Доктор двух миров

Дом Тонксов ярко светился, украшенный гирляндами лампочек. Гарри с улыбкой подошел к крыльцу и нажал на звонок. Пока гулкий звук разносился по дому, призывая хозяев встречать гостей, Поттер рассматривал рождественский венок, висящий на двери. Яркая зелень хорошо смотрелась в сочетании с золотыми, красными и серебряными лентами, маленькие игрушки оживляли яркими цветами хвойно-ленточный декор. Как же давно Гарри в последний раз делал подобное украшение под присмотром тетки. А этот венок Андромеде судя по некоторой кособокости "помогал" делать внук. Дверь распахнулась, предоставляя взгляду молодого мага обзор на ярко освещенный коридор и высокую, статную брюнетку, в густых кудрях которой серебрились ниточки седины. - Гарри? О, Мерлин, что же ты не предупредил о том, что придешь?! - воскликнула миссис Тонкс, протягивая к парню руки. - Здравствуй, Меда, - улыбнулся Поттер, мягко сжимая в своих руки женщины. - Решил вот сделать сюрприз и нагрянуть неожиданно. Впустишь? - Конечно, - Андромеда мягко улыбнулась и отступила в сторону, пропуская его. Через минуту женщина уже усаживала всегда желанного в этом доме гостя в кресло и звала супруга с внуком. Те явились спустя несколько минут, которых миссис Тонкс хватило, чтобы подогреть чайник, принести из кухни пирог и расставить на небольшом журнальном столике чайные принадлежности. Маленький метаморф тут же протянул ручонки в сторону крестного отца. Мистер Тонкс передал малыша Гарри, облегченно выдохнув при этом. На вопросительный взгляд парня, он пояснил: - Тедди сегодня предпочитает меня в качестве кресла, кровати и передвижного транспорта. Стоит только спустить с рук, как поднимает такой крик, что у меня начинает болеть голова. Слава Богу ты пришел, я хоть немного отдохну. - Просто нужно чаще бывать дома, Тед, - неприминула упрекнуть супруга миссис Тонкс. - Анди, ну ты же знаешь, какая у меня работа, - развел руками мужчина. - В том-то и дело, что знаю, - вздохнула Андромеда, принимаясь разливать чай по чашкам. Тед Тонкс работал полицейским в маггловском мире и часто задерживался на работе, из-за чего в семье часто возникали ссоры, основанные на страхе миссис Тонкс, что однажды супруг не вернется домой. Особенно силен этот страх был тогда, когда война в магическом мире была в самом разгаре, зацепляя и маггловский мир. Полицейские, не понимающие почему усилился разгул преступности, в то время разве что не ночевали в участках, пытаясь раскрыть заведомо тупиковые дела. Капитан Тонкс знал в чем причина, но объяснить никому из подчиненных этого не мог, так как даже в страшное время войны тайна существования мира волшебников должна была оставаться тайной. Пару раз ему даже приходилось просить помощи супруги, так как его способности в сфере ментальной магии были невелики. Несколько офицеров приносили ему раппорты, в которых описывались битвы между волшебниками и Андромеде приходилось подчищать им память, злясь на обливэйторов Министерства, за то что они недостаточно хорошо делают свою работу. Когда же произошла Последняя битва и с нее не вернулись Нимфадора и Ремус, женщина тяжело воспринимала каждое опоздание мужа, впадая чуть ли не в панику. Ей все казалось, что на Теда напали Пожиратели. Постепенно этот страх утих, преступность в Лондоне снизилась до того же уровня, какой был до войны, но недовольство задержками супруга на работе осталось. - Как планируете провести праздники? - спросил Гарри, размешивая ложечкой сахар в чашке. - О, на них у Анди большие планы, - тут же ответил мистер Тонкс. - Да, большие, - кивнула женщина, метнув в супруга воинственный взгляд. - Тед, наконец-то, внял моим просьбам и взял отпуск. Так что 28-го декабря мы улетаем в Париж, побудем там недельку, потом в Кельн и уже оттуда в Прагу... Гарри слушал планы Андромеды, попутно пытаясь накормить крестника шоколадным пирогом. Удивительно, но мальчик не проявлял к лакомству никакого интереса. Впрочем, как и к любой другой шоколадной сладости. Сам Поттер не представлял жизни без шоколада и мог есть его сколько угодно и в любом виде. Крестник же в этом вопросе был его полной противоположностью. Но, может быть это и к лучшему? Ведь у маленьких детей так часто бывает аллергия на шоколад. - Гарри, оставь, - негромко произнес мистер Тонкс, с ухмылкой наблюдавший потуги парня, - дай ему лучше тыквенное печенье. У нашего волчонка нестандартные вкусовые