Другой Король лев

      Муфаса улыбнулся, увидев Симбу и Лиру. Значит, эта львица хорошо поладила с его сыном — это уже неплохо для начала новой жизни. Львёнок сказал, что решил немного погулять с Налой, а Лира осталась наедине с Муфасой, гадая над тем, что же у короля есть для неё такого важного. - Вы хотели меня видеть, король? — львица огляделась и заметила недалеко отдыхающих львиц, они были намного красивее и ухоженнее её.       «Что ж, жизнь меня изрядно потрепала»       Муфаса кивнул и позвал одну из тех львиц: у неё были красивые карие глаза и золотистая шёрстка. Король тепло встретил её и молча направился в сторону пастбищ, две львицы пошли за ним. — Привет, Лира. Меня зовут Сараби, я слышала о том, что ты потеряла память, я очень сожалею об этом, — львица говорила искренне и с добротой, — если ты не против, друг нашей семьи осмотрит тебя и, возможно, вылечит. — Вы так добры ко мне, конечно, я была бы не против, — Лира улыбнулась Сараби.       Муфаса одобрительно кивнул и спросил: — Знаешь, почему я так легко решил оставить тебя в своем прайде? Я видел твоё недоумение и удивление. — Нет, не знаю, — удивилась Лира.       «Он будто читает по глазам» — Я хочу рассказать тебе кое — что, я уверен, это тебе поможет очень скоро, будешь слушать? — Сараби подмигнула львице и та сразу же согласилась.       Муфаса начал свой рассказ, глядя в небо: — Эту легенду передавали нашим отцам наши деды, а отцы нам. «Легенда о начале», так её называли многие поколения. С самого начала, была лишь одна львица и один лев, и царствовали они над всеми зверьми в саванне, потом их потомки начали править, но тех, в которых начинало зарождаться зло начинали избегать и они уходили из прайда. Несмотря на это, в каждом поколении кто-то из львов склонялся на сторону зла, и так повторялось каждый раз и будет повторятся, и «изгнанники» будут всегда. — Что в этой легенде такого? — львице показалось, что это вовсе не легенда, а рассказ об отщепенцах. — А то, что, несмотря на изгнание, они оставались одной семьёй: все львы и львицы одинаковы. Все мы — братья и сёстры, запомни это, — Муфаса тепло улыбнулся Лире.       Сараби продолжила: — Шрам — тоже наш брат, поэтому мы его не осуждаем, и не важно, из какого ты прайда, главное — ты наша сестра, поэтому мы иногда чувствуем между собой какую — то связь, даже если не знаем друг друга, — Сараби и Муфаса остановились. — Ясно, я запомню это, — она вдруг увидела под собой тень от большого дерева, — ух ты! — Лира удивлённо обошла его вокруг и заметила, как крона начала шевелится без ветра. — Рафики, можешь оказать мне небольшую услугу? — произнёс Муфаса и с дерева спустилась обезьяна с какой-то тростью. — Конечно, Муфаса, этой тощей явно нужна помощь и срочная, — Лира немного нахмурилась от такого прозвища.       Обезьяна быстро подошла к пострадавшей, ощупала её лапы и осмотрела всё, даже не побрезговав заглянуть прямо в пасть, а затем отряхнула руки и забралась на дерево. — Он всегда такой странный? — с искренним удивлением спросила Лира, на что Сараби лишь посмеялась.       Через пару минут Рафики вернулся уже с каким-то фруктом в руках и подошёл вновь к львице. — Открой рот, — он не дождался, пока Лира среагирует на его просьбу и, заткнув ей ноздри, впихнул в открывшийся рот горький плод неизвестного львице растения, — это — приглушит боль, а пока тебе нужно раздобыть пищу, иди же!       С этими словами обезьяна забралась обратно на дерево и Муфаса отправил недоумённую львицу за поиском пропитания.       Муфаса и Сараби остались отдыхать вместе. — Дорогая, как ты думаешь оставить её с нами или нет? — Спросил Муфаса, прижимаясь к Сараби. — Делай так, как велит тебе сердце, — ответила львица.       Он улыбнулся ей в ответ, но сердце его не говорило ничего, в нём лишь была тревога за Лиру и странное ощущение опасности, которым так и веяло от брата.