Плохая Курама

      Как бы грустно ни было Девятихвостой от нахлынувших на нее кошмарных воспоминаний, ее настроение сильно улучшилось в предвкушении приятнейшего времяпровождения на горячих источниках в компании любимого теперь-уже-не-человека. Оно было и немудрено, ведь за время, проведенное в пути, Наруто наобещал ей все тридцать три удовольствия, и по прибытии в гостиницу она едва не вытрясла душу из ни в чем не повинного регистратора, допрашивая его, где же находятся горячие источники.  — Госпожа, прошу вас, успокойтесь! Источники на заднем дворе за этой дверью, для гостей Светлейшей все услуги бесплатно… — пролепетал треххвостый темноволосый кицунэ, у которого душа ушла в пятки от столь пристрастного допроса Девятихвостой.  — Прямо все-все? Даже еда и напитки? А массаж у вас делают? — продолжила задавать вопросы Кьюби, нехотя поставив перепуганного регистратора на землю.  — О Ками [1], пошли уже, я сам тебе массаж сделаю и еду с напитками принесу, только хватит позориться… — прервал затянувшуюся сценку Наруто, чуть ли не силой пропихивая настырную Кьюби за дверь.  — Ого, я смотрю кицунэ любят все делать с размахом… — пробормотал Наруто, глядя на множество небольших водоемов, огороженных типичными для страны восходящего солнца стенами из бумаги и деревянных реек. В одной этой гостинице их было больше, чем в Конохе, а ведь там купальни были одни на всю деревню… И, что еще удивительнее — половина из них уже была занята.  — Когда впереди целая вечность, почему бы не понежиться часок-другой в теплой воде хоть каждый день? — проворковала Девятихвостая, добравшись до ближайшей свободной купальни и скрывшись за занавеской. Вошедший следом Наруто не сдержал снисходительного смешка — за прошедшие пару секунд Курама уже успела избавиться от одежды из чакры и с трудом сдерживалась от того, чтобы не прыгнуть в воду прямо сейчас.  — Какое интересное у тебя кимоно, тебе не кажется, что оно немного… женское? — задумчиво проговорила Девятихвостая, заметив, что оно было чересчур свободным на груди, и оттянув неплотно прилегающую ткань пальцем.  — Ничего оно не женское, это унисекс! — обиженно буркнул Наруто, поспешив избавиться от неприятной ему одежды. — Вообще, Юки сказала мне, что девушек у них вдвое больше, чем парней, потому и военную службу в основном несут они, и форма делается скорее для них… — поделился Наруто любопытным фактом о лисьем обществе.  — Вот значит как? Выходит, сама физиология нашего вида обязует тебя доверить свою безопасность сильной самке и сосредоточиться на чем-нибудь более… приятном… — проворковала Кьюби, игриво жмакнув Наруто за задницу, отчего тот смутился и густо покраснел.  — Ничего это не значит! Личная гвардия Светлейшей все равно сплошь состоит из самцов! — возмутился Наруто, вырвавшись из объятий Девятихвостой и сиганув в воду, подняв целый фонтан брызг.  — Ты думаешь, ей вообще нужна гвардия? Зуб даю, она держит их рядом только для услады своих глаз, а может и не только глаз… — Кьюби продолжила обличать царящий в обществе кицунэ матриархат, с хищной грацией опустив ножки в воду, а затем соскользнув с бортика бассейна, тут же заурчав от удовольствия — она уже успела позабыть, насколько приятна может быть горячая ванная…  — О Ками, куда я попал… — взмолился Наруто, надеясь, что хоть здесь ему удастся стать достаточно сильным, чтобы его воспринимали всерьез, но кого он обманывал, сколько волка не корми — слон все равно толще…  — Под мое теплое крылышко, Наруто-кун, и ты уже никуда и никогда от меня не сбежишь… — промурлыкала Кьюби, садясь на каменную ступеньку рядом с Наруто и нежно, но напористо прижимая его к себе рукой.  — Можно подумать, кто-то собирался… — проворчал Наруто, даже не пытаясь вырываться и с нескрываемым удовольствием уткнувшись носом в упругую лисью грудь — к такой Кураме он уже привык, и она нравилась ему намного больше, чем сегодня утром.  — Наруто-кун, я хочу серьезно с тобой поговорить… — собравшись с духом наконец сказала Девятихвостая.       — О чем? — напряженно спросил Наруто — похоже, утренний инцидент не пройдет без последствий.       — Я хочу попросить прощения за тот случай в Суне… Мне безумно стыдно и за то, что я не смогла уберечь тебя тогда, в Стране Волн, и что совсем недавно ты снова чуть не погиб от руки Сакуры из-за моей беспечности, но Суна… Суна была хуже всего, ведь в тот раз я сама тебя чуть не убила… — каждое слово давалось Девятихвостой тяжело, ведь лишь немногим больше года назад она была готова без всякого зазрения совести разорвать Наруто на части, как только ему хватило бы глупости войти в ее клетку, а теперь она не могла даже представить свою жизнь без него. Наруто несколько секунд молчал, переваривая услышанное и старательно подбирая слова, прежде чем ответить.       — Ты же знаешь, что я давно простил тебя, Курама. Я знаю, что ты любишь меня, и уж точно не хочешь мне навредить, иначе ты бы не вгоняла себя в кому, пытаясь вытащить меня с того света, — сказав это, Наруто прижался к боку Девятихвостой еще крепче, нежно обняв ее за талию, отчего Кьюби невольно улыбнулась и заурчала.       — Но… я все равно боюсь, что когда-нибудь ты прибьешь меня просто потому, что я попался под горячую руку, — тихо добавил он, отчего улыбку Девятихвостой как ветром сдуло, а лицо ее помрачнело еще больше.       — Если честно, я сама этого боюсь. Больше всего на свете… — пробормотала Кьюби, тоскливо прижав ушки и опустив голову. — Я бы не задумываясь отдала тебе хоть половину своей силы, если бы чакра Джуби не была настолько ядовитой, что даже Светлейшей она оказалась не по зубам, но к сожалению… — Девятихвостая снова так сильно сжала руки, что на ладонях проступила кровь, окрашивающая воду в красный цвет. — …к сожалению я просто не могу… — Наруто заметил это и тут же поспешил хоть как-то успокоить Девятихвостую.       — Ку-чан, пожалуйста, хватит себя накручивать. Безвыходных ситуаций не бывает — ты же сама мне говорила, что даже если ты меня проглотишь — у меня все равно останется два выхода… — Наруто игриво ткнул Кьюби пальцем в нос, выведя ее из мрачного транса и заставив недовольно фыркнуть. — Юки-сенсей научит меня лисьим техникам. Наверное, в первую очередь попрошу что-нибудь для быстрого побега, потому что драться с тобой… ну, пока что после этого еще никто не выживал… кроме Светлейшей… — задумчиво проговорил Наруто.       — Ой, я тебя умоляю, если бы мы действительно дрались — я бы еще неделю с полным пузом отлеживалась и рыгала на всю деревню… — презрительно фыркнула Кьюби.       — Ну разумеется, другого от тебя никто и не ждал… — прыснул со смеху Наруто, отчего Кьюби еще больше напыжилась.       — Балбес балбесом, я с ним на серьезные темы говорить пытаюсь, а он шутки шутит, и за что я тебя только полюбила? — проворчала Девятихвостая.       — За то и полюбила — был бы серьезным — давно уже свисал бы с твоих ляжек, — Наруто ехидно ухмыльнулся и ущипнул Кьюби за бедро.       — Хочешь сказать, я толстая? — нарочито ласковым голоском поинтересовалась Девятихвостая, одарив Наруто настолько демонической улыбочкой, что ему захотелось зарыться под землю.       — Что ты, что ты, и в мыслях не было! Ты в отличной форме! — затараторил чересчур болтливый златошерстный кицунэ, подняв руки в примирительном жесте. Теперь уже сама Девятихвостая ухмыльнулась и схватила жалобно пискнувшего Наруто, вдавив его лицо в свою грудь.  — Смотри у меня, а то не успеешь ничему научиться, а я тебя уже прибью… — проворковала Кьюби, игриво куснув Наруто за ушко.  — Большая нехорошая лиса опять меня угнетает… — жалобно заскулил Наруто, пытаясь вывернуться из мертвой хватки Девятихвостой, но тщетно — легче было согнуть стальной рельс.  — И ты ничего, совсем ничего не можешь с этим поделать, сладкий мой лисеночек… — Кьюби противно захихикала, тиская Наруто так, что тот едва не задохнулся.  — Ку-чан, ну хватит уже, отпусти меня, пожалуйста! — взмолился экс-джинчурики, понимая, что такой натиск его ребра долго не выдержат.  — А что мне за это будет? — вкрадчиво поинтересовалась Кьюби.  — Ну, я же обещал массаж и еду с напитками… — попытался отделаться малой кровью Наруто.  — Но я хочу как в Конохе, Нар-р-руто-кун, — проворковала Курама, стиснув Наруто еще сильнее.  — Хорошо-хорошо, будет тебе как в Конохе, только отпусти! — пропищал Наруто, после чего смертельные объятия Девятихвостой разжались и он, наконец, смог вздохнуть полной грудью.  — Только в этот раз никуда меня не запихивай, хорошо? А то я уже не знаю, где у тебя безопасная сторона… — все еще немного нервничая попросил Наруто, глядя, как Кьюби вскарабкивается на бортик бассейна и широко раздвигает ноги.  — Ничего не могу обещать, Нар-р-руто-кун, ведь у меня нет безопасных сторон, — сказала Девятихвостая и показала Узумаки язык.  — Какая же ты вредина, слов нет, — обиженно буркнул Наруто, опускаясь на колени на подводную каменную ступеньку перед Девятихвостой и начиная ласкать чувствительную внутреннюю сторону ее бедер кончиками пальцев.  — Самая большая вредина в этом и во всех остальных мирах… — продолжила ехидничать Курама, до тех пор, пока язык Наруто не коснулся ее киски, медленно скользя вдоль влажных половых губ и лаская чувствительный бугорок ее клитора. — М-мф, ты определенно улучшил свои навыки, Нар-р-руто-кун… — желание вредничать испарилось без следа, сменившись наслаждением и признательностью, что не могло не радовать Наруто, уже натерпевшегося всякого за последние полчаса. Воодушевившись реакцией Кьюби, молодой кицунэ удвоил усилия, проталкивая свой язык глубже во влажное лоно Девятихвостой и дразня ее клитор кончиком носа. Его руки, тем временем, переключились на мягкие бока и упругие груди Кьюби, нежно гладя ее теплую кожу и уделяя особое внимание чувствительным зонам вокруг сосков и подмышек, отчего ехидная лисица окончательно растаяла, лишь негромко постанывая и извиваясь всем телом от удовольствия. Довести Кьюби до оргазма было непросто — через полчаса Наруто уже начал думать, что она специально над ним издевается, больно уж довольные стоны срывались с ее губ, когда наконец его рот наполнился теплой и очень вкусной, питательной и богатой чакрой жидкостью. Тщательно слизав все до последней капли и чмокнув киску Кьюби напоследок, Наруто наконец-то отстранился и посмотрел на покрытое капельками пота тело Девятихвостой с удовлетворенной ухмылкой.  — Вот видишь, не обязательно с тобой драться, чтобы победить… — сказал Наруто, игриво жамкая Кьюби за попку и приводя ее в чувство.  — Ах так? Мы еще посмотрим, кто кого победит! — возмутилась Кьюби, спрыгивая в воду и теперь уже усаживая немало удивленного Наруто на бортик бассейна вместо себя. Увидев перед собой его член, ставший существенно больше после перерождения в теле кицунэ, Девятихвостая облизнулась в предвкушении, прежде чем медленно провести языком от основания до самого кончика члена, наслаждаясь его вкусом, прежде чем взять головку в рот и начать дразнить ее кончиками своих острых клыков, наблюдая за реакцией возлюбленного. Наруто определенно не был готов к такому повороту событий, но ощущения были безусловно приятные, потому напрягшийся кицунэ постепенно расслабился и начал получать удовольствие.  — Ну хорошо, покажи мне, что ты умеешь, Ку-чан, — отплатил вредностью за вредность Наруто, чувствуя, как рука Девятихвостой нежно массирует его мошонку, томно вздохнув, когда Кьюби разом заглотила его член по самые яйца и начала ритмично двигать головой. Ее узкая глотка очень приятно сжимала член Наруто, массируя его своими сильными мышцами. Экс-джинчурики откинулся назад, упершись одной рукой в каменную плитку, а другой нежно гладя Девятихвостую по голове, отчего Кьюби начала довольно урчать. Стенки ее глотки начали вибрировать, стимулируя член Наруто еще сильнее, отчего златошерстный кицунэ и вовсе потерял дар речи, и мог лишь громко стонать и покусывать губу от удовольствия. Кьюби наслаждалась чувством контроля над возлюбленным, каждый его сладостный стон она воспринимала как свою маленькую победу, лаская его подтянутый торс кончиками пальцев и постепенно наращивая темп. Наруто держался до последнего, но все равно кончил вдвое быстрее Девятихвостой — сказывалась огромная разница в опыте, ведь в прошлом Кьюби была профессионалом в древнейшей профессии, а он — лишь любителем.       — О Ками, это было просто божественно… — пролепетал Наруто, с трудом удерживаясь в вертикальном положении и пытаясь восстановить дыхание. Проглотив горячее семя возлюбленного, Курама нехотя выплюнула его обмякший член и осторожно затащила Наруто обратно в воду.       — Вот видишь, я могу быть не только большой и страшной, но еще нежной и ласковой… — игриво проворковала она, крепко прижав возлюбленного к себе и поцеловав его в губы.       — Я в этом и не сомневался, радость моя, но будем честны — большой и страшной ты бываешь намного чаще, — ответил джинчурики, нехотя разорвав поцелуй.       — Что поделаешь, язык силы понимает каждый, а язык ласки и любви пока что только ты… — ухмыльнулась Девятихвостая, погладив Наруто рукой по щеке.       — И пока ты снова не переключилась в боевой режим, пойду-ка я принесу тебе что-нибудь вкусненькое, — ответил Наруто, нехотя выпутавшись из объятий Курамы и вновь выбравшись из теплой воды на холодный воздух.       — Ты прямо-таки читаешь мои мысли, сладенький, закуска была хороша, но ты же знаешь, что я хочу большего… — промурлыкала Кьюби, игриво шлепнув Наруто по заднице для пущей прыти и с нетерпением ожидая его возвращения.  — Все бы ей руки распускать… — обиженно буркнул Наруто, завернувшись в полотенце и поспешив в буфет, о чем быстро пожалел — все самки и даже некоторые самцы кицунэ с неподдельным интересом уставились на его обнаженный торс. Наруто поспешил набрать столько разной еды и напитков на поднос, сколько мог унести, и осторожным шагом вернулся обратно в купальню.  — М-м-м, как вкусно пахнет! — промурлыкала Курама, пожирая глазами поднос со снедью.  — Кицунэ здорово готовят, этого у них не отнять… — ухмыльнулся Наруто, опуская поднос на пол, кидая полотенце на стул и снова соскальзывая в воду. Подобравшись к Девятихвостой со спины и нежно обняв ее за талию, Наруто почувствовал, как ее живот прямо-таки рычит от голода. — Ух, какая ты голодная… — удивился он.  — Еще бы, я сегодня весь день не ела, — пожаловалась Кьюби, наслаждаясь каждым нежным прикосновением возлюбленного к самой работящей части ее тела.  — Ужас! Тогда нужно поскорее решить, с чего ты хочешь начать? — спросил он, беря в руку палочки, намереваясь покормить Девятихвостую как в тот раз, в Конохе.  — Как насчет жаренной говядины? — глотая слюни в предвкушении попросила Кьюби.  — Слушаю и повинуюсь, лисонька моя… — проворковал Наруто, поднимая палочками ломтик аккуратно нарезанной говядины и опуская его в ротик пищащей от удовольствия Девятихвостой, проглотившей закуску едва ли не быстрее, чем она коснулась ее языка. Следующий кусочек не заставил себя ждать, а потом еще один, и еще один, до тех пор, пока вся говядина не закончилась. Но это было лишь одно из множества блюд, лишь раззадорившее аппетит Девятихвостой. Следом был рис с овощами, стакан ягодного морса, затем мисо-суп, потом добрая сотня суши и роллов разного калибра, но Кьюби и не думала сбавлять темп. Ее животик стремительно раздувался и округлялся прямо под ласкающей его рукой Наруто, и экс-джинчурики чертовски нравилось чувство нарастающего давления и натяжения под его пальцами. Выпив миску рамена залпом, Кьюби негромко рыгнула и наконец-то дала Наруто передохнуть.  — Какая же ты у меня прожорливая, и куда только все помещается… — подивился Наруто, лаская изрядно выпирающий пузик Кьюби теперь уже двумя руками, отчего ее урчание стало слышно даже в соседних купальнях.       — Ты же помнишь, как я съела того парня в Суне, так что для меня это — просто закуска… — ухмыльнулась Девятихвостая с чувством собственного превосходства.       — Да уж, такое при всем желании не забудешь… — Наруто вздрогнул всем телом, вспомнив перемазанный кровью и заваленный обглоданными человеческими костями гостиничный номер и довольно скалящуюся посреди всего этого безобразия Кьюби. — Хорошо, что еда за счет Светлейшей, а то на тебя никаких денег не напасешься… — проворчал он, жмакнув разомлевшую от ласк и чревоугодия Девятихвостую за жопку, отчего Кьюби сразу встрепенулась и продолжила обжорство, теперь уже самостоятельно. Наруто с трудом отвоевал себе последнюю миску рамена и пиалу зеленого чая, обнаружив, что пока он их пил — Девятихвостая уже успела расправиться со всем, что оставалось на подносе, и теперь демонстративно ковырялась ногтем в зубах.  — Тебе бы тоже не мешало побольше кушать, Наруто-кун, в конце концов еда — отличный источник чакры, — сделала глубокомысленное умозаключение Кьюби.  — Я, может быть, и кушал бы, да только ты мне ничего не оставила, — обиженно буркнул Наруто.  — Извини, я немного увлеклась, — смущенно ответила Девятихвостая.  — Ничего страшного, за увлеченность и непосредственность тебя и люблю, — хихикнул Наруто, с огромным трудом усадив отяжелевшую лисицу к себе на колени и принявшись нежно массировать ее плечи.  — М-м-м, и про массаж не забыл, как же мне с тобой повезло, Нар-р-руто-кун… — промурлыкала Кьюби, окончательно разомлев от теплой воды, вкусной еды и нежных ласк возлюбленного.  — А мне с тобой, Кур-р-рама-чан… — проворковал Наруто, чмокнув биджу в спину, разминая и плечи, и руки, особенно осторожно обходясь с той, что пострадала от пламени Аматерасу.  — Как твоя лапка? Не болит? — заботливо поинтересовался он.  — Совсем чуть-чуть, думаю уже через неделю и следа не останется, — ответила Кьюби, радуясь, что Наруто не забывал даже о таких, как ей казалось, мелочах.  — Ну вот и замечательно, все же приятно знать, что хотя бы одного из нас ничто не проймет, — ухмыльнулся Наруто.  — Зато другого чуть ли не ветром сдувает… — иронично подметила Кьюби.  — Потому он придавил себя чем-то тяжелым и мягким… — ехидно хихикнул Узумаки, постепенно спускаясь руками к груди, затем к животу, и, наконец, к упругой попке Девятихвостой, уютно устроившейся у него на коленках.  — Да ладно тебе, не такая уж я и тяжелая, — обиженно буркнула Кьюби.  — Зависит от степени твоей наполненности, — парировал Наруто, слегка сдавив раздавшиеся бока Девятихвостой пальцами, отчего та вновь нечаянно рыгнула и смущенно покраснела. Впрочем, джинчурики не возражал. — Не буду лукавить, мне нравится, как ты выглядишь с большим животом, но все же мне хотелось бы, чтобы там было что-то более привлекательное, чем суши и рамен… — проворковал Наруто, снова принявшись наглаживать пузик Девятихвостой.  — И что же? Юки, например? — насмешливо предположила Кьюби.  — Все бы тебе опошлить, Ку-чан, — проворчал Наруто. — Я о том, что вместо того, чтобы отнять жизнь, ты могла бы подарить новую, нашему сыну или дочке например… — зашел издалека Узумаки, нежно обнимая Девятихвостую вокруг талии.  — Ах, вот ты о чем… — Кьюби тут же стушевалась. — Наруто-кун, я все еще не готова, да и условия стали еще хуже, чем тогда, в Конохе… — мрачно пробормотала Девятихвостая и тяжко вздохнула.  — И не поспоришь — за нами охотится половина мира шиноби, а как будут складываться отношения с миром кицунэ — еще большой вопрос, но хотя бы помечтать и о тихой семейной жизни нам никто не мешает, — ответил Наруто, мечтательно прикрыв глаза и думая, каково же это — расти в семье, где есть мама и папа…  — Это точно… — согласилась Курама, снова расслабившись и позволив себе забыться под ласками возлюбленного.  — Наруто-кун, а можешь мне еще ножки помассировать? А то я так много находилась за сегодня… — решила пойти ва-банк Кьюби. Кто знает, когда они снова дорвутся до купальни? Нужно было выжать из сегодняшнего вечера абсолютный максимум, или хотя-бы попытаться…  — Конечно же могу, лися моя, — ни на секунду не задумавшись ответил Наруто, нехотя убрав руки с живота Девятихвостой и позволив ей подняться с его успевших затечь бедер.  — Ты просто чудо, Нар-р-руто-кун… — промурлыкала Девятихвостая, обернувшись и нежно чмокнув Наруто в губы, прежде чем сесть на каменную ступеньку вдоль бортика и протянуть ему свою ножку.  — Не больше, чем ты, Кур-р-рама-чан… — ответил тем же Наруто, взяв ножку Кьюби в руки и принявшись нежно массировать мягкую стопу и ровные пальчики, наслаждаясь видом истинного блаженства на лице Девятихвостой, которая только что слюни не пускала, глядя на него полным безграничного обожания взглядом. При всем желании ей было сложно думать о чем-то плохом, когда ее окружали такой заботой, что сама Светлейшая удавилась бы от зависти. Осторожно вытащив ножку Кьюби из воды, Наруто нежно поцеловал ее, отчего Курама просто взорвалась довольным урчанием, а когда он принялся повторять процедуру со второй ножкой — Девятихвостая и вовсе чуть не растеклась по ступеньке от удовольствия.  — Понравилось? — спросил Наруто, потеревшись щекой о гладкую пяточку Кьюби и, наконец, опустив ее ножку в воду.  — Ты даже не представляешь, насколько, Нар-р-руто-кун… — промурлыкала Девятихвостая, с трудом ворочая языком — тело просто не слушалось ее, онемев от удовольствия.  — Я очень рад это слышать, Ку-чан… — проворковал Наруто, сев рядом и нежно обняв Кьюби. Дав ей несколько минут, чтобы прийти в себя, Наруто помог ей выбраться из воды и тщательно вытер все ее тело мягким полотенцем, не забыв осыпать все интимные места поцелуями.       — Нет, ты точно хочешь, чтобы я померла от удовольствия… — пролепетала кицунэ, пребывая на седьмом небе от счастья.       — Наоборот, хочу, чтобы ты жила долго и счастливо! — хихикнул Наруто, после чего вытерся и оделся сам. — Не забывай, что расхаживать голышом на людях — неприлично, — напомнил он назидательным тоном.       — М-м-м, если честно — мне плевать, но раз для тебя это так важно, то как пожелаешь… — Девятихвостая пожала плечами и покорно прикрылась плотным кимоно из чакры. После такого ухаживания у нее и в мыслях не было препираться.       — Хорошая лисонька… — проворковал Наруто, положив руку на талию Кьюби и проводя ее в спальню мимо регистратора, с подозрением косящегося на ее живот, всего пару часов назад бывший плоским, а теперь выглядящий как беременный.       — Вот вы где! Ты что, скормил ей весь буфет вместе с буфетчиком? — ехидно поинтересовалась Юки, смерив засидевшуюся в купальне до полуночи парочку недовольным взглядом. Орочимару же был спокоен, как удав, и давно дрых в своем номере без задних ног. Наруто хотел было что-то ответить, но Девятихвостая его опередила.       — Пошла вон, пока я не оторвала тебе голову… — сказала Кьюби по прежнему блаженным голосом, но одного взгляда в ее глаза хватило, чтобы отбить у Юки все желание продолжать разговор.       — Хорошо-хорошо, уже ухожу… — подняв руки в примирительном жесте, Юки поспешно скрылась в собственном номере, оставив Наруто и Кураму наедине.       — Ку-чан, пожалуйста, будь с ней поласковее, — попросил Наруто, заперев дверь и стянув с себя кимоно.       — Мою ласковость нужно заслужить, Нар-р-руто-кун, и у тебя это отлично получается… — промурлыкала Кьюби, развеивая свою одежду и добровольно-принудительно утягивая златошерстного кицунэ в кровать.       — Сочту это за комплимент… — хихикнул Наруто, нежно поцеловав Кьюби и постепенно провалившись в глубокий сон — целый день лекций от Юки и ухаживаний за Курамой порядком его утомил. Девятихвостая, в свою очередь, еще несколько часов смотрела на его лицо, освещенное серебристой луной и ее собственными алыми глазами. Даже если небо упадет на землю, моря и реки высохнут, а солнце погаснет — она все равно будет любить и оберегать его любой ценой…