Love Like Chocolate

      - Но что если это всё-таки со мной случится? Насколько там глубоко? Что если я попаду под город… Или в какой-то подземный мир, в котором мне придется сражаться, чтобы выбраться наружу? Что если я влюблюсь? Мне придется прийти и спасти тебя.       Чунхён в смятении посмотрел из стороны в сторону, закончив поправлять шарф на шее Дуджуна и пытаясь вспомнить, как они дошли до этой темы в разговоре. Старший мгновение стоял неподвижно, затем шмыгнул носом и, потянув себя за шею, скинул с себя шарф. Было уже вечер, шестой час… Все наконец-то вернулись в отель после завершения своих занятий в университете и сейчас отправились кто куда.       Большинство помощников пошли группами в рестораны и на живые выступления, остальные остались в отеле или отправились на прогулку, куда глаза глядят. На обратном пути Чунхёну позвонил Ксандер и сказал, что как только они приедут, им необходимо приодеться и встретиться с ним перед отелем, он снова и снова подчеркивал, что им необходимо поторопиться, так как он уже практически готов. Они с Дуджуном приняли быстрый душ и сделали то, что им было велено, взяв шарфы, так как ночи в это время гола были довольно прохладными. И, конечно же, когда они спустились к месту встречи, Ксандера там не было.       Это было двадцать минут назад.       - Перестань это делать. Уже третий раз я его поправляю.       - Есть более важные вещи, чем шарфы, Чунхён. Наши жизни в опасности.       В подобные моменты блондин осознавал, что, несмотря на то, что у Дуджуна было гиперактивное воображение, и дома он насмотрелся слишком много фильмов со своими друзьями…       Он действительно не понимал, шутил ли парень или нет.       Из дверей отеля вышел мужчина и медленно направился к тротуару, в его руке был стакан кофе, из которого он сделал глоток, он осмотрел улицу справа и слева от себя, а затем на французском языке поприветствовал Чунхёна и Дуджуна. Ребята поприветствовали его в ответ, а потом блондин бросил взгляд на свои наручные часы.       - Не могу поверить, что мне придется провести вечер в компании с этим придурком.       - Я думал, теперь вы с Ксандером хорошо ладите.       - Я говорил про Шивона, - Чунхён поднял голову, затем огляделся справа от себя и заметил, что незнакомец всё ещё пристально на них смотрел, только теперь с дружелюбной улыбкой на лице. Он недоуменно улыбнулся в ответ, после чего отвел взгляд. – По-видимому, Ксандер по какой-то ему одному известной причине включил нас троих в их вечер – мы покатаемся на гондолах в одном из ночных районов, затем разделимся и пойдем своими дорогами. Донхэ продолжает умолять меня попробовать наладить с ним отношения, и я в некоторой степени старался, но сейчас единственная часть меня, которая хочет быть к нему ближе, это моя нога - с его задницей. Не знаю, что он сказал ему этим утром, но готов держать пари, что это была та же чушь о том, что всё изменится. Я просто надеюсь, что Хэ увидит, что он ему не нужен.       - Может, Шивон придет, - настала очередь Дуджуна увидеть не сходящую с лица парня улыбку и, неловко помахав, парень отвернулся от него. – Я хотел сказать… Казалось, он принял какое-то решение, когда этим утром попросил Донхэ-ши поговорить, и это только мне так кажется, или тот парень таращится на нас с самой жуткой улыбкой, которую я когда-либо видел за всю свою жизнь.       - Он просто стоит там так, будто чего-то ждет от нас. Возможно, нам следует подождать остальных в вестибюле… Это начинает меня пугать.       - Привет, влюбленные! – Ксандер вышел из дверей отеля, держа одной рукой телефон, а другой – руку Донхэ, его кудрявые беспорядочные волосы были приподняты. Волосы брюнета были всё ещё распущены, но теперь на нём был мягкий кремовый шарф, который, как это неподозрительно, был во вкусе Ксандера… Но также на нём были коричневая куртка до колен, кремовая рубашка и чёрные джинсы.       Это объясняло, почему им потребовалось столько времени.       - Клянусь, он использует Донхэ как куклу, которую можно одевать.       