Монстр за твоей спиной

***Сейчас***

      Дину совершенно не нравилось начало этого дня. Нет, не подумайте, когда он проснулся и обнаружил рядом с собой мило пыхтевшего во время сна Кастиэля, тесно прижавшегося к нему, Винчестер подумал, что это будет самый прекрасный день за последнее время. Сейчас рядом с Новаком ему было так… спокойно, и как-то уютно что ли. Кто бы мог подумать, что такие чувства в нем будет вызывать парень с вечно взлохмаченными волосами, его подчиненный на работе и хороший друг в жизни. Ну, теперь уже не просто друг.       Выбравшись из теплой кровати, Дин поспешил на кухню, захватив свой телефон. В первую очередь он написал Чарли о том, что задержится сегодня с утра, и что Кастиэля ждать не стоит, так как у того выходной, поэтому лучше все его дела перекинуть на кого-то другого. Мужчина поставил вариться кофе, когда мобильник пискнул, извещая о принятом сообщении. Ну, конечно же, Брэдбери не могла проигнорировать его послание. Казалось бы, нет ничего такого в ее ответе: «Будет сделано, шеф», - но вот подмигивающий смайлик в конце обещал весьма неловкий разговор сегодня. Тем более что Чарли была тем человеком, который постоянно подталкивал Дина «протереть глаза и поднять свою задницу для того, чтобы сделать уже хоть что-то».       Винчестер ухмыльнулся сам себе, черт возьми, ведь эта рыжая бестия была права.       Он направился в гостиную, чтобы взять некоторые документы из своей сумки и просмотреть их за чашечкой утреннего кофе. На обратном пути в кухню Дин так увлекся документацией, что не заметил на своем пути портфель Кастиэля. Черт знает, каким образом он там оказался, но Винчестер победитель по жизни, так что мужчина смачно споткнулся об оный предмет. Сумка отлетела в сторону, открываясь и являя свету, точнее паркету, свое содержимое. Дин тихо матерился, собирая все вещи обратно и искренне надеясь, что Кас не проснулся от того шума, что он здесь натворил. Дальше всего отлетела книга, которую Винчестер уже видел – сборник детских рассказов. Интересно, зачем Кастиэль таскает ее с собой? «Да это и неважно», - думал мужчина, уже собираясь положить обратно и ее, когда из книги выпала фотография. Она была достаточно старой, если судить по внешнему виду, да и по качеству изображения на ней тоже. На снимке был запечатлен мальчик лет пяти с темными, торчащими в разные стороны волосами и огромными глазами. В ребенке угадывались черты Кастиэля, заставляя Винчестера невольно умиляться малышом. Рядом с ним на фото присел мужчина, чьи черты лица почему-то казались Дину смутно знакомыми. Он перевернул снимок, чтобы обнаружить на обороте надпись, выведенную почти каллиграфическим почерком:

«В память о Джереми. 09/21/1999*»

      Дин вздрогнул от ощущения холода, резко охватившего его. Он быстро вложил фотографию в книгу, не утруждая себя поиском страниц, между которыми она находилась, и закинул сборник обратно в сумку Кастиэля. Мурашки продолжали бегать по его коже, казалось, что он что-то упускает.       Вернувшись на кухню, мужчина попытался зацепиться за эту мысль, но она ускользала от него. Тогда Дин решил занять себя приготовлением тостов. Как раз вовремя, потому что буквально через минуту на лестнице послышались шаги Кастиэля, а парой секунд позже на кухне показался и он сам. Винчестер счастливо улыбнулся парнишке, желая доброго утра. Потом были какие-то странные вопросы, а когда Дин потянулся к нему за поцелуем, Новак увернулся. В груди что-то неприятно сжалось от этого, а голова стала раскалываться тысячей мелких «почему?». Когда Кас поднялся наверх, у Винчестера зазвонил телефон. - Гейб, какого хрена? – сразу же зашипел мужчина. - Отличное приветствие, бро, - донеслось из трубки в ответ. - Извини, - Дин вздохнул, успокаиваясь и прекрасно понимая, что звонивший не виноват в том, что его утро было безнадежно испорчено, - просто ты немного не вовремя. - Мы договаривались о встрече, - напомнил собеседник. - Я помню. На несколько секунд воцарилась тишина. - Ты сказал ему? - Нет, - Дин нахмурился. - Какого черта так долго, Винчестер? – вспылил Гейб на другом конце, - ты три гребаных недели собираешься сказать ему о том, что его ищет брат! - Я скажу, просто… - мужчина подошел к столу и начал постукивать пальцами по его поверхности. Он практически физически почувствовал, как груз вины придавил его к полу, - если я расскажу ему об этом, то придется рассказывать и обо всем остальном. Знаешь, - Дин понизил голос, - он не заслуживает этого. - Рано или поздно он узнает правду, - резонно заметил Габриэль. - Но он не заслуживает такой правды! – Винчестер оглянулся по сторонам и надеялся лишь на то, что Новак его не услышал на втором этаже, и продолжил уже шепотом, - я понимаю, что когда-нибудь Кас обо всем узнает. Я лишь надеюсь, что однажды он сможет меня простить. - Так, все. Достаточно соплей. Пообщаемся, когда ты сможешь разговаривать не как девчонка, - едко бросил Гейб перед тем как прервать разговор. Следующую минуту Дин гипнотизировал взглядом молчащий телефон.

