Потаённое желание

Ярко-алое майское солнце робко блеснуло ровным полукругом на украшенном сотнями высочайших деревьев горизонте. Окутавшая холодную ночь темнота принялась неторопливо отступать под натиском горячих лучей, которые бережно касались сырой после вечернего ливня почвы. С тихим и мелодичным звоном оставшиеся дождевые капли одиноко спрыгивали с острых иголок высоких елей, так усердно пытавшихся проститься с ледяной влагой за ночь. Нежно-изумрудным частоколом выстроившиеся в лесу травинки искристо блестели крошечными каплями росы, в которых отражались неспешно плывущие перистые облака и восстающее над потерянными землями ослепительное солнце. Его лучи шаловливо ласкали светло-пшеничные волосы и, словно играя с многочисленными бликами, придавали кротко спящему юноше несколько волшебное золотистое сияние. Яркий свет неприятно резал сонные васильковые глаза, и Армин лишь тихо замычал себе под нос, когда, непоколебимо свернувшись в клубок, он упрямо попытался спрятать своё лицо от приставучего, наглого солнца. Убаюкивающее пение десятков птиц ещё больше манило в столь сладкое царство грёз, но мысли о нахождении за стеной Роза заставили блондина против собственной же воли позабыть о желанном сне. Не имея нужной координации в пространстве, Арлерт лениво приподнялся на приятной мокрой траве, так и не раскрывая слипшиеся от дремоты веки. Он машинально принялся тереть большие глаза в тщетных попытках вырваться из коварного царства Морфея и вернуться в ряды Легиона Разведки, который, наверняка, уже ушёл без него. От одного лишь представления этой ужасной мысли, Армин напоследок только устало зевнул и, поднявшись на колени, заставил себя взглянуть на окружавший его опаснейший мир. Обстановка ничуть не изменилась со вчерашней ночи. Лес гигантских деревьев так и продолжал непоколебимо окружать пятнадцатилетнего юношу всё это время. Лучи уже находящегося в зените солнца невероятно ослепительным и прекрасным водопадом струились меж веток огромных деревьев, что поражало своей неописуемой красотой и таинственностью. Армин только романтично вздохнул и, понимая, что гиганты ждать не будут, молчаливо встал на ноги. Он едва сумел разогнуть свою затёкшую за сон спину, как прозвучавшие за ней тяжёлые шаги мгновенно сжали крохотное сердце от неудержимого страха. Парализованный промелькнувшей в голове паникой Армин с огромным трудом сумел сдержать оглушительный вопль за дрожащими зубами, когда два огромных пальца аккуратно подцепили его за зелёный плащ и приподняли над землёй. От ужаса резко перехватило дыхание, и юноша только плотно зажмурил глаза, когда гигант развернул его к себе лицом и замер. Погружённая во мрак тишина ещё сильнее сводила трусливый разум блондина с ума, что заставило его сжаться и боязливо приоткрыть один глаз, когда совсем детское любопытство взяло своё. - Э.. Эрен?.. – с небольшой долей неуверенности подросток облегчённо вздохнул и сквозь страх дружелюбно улыбнулся при виде своего лучшего друга, к которому его сердце уже давно испытывало несколько большие чувства. Сковавшая спину дрожь сразу же отступила, и Арлерт со смущением и отсутствием какого-либо ужаса уверено заглянул в огромные по сравнению с ним светящиеся ярко-зелёные глаза Джагера. В ответ гигант не смог найти слов. Да и если бы смог, Армин бы всё равно не понял их смысла на неизученном для человечества языке. Поэтому он только подставил под ноги крошечного человечка свою свободную левую руку и неторопливо разжал держащие плащ пальцы. С кротким смешком блондин аккуратно ступил на кожу горячей и поистине огромной ладони и, сняв с блестящих на солнце золотистых волос широкий капюшон, ласково спросил: - Как спалось, Эрен? – он миловидно склонил голову набок, и, когда на щеках зажёгся весёлый утренний румянец, на красивых губах заблестела добрая, наивная улыбка. – Я никак не ожидал увидеть тебя здесь. Думал, ты под надзором капрала Леви, который обычно ни на секунду тебя из виду не выпускает. Столь неожиданное появление любимого человека начало уверенно разгонять скопившееся за день одиночество и тоску, от которой мучительно страдал Армин каждый раз, когда его отправляли куда-либо совершенно одного. Он принялся без устали рассказывать, казалось бы, умеющему