Воля огня.

- Что... что я делаю? - прозвучал тихий, отчаянный голос, разрывая гнетущую тишину. Силуэт девушки шел маленькими шагами по тропинке, вдоль мрачных плит с выгравированными именами. Ее поступь была тяжелой и медленной, будто ей приходилось каждый раз прикладывать уйму усилий ради нового шага. Растрепанные космы свисали со всех сторон, раздуваясь легким порывом прохладного ветерка. Ее губы дрожали, то и дело произнося томное, еле слышное слово. Девушка бубнила что-то себе под нос, как обезумевшая. Взгляд тусклых зеленых глаз был пустым и безжизненным, а дыхание тяжелым, глухим. Порванное и грязное платье все время цеплялось о мелкие камешки и проскакивающий бурьян. Сколько стараний и усилий было положено в его создание, теперь же оно навеки погублено. Вдали послышались раскаты грома, а воздух заполонил запах озона. Скоро начнется дождь. Вот уже и холод пробирается до костей, доводя тело до дрожи. Но гостья продолжает идти. Еще немного. Еще шаг. И наконец она рассыпается всем телом на влажной траве, рыдая не своим голосом на могиле родителей. С ее уст срываются мольбы, но некому их услышать. Некому ей помочь. Первые капли дождя орошают ее промерзшее тело и плиту с именами дорогих ей людей. Оледеневшие кончики пальцев скользят вдоль надписи, словно пытаясь стереть ее. Нет, не тот человек покоится там под гнетом сырой земли. - Сможешь ли ты сейчас повторить свои слова? - шепчут ее губы, целуя холодный мрамор, - Сможешь ли гордится тем, в что я превратилась? Бледное лицо поднялось вверх, смотря на серое, мрачное небо, ловя пересохшими устами капли усиливающегося дождя. Она просила небо забрать ее к себе, закончить ту боль, которая разрывала все внутри. Но никто не слышал ее слов. Лишь стук дождя о мраморные плиты затмевал ее слух. - Ты плачешь? - спросила она пустоту, все так же упорно выискивая в небе отраду. Но не услышала тогда ответа. В глазах начало темнеть. Все тело стало ватным, неподвластным контролю. Сакура упала на землю и последнее, что она ощущала - это бесконечную боль и пробирающий тело холод. Пустота поглотила ее. - Все кончено, - провозгласил довольно мужчина, восседая в своем кожаном кресле, словно на величественном троне, вкушая наслаждение всеми фибрами души. В его взгляде застыл триумф от столь легкой победы. Он потягивал кубинскую сигару, пуская густой дым. Все свидетельствовало крайне радостному расположению его духа. За столом сидело несколько человек, включая представителей оставшихся двух кланов якудз. Учиха и Узумаки молча наблюдали за курящим сигару мужчиной, не скрывая свой весьма мрачный вид. - Я гневаюсь на тебя, отец, - прошипела влетевшая в зал блондинка, на чьем лице было больше краски, нежели искренности, - ты обманывал меня все это время! Она была здесь! И ты отдал ей моего жениха! Какая дерзость! Столь беспардонное поведение дочери нисколько не смущала ликующего отца, тем не менее потребовало некоторых объяснений, после которых девица вульгарно плюхнулась в кресло и рассмеялась. Ее смех был так наигран и пискляв, что это не могло не резать слух присутствующих, но все продолжали покорно сидеть и молча терпеть все, что происходило. - Ах, какая ты шумная, Ино, - улыбнулся мужчина, сделав небольшой глоток спиртного напитка из бокала. - Но я так рада, что не могу сдержать чувств. - Девушка вновь громко рассмеялась, но прекратив обратилась к сидящему за столом гостю. - Как скоро я могу рассчитывать на встречу с Саске? Столь нелепое и бестактное обращение задело многих, но ничуть не тронуло самого Фугаку. Он кинул презрительный взгляд в сторону неприятной ему девицы, промолчав со всей присущей ему гордостью. Это не могло не задеть расфуфыренной крали, возомнившей о себе не Бог весть что. Она выпучила свои и без того огромные голубые глазища и громко выказала свое непонимание. - Фугаку-сан, прошу ответить на вопрос моей дочери, - произнес Иноичи скорее в форме приказа, нежели просьбы. Вот он тот момент, когда все почувствовали