Зимний камыш

Несколько слов Перед войной. Несколько слов При расставании… Би-2 и Д. Арбенина, «Белые одежды» Кагоме сидела на пороге, укутанная в одеяло, и рассеянно гладила кошку. Та напоминала ей о Буйо, хотя ни капли не походила на него. Хотя бы тем, что была куда стройнее и изящней. «Надо же… ещё сегодня утром я готовилась к отъезду из Киото, и мама торопливо собирала сумки в дорогу. А Сота, перехватив кота поперёк пуза вниз головой, взволнованно следил за процессом» Мало кто догадывался тогда, что жрица в тот момент уже почти успела передумать и тридцать раз укорить себя сначала за поспешное решение, а потом за трусость. Но теперь раздумывать и отступать было некуда. Замок Фуреймингу гостеприимно встретил потенциальную спасительницу — даже кимоно одолжили взамен вымокшей одежды. И тёплую накидку, чтобы она не замерзла. Близилась ночь, но мысли не давали Кагоме заснуть. «Получится ли… Из меня стрелок ещё тот… Если не получится? Тогда что будет?» Кошка легла, подставляя горло и жмурясь от удовольствия. Девушка нахмурилась и заставила себя сосредоточиться на предстоящем…подвиге. «Демон, поглощающий других демонов…» Увы, о таком не слышала даже Каэдэ, поэтому готовых рецептов не существовало. Шансов на успешный исход было мало… «У Кикио хотя бы опыт есть…» Киса, которую перестали чесать, недовольно дёрнула кончиком хвоста и требовательно пихнула ногу Кагоме головой. Жрица вдруг заметила какую-то тряпку, лежащую на снегу. Тряпку? Она наклонилась и подняла странный предмет. Но разглядев его получше, озадачилась. Это больше всего походило на куклу...с оторванной головой. Платье куклы выкроили из дорогой ткани, игрушка была тщательно прошита шелковой нитью. Чтобы её разорвать нужна недюжинная сила (и много-много дури — прим. авт). Интересно, кто и зачем это сделал? Кошка присела и метнулась через двор, когда тишину прорезал длинный возмущенный вопль. Потом послышался хруст. Девушка вскинула голову. Резное окно второго этажа было высажено вместе с рамой, и в проём одно за другим спланировали два одеяла. Голова с собачьими белыми ушками высунулась наружу, злорадно отслеживая траекторию их полёта. «Инуяша?» Кагоме перевела взгляд на куклу. Круг подозреваемых быстро сузился до одного полудемона. Жрица встала, собираясь начать длинную беседу с парнем, но тут голова резко мотнулась назад, будто её обладателя дёрнули за шиворот. И в проём с новым возмущенным воплем сиганула та самая девочка, которая днём пряталась за спиной Изаёй. Девушка сдавленно охнула, вскакивая со ступеней и бросаясь спасать юную самоубийцу. Босиком по снегу. Не успела. Та благополучно приземлилась на полусогнутые ноги, взмахнув из-под юкаты коротким пушистым хвостом, и несколько удивлённо посмотрела на Кагоме. Потом перевела взгляд вверх: — Нии-сан злой! — Зато Савако-чан добрая! — оскалился Инуяша, располагаясь в проёме поудобнее. Судя по его виду, одевался он второпях… Во всяком случае, дойти успел только до исподней рубахи. — Мне будет хо-олодно! — обиженно захныкала девочка, пытаясь отряхнуть одеяла от снега. Жрица поняла, что она уже начинает теряться в этом потоке эмоций. — Ага, а мне тепло — с кусками льда в постели! — А ты Харухи голову оторва-ал! — решила зайти с другой стороны малышка. Кагоме медленно выдохнула. Пар растаял в воздухе. Похоже, семейные разборки закончатся не скоро… — Это потому, что я Сакуру не нашёл, — хмыкнул обвиняемый, явно не испытывая даже покусываний, не то что угрызений совести. Девочка жалобно хлюпнула носом. Аргументы закончились, остались только тяжёлые, холодные одеяла. — Нии-сан злой! Девушка села обратно на ступеньки. Это явно не в первый раз. — Фех! — Даже тётенька жрица скажет, что нии-сан — злой! — Савако ткнула пальчиком в Кагоме. Инуяша опасно наклонился, пытаясь высмотреть внизу «тётеньку жрицу». — А тётенька знает, из-за кого едва не простыла? Девочка запыхтела. — А нии-сан всё равно в горячем источнике тогда сидел! Вот и сидел бы! И хакама я ему оста-авила! «Вот уж действительно, родственные души» — отстранённо подумала девушка. Голова начинала тихо гудеть от переизбытка