Викинг

       Я родился третьим ребёнком в семье фермера. В старой ветхой лачуге, которую и домом-то не назовешь. Но мать с отцом любили друг друга, и все проблемы казались мелочью, когда они рядом. После меня родились ещё две девочки, так нас стало семеро.       С ранних лет я старался помогать отцу, насколько хватало сил, ведь кроме нас двоих больше в семье мужчин не имелось. Особенно тяжело было в долгие холодные зимы, когда мы засыпали все вместе чтобы согреться. Еды катастрофически не хватало. Но отец никогда не унывал, а мать всегда улыбалась и нам,их детям, казалось, что всё наладиться, а если и не наладиться, то мы ведь вместе, а, значит, со всем справимся.        Когда мне исполнилось двенадцать, случилось так, что я заболел, у меня был сильный жар и кашель, мне ничего не помогало. Провалявшись в бреду почти неделю мне удалось выжить. Но у болезни появились последствия. Я полностью поседел, стал задыхаться почти от всего: когда много говорил или нервничал, много ходил или работал. В общем, был бесполезен своей семье и как бы сильно родители меня не любили, это не могло долго продолжаться.       В тринадцать лет отец повез меня в церковь, надеясь, что мне там помогут. После долгого осмотра монахами и их молитв, они сказали, что мне поможет только Бог, если я буду без устали ему молиться и верить в него. Недолго думая отец оставил меня им, и уехал. Было немного обидно, но я смирился, ведь на все воля господа.       Я пробыл в церкви пару месяцев. Потом меня и других мальчиков, примерно одного возраста, отправили в мужской монастырь. С трудом пережив путь до нового дома, я не пожалел ни секунды о том, что отправился сюда.        Монастырь был построен на берегу моря, он сливался со скалами, и был будто высечен из них. Громадный, словно замок, он завораживал и дарил чувство защиты. Я жил там, думая, что он не рушим, и в нём нечего опасаться.

***

      Шла моя шестнадцатая весна, и третья весна, что я жил в монастыре, полном покоя.       Прохладный морской ветер приятно трепал мои волосы. Чувство беспокойства, загнавшее меня на стены монастыря, таяло с восходом солнца. Сжав крестик рукой, я внутренне поблагодарил Бога, за возможность находиться здесь.       -Солнце ещё не взошло, а ты уже на ногах.- Я обернулся, и встретился глазами с братом Александром.       -И тебе доброго утра, мой друг. Разве не чудесно? – Мой взгляд снова был обращен к восходу. Солнце уже почти выбралось на поверхность моря, вода окрашивалась в красный, оранжевый и желтый цвета. Непередаваемое красивое зрелище.       Ничего прекраснее не видел! – Он с любовью смотрел на меня. Я чувствовал, что это было не первый раз, но старался не показывать, что догадываюсь о его симпатии. – Джон, скоро час молитв, нужно идти.       -Да, да. – Меня что-то держало. Словно заколдованный я не отрывал взгляда от морской глади. - Ещё немного постою и пойду. – Чувство перемен поселилось в моей душе.       -Пойдем, брат. На эту картину ты сможешь смотреть хоть до своего последнего часа. Но если мы пропустим молитвы, Святой отец укоротит нашу жизнь. – Невесело пошутив, он потянул меня от края стены за рукав.       -Ты прав, пойдём. – Оглянувшись в последний раз, я пошел за братом Александром.       Не пройдя и десяти шагов, мы услышали колокол. Тот самый, что предупреждает об опасности. Его звон как гром, разносил плохие вести, но какие? Подхватив рясу, я побежал на другую сторону монастыря.       «Я знал, я чувствовал беду» Вихрь самых жутких догадок сметал все обыденные мысли. «Что же там Господи?»       