Призрак

(отбечено)

Кто знает, из какого сора растут цветы, не ведая стыда…

- Кричер! – голос зельевара дал заметного петуха, - что это было? - Далеко пойдет большой черный колдун, - философски заметил Кричер, возникая буквально из ниоткуда. - А хозяин Северус, может быть, пожелает подкрепиться? Северус прислушался к себе: есть хотелось ужасно. - Наверное, в прошлой жизни я сделал что-то очень хорошее, раз он послал нам такого разумного и выдающегося во всех отношениях домового, - сказал он. – Давай все, что сможешь найти! - Лесть хозяину не поможет, - отрезал Кричер. – Бульон и сухарики. - И кофе! – просительно протянул зельевар. - С молоком, - поставил точку в споре домовик, подходя к плите. Он еще что-то ворчал о «некоторых покойничках, которые норовят получить заворот кишок», но чашку душистого бульона и слегка поджаренные тосты поставил перед Северусом незамедлительно. - Мерлин мой, как же это вкусно! – простонал зельевар, делая первый глоток. Ничто и никогда не казалось ему вкуснее. Он не видел, что старый домовик, по-бабьи пригорюнившись, смотрит на него с нескрываемой нежностью. Наверху спал Гарри, от его раны остался только треугольный розовый шрамик. Под лестницей пел сверчок, на кухне наслаждался нехитрым угощением зельевар, солнышко врывалось в оконные переплеты. Это было первое спокойное утро в особняке на площади Гриммо. **** Наверное, зельевару нужно было вернуться в спальню и встретить пробуждение вместе с юношей, но он, увлеченный новыми старыми ощущениями, даже не подумал об этом. Поэтому, а может по каким-то другим причинам, Гарри, появившийся на кухне, улыбался, выглядел всем довольным, но в глаза Северусу не смотрел и как будто отгородился от зельевара. Говорил о погоде, о своих планах начать карьеру художника, обсуждал с Кричером обустройство чердака под студию, покупку красок и прочего необходимого, но о вчерашнем - ни слова, ни полслова. А потом обратился к зельевару с просьбой поделиться воспоминаниями о маме, и при этом смотрел куда-то в сторону и краснел беспрерывно. Надо ли говорить, что Северус выполнил просьбу с удовольствием, стараясь поймать взгляд юноши, но так и не решаясь заговорить с ним о том, что его действительно волновало. Пока мальчишка носился по магазинам в поисках необходимого, Северус приложил много сил вместе с Кричером, чтобы преобразовать чердак в студию. Они расчистили его, преобразовали крышу в прозрачные оконные пролеты, расставили минимум необходимой мебели и уселись ожидать заказчика. - Ты хоть и выглядишь пацаном безмозглым, но ведь им не являешься? – вопрос Вальпурги застал зельевара врасплох. Он даже не заметил, как Кричер приволок ее портрет. - Мэм, странный вопрос, вы не находите? – ответил он вопросом на вопрос. - Ты мне тут дурачка не включай, я тоже на Слизерине училась, - проворчала пожилая леди, - забыл, каково это - молодым быть и неопытным? Мальчик невесть что себе навоображал, а ты ждешь чего-то. Не упусти мальчика, зельевар! - А… - Потом, уважаемый! Мальчик вернулся. Раздались быстрые шаги, на чердак влетел Поттер с объемными пакетами. Увидев Северуса, он остановился, будто наткнувшись на стену. - Гарри! – Северус стал забирать из рук замершего мальчишки пакеты, укладывая их тут же на пол. - Постой, не убегай, мне надо кое-что сказать тебе. - Может, не надо? - Надо! – с нажимом ответил зельевар. – Я дурак, Гарри, я такой дурак! Но меня извиняет только то, что я не совсем еще осознал, как мне повезло, родной. Я живу… И у меня есть ты… Гнать будешь - не уйду. Молчи. Не отвечай мне сейчас. Знаешь, у меня не слишком много опыта по этой части, мне трудно поверить, что и мне могло так повезти, а уж говорить об этом… - Ужасно трудно… - согласился