одно и то же чувство. Унижение. Этот жалкий торговец смог растоптать три могущественных клана всей страны, которые каждого держали в страхе. Уничтожив клан Харуно, он ловко подорвал отношения остальных двух кланов, превратив их в прислужливых псов на поводках. Вот во что они превратились, и все ощущали это. Фугаку поднял глаза на старшего Яманака, но не вымолвил ни слова. Он гордо держался, выказывая тем свое неповиновение и крайнее презрение. По окнам барабанил сильный ливень, а где-то вдали во всю разыгралась молния, сверкая то тут то там своим ярким светом. Все с укором смотрели друг на друга, но продолжали молчать. Резко ворвавшаяся в комнату Цунаде наконец оборвала гнетущее безмолвие своим тяжелым дыханием. Она слишком быстро покорила лестницу, из-за чего сейчас стоит посреди конференц-зала и пытается перевести дух. Ее одежда насквозь промокла, а волосы превратились в слипшиеся раздельные пряди. Через несколько мгновений вслед за ней в зал ворвалась еще одна парочка промокших до ниточки парней. Они так же тяжело дышали и рассматривали каждого присутствующего в том помещении. - Опоздали, - выдал наконец Наруто, вытерев капли дождя с лица рукавом, - ее здесь нет. - Саске! Боже мой, как я рада тебя видеть! - вспорхнула блондинка к своей новой цели, излучая бесконечную радость и счастье, - твой отец решил пощекотать мои нервы! Но я прощаю его за это! Девка вцепилась мертвой хваткой в шею младшего Учихи, не позволяя ему никаким образом отстранится от ее домогательств. - Что ты тут забыла, Цунаде? - яро прошипел Иноичи, сжав в руке бокал. Еще чуть-чуть и он лопнет в его руке от гнетом бушующих эмоций. - Где она? - рявкнула в ответ пышногрудая блондинка, сделав полуоборот в сторону собеседника. Вместо ответа мужчина принялся громко хохотать, облегчив свою душу. Его хохот заполонил слух и все на пару секунд застыли взглядами на его раздражающем лице. - Как долго вы еще собираетесь вламываться сюда без проса? - наконец перестав смеяться, выпалил он грозно и яростно, - меня нисколько не трогает что теперь случилось с той девчонкой, пускай, ее хоть разорвут голодные собаки, мне будет все равно на нее. Убирайся, шавка! Он кинул бокал в опешившую Цунаде и благо, что попал не в нее, а в стену. Не хватило несколько сантиметров, чтоб не попасть в ее голову. Ярость забурлила кровь в жилах блондинки, но она понимала насколько невыгодно ее положение, и лишь сжала кулак в порыве гнева. - Ты что творишь, старик?! - вступился Наруто, скрипя зубами. Никто не попытался остановил его, хоть родители всегда принимались ругать парня при каждом пылком его действии. - Ты в кого посуду бросать решил? - рявкнул он, ударив руками по длинному столу из красного дерева. В его голубых глазах сверкали гневные искорки. Яманака крайне удивился, кинув взгляд на родителей мальца, что решил воспротивиться ему. И тут вновь его ожидал шок. Минато и Кушина гордо смотрели перед собой, выказывая полную поддержку сыну и несколько не пытались сдержать его порывы. - Решили пойти против меня? - оскалился мужчина, - забыли во что я могу превратить вас? Забыли что мне подвластно? - Ниже, чем мы пали - уже не упадем, - отрезал Фугаку, впервые подав голос за все это время. Он спокойно поднялся со своего места и направился к выходу, а затем добавил напоследок, - мы слишком долго боялись и были глупы, наконец, настало это время. - Мы возродим могущество наших кланов! - подхватил Минато, вскочивший с места вместе с женой. Все направились к выходу, полные решимости и воли. Саске оттолкнул, в конце концов ослабившую хватку девицу, последовав за своим кланом во двор. Пределу гнева Иноичи не было конца. Он орал в порыве своей ярости, но собравшись все же отдал приказ окружить только что вышедших во дворе собственного дома. Он яро ринулся вдогонку, пытаясь сообразить на ходу свою пламенную речь. Его дочь последовала за ним, испуганная и ошарашенная всем увиденным. Как и было велено, клан Узумаки и Учиха, вместе