Дуджун пожевал внутреннюю сторону своей щеки.       - Знаешь, если бы не эта поездка, я бы никогда не увидел его таким… Это кажется необычным… Даже сегодня в машине, когда вы разговаривали про Барселону. Его характер отличается о того, чего я ожидал, он… странный.       - Страннее, чем тот парень с жуткой улыбкой?       - Давай не будем выходить за границы.       - Знаешь… - заколебался Чунхён. – Даже если он ничего не говорит, ему будет неудобно, когда ты так часто находишься рядом с нами. Он будет беспокоиться, что ты расскажешь что-то другим работникам…       - Я бы никогда и никому не сделал подобного, - старший легонько толкнул подбородок Чунхёна, когда два парня направились к пешеходной дорожке. – Особенно кому-то, кто так важен для тебя.       - Мы возьмем три гондолы до того ночного района, который находится в нескольких километрах вниз по каналу, мы повеселимся, и мы точно не вернемся в отель раньше одиннадцати, и я не потерплю никаких возражений по этому поводу, - заявил Ксандер.       - Мы знаем, - Чунхён многозначительно посмотрел на Донхэ. – Прогулка на лодках займет время. Ты не хочешь сначала чего-нибудь поесть?       - Нет необходимости, - брюнет положил руку на сумку, висевшую у него через плечо, а затем потянул свои рукава к запястьям. – Я взял кое-что в одном из кафе. Мы опаздываем – нам нужно ехать.       Блондин фыркнул и открыл рот, чтобы ответить, но Ксандер перебил его.       - Кстати говоря… Где Шивон?       - Он собирается встретиться с нами там, так как он опаздывает. Он всё ещё на встрече.       - Хорошо, тогда пошлите, - Ксандер опустил солнечные очки себе на лицо и помахал кому-то позади них рукой. Чунхён и Дуджун обернулись, чтобы увидеть, что тот незнакомец улыбнулся ещё шире, а затем направился в их сторону. Ксандер взял его под руку, а затем пожал плечами, отвечая на взгляды остальных.       - Что?       - Кто это? – глаза Чунхёна настороженно путешествовали между Ксандером и его темноволосым другом, обсуждаемый незнакомец оглядел их всех с вежливой улыбкой. – Он начинается казаться знакомым.       - Это ах… - старший пожал плечами. – Он говорит только на французском, а я не очень хорошо помню, как это спросить. Во всяком случае, он не против пойти с нами, - Ксандер с улыбкой потянул его за руку. – Правда ведь… Илай?       - Илай?       - Он выглядит как Илай.       Темноволосый парень засмеялся и, кивнув, изверг поток фраз, которые никто из присутствовавших не понял. Дуджун сделал шаг за спину Чунхёна.       - Разве это не имя одного из твоих помощников? Я не думаю, что он понимает, что ты так его называешь, Ксандер.       - Я встретил его на обратном пути с конкурса, так как Бора была так мила и подогнала для меня туда мою машину, и мне пришлось ехать обратно одному, потому что у вас всех были свои дела. Я только вылез из своего автомобиля, решив, что мы пойдем с Донхэ кататься на гондолах, а затем осознал, что, так как все уже разделились на пары, я буду совсем один. А так как это ни в коем случае не может произойти, я дал этому парню немного налички и сказал, что он пойдет со мной гулять.       - Подожди, значит, он что-то типа… эскорта? – Дуджун уперся руками в бедра. – И почему он кажется тебе знакомым, Чунхён?!       - Расслабься. Он просто швейцар, у которого утренняя смена. Донхэ, можешь одолжить мне свой телефон на секунду?       - Эм… Конечно, - брюнет открыл свою сумку и порылся в ней в поисках телефона.       - То есть ты собираешься всю ночь таскать его с собой, как какой-нибудь аксессуар? Вы даже не можете друг друга понять! – Чунхён недоверчиво посмотрел на него.       - Это не совсем правда, - Ксандер, закатив глаза, взял телефон Донхэ и начал что-то быстро печатать. – Я куплю что-то типа… карманного словаря. Это туристическая зона, и уверен, что где-нибудь там они будут продаваться.       - У меня просто нет слов на твой счет.       - У меня есть склонность оказывать на людей подобный эффект, - Ксандер нажал кнопку «Отправить», затем закрыл телефон и передал его обратно самому младшему в группе.       - Что ты сделал? – Донхэ посмотрел на гаджет.       - Позже ты поблагодаришь меня. Пошлите, - он начал тянуть за собой своего «друга» вниз по улице, чтобы они могли поймать такси.       - Ксандер, что ты сделал с моим телефоном?       - Знаете, чего мне хочется?! Оладьев!       - Александр Юсебио!       Чунхён посмотрел на Дуджуна и покачал головой, положив руки ему на плечи, он толкнул его вперед, в то время как старший пытался понять, как долго он сможет выжить в подземном мире, если он не поест до того, как упадет в канал.       В центре города дорожное движение поздним вечером было затруднено, и именно по этой причине Шивону в конечном итоге пришлось оставить свою машину и пройти несколько кварталов до своего отеля пешком. В конце концов после того, как он покинул университет, Чхве остался на весь день в офисе одного из своих партнеров, поучаствовал в нескольких видеоконференциях, чтобы попытаться исправить слияние компаний, которое шло совершенно, совершенно неправильно. Его даже не столько напрягал тот факт, что всё это произошло из-за того, что кто-то самостоятельно попытался за его спиной закрыть сделку, а то, что люди в его компании были слишком глупы, чтобы решить проблему самим, и сейчас он с большим трудом старался отделаться от идеи уволить их всех.       Он, конечно, не собирался этого делать, но они думали иначе. Пусть они подольше боятся, он определенно не позволит им ближайшим месяц спать спокойно. Пройдя мимо последней линии машин, отражающих затухающий солнечный свет в своих тонированных стеклах, он зашагал по ступеням своего отеля, и в этот момент зазвонил его телефон.       - Мистер Чхве, здесь человек хочет вас видеть.       Швейцар отеля, открыв перед ним дверь, сделал шаг назад, когда увидел кивок, сигнализировавший, что его услышали, и вернулся на своё место. Шивон направился через вестибюль, приняв вызов и прижав свой телефон к уху, отвлекшись, он уже дошёл до лифта, когда ему на ум пришла мысль спросить, кто именно его ждал. Когда он обернулся, чтобы это исправить, он столкнулся лицом к лицу с другим постояльцем, который уже собирался вытянуть руку и дотронуться до него.       Он холодно отступил назад.       - Шивон, я думал, это был ты, когда я вошел, но был не уверен… Что ты здесь делаешь?       Чхве бросил ошеломленный взгляд, когда старший мужчина приблизил к нему своё лицо и, поцеловав обе его щеки, сделал шаг назад, пальцы убрали с глаз его светло-каштановые волосы. Он был последним человеком, которого Шивон ожидал увидеть в Париже… На самом деле, увидеть где угодно, и теперь, захлопнув свой телефон, он пытался собрать вместе свои мысли.       - Не разговариваешь со мной, мм? – был игривым ответ.       - Хичоль… - коротко сказал Шивон, - Давно… не виделись.       - Действительно, - кивнул старший, скрестив руки на груди и легко рассмеявшись. Его волосы был сейчас другого цвета – в отличие от гладких черных локонов, какими они были раньше, теперь они были карамельного цвета, а его кожа, хоть и не была такой бледной, всё ещё была гладкой. Было сложно признавать, что он выглядел лучше, чем тогда, так как Хичоль всегда выглядел поразительно, но это было так, и Шивон, остановив себя от того, чтобы сделать шаг навстречу, задавался вопросом, пахнет ли он так же.       Чувствовал ли он то же.       Чхве, поправив свой воротник, прочистил горло и засунул телефон в карман.       - Я слышал про тебя от некоторых наших… твоих друзей. Ты поменял карьеру?       - Сейчас я просто лектор… Это не сильно отличается о того, когда я раньше в больнице обучал новичков.       - Ты теперь в Совете директоров… Это достижение.       - Наверно, - Хичоль приподнял свои плечи. – А как твои дела?       - Почти так же. Ты здесь с кем—то?       - И да и нет, - его выражение лица стало сдержанным. – У меня конференция, а у Хангена здесь дело. Большая сумма денег пропала со счёта одного министра.       - Понятно.       Хичоль кивнул и, вытянув свою руку, легко сжал руку Шивона.       - Я слышал, ты помолвлен.       - Да… Снова, - позади них открылись двери лифта, из них вышла группа бизнесменов, смеющихся между собой. – Будем надеяться, что в этот раз он действительно останется.       - Шивон. Не…       - Я просто говорю правду. Возможно, ты не особо знаком с этим понятием, так как мало сказал по этому поводу.       Хичоль сжал свои губы.       - Ты всегда пытаешься повесить вину на кого-то, но не на себя. У нас всё было в порядке, пока ты не начал мне не доверять.       - Забавно то, как ты использовал этот аргумент, чтобы уйти от меня к моему двоюродному брату.       - У нас никогда ничего не было, пока я был с тобой. Я говорил тебе об этом.       - Возможно, если бы я тебе поверил, это действительно чего-то стоило.       - Не все такие, как твой отец, Шивон.       - И вот опять ты меня анализируешь. Не помню, чтобы я платил тебе зарплату, Ким.       - Теперь я Хань, - спокойно ответил старший. – Неважно психолог человек или нет, но всем очевидно, что с тобой что-то не так. Я не говорил, что это должен быть я, но тебе нужно с кем-то поговорить.       - Думаю, на этом мы закончим, - он поднял свой подбородок, а выражение его лица стало нечитаемым. – У меня есть дела.       Хичоль выглядел так, будто собирался сказать что-то ещё, но лучше подумал насчёт этого:       - Было приятно тебя видеть.       - Мне тоже. Передай Хангену от меня привет.       Затем он отвернулся, прошел мимо лифтов к сводчатому проходу, ведущему к лестнице. Он не мог там больше находиться, а ему еще нужно было ждать лифт, он чувствовал на себе глаза Хичоля, когда уходил.       Ему нужно было выпить.       Он в задумчивости пошел к своему номеру, пытаясь оценить свою небольшую встречу. Хичоль не будет проблемой, они разошлись по свои путям еще очень давно, и он не собирался искать его внимания, как Бора и все остальные. Ему ничего не было нужно от него… И сейчас он был совершенно счастлив, что ушел из его жизни и нашел себе другого.       Раздался треск, когда его телефон врезался в противоположную от мужчины стену на лестничной клетке, а он сам обрушился на одну из ступенек – голова была между его рук, и он её сильно тер. Как он посмел стоять там и пытаться давать ему советы после всего того дерьма, через которое он прошел из-за Хичоля… Со всеми теми несусветными аргументами по поводу того, что он параноик?! Он не был параноиком, он был умен… Он был на вершине его чёртовой индустрии… Он был богат, он был могущественен благодаря тому, как он думал… Как он анализировал людей. Этот маленький кусок дерьма…       Шивон поднялся на ноги и провел рукой по лицу, не подозревая о том, как тяжело он дышал. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки, а затем он развернулся и продолжил подниматься на свой этаж… Разбитый телефон так и остался лежать на лестничной клетке.       Его номер люкс был тускло освещен, когда он вошел, сообщение швейцара вылетело у него из головы, после того, как он предположил, что речь была о Хичоле. Он был на полпути к каминной полке в основной комнате, когда осознал, кто сидел на диване, пристально на него смотря.       - Мы было интересно, где ты был весь день.       Ки с нечитаемым выражением на лице следил за его движениями.       - То есть теперь ты осознаешь моё существование?       - Я хотел с тобой поговорить, но ты не отвечал на звонки, - он протянул руку к одной из больших бутылок виски и выдернул пробку… Сделал глоток, закашлялся, когда жидкость обожгла его горло. – Не говори, что ты упрекаешь меня из-за приема… Я сказал тебе, что там было слишком много народу вокруг, чтобы я улизнул с тобой.       - Конечно, - закатив глаза, Кибом поднялся и, обогнув столик, направился к Шивону. – Я не знаю, написано ли у меня на лице «идиот», но поверь мне… Я не идиот. Тебе нужно собраться с мыслями, потому что я не намерен быть для кого-то вторым, и это включает твоего женишка.       Шивон сделал ещё один глоток и моргнул.       - Откуда такие слова?       - Это, - Ки указал пальцем в его грудь, - я говорю тебе, что я не твоя игрушка. У тебя нет ничего, что мне нужно, есть только то, что я хочу, и то, что я хочу, я могу найти в другом месте… Что не так с тобой?       Шивон сухо рассмеялся и поставил бутылку на её прежнее место, развернулся к Ки и за запястье притянул его ближе к себе. Младший казался брошенным, но даже не двинулся, что попытаться сопротивляться его движениям.       - У меня была встреча.       - Должно быть так и было. Выглядишь так, будто тебя конкретно наебали.       - Что-то типа того, - он наклонился вперед и поцеловал его в шею. – Почему бы тебе не позволить мне сделать то же самое с тобой, а затем мы сможем обсуждать наше будущее столько, сколько захочешь.       - Я так не думаю.       - Ты думаешь, что не будешь страдать так же, как и я, без секса?       - Согласен, но ты правда хочешь бросить мне вызов?       - Давай не будем заигрывать. Зачем ругаться, когда мы можем перевести злость в другие, более продуктивные вещи?       - Звучит интересно, - Ки пробежался пальцами по воротнику его рубашки. – И на мне будет всё твоё внимание?       - Сегодня вечером всё оно будет твоим.       Шивон улыбнулся, когда Ки с довольной ухмылкой потянулся к его ремню.       Он не умел терять что-либо.       Он всегда получал всё, что хотел.       - Gracié*! Большое, правда!       Донхэ помахал двум девушкам, удалявшимся от моста на одной из оставшихся гондол, он расправил удобнее под подбородком шарф, а затем через шум города пожелал им хорошей ночи. Река представляла собой подвижное полотно из тёмно-фиолетовых и светло-золотых бликов от садившегося солнца, которое отражалось в воде, а в месте вокруг него, где здания ближе всего подступали своими основаниями к каналу, всё пахло прохладным мхом и влажным цементом.       Шивон не появился.       Брюнет оценил вес телефона в кармане и думал о том, следовало ли ему позвонить остальным и сказать, что, в конце концов, он не встретится с ними. Прошло уже много времени с тех пор, как они исчезли за шлейфом из шнуров из папье-маше и перевязанных бечевкой фонарей, разбрасывающих на воде теплые пятна, и если они ещё не достигли ночного района, то были уже близки к нему. Если он бы взял машину и отменил водную прогулку, он всё равно был бы один… Он не хотел, чтобы Чунхён чувствовал, что обязан остаться с ним, а Ксандер вряд ли бы уделил должное внимание шаперону**, который он нашел.       Его пальцы во второй раз обвились вокруг его шарфа, он, прижав костяшки пальцев к кончику своего носа, ощущал, как его векам становилось теплее, а в груди поднималось чувство тревоги. Движение на мосту значительно замедлилось с тех пор, как он приехал сюда с остальными, но опять же большинство людей пришло сюда ради лодок и уже двинулось со своими спутниками вниз по течению в направлении ночного района. Люди то и дело проходили мимо каменной арки, в основном группами, с сумками со всевозможными закусками и продуктами, и в большинстве своём они были местными жителями или из пансионата, они шли мимо, направляясь к проспекту, располагавшемуся неподалеку.       Сделав глубокий вдох и прочистив горло, Донхэ моргнул и порылся в своей сумке в поисках фотоаппарата, а затем сделал пару снимков канала. Под мостом прошло еще несколько лодок от арендаторов, находившихся чуть в отдалении, и Хэ понял, что ему больше не видно ту, которую он отдал девушкам-туристкам. Они решили грести её сами, а не с помощью гондольера, и взяли проштампованный билет, чтобы передать его кому-нибудь еще, когда они доберутся до пункта своего назначения. Его мысли вернулись к корзинке с продуктами, которую он тоже им оставил… Он не знал, поймут ли они, что он преднамеренно оставил её им, но надеялся, что девушки не дадут ей пропасть.       Он не был большим поклонником шампанского, а большая часть еды предназначалась для Шивона.       Опустив фотоаппарат, Хэ быстро оглядел канал, а затем, смотря унылыми глазами, обернулся, чтобы найти обратный путь.       Он действительно поверил, что в этот раз всё получится.       Что у них всё наладится, и они, наконец, вернутся туда, где были раньше.       