это время упорно пыталась избавиться. А Кей по себе знал, насколько упорна Хикари бывает в достижении целей. У него неприятно заныло под ложечкой. Он вспоминал всё странности, связанные с поведением Хикари и не понимал, как мог быть настолько слепым. Воистину, нет более слепого, чем тот, кто не желает видеть. Она так смущалась порой в его присутствии, так настойчиво пыталась обратить на себя его внимание, даже не смотря на легкое пренебрежение. Там в медпункте, услышав его неловкую попытку успокоить, Хикари просто изменилась в лице. А ведь говоря о том, что она не интересна ему как девушка, Кей не имел в виду именно это… «Или всё-таки?..». Нет, не стоить себе врать. Тогда он действительно не воспринимал Хикари как привлекательную молодую девушку, к которой можно испытывать сильные чувства: до того памятного разговора на крыше он вообще видел в ней только назойливое существо, отвлекающее его во время учебы. А сейчас? Что он чувствует к ней сейчас? Кей очень мало знал о любви, но одно пока знал точно: он очарован этой девушкой. Ему нравились её доброта и готовность прийти на помощь любому, попавшему в беду. Ему нравилось наблюдать за ней исподтишка – а иногда и совершенно открыто, – любоваться ею. В последнее время ему до смерти хотелось коснуться её длинных темных волос, пропустить черную шелковистую прядь между пальцами, а может даже едва заметно прикоснуться к кончикам губами… Но ведь он уже влюблен, верно? Кей смущенно подумал, что не вспоминал о своей потерянной первой любви вот уже долгое время. Отыскав альбом, он открыл самый первый рисунок, на котором была изображена она. Сердце привычно екнуло, но стоило перевернуть страницу, и оно сделал то же самое. Кей задумчиво смотрел на изображение Хикари, которое набросал совсем недавно. Неужели он реагирует на них совершенно одинаково? «Когда это ты видел мои детски фотографии?» – всплыла в памяти совершенно неуместная фраза. Хикари обронила её когда-то, взглянув на рисунок – казалось, это случилось тысячу лет назад. Кей вновь задумался над этой страной фразой, рука его на мгновение замерла над страницей… – Проклятие! Парень перелистнул страницу туда и обратно. Этого не может быть! Это просто невозможно, потому что таких совпадений не бывает! Или бывает? Кей сравнивал два изображения между собой и всё больше убеждался, что они принадлежат одному и тому же человеку, запечатленному в разном возрасте. И этим человеком несомненно была Хикари. Она ведь сама когда-то сказала, что навещала родственников как раз в то время, когда Кей встретил ту девушку. Почему Кей вбил себе в голову, что она обязательно должна была жить в том же районе? «Тогда почему Хикари не вспомнила об этом случае после моего рассказа?». Но Кей понимал, что и этому есть разумное объяснение: их встреча случилась слишком давно и глубоко в детстве, и не имела для Хикари тоже значения, что и для Кея. Он был для неё случайным партнером по детским играм, она для него – человеком, заставившим взглянуть на мир с новой стороны. «Так бывает», – согласился Кей. В итоге, судьба вновь свела их в стенах школы и даже определила в один класс. Эта же судьба словно на блюдечке с голубой каемкой поднесла в руки Кея желанный приз: любовь человека, о которой он мечтал всё эти годы. И как он распорядился этим подарком? Верно. Он просто проигнорировал её чувства… Нет. Хуже! Он их просто не заметил. Кей застонал и откинулся на спинку кресла. Такого разгромного поражения он еще не знал. И самое паршивое, единственным, кого стоило в этом винить, был сам Кей. Чуть позже он застыл на пороге оранжереи, сомневаясь, туда ли он попал. Внутри всё было перевернуто верх дном, а находившиеся там ребята, предположительно его одноклассники, были выряжены в какие-то совершенно дикие тряпки. – Что вы делаете? – осторожно спросил Кей, продумывая пути к отступлению. Он всерьез начинал беспокоиться за душевное здоровье одноклассников. – Один бессовестно настырный президент пригласил Хикари в зоопарк в выходные! – Он пригласил Хикари вместе с вами всеми? – уточнил Кей, стараясь не реагировать на сочетание «президент», «пригласил» и «Хикари». – Или нет, погодите. Вы будете изображать зоопарк? – предположил он, развеселившись помимо своей воли. «Акира говорит, что мы должны слиться с толпой обычных людей», – возникло на табличке Мегуми. Кей искренне посочувствовав Акире: если уж обычные люди в её представлении выглядят ТАК… – Ты с нами? – подмигнул Тадаси. Кей думал. Искушение посмотреть на С.А., пытающийся раствориться в толпе «обычных» (читай, нормальных) людей было непреодолимым, но присутствовать на свидании, тем более чужом и в качестве свидетеля совсем не казалось ему уместным. Тем более, что свидании это было то, на которое пригласили Хикари. – Как-нибудь в другой раз, ребята. – Ага, конечно. Однако судя по недоверчивым взглядам, в обманчиво беззаботное «как-нибудь другой раз» одноклассники верили даже меньше, чем сам Кей.