с Цунаде, были окружены остатками Акацки, которых не успели перебить. Все та же красавица, убившая главу клана Харуно, наставила свой нож к горлу Саске, максимально приблизившись к нему со спины. Она вдыхала его аромат, высказав несколько весьма странных фраз по поводу его внешности. Когда наконец появился Иноичи все опустили свое оружие и отошли от пленников на некоторое расстояние, дав своему хозяину высказаться вдоволь. Его пылкая, беглая речь не произвела малейшего впечатления на слушателей, одаривших его презрительными взглядами. - Вы совсем страх потеряли, псы дворовые?! - ревел он, словно бешеный, разъяренный зверь, - я вас прикончу на этом самом месте, мне ничего не стоит это сделать. Но даже такая угроза не произвела должной реакции. Все оставались непреклонны перед своим решением. - Давно мы так не стояли на своем, - улыбнулась Микото, - взяв за руку мужа и сына. Последовав ее примеру все, кто стоял рядом взялись за руки и гордо улыбнулись. Цунаде смотрела в небо и что-то просила его про себя, но после окончания своей мольбы, она улыбнулась, смотря в лицо обезумевшему мужчине. - Перебить каждого, - прошипел он, - как скотину перерезать. - Отец! - заревела его дочь, бросившись отговаривать отца от столь необдуманного решения. - Ино, - рявкнул он, - отойди! - Нет! Ты не станешь причинять вред своей любимой дочери! Я прошу, успокой свой пыл, отец! - Думаешь, все это время я шел на твоем поводу? - он залился диким хохотом, - ошибаешься. Я не стал бы и пальцем шевелить ради того, что ты не такая красавица, как дочь того старика Харуно. Подумаешь, мальчики не хотят тебя замечать! Это не достойно малейшего внимания, но вот то, что эти мальчишки наследники невероятно могущественных кланов якудз (хотя теперь это уже в прошлом) - это уже совсем другая история, моя дорогая. - Что ты говоришь... ? - девушка не верила услышанному. Она всегда считала, что отец любит ее до безумия. Он всегда был так добр к ней. Все это оказалось фальшью и умелой игрой. - Я отдал приказ, почему все стоят на своих местах? - повторил Яманака, достав из кармана сигарету. - Отец! Нет! - Ино вцепилась в его руку, дергая ее так, словно пыталась выбить все дурные мысли из его головы. Резкий хлопок утихомирил все ее порывы одним махом. Она упала рядом, к его ногам, рыдая как маленьких ребенок. Иноичи вновь подал жест и пленников обступили со всех сторон. - Есть что сказать перед смертью? Сакура открыла глаза, не понимая что с ней произошло и где она находится. Девушка поднялась, ухватившись за голову. Дикая боль пронзала ее сознание, не позволяя трезво оценивать ситуацию вокруг. Через несколько минут она все же поняла, что сидит у могилы родителей и резко сощурилась от пульсирующего спазма в области висков. Харуно встала на ноги и побрела в неизвестном ей направлении. Такая сильная боль заглушала все мысли, поэтому ноги вели ее куда-то, непонятно куда. Добравшись до ворот, она ухватилась за мокрый железный прут и повисла на нем несколько минут. Кое как придя в себя, Сакура увидела мотоцикл, на котором, собственно, и добралась сюда ранее. - Черт, - еле слышно пошевелились ее губы, - я забыла предупредить Цунаде. Все еще скованная болью, бедолага нащупала на земле брошенный ею телефон и набрала знакомый номер блондинки. Недоступен. Вновь и вновь пытаясь дозвонится, она слышала в ответ одну и ту же фразу. Недоступен. - Это Харуно, - наконец дозвонилась она кому-то, - где, черт ее дери, находится Цунаде? - Она помчалась за вами к Яманака-сану, - спокойный голос ответил ей, - еще те парни увязались за ней. Наруто и Саске, вроде. - Харуно ошарашено округлила глаза. Они все знают. Они все... все знают. Боль лишь усилилась. - Сакура-сан, от Цунаде уже полтора часа как нет извещений. Мы беспокоимся. - Отправьте людей к дому Яманака, немедленно, - рявкнула Сакура, выключив телефон. Запрыгнув на мотоцикл она преодолела весь путь, стараясь не разбиться из-за жуткой боли. В глазах все плыло, но