впечатлений и полыхающих вокруг эмоций. — Савако-чан! — на крыльцо вылетела запыхавшаяся, расхристанная служанка. Обнаружив, что все живы, она попыталась придать себе более солидный вид — пригладила встрепавшиеся волосы, поправила одежду. — Савако-чан, возвращайтесь! Час поздний, вам спать пора… Девочка уткнулась в одеяла, концы которых были зажаты в кулачке. В янтарных глазах явственно заблестели слёзы. Женщина гневно обернулась: — Господин Инуяша! Она же младше, причём намного! — Кагоме удивлённо посмотрела на неё. В тоне служанки ярости было куда больше, чем требовала ситуация. Лично она бы в такой ситуации сначала отругала бы Савако — за лихой прыжок из окна. Шею же свернуть себе могла! Жрица нахмурилась. Или это был не гнев, а страх? Точно. «Она боится его?» — девушка задрала голову, разглядывая враз помрачневшую фигуру в белой рубахе, так и торчащую в проёме. «А ведь когда с сестрой спорил, выглядел совершенно другим… Куда более открытым... Жизнерадостным. Погодите… с сестрой?» Кагоме потёрла виски. Вот теперь она точно ничего не понимала. Если они оба полудемоны, причём брат и сестра, почему служанка так по-разному к ним относится? Женщина и Савако исчезли в доме — причём слёзы у последней исчезли с глаз сразу после символической головомойки «нии-сану». Похоже, это была очередная мелкая пакость, ответить на которую парень уже не сможет. — Инуяша. — Чё тебе не спится, жрица? Ты в порядке? — заботы в этом ворчливом тоне не было ни капли. — Я? Я… да, в порядке… — девушка сбилась, забыв напрочь, что хотела сказать. Поблагодарить? Спросить про странного демона? — Ну так и иди спать! — полудемон демонстративно исчез из проёма. Спустя мгновение с треском и двумя глухими ударами окно вернулось на место. Кагоме вдруг обнаружила, что безумно устала. Настолько, что даже прежние тревожные мысли, кажется, заснули. Она вздохнула и направилась в свою комнату. В конце концов, завтра будет завтра. А этот день и без того выдался насыщенным. Утро наступало неожиданно мягко. Никто не будил, не мешал… Девушка лениво потянулась и перевернулась на живот. Точно, она же в замке. И впереди ещё подвиг ждёт… Кагоме коснулась лука, лежащего совсем рядом. «Ничего, я справлюсь. Я же жрица!» Она привела себя в порядок, оделась и вышла из комнаты. Мимо промчалась служанка с плошкой риса. Видимо, хозяева как раз завтракали, и стоило поспешить. Девушка последовала за женщиной. Та неслась вперёд не оглядываясь, и остановилась только на пороге — открыть дверь. Наверное, ей стоило бы обернуться. Столкновение вышло звучным. Плошка разбилась, рис разлетелся по полу. — И… Извините! — «Кажется, такой неуклюжей я раньше не была?» Служанка наклонилась собрать осколки. Жрица неуверенно наблюдала за её работой. Страшно хотелось помочь, но, похоже, здесь это было не принято. — Ничего, госпожа, я сама, — женщина слабенько улыбнулась. Из глубины комнаты донеслось звучное «Фех!». Кагоме подняла голову. За спектаклем с удобством наблюдали Инуяша и Савако. Изаёй видно не было. Сегодня полудемон был ещё мрачней, чем вчера, если это вообще возможно. Зато впервые одет полностью. Более того, рядом с ним лежал потрёпанный меч в ножнах. Девочка, наоборот, была более чем бодра. Рядом с ней на маленьких столиках в рядок стояли плошки с рисом и сластями. Видимо, Савако была всеобщей любимицей, и её баловали, чем могли. Все, кроме брата. В данный момент он с тоскливым видом гонял палочками последнюю крупинку, одновременно рассматривая застывшую на пороге фигуру. — Госпожа жрица, вы голодны? — рядом как по волшебству возникла ещё одна служанка. Девушка неуверенно кивнула и прошла в комнату. Еду, как назло, поставили рядом с пыхтящим парнем. Тот подвинул клинок, продолжая гонять по плошке рисинку. Кагоме неуверенно потянулась к завтраку. Полудемон буквально излучал раздражение, но пока молчал. Интересно, чего это он? Очередной внесённый столик водрузили между братом и сестрой — рядом с Савако просто больше не оставалось места. Сладко и терпко запахло мёдом. Инуяша мрачно уставился на очередное лакомство. Жрица с трудом удержалась, чтобы не хихикнуть. А