Ведьма.

Никогда не объясняйся. Никогда не оправдывайся. Как только ты попытаешься объяснить свои поступки, тебя тут же сочтут виноватым. Бернард Вербер "Тайна богов"

2008 год. У нас у всех есть что-то, что помогает предсказывать надвигающиеся неприятности. Назовите это интуицией, сердцем, попой, или каким другим органом, отвечающим у вас за связь с будущим, но против правды не попрешь. В каждом человеке существуют эти задатки, как сейчас модно говорить - "экстрасенсорики". У кого в зародышевом состоянии, а у кого, как и у меня, уже во вполне сформировавшемся виде. Даже моя семья признает эту мою способность, но называет по-своему… И в мягкой форме это звучит как – "накаркала". Несмотря на все предупреждения, предсказания или предвещания. Мы все равно живем и ошибаемся. Да, стараемся взвешивать решения и действовать более обдуманно. Да, с оглядкой. Но всего предугадать просто невозможно. Я верю в судьбу и точно знаю, что если суждено тебе упасть, ты упадешь… Но вот как глубоко, и как быстро ты поднимешься – это уже зависит только от тебя! Напряжение накапливалось уже несколько дней, словно грозовые тучи перед ненастьем. Все в нашем доме вибрировало от негатива, темнело над головами и сверкало молниями в резких словах. Наша мама уже несколько дней была не в духе, придираясь к мелочам и сжимая и без того тугую пружину напряжения. Судя по тому количеству злости, что кипела в ее глазах, взрыва оставалось ждать недолго, слишком много было недосказанного, утаенного в глубинах души. Готовился серьезный разговор, но так как разговаривать нормально мы природой не обучены, значит, стоило ждать очередного скандала. Такие выяснения отношений были для нас не в новинку. Это была уже закономерность, что преследовала всех домочадцев, как некий рок. Грязная ругань, с вытаскиванием самых скрытых секретов и полосканием грязного белья с кучей ненормативной лексики… Не могу сказать, что я была к нему совсем готова, но подсознательно и в действительности я сделала все, что могла, все от меня зависящее, как говорится: "Подстелила соломку"… Отмалчивалась в ответ на явные провокации, запасаясь успокоительным и пряча сумку с вещами первой необходимости, на случай, если мне придется уехать из дома, чтобы переждать. Какова бы не была причина скандала и выяснения отношений, всегда все заканчивалось одинаково. Горы перебитой посуды, красные от злости и криков родные, и я - виновная во всех проблемах и грехах. С чего бы они не начинали, заканчивалось все одним – мной. Но была и радость, что не могла ни подсластить мне пилюлю настоящего. Сегодня была премьера фильма, на который у меня были большие надежды. Я снимаюсь с 2001 года, но все мои достижениями начинались и заканчивались съемками в клипах или в очередной страшилке. Да, я получила статус королевы ужастиков, заслуженный, нужно отметить, и очень желанный, но это не та вершина, где я хотела бы задержаться. Выкладываясь по полной, и уже наученная опытом, я не умела делать чего-то наполовину. Была еще молодежная драма, где я играла одну из главных ролей, но после нее новых предложений не поступило, а я так устала от однообразия предложенных сценариев. Нужно было что-то менять, и сделать я это надеялась с помощью данного фильма. Проект был новомодный, по съемкам и по сюжету больше подходящий куда сильнее раскованным европейцам. Это не откровенная порнография, но эротика, красивая и глубокая, скрытая в каждом движении тела, в малейшем дуновении ветра над закрытым павильоном студии. Этот фильм станет классикой, своеобразным шедевром, я понимала это, участвуя в съемках и даже раньше, еще только прочитав в первый раз сценарий. Вернувшись домой, я тихонько, как мышка, проскочила в свою комнату. День был тяжелый. Мотаясь весь день, я так и не успела поесть. Животик бурно возмущался такой моей безалаберности, но взвесив все "за" и "против", я решила потерпеть: ничего, здоровее буду. Голод конечно брал свое, но так не хотелось идти на кухню, встречаться с мамой и портить себе хорошее настроение. Так я думала, но не так все сталось, как гадалось… В моей комнате царила полная разруха; все, что можно было вытащить, валялось на полу, а не на своих обычных местах. Вещи вперемешку с постельным бельем, сувенирами с различных съемок и подарками фанатов. Я не очень люблю подобные пылесборники, однако сохранила их только из-за психологической важности, которую они мне дарили. Прекрасно понимая, что для тех, кто покупал данные вещи, это были не просто безделушки, а гораздо большее. Пусть не частичка души, но свой способ сказать спасибо и высказать восхищение. Восхищение мной, моей работой и моим внешним видом, как актрисы. Опустившись на колени, я взяла в руки одну из хрупких статуэток с отколотой частью лазурного покрытия. Сейчас почти