Печать Повиновения

Он, наконец, сделает то, что так долго хотел. Дейдара наклонился и лизнул шею напарника, потом подул на влажное место. Кожа Хидана немедленно покрылась мурашками, а сам он с удивлением посмотрел на Дея. Тот, всегда такой собранный, сейчас, похоже, был во власти приступа. Прекрасно! Давненько его не взрывали! Хидан расслабился и приготовился получать свое. Дейдара, удовлетворенный реакцией, тем временем разделся и заполз на кровать к напарнику. Укус там, засос здесь – он планомерно расцвечивал бледную кожу следами, которые быстро заживали, но Дейдара старался. Хидан тихо постанывал при особо чувствительных укусах, но пока не дергался. Провести пальцами по бокам, с силой царапая кожу короткими ногтями – Хидан тихо взвыл от наслаждения, но, когда мягкий язык принялся дразнить быстрыми движениями напрягшийся сосок, протестующе дернулся. - Ты что делаешь? Вопрос поставил Дейдару в тупик. Действительно, что он делает? Он внаглую совращает напарника, ни сном, ни духом не ведающем об этом! Депрессия. Тсукури сполз с кровати, развязывая Хидана и прогнал недоумевающего напарника прочь. Неужели он настолько неумел, что Хидану даже не понравилось? Может, все же стоило рассказать ему о технической стороне дела? Дейдара тяжело вздохнул. Можно попробовать, но кто поручится за результат? Хидан тем временем бодренько ускакал на кухню, смутно сожалея, что Дейдара так ничего и не сделал. Не все в жизни бывает так хорошо, как хотелось бы – каждый познает эту простую истину на практике, сам набивая себе шишки и синяки, наступая по многу раз на одни и те же грабли. Наруто теперь остерегается Гаары и его выдумок – слишком уж его мучают воспоминания о Сасори. Гаара, не понимая причины отчужденности любимого, старается вернуть его расположение, но все тщетно – и Казекаге уже начинает поглядывать на других парней, не позволяя пока, впрочем, себе ничего лишнего. Но близок тот момент, когда Песчаный Демон вновь сорвется в свободное плавание. Нейджи все-таки соврал жене, что уходит на миссию – и теперь отсиживается в небольшом домике у окраины Конохи, ожидая, пока синяки сойдут. Какаши берет одну миссию за другой, стараясь работой отвлечься от мучающих его воспоминаний. Это ему пока не удается, но кто знает, что ожидает его, работающего такими темпами, в будущем? Возможно ли, что из одной миссии он попросту не вернется? Орочимару ожидает своей участи – и не подозревает, что боль, терзающая его тело, является предвестником совсем не мучительной гибели. Итачи и Саске заново отстраивают особняк, радуясь, что дело закончено. Да вот только закончено ли? Ведь где-то совсем близко затаился враг, и все они совершенно бессильны против его коварства. З.Ы. Концовка вышла странной, не спорю, но раз меня уже уговорили на сиквел, то зачем раскрывать сразу все секреты? Ждем второй части)))