ведь ему не ставят, наверное, он уже считается слишком взрослым. И именно поэтому так мрачен: и хочется, и колется. Парень покосился на девушку, явно различив то слабое булькание, которое всё-таки прорвалось. «Ну и слух!» — Кагоме с восторгом посмотрела на пушистые уши. Вчера как-то не до рассматривания было, а сегодня… Палочки медленно пересекли запретную черту. Когда Савако спохватилась, было уже поздно: шарик риса с мёдом был уже во рту полудемона. Длинный возмущенный вопль так напугал женщину, убирающую осколки, что она снова всё рассыпала. Служанка недовольно покосилась на жующих господ… И ахнула от возмущения: работы сразу прибавилось. Девочка, не размышляя, надела брату на голову плошку с рисом. Парень глухо зарычал, стаскивая посудину с макушки, и угрожающе приподнялся. Кагоме, уже успевшая расправится с половиной завтрака, замерла. Ночная сцена показала, что шуточки подобного рода — это норма, но сейчас полудемон был явно разъярён. — Инуяша! Он тяжело опустился обратно, исподлобья глядя на хозяйку замка. Изаёй укоризненно качнула головой — «Не здесь и не сейчас!». И подошла к жрице. — Госпожа Кагоме, вы приступите сегодня? — жрица вздрогнула, разом вспоминая, зачем она сюда пришла. И встала, отчётливо ощущая, как разом начали дрожать коленки. — Д-да… Нужно поспрашивать, может, кто-нибудь что-нибудь видел, проверить наличие демонической энергии вокруг.. Женщина кивнула: — Благодарю вас. Вам что-нибудь нужно? Девушка задумалась, лихорадочно вспоминая рассказы и наставления Кикио. Та в путешествия не брала ничего, кроме лука, стрел и гребня. И неуверенно покачала головой. — А люди? Теперь Кагоме отреагировала куда быстрее. — Нет. Я пойду од… — Её одну пускать нельзя. Опять во что-нибудь вляпается, — полудемон резко встал, подобрал меч и, уронив с длинных волос застрявший рис, решительно пошагал прочь. Видимо, устранять последствия стычки с сестрой. Служанка у двери уже успела вооружиться веником и, когда он проходил мимо, торопливо посторонилась. Наступила задумчивая тишина. Девушка медленно краснела, вынужденно признавая правоту парня. Незнакомая местность, зима. Если заблудится — могут найти только утром. Следующим. В сугробе. И потом, никто же не знает о её феноменальной меткости. И о том, что демон, напавший вчера, сбежал, едва учуяв, как стрела на тетиве наливается святой силой. — Я дам вам двух воинов. Двух самураев. Они будут смелее, чем провожатые. Хорошо? Кагоме кивнула, поднимая лук. — И простите моего сына. Он добрый…просто он ещё совсем мальчишка. Девушка застыла, удивлённо глядя на Изаёй. «Сына?» Так вот оно что! А ей-то казалось, женщина милосердно приютила у себя двух полудемонов. «Тогда получается, Инуяша…» Жрица тряхнула головой, возвращаясь в реальность. Он был полукровкой, и поэтому всё прочее не имело значения. Она вздохнула и обернулась. В плошке оставался ещё рис, но уже было не до завтрака. Девушка отправилась собираться. Надолго это не затянулось: всего-то дел, что тетиву натянуть, добрать стрел и взять накидку. У крыльца уже ждали новые провожатые со знакомой лошадью на поводу. Кобыла недовольно фыркнула, когда жрица забралась в седло, но открыто протестовать не рискнула. Кавалькада бодро порысила со двора. У копыт завихрился снег, глубокие следы тропой легли за всадниками. Кагоме ни разу не обернулась, только всё крепче сжимала лук. Её не оставляло ощущение, будто она что-то забыла. — Прикончи его, жрица! Девушка резко натянула повод и вскинула голову. На ветке раскидистой сосны, мимо которой она только что проехала, сидел Инуяша. Ярко-алое пятно среди зелёной хвои мудрено было не заметить, но она как-то сумела. Полудемон смотрел не на неё — куда-то вдаль, придерживая рукой клинок, засунутый за пояс. Но ей всё равно стало легче. Намного легче. Жрица улыбнулась: — Меня зовут Кагоме. — Я помню… Жрица. Девушка нахмурилась и тронула лошадь. Определённо, с парнем было что-то не так. Но разобраться с этим можно будет только после…подвига. Серебряная снежная пыль снова завихрилась у копыт. Янтарные глаза внимательно следили за всадниками, исчезающими вдали.