слушать гиганту все случившиеся с ним происшествия за этот поход. С неким смущением Арлерт делился с ним своими переживаниями и страхами, нервно хрустя костяшками пальцев каждый раз, когда история доходила до момента сражений с чудовищами. И его едва слышная болтовня бы никогда не умолкла, если бы не совсем неожиданное действие со стороны пятнадцатиметрового человека-гиганта. Огромные пальцы правой руки с осторожностью прошлись по шелковистым волосам, напоминавших Эрену сотни бескрайних полей пшеницы и кукурузы внутри потерянных стен Марии. Каждая густая прядь была подобна длинному колоску, робко шуршавшему от лёгких касаний нежного весеннего ветра. А глаза... Большие васильковые глаза, несущие в своей голубизне воды десятков далёких океанов, к которым они так страстно мечтают прикоснуться. Сердце Армина ощутило такую непривычную рядом с Эреном тревогу, и юноша слабо задрожал, когда кончик пальца едва коснулся алеющей от смущения щеки, а после неторопливо пустился ниже. Ноги блондина ощутили быстро пробежавшую по ним судорогу страха, и, когда перед глазами всё на секунду помутнело и мелькнуло, они подкосились, а парень бессильно рухнул спиной на фаланги длинных и горячих пальцев. - Э... Эрен?.. Ч-что... что ты... - тихим шёпотом полные испуга слова вылетели за пределы искусанных губ, когда гигант прикоснулся к усеянной ремешками груди своего друга, внутри которой, как обезумевшее, тарахтело маленькое сердечко. Джагер непоколебимо запустил указательный палец под заправленную в белые брюки чистую рубашку и с некой опаской потянул его на себя. С пугающим и душераздирающим треском ткань начала сдаваться под натиском чудовищной силы, которую Эрен с таким огромным трудом пытался держать под собственным контролем. Он сразу же ощутил на себе страх крошечного человечка, когда его маленькие ручки резко впились в кожу ладони, и зрачки глаз уменьшились вдвое, когда вечно целая и нетронутая рубашка бессильно свисла по бокам тонкой талии. До смерти напуганный блондин не находил ни одного, даже самого безумного, объяснения происходящего. Впервые за пятнадцать лет искусный разум гениального стратега и дипломата оказался парализованным во власти безграничной паники и страха. Неужели... Неужели Эрен потерял над собой контроль и... хочет съесть его так же, как и остальные? Юноша сжался ещё сильнее, когда пугающие мысли заполнили голову, и палец неуверенно прикоснулся к его обнажённой груди. Со столь непривычным трепетом Эрен аккуратно коснулся мягких розовых сосков и, едва дотрагиваясь до чувствительной кожи, ровным кругом провёл кончиком пальца вокруг них. Армин невольно затаил ускоряющееся дыхание и с недоумением расслышал вырвавшийся из его горла тихий и короткий стон, когда уже более уверенно лучший друг спустился вниз по осиной талии. На фоне звука бешеного биенья собственного сердца слуха Арлерта коснулось тихое шуршание снимаемых с него брюк, которые молчаливо полетели вниз к земле, оставив своего владельца с чувством непередаваемого стыда на душе. - Эрен!.. Н-не... не надо!.. - наравне со сдержанным стоном парень быстро протараторил пришедшие в голову первые слова, когда гигант всё так же аккуратно продолжил свои извращённые ласки. Он бережно провёл чуть дрожащим от возбуждения и волнения пальцем по уже несколько напряжённому маленькому члену своего товарища, который инстинктивно сжал свои колени вместе после столь неприличного для него касания. Одно лишь прикосновение к горящей от желания плоти сиюминутно ударило в голову юноши волной накатывающего наслаждения, что заставило его сгореть от стыда от понимания столь мерзкого для него получения удовольствия. Лёгкое сопротивление со стороны маленького подростка заставило Эрена несколько замешкаться и тяжело выдохнуть через рот, обдав краснеющее лицо мальчишки потоками горячего воздуха, на что тот только коротко вскрикнул от созерцания десятков огромных зубов. Армин понимал, что сковавший его страх не позволит сопротивляться по-настоящему, поэтому он только боязливо зажмурил васильковые глаза, когда гигант кротко раздвинул пальцами плотно сжатые колени в стороны. На мгновение обстановка погрязла в тишину, и Арлерт сумел ощутить насколько быстро колотится его маленькое сердечко внутри покрытой