У него должно было получиться.       - Вы! Вы, сэр! – грубый голос вырвал Донхэ из его мыслей.       Невысокий сгорбившийся мужчина, владевший лодками, направлялся к нему с конца моста, где было несколько ступенек, ведущих вниз под мост, к месту, где он хранил свои лодки. Он шёл, прихрамывая, беспорядочные тёмные волосы были заткнуты под кожаную кепку, и когда он остановился в нескольких шагах от парня, брюнет заметил, что он слегка хмурился.       - Лодка, которую вы хотели. Время отплывать.       У него был настолько сильный акцент, что изначально Донхэ не был полностью уверен в том, что тот говорил, и обеспокоенно оглядел проходящих мимо него людей. Он совершенно не знал французский язык, поэтому он сомневался, что ему удастся хоть как-то облегчить разговор между ними.       - Я… не хочу лодку, - он поднял свои руки и покачал как можно вежливее головой. Ответ показал, что его всё ещё не понимали.       - Нет. Нет, вы просили лодку. У меня есть билет.       - Что? – брюнет вздрогнул от того, что мужчина повысил голос, а потом в его глазах вспыхнула искорка понимания. – О… О! Я бронировал лодку для меня и моего жен… меня и друга, а он не пришел. Я отдал её. Я… Я отдал лодку другим людям.       - Нет. Никаких раздач. Никакого возврата.       Донхэ прикоснулся рукой к своему горлу и, пристально посмотрев на мужчину, кивнул и потянулся к сумке; положив фотоаппарат внутрь, он начал рыться в ней в поисках бумажника.       - Я всё ещё должен заплатить. Хорошо… Я не против.       По-видимому, деньги тоже не были проблемой.       Брюнет резко вдохнул, когда мужчина потянулся к его запястью и начал тащить его за собой, от чего ему пришлось неловко вертеть руками вокруг, чтобы не рассыпать все свои вещи на выступающий камень, когда ушибленная кожа послала толчок боли вверх по руке. Ему потребовалось время, чтобы собрать все паззлы ситуации вместе, и когда это у него, наконец, получилось, его лицо побледнело.       Этот парень не собирался принимать отказ в качестве ответа.       Донхэ знал, что не был высок, но этот мужчина даже без горба был ниже него, и он не мог не пригнуться слегка, пока его тянули за собой. Хэ не знал, что сказать, он не знал, что происходило, и как только они подошли ближе к ступеням около конца моста, он стал размышлять о последствиях того, чтобы просто ударить мужчину в живот и сбежать. Что он хотел с ним… Ему больше не нужна была лодка, и он уже сказал, что заплатит…       - Сэр, простите. Не знаю, понимаете ли вы, что я говорю…       - Я прекрасно вас понимаю, ага? – он скорчил рожу, когда они подошли к верхней ступени лестнице, и отпустил запястье Хэ, он совершенно не чувствовал себя неловко из-за того, как младший парень отстранился от него и начал тереть в том месте свои рукава. – Спускайтесь. Скоро мне нужно уходить домой.       - Я не нуждаюсь в лодке.       - Сейчас нет никаких возвратов. Я её уже приготовил.       Хэ не видел в этой ситуации никакого выхода, который бы не был агрессивным.       Возможно… он просто мог выбраться и взять такси, когда будет достаточно далеко. Гребля была не так уж и сложна, убеждал он себя, держась за перила и спускаясь по первым ступенькам.       Донхэ всмотрелся в темноту под мостом, когда полностью спустился вниз, пальцы пробежались по влажному камню, заканчивавшемуся на углу, после чего необходимо было повернуть направо, и именно там находились лодки. Он слышал, как позади него спускался тот мужчина, что-то бормоча себе под нос, и задавался вопросом, действительно ли ему придется взять лодку, чтобы от того отделаться. Он не думал, что здесь ещё остались какие-то гондольеры, и он даже не был уверен, знал ли он, что делать и где выбираться из канала…       Хэ достиг платформы и, повернув направо, увидел Ынхёка, наклонившегося рядом с водой, рукава были завернуты, в то время как он развязывал веревку, прикреплявшую последнюю гондолу к деревянному бревну, выступавшему из воды, затем парень поднялся на ноги и стряхнул воду со своих рук. Старик доковылял до нижней ступени и поднял связку ключей, которые, как предположил Донхэ, были от небольших ворот, ведущих туда, где они сейчас стояли.       - Видите, я говорю вам, но вы не понимаете. Теперь я запираюсь… Вы берете лодку и отправляетесь, когда будете готовы.       Схватив ящик с инструментами с рядом стоящей бочки, старик завернул за угол и начал своё путешествие через темноту обратно наверх, его тяжелые шаги растворялись в сумеречном воздухе. Донхэ почувствовал себя не на своём месте, когда Ынхёк продолжил вытаскивать весла и повесил веревку на расположенную на платформе подставку, его пальцы вонзились в ладони, а мысли в голове закружились. Он не знал, что сказать, или ожидали ли от него, что он что-то скажет, и когда красноволосый парень наконец-то повернулся к нему и вытер о свои синие джинсы мокрые руки, Хэ почувствовал боль в груди, которая не проходила… Даже когда он опустил взгляд к лодке под ними. Что-то тяжелое повисло у него на сердце.       - Он не пришел.       - Знаю.       Раздался громкий всплеск, когда мимо них под мостом проплыла лодка с группой молодых людей, один парень стоял посередине и кричал, хватаясь за свою рубашку. Все остальные смеялись над ним, один друг вытянул руку и пытался поддерживать его в вертикальном положении, пока он не выхватил что-то у него из рукава и не выкинул это в канал. Гондольер что-то им сказал, и они стали смеяться ещё сильнее, уплывая под городские огни и фонари, в конечном итоге их заглушили музыка, звук воды и движущихся поблизости машин.       - Возможно, это была работа. Должно быть ему… пришлось задержаться.       - Возможно.       Брюнет сглотнул, когда Хёкджэ продолжил на него пристально смотреть и при этом ничего не говорил, Хэ боролся со жжением в глазах, когда линии в дереве под ними начали размываться. Он хотел чего-то… Чего угодно… Спора или полного ненависти взгляда… Чего-то, с чем он мог справиться… Чего угодно, но не этого.       Тишина кричала на него… Она говорила красноречивее слов. Неожиданно он захотел оказаться в каком-нибудь другом месте.       - Он всё ещё мог прийти.       - Тогда ты хочешь пойти поискать его? – Ынхёк наклонился и поднял вторую веревку, удерживавшую гондолу параллельно маленькому доку, его голос был спокойным и безучастным.       Донхэ сжал свои пальцы в кулаки, гневно встретившись взглядом с красноволосый кондитером. Старший никак не отреагировал, просто продолжил наматывать себе на руку веревку.       - Почему ты здесь?       - Я могу уйти, если ты хочешь.       - Это не то, о чём я спросил.       - Я не собираюсь навязывать тебе свою компанию, если ты этого не хочешь.       - Прекрати это! – огрызнулся брюнет. – Перестань сглаживать происходящее и путано мне отвечать… Я не какой-то ребёнок, которого нужно нянчить и который не справится с прямым ответом. Почему ты здесь?       Хёк свернул последнюю часть веревки в кольцо и прикрепил её к остальным.       - Потому что я хочу здесь быть.       Донхэ фыркнул на его слова и, отведя взгляд, посмотрела направо от себя.       - Потому что ты хочешь здесь быть. Ты чертовски добр. Я так благодарен, - Хэ покачал своей головой. – Ты думаешь, что ты лучше меня? Это так? Ты думаешь, что твое нахождение здесь… делает тебя лучше, потому что тебе жалко меня, и это в твоём понимании благотворительность? Чего ты на самом деле хочешь? Шанс увидеть мой срыв? Это месть за то, как я к тебе раньше относился… Чтобы ты мог посидеть с другими поварами и посмеяться надо мной, как если я какая-то шутка?       Красноволосый парень положил веревку на бочку, стоявшую около него.       - Что ж, этого не случится, хорошо? Я в полном порядке… И что, что он не пришел? Он мне не нужен… Мне никто не нужен. Я могу сам о себе позаботиться… Я заботился о себе с шестнадцати лет. Мой брат проколесил половину страны и оставил меня в больнице на четыре месяца, я был заперт в отделении интенсивной терапии и наблюдал, как у окружающих меня людей отключали жизнеобеспечение, но я прошел терапию, и я выбрался оттуда. Я сам добился того, что меня приняли в кулинарную школу. Я обжигался бесчисленное количество раз, учась, как правильно печь… Я учился тому, как нужно готовить, чтобы люди думали, что это дар… Никого не было со мной в три часа утра, когда я не мог дышать, потому что слишком долго простоял около плиты, или мне приходилось бороться с тошнотой, чтобы попробовать мои собственные блюда, потому что я хотел убедиться, что я сделал всё правильно.       