Сердце вторило звону колокола. Когда я подбегал к краю стены, глубоко внутри я еще надеялся, что это все моя паника, что я напридумывал себе лишнего.       -НЕТ!- Крик сам вырвался у меня, как только я увидел на горизонте корабли.       – СЕВЕРЯНЕ! – Слышалось с разных мест монастыря.       Не зная, что делать я заметался как раненый зверь.       «Святой отец!» - Эта простая мысль отрезвила, придала сил, и я снова побежал. «Он мудр, он знает что делать»       Монахи во дворе паниковали, бегая и что-то крича, внутри было не тише. Монастырь напоминал рой потревоженных пчёл. Святой отец, раздавая указания, быстро шёл во двор.       -Святой отец.- Я позвал, но он меня не услышал. Я побежал за ним. Дотронулся до плеча, обращая его внимание ко мне. – Святой отец.- Он обернулся, и я понял – «это конец». Столь сильный человек, которого я знал, был испуган. – Святой отец, что мне делать?- Бледное лицо с плотно сжатыми губами мало напоминало мне человека знакомого с детства, что был мне как родной отец.       -Молиться. Тебе только молиться, Джон. – Он крепко обнял меня, произнося строки из молитвы. Оттолкнул и растворился в потоке людей. Больно ударившись о стену, я сполз по ней.       Молиться! Всё что я мог сейчас это молиться.       Мне было стыдно за своё слабое тело, я не воин господа, мне им никогда не быть. Значит, я буду молиться за своих братьев. Собрав остатки сил, словно новорожденный жеребенок, пошатываясь и спотыкаясь, я шёл в храм.       Напряжение, что сковывало меня, улетучилось. Появилась уверенность, что Бог поможет, он не бросит нас. Стоя на коленях, до боли сжимая крестик в руке, я молился. За себя, за братьев. Просил о помощи, просил придать им сил. От первых звуков боя я вздрогнул и задрожал. Не зная, что делать дальше я стал молиться громче, пока дыхание не сбилось, и говорить стало невозможно. Но я молился внутри, вспоминая все выученные мною слова.       Я почти заплакал, когда скрипучая дверь позади меня открылась, и тяжелые чужие шаги стали приближаться ко мне.       -Ещё один! Да сколько их здесь?!- Грубый голос прогудел почти в двух шагах от меня.- Ладно, сейчас побыстренькому и пойдём. – Смелый широкий шаг и он стоит впритык ко мне, я смиренно закрыл глаза.       -Стой. – Другой более молодой голос остановил его. – Подожди.       Меня с силой дернули за плечо и развернули лицом к нападавшим. Набравшись смелости, я решил посмотреть своему убийце в глаза. Лучше б я этого не делал! Двое мужчин в шлемах, кольчугах и с мечами в руках, были очень высоки и приводили в ужас. Не к месту проснувшаяся гордость не дала опустить голову, и я как можно смелее встретился с мужчиной взглядом.       «Голубые»(P.S.беты:глаза голубые)       -Боги, да это девушка! – Удивился один из воинов. От злости я сильнее сжал крестик и с ненавистью посмотрел ему в глаза. – Или нет? Тур, ты как думаешь?       -А что думать-то? Проверь, да и все. – Сильная рука, дёрнула край рясы, старая ткань не выдержала напора и порвалась по шву, оголяя меня до живота.       -Парень. – Разочарованно вдохнул мучитель, я же с облегчением. Он заметил и хитро глянул на меня. – Тур, может ты меня подождёшь а?       -Только не долго.       -Постараюсь.       Весь их короткий диалог, я с ужасом представлял, что со мной сейчас сделают. Дёрнув со всей силы рясу, я прикрылся и спиной пополз от этих сумасшедших. Далеко продвинуться мне не дали, со всей силы дёрнув за ступню, одним движением руки воин перевернул меня, задрав одежду. Холодок ужаса пробежался по коже.       Поставив меня на колени, он прижался холодным металлом кольчуги к моей оголенной коже, его член уперся в меня. Дернувшись со всей силы, я забился в его руках.       -Куда собрался, мы ещё не закончили.- Одной рукой он, держал меня поперёк груди, что есть сил я пытался её отодрать от себя, царапая его короткими ногтями, отгибая по одному пальцы. Хотелось попросить о помощи, но кого? И есть ли живые кроме меня в монастыре?       Сплюнув на ладонь, он смочил вход. Поудобней схватив меня за бедро силой вошел. Заорав во все горло, я начал вырываться с удвоенной силой. Насильник лишь захохотал, сильнее прижимая меня к себе.       Толчок.       Собственный крик резанул по ушам, слёзы потоком стекали по щекам. Открыв глаза, я увидел Христа на кресте. Меня это испугало ещё сильнее чем, изнасилование. Это ГРЕХ, великий грех за то, что сейчас происходит. Дорога мне в Ад. Мысли перепутались, и я взвыл первую молитву, что была у меня в голове.       Толчок.       Снова крик. Я не переставал молиться. Он двигался всё быстрее. Боль была такой же сильной. Я чувствовал, как что-то вязкое стекает по бёдрам. Такого сильного отвращения к себе я ещё не испытывал. Эта самая яркая эмоция, кроме ужаса затопила моё сознание.       Легкие сковало болью, я уже задыхался, всё тело трясло. Как я надеялся на смерть! Я мечтал о ней. Задохнуться или умереть от боли. Когда я уже был готов отдать богу душу, все прекратилось. Это исчадие ада дернулось последний раз и разжало объятия, я безвольной куклой рухнул на каменный пол.       -Крикливый чересчур.- Мне было все равно, я мечтал чтобы меня добили.- Тур, я его забираю с собой, на корабль.       -Твоё дело, только нести сам будешь.       Меня словно вещь перекинули через плечо и понесли в неизвестное направление. Глаза блуждали по земле, в душе было пусто словно я оболочка, а все остальное вытащили из меня.       -Святой отец. – Голос хриплый. Вернулись слух, боль и все чувства. - Святой отец. – Его тело лежало на земле, шея была вывернута под ужасным углом. И глаза! Эти глаза смотрели на меня. – Святой отец. – Я попытался слезть.       -Куда?- Викинг, удобней закинул меня себе на плечо. Но я не сдался, вывернувшись, я оказался лицом к лицу с ним.       -Отпусти.– Хриплым и тихим голосом попросил я.        И он послушался, его карие глаза внимательно на меня посмотрели, он аккуратно поставил меня на землю. Идти было больно, но не далеко. Прихрамывая, я подошёл к телу. Опустившись на колени, я закрыл ему глаза, хотел помолиться за упокой души. Но кто-то с сильно дернул меня за волосы. Мужчина был очень красив той дикой красотой, что так любят женщины. Всё его лицо кричало: «Воин».       -Монашек, нам пора.- Точно, эти глаза. Без шлема я его не сразу узнал.       Пора? Я даже проститься не успел. Меня затопила злость, да такая сильная, что просто свело мышцы, я глубоко задышал, пытаясь успокоиться.        – Монашек, ты чего плачешь?- Приблизившись ко мне, двумя пальцами викинг поднял мою голову за подбородок и заглянул мне в глаза. Его самодовольная улыбка победителя убила во мне всё смирение, что я накопил за годы в монастыре.       Не знаю какой демон в меня вселился, но я со всей дури залепил ему пощёчину. Сделал шаг назад чтобы полностью видеть его. Гордо подняв голову, я с вызовом посмотрел на него.       -Моё имя Джон, северянин. - То что звук пощёчины разнесся очень далеко, я понял когда всё стихло и заметил людей вокруг. Стараясь не смутиться, я продолжал смотреть на него. Прошло не меньше минуты, когда громкий смех взорвал воздух, от чего я даже подпрыгнул. Викинг широко улыбнулся и захохотал со всеми. Отсмеявшись, он отдал приказ, решивший мою судьбу. -Эту маленькую валькирию, на мой корабль. Ближайший воин откликнулся: -Да мой ярл.