юноша, уже не пряча глаза. – Может, тогда и не будем? - Еще немного, ладно? Гарри кивнул. - В общем, как хочешь, а я намерен принять тебя как мужа. И ты окажешь мне честь, если согласишься. Я думаю, что мы заслужили… - он сглотнул, нервно оттянув воротничок, - …семью. Гарри снова кивнул и пошел раскладывать свои покупки. - Нет, все-таки, я ошиблась, - прошипела с портрета Вальпурга, - ты не только выглядишь безмозглым, ты таким и являешься! Ну кто так предложение делает? - А что вас не устраивает? Мне что, на колени становиться? – отозвался зельевар. - Ты что-то спросил? - крикнул Гарри из другого конца чердака. - Нет, Гарри! Это я с леди Вальпургой разошелся во мнениях на предмет моих умственных способностей! - Ничего себе! И она еще жива? - ехидно поинтересовался мальчишка. - Ну, если жизнь в портрете – это жизнь, то живее всех живых! – отозвался зельевар. Леди позволила себе неприличный жест, покрутив пальцем у виска, но промолчала. Поджала губы и гордо удалилась с полотна. Северус поболтался еще на чердаке, но почувствовал себя абсолютно лишним. Кричер натягивал холсты на подрамники, а Гарри с головой ушел в воспоминания о матери. Причем буквально. Сначала зельевар разозлился. Он ушел с чердака, побродил по дому, потом вышел на улицу. «Какого черта я, взрослый, прошедший огонь, воду и службу двум великим волшебникам своего времени, должен переживать из-за того, что один юнец с зелеными глазами, с такими сладкими губами и таким обалденным телом… ээ… стоп-стоп… что-то меня совсем не в ту сторону потянуло! Видать, омоложение действительно не слишком хорошо повлияло на мои умственные способности. Я и думать о нем спокойно не могу». Мысли яркие и разные теснились в голове зельевара. Он шел и сам не знал куда. Просто бродил незамечаемый по людным улицам Лондона. По широким проспектам и узким историческим улочкам, как будто пытаясь растворить в толпе свое смятение и растерянность. Но это мало помогало. Мыслями он все равно возвращался на площадь Гриммо, к чертову гриффиндорцу. «Но может быть, это и правильно? Ведь, если вдуматься, я всегда выделял мальчишку. И всегда мои чувства к нему нельзя было назвать равнодушными. Какими угодно, но только не равнодушными! Может, я и тогда его… любил? Черт!» В итоге он добрался до «Дырявого котла». В полутемном помещении почти никого не было. Сидела небольшая компания провинциалов, влюбленная парочка шепталась в темном углу, а за стойкой наблюдался пьяненький Джордж Уизли, который пытался выпросить у кабатчика выпивку в кредит. - Том, ну ты же меня знаешь! Я отдам! Видимо, подобный разговор шел не одну минуту и порядком надоел кабатчику. Он неприязненно сверкнул глазами и бросил: - Ступайте отсюда, мистер Уизли! Вам уже хватит на сегодня! Ступайте, а то авроров вызову! - Суки, ну какие же вы все суки! – пьяно забормотал рыжий. С трудом поднялся и, шатаясь, вышел в сторону Косого переулка. - Жалко его, - сказал Северусу, заметив его взгляд, кабатчик Том. – И брата убили, а теперь его родня и магазинчик у него отжала. Какие люди жестокие… Пропал парень! - Как это отжала? – удивился Снейп. - Продали, - пожал плечами Том. – А этот все равно приходит туда. Скандалит. Его как героя войны пока никто не трогает, но, похоже, это ненадолго. Мистер желает выпить? Или комнату? Но странный посетитель его уже не слушал. Он спешил вслед за рыжим пьяницей. «Гриффиндор – это диагноз!» - подумал зельевар. «Какого черта я-то лезу в это дело?» - но по-другому поступить он уже не мог. Догнать, обездвижить и перетащить Джорджа на Гриммо было делом одной минуты. Он не знал, что будет делать дальше, но точно знал, что Гарри поступил бы на его месте точно так же, а значит, это правильно.