Ынхёк начал двигаться в его сторону, когда Хэ поднял руку и прижал её к своей груди.       - Я никогда никого ни о чём не просил. Совсем. Я сам закончил школу, я нашел себе квартиру… Я делал всё сам, потому что понял, что я был единственным человеком, на которого я мог положиться… - он сделал резкий вдох, когда у него перед глазами всё поплыло. - … Поэтому было ли это моей виной думать, что будет не сложно найти одну единственную вещь, которую я хотел? Я думал, это было у меня раньше… Но сейчас это ушло, и я не знаю, куда именно, я не могу вернуть это обратно, я ничего не могу с этим поделать…       Донхэ закусил свою губу, когда уже больше не мог контролировать своё дыхание, его плечи задрожали, как только он попытался отстранить, когда Хёк нежно взял его за руки. Ему следовало просто поехать домой, он не хотел себя расстраивать… пытаться. Это того не стоило.       - Я устал… от всего, - из-за окружавшего их воздуха слезы на его щеках стали холодными, его сопротивление слабело, учитывая то, что он неделями не питался нормально. Красноволосый парень не противостоял его усилиям, он просто держал его до тех пор, пока Хэ не прекратил пытаться сбежать, а затем притянул его в объятия.       Донхэ почувствовал, как его окружило тепло, а сам он зарылся лицом в рубашке старшего, подняв руки, он сжал свои пальцы на материале по бокам. Хэ думал, ему придется заставить себя расслабиться, как он всегда делал, но это произошло без каких-либо усилий… Как падение в беспорядке разложенные мягкие простыни и провал в сонное царство после ужасного дня.       - Что я делаю неправильно? – спросил он тихо. – Я продолжаю думать, что если я попытаюсь чуточку усерднее… Если я буду меньше обременять… То всё получится. Я не думал, что просил о многом, я просто хотел быть счастливым, пусть даже и ненадолго, до того, как я отправлюсь в какое-нибудь терминальное отделение ждать, пока не откажет моё сердце или ещё что-то внутри меня не выйдет из строя. Я не могу рассчитывать, что Чунхён или мой брат и его семья будут там со мной именно так, как этого хочу я. Я не хочу, чтобы они начали меня ненавидеть… То, что происходит с людьми, когда тебе нужно больше их личного времени. Я чувствую себя таким бесполезным… Если я прекращу работать… Если я прекращу делать единственную вещь, в которой я хорош… Тогда у меня не будет ничего.       Ынхёк опустил свой подбородок на его голову, а затем переместил, зарывшись носом в мягких прядях над его ухом, кожа Хёка стала влажной, когда брюнет уткнулся своим лицом в изгиб его шеи.       - Ты используешь свой страх как оправдание не пытаться. Ты слишком много и слишком усердно думаешь о незначительных вещах, когда тебе просто нужно научиться отпускать. Когда был последний раз, когда ты спрашивал себя, чего ты хочешь. Чего ты хочешь, Донхэ?       Прошло мгновение прежде, чем Хэ, слабо засмеявшись, вытер тыльной стороной руки свой нос:       - Я хочу прогулку на гондоле… Я хочу прогулку на гондоле с тобой.       - Хорошо, - Ынхёк сделал шаг назад и обхватил руками лицо младшего, он провел большими пальцами у него под глазами и улыбнулся в ответ. – Мы можем это сделать.       - Чёрт побери, из-за чего ты так счастлив?       Ксандер, глубоко вдохнув, сделал ещё один глоток своего сока, они ждали, сидя на лавочке, располагавшейся на берегу. Его пальцы на ногах сжались, когда его глаза – при этом с довольной улыбкой на губах – переместились с неба на подозрительный взгляд Чунхёна.       - Просто ощущение, что что-то пошло правильно.       Прим. переводчика:       * - Спасибо! (с франц.)       ** - головной убор в период Средневековья.