мурашками груди. Он неуверенно вцепился руками в указательный палец ладони, когда спустя минуты Джагер осторожно приблизил его поближе к своему лицу с длинными, достигающими ровных плеч, каштановыми волосами. Вырвавшийся из лишённого губ рта раскалённый поток воздуха вновь прошёлся по обнажённому стройному телу парня, что побудило его только сильнее впиться пальцами ног в край ладони своего друга. Он только думал закричать во всё своё горло от мысли быть сожранным заживо, как Эрен бесстыдно коснулся кончиком своего горячего языка основания его напряжённого члена. Как молния тело прострелила резкая судорога, и юноша протяжно простонал, когда его ровная спина резко изогнулась, и стройный силуэт очертил изящную дугу. Слова недоумения и смущения были готовы сорваться с трепещущих губ, как ласкающее прикосновение повторилось вновь. С неким энтузиазмом Эрен коснулся кончиком шершавого языка покрытой гусиной кожей мошонки и уже более уверенно поднялся вверх по основанию к самой головке. В глазах Армина сразу же помутнело, и более оглушительный и протяжный стон огласил ранее тихий лес гигантских деревьев. Сам того не заметив, юноша инстинктивно раздвинул тонкие ноги в стороны ещё шире и, запрокинув голову назад, прикрыл слезящиеся от наслаждения глаза, принявшись тяжёло глотать холодный воздух ртом. В разуме всё пошло кругом. Он не осознавал совершенно ничего. Только прикосновения, дурманящие своей извращённостью и блаженством, полностью затмили собой весь окружающий мир. Ему хотелось большего. Хотелось прочувствовать этот горячий язык глубоко внутри себя, погасить это сумасшедшее пламя во всём теле и истошно, чтобы слышали абсолютно все, прокричать единственное любимое за всю жизнь имя. Именно эти мысли без остановки лезли в звенящую от переизбытка чувств голову, когда язык гиганта щедро смазывал расслабленное колечко ануса тягучей прозрачной слюной, медленно лаская дрожащую от этих прикосновений промежность. Армин знал, что подобный контакт сулил бы ему мгновенную и мучительную смерть, но почему-то именно от языка Эрена блондин видел её несколько прекрасной и незабвенной. Безукоризненно понимая, что юноша почти на пределе, Джагер, дабы завершить начатое, медленно скользнул языком вверх по основанию члена, осторожно собирая стекающие по напряжённой плоти тонкие струйки выделяющейся смазки. Он снова аккуратно обдал горячим воздухом полностью раскрытое перед ним тело смущенного стратега, чьи влажные губы наравне с вырывающимися стонами сладострастно шептали его имя. По всему туловищу проносились мощные волны дрожи, и грудная клетка ритмично сокращалась от резких глотков воздуха, которыми Армин так безуспешно пытался охладить пылающую плоть. В абсолютно пустых, несколько мокрых от слёз блаженства, глазах читалась одна отстранённость, которую скрывали за собой почти полностью сомкнутые веки. Один лишь вид такого непорочного и ранее наивного Арлерта возбуждал куда сильнее издаваемых им стонов и криков, что определённо не позволяло оторвать от него восхищённых изумрудных глаз. Эрен только усмехнулся про себя от созерцания столь божественной картины и напоследок более усердно облизнул член своего товарища, подарив своему другу выбрасывающую из реальности эйфорию. По дневной тише леса пронёсся полный наслаждения стон, и его владелец обессиленно втянул в лёгкие последний глубокий глоток кислорода, когда в глазах всё разом помутнело, и парень невольно провалился в умиротворяющее небытие со счастливой улыбкой на искусанных губах. Спустя мгновение Джагер медленно опустил своего партнёра вниз и, аккуратно взяв того в ладонь, бережно положил на холодную от росы землю. Он томно вздохнул, накрыв крохотное и обнажённое тельце развевающимся на ветру плащом, который и мог пока прикрыть стыдливую для блондина наготу. Теперь оставалось только дождаться момента превращения в человека, чтобы скрыть следы недавней близости и выдать разорванную рубашку за проделки напавших на него гигантов. Пусть Эрен и получил ответ на свой вопрос о взаимности его чувств, но юноша по-прежнему был не готов признать столь хрупкую и трепетную любовь по отношению к своему другу. Пускай Армин сочтёт этот инцидент за обычный сон. За сон, который когда-то Эрен назовёт реальностью...