все из них были так или иначе повреждены, где-то меньше, где-то больше, но место им теперь только в мусоре. Но важно сейчас было не это, резко поднявшись, я кинулась к шкафчику с нижним бельем, где я хранила деньги, отложенные на первый взнос за дом. Все мои гонорары делились на две половины: одну из них я отдавала семье, вторую откладывала, надеясь вырваться из замкнутого круга и начать самостоятельную жизнь. Квартиру я себе уже присмотрела, расположенную недалеко от моего агентства, маленькую и уютную, именно такую, как хотелось мне. Виделось в мечтах, гнездышко, только мое пространство, где я буду предоставлена самой себе. Договор уже был подписан, завтра мне нужно было отдать деньги, но их не было, они пропали. Я еще какое-то время потратила на перерывание хлама на полу, безрезультатно надеясь найти невозможное. Тяжело вздохнув, я уставилась немигающим взглядом в пол, нужно было уметь признавать поражение, а это было именно оно. По сути, меня только что откинули на пять лет назад, предлагая начать все с самого начала, собирая по копейкам и медленно наполняя копилку со своей мечтой. Почему я так удивлена? Несмотря на прошлое, я все еще продолжала верить в благородство своих родных? Неужели жизнь меня так ничему и не научила? Может быть, это не они? Возможно, это кто-то из чужих, и не только я лишилась сегодня с таким трудом заработанных денег? Быстро выйдя из комнаты, побежала на кухню, откуда слышались голоса, еще на полпути начиная звать родных. - Мама! Мам, ты не знаешь, что произошло в моей комнате? У вас ничего не пропало? Стоило мне только переступить порог, как наступила гробовая тишина, и на меня уставились три пары глаз, в которых плескалась откровенная неприязнь и раздражение. - Явилась? - Мама, что происходит? - Происходит? А что, собственно, происходит? - У меня в комнате полный хаос, кто-то испортил все мои вещи. - Да? Странно, а у нас все хорошо. Что ты говоришь у тебя пропало? - Деньги. - Деньги? - Странно, ты же говорила, что все отдаешь в семью?! - Да нет же, я говорила, что собираю деньги на квартиру. Она отвернулась от меня, игнорируя, но тут подала голос сестра. - Подумаешь, деньги пропали, новые жопой накрутишь. - Что? Так это была ты? Ты взяла деньги? Она только неопределенно пожала плечами и отхлебнула из чашки с чаем. - Я же сказала, не велика потеря. От ее слов меня накрыло пологом гнева. - Что? Что! Да что ты понимаешь? Я пять лет их копила! - Заработаешь новые, с твоим-то умением раздвигать ноги, это - как раз плюнуть. От услышанного в мой адрес у меня сел голос. - Как? Как ты сказала? - Ты слышала свою сестру. Нам эти деньги нужны, а ты заработаешь новые. - Что? Вам? Вам нужны? А я? А как же я? Это же мои… Да как вы можете? Я все еще не могла понять очевидного, отказываясь верить происходящему на моих глазах, и это просто взбесило их. Больше не сдерживаясь и не стесняясь в выражениях, они перекрикивая друг друга, стали оскорблять меня. - Шлюха… проститутка… как ты могла, как ты посмела… да я теперь не смогу соседям на глаза показаться… - Ты чертова ведьма, не одна ты хочешь хорошо жить! Ты обязана делиться с нами! Мы - твоя семья. Шлюха? Ведьма? Делиться? Семья? Хотелось кричать и вопить, хотелось топать ногами, хватать за грудки, доказывая и объясняя, снова и снова, срывая голос и напрягая голосовые связки. Почему? Что за бред? О каком моем прегрешении идет речь? Что я опять сделала не так? Найдя глазами младшего брата, я спросила только одно. - Ты тоже так думаешь? Он только пожал плечами, подтверждая мои сомнения: - А о чем ты думала, давая согласие на съемки в порнушке? И тут вдруг, бац, словно рубильник выключили, и стало просто, все равно… Что?.. Как?.. Почему и зачем?.. У меня было такое чувство, словно моя душа отделилась от тела и парила где-то над потолком, смотря на все происходящее со стороны, как на театр абсурда. Зачем я здесь? Что я тут делаю? Что я делаю тут вместе с этими людьми? Что нас объединяет? Парочка одинаковых ДНК и капля родственной крови? Я думала, что я готова ко всему, я надеялась, что частенько получая от судьбы затрещины, я начну менее болезненно воспринимать их. Удерживая близких на расстоянии, я не почувствую всепоглощающей боли разочарования от осознания, что я им просто не нужна. Хотя нет, как выяснилось сегодня, все же нужна, не как семья, не как родной человек - как спонсор… Ну, вот, пожалуй и все, я услышала достаточно. Нужно уходить, больше меня тут ничего не держит, если и существовали какие-то связывающие ниточки между мной и моей семьей, то сегодня их не стало. Неважно, как мне будет тяжело, несущественно, насколько длинный путь мне придется пройти, прежде чем я найду свое место в этой жизни. Сегодня я поняла главное - плохо не иметь семью, но и это - это не семья…