***

      Когда Кас возвращается обратно, то слышит, как Дин разговаривает с кем-то на повышенных тонах. Парень упустил суть разговора и подошел достаточно близко для того, чтобы что-то расслышать, лишь на последней, как оказалось, фразе. - Я понимаю, что когда-нибудь Кас обо всем узнает, - говорит Винчестер, и в его голосе звучит неприкрытая горечь, - я лишь надеюсь, что однажды он сможет меня простить.       Новак чувствует, как все его внутренности покрываются льдом. Значит, Дин действительно что-то от него скрывает. И эти шаги… Как бы Кастиэль ни хотел отрицать виновность Винчестера в смерти своих родителей, он не может перестать замечать появляющиеся все новые и новые факты, подтверждающие обратное.       Следующие полчаса, пока они завтракают, и Дин собирается на работу, проходят в неловком молчании и холоде, пробирающем до костей. Новак ведет себя отстраненно-вежливо, не давая боссу ни малейшей догадки, чем вызвано его состояние.             На прощание Винчестер хочет обнять парня, но тот, как только видит, что Дин собирается нарушить его личное пространство, отходит в другую часть комнаты, рассматривая убогий узор на стене.

***

Новак засекает пятнадцать минут после ухода мужчины: достаточно времени, чтобы убедиться, что тот точно ушел и не вернется, забыв какую-нибудь мелочь дома, - и тут же бросается в спальню, разбрасывая вещи, попадающиеся под руку. Прошло несколько часов, когда Кастиэль наконец-то сумел угомониться и перестал все крушить, в попытке что-то отыскать. - Пойди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что, - невесело усмехнулся Новак. С одной стороны, он испытывал огромное облегчение сейчас, когда не обнаружил ничего, что действительно доказывало бы вину Дина, а вот с другой… «Поищи еще, - нашептывал внутренний голос, - ты знаешь, он что-то скрывает».       И Кас возобновляет поиски, перемещаясь в гостиную. Он осмотрел здесь все дважды и намеревается сделать это еще раз. Теперь он уже проверяет и целостность обивки мебели, и наполнители подушек, лежащих на диване. Парень ходит по комнате вдоль и поперек, прислушиваясь к звуку своих шагов, в надежде, что какая-нибудь доска прогнется под его весом сильнее, обозначая найденный тайник. Но все тщетно. До тех пор, пока Новак не решает обследовать камин. Проводя кончиками пальцев по каминной полке, Кастиэль замечает, что металлический лист с отделкой, располагающийся на первый взгляд для украшения конструкции, прилегает не достаточно плотно. Парень пытается поддеть его пальцами, но у него это не выходит. Тогда он отправляется на кухню и возвращается с ножом. Он вгоняет стальное лезвие между кирпичом и металлической отделкой, а затем надавливает на рукоятку, заставляя пластину отойти от камня. Спустя минуту и некоторое количество приложенных усилий, Кас добивается своего: металл падает на пол, являя глазам искателя тайник.       В небольшом углублении, проделанном в каминной полке, лежала всего одна папка. Новак, движимый любопытством, достает ее и давится воздухом, потому что на ней выведено: «Кастиэль Милтон». *Я думаю, что все в курсе, но на всякий случай напомню, что в Америке при указании даты сначала стоит месяц, лишь затем число.