Всевышний уберег ее от аварии и вот она уже шагает возле оставленной машины грудастой тетки. Преодолев несколько метров, она подошла к входу. И тут ее взору предстала ужасающая картина. Все лежали в лужах собственной крови, без каких-либо признаков жизни. Впереди стояла та самая прекрасная душегубка, держа у горла единственного живого парня нож. Она весело захохотала, крикнув, что заждалась. Смех дьяволицы слился с ее собственным криком. Саске упал к остальным, хрипя кровоточащей раной. Он ничего не сказал напоследок, но в его взгляде было что-то особенное. Что-то, что разбило сердце обезумевшей от горя Сакуре. Теперь точно конец. Больше ничего не осталось. Боль слишком сдавливала виски, как и сердце, которое все еще предательски билось. Ино жевала собственные сопли, трясясь как осиновый лист. А ее отец докуривал остаток сигареты, которую швырнул в волосы лежащей Микото. - Все кончено, - ровно произнес он и улыбнулся, - теперь осталась ты одна. Сакура кое как добралась до лежащей кучи людей. На их посиневших лицах играла улыбка. Они все еще держались за руки. Харуно увидела Наруто, повернутого полу-боком. Он единственный, кто все еще держал глаза открытыми. Но вдруг его губы дрогнули. Он все еще жив. Девушка не мешкая схватила лежащий рядом нож и бросилась на Конан, поджидавшую ее уже давно. Никто не заметил того, что заметила Сакура. Это и было нужно. Борьба была не на жизнь, а на смерть. Харуно стойко держалась, все же время ее чему-то, да научило. Она вспоминала все уроки Учихи, закрывая глаза и вливаясь в свои воспоминания. Боль - ничто. Главное сохранить жизнь. Звук прибывающих машин слился с высоким криком девушки. Харуно не понимала больше ничего. Она упала на землю, изнемогая от боли. Иноичи поспешил сбежать в свое убежище, отдав приказы разобраться с непрошеными гостями. Прибывшая подмога разнесла всех оставшихся Акацки. Иноичи Яманака был обезглавлен в собственном кабинете с застывшем ужасом на лице. Его дочь сошла с ума, поэтому ее оставили в живых. Осматривая тела во дворе, они нашли Сакуру. Она лежала в крови рядом с мертвой девушкой, чье сердце было насквозь пронзено ножом. - Есть двое выживших, - крикнул один из прибывших, - быстро! Врача!

***

Несколько месяцев спустя. - Наруто, подай цветы, - скомандовал брюнет с перевязанным горлом. Он угрюмо смотрел на друга, который еле двигался. Они сидели на кладбище, возле недавно зарытых могил, на которых еще не успела вырасти трава. Оба перебинтованы чуть ли ни с головы до ног, оба бледны, но живы. - Саске, вечно ты командуешь, - закашлялся парень, положив два цветка на плиту. - Помолчи, - ровно прошептал Учиха, проводя пальцами по надписи. "Спасибо за твою непоколебимую Волю огня. Герои не умирают в наших сердцах. Навечно в нашей памяти. Помним. Любим. Скорбим. Фугаку Учиха. дата/месяц/год" - Она опаздывает, - прохрипел блондин, смотря на небо, затянутое тучами, - скоро дождь пойдет. - Наверное, подписывает бумаги. - Саске продолжал смотреть на надпись с тоской во взгляде. - Я считаю это чудом, - продолжил Узумаки, слабо улыбнувшись, - мы возродим то, что начинали они. Парень посмотрел на ряд свежих могил, где теперь покоились их родные. Боль сжала его сердце, но рука Учихи не позволила надолго уходить в траур. Саске аккуратно положил ладонь на плече друга и улыбнулся. - Теперь все будет по-другому. Мы сможем снова нагнать страх на всю страну, уж поверь. - Даже после того, как нас обоих отшили. - Парень засмеялся, хрипя на каждом вздохе. - Но я все же не сдамся, Учиха. - Как и я, Узумаки. - Саске улыбнулся, глядя другу в глаза. - Не забывай, я всегда тебя побеждаю. - Не в этот раз! - Наруто вновь раскашлялся. Оба засмеялись и встали на ноги. - Эй, оболтусы. - Звонкий голос заставил парней посмотреть в свою сторону. - А вот и я. - В нескольких метрах стояла розоволосая девушка с чрезвычайно красивой улыбкой. Она махала друзьям рукой и громко звала их. - Сакура, - улыбнулся блондин. - Мы заждались.