предпочтения... - Больше ориентированные на овощные вкусы, - улыбнулась Андромеда, заканчивая фразу супруга, как нечто привычное, словно это была их общая шутка. - Но ведь это... м-м-м, ненормально, - Гарри недоуменно воззрился на чету Тонкс. - А у нас и внук не совсем нормальный. Врожденный анимаг и метаморф. А со вкусом... Так это у всех детей-метаморфов, Дора была точно такая же. Любой шоколадке предпочитала морковку или кусок печеной тыквы. Но став старше, ее вкусы изменились. Как только Тедди немного подрастет, все пройдет, - объяснила Андромеда, пряча за закрытыми веками боль от потери дочери. - Гарри, ну а как у тебя дела? Как планируешь провести Рождество? - решил сменить тему мистер Тонкс, видя, что предыдущая имеет все шансы свернуть в неприятное русло. - Дела... Ну-у, как сказать... В-общем, я вам раньше не говорил об этом, но сейчас уже думаю можно, - парень замолчал решая, как рассказать Тонксам о своей задумке с медицинским комплексом. - Гарри, что ты мямлишь, как неразумное дитя. Говори в чем дело, - строго приказала Андромеда, подозревая самое худшее. - Действительно, Гарри, в чем дело? Расскажи нам, мы сделаем все возможное, чтобы помочь тебе, если ты попал в беду, - вторил супруге Тед, принимая крайне серьезный вид. - Ох, да что вы, что вы, - замахал руками Поттер, - нет никаких проблем. Просто я начал осуществление своей мечты, которая у меня появилась еще в детстве. - И что же это? - спросил, заметно расслабившийся мистер Тонкс. - Я хочу построить оздоровительно-лечебный комплекс для магов и магглов одновременно. Повисшая тишина неприятно давила на уши парня, казалось даже примолкший Тедди размышляет, не сошел ли его любимый крестный с ума. Наконец, на лице мистера Тонкса появилось осмысленное выражение и он задал вполне ожидаемый вопрос: - И как ты собираешься это сделать? - С магами все будет очень просто. На магическую часть комплекса нужно будет лишь наложить нужные чары и ее никто не увидит. А вот с маггловской будет поинтереснее. Точнее, не с самой частью комплекса, а именно лечением. Я хочу совместить маггловские и магические способы лечения. Уже в будущем году я смогу провести первый опыт подобного лечения... - Поттер пустился в дебри объяснений, которые Тонксы слушали с удивлением, но одобрительно кивая. - Знаешь, я ведь неплохой зельевар, - задумчиво произнесла Андромеда, - и могла бы уже сейчас начать попытки создать зелья, которые не вызовут подозрений у магглов. Все-равно мне особо заняться нечем. Ну, конечно, если ты не против. - А почему я должен быть против, - хмыкнул Гарри, - сам об этом думал. Дора не раз говорила о твоем, Меда, таланте. Да и Сириус тоже... В-общем, я буду только рад твоей помощи, а все затраты я оплачу... * * * * * Рождественским утром Гарри проснулся рано, причем не по собственному желанию. Наглый домовик рода Лонгботтомов разбудил молодого мага, едва маленькая стрелка часов достигла цифры девять. Открыв глаза и смотря на лопоухое существо, держащее в тонких лапках красиво завернутую коробку, Поттер мысленно придумывал кары на русоволосую голову наследника древнего рода, совсем забыв о том, что он - Гарри Поттер -вроде, как светлый маг, которому не положено знать проклятья из раздела темной магии. Писклявый голосок домового эльфа, распевающего маггловскую рождественскую песенку, резал слух. Невилл определенно решил поиздеваться над победителем Волдеморта. Что ж, Гарри тоже так может. Выскочив из кровати и не утруждая себя одеванием, парень приказал домовику сидеть в спальне и ждать, пока он принесет подарок для молодого Лонгботтома. Пронесшись метеором в кабинет, Поттер наложил на помещение самые мощные, известные ему заглушающие чары, парень подошел к недавно приобретенному музыкальному центру, вставил кассету с музыкой одной из рок-групп, приготовил пергамент для послания и отвернув колесико громкости на полную мощь, нажал на кнопку воспроизведения. Мгновенно кабинет накрыла звуковая волна и Поттер, чтобы не оглохнуть, заткнул уши пальцами. С трудом дождавшись окончания... гм, песни, он выключил центр и наложил на пергамент нужные чары, после чего засунул вопиллер в коробку с подарком для Лонгботтома. Теперь можно было быть уверенным, что вопиллер сработает, как только крышка будет открыта. Довольный своей местью, Поттер вернулся в спальню и отдал подарок домовику. Не успев посмотреть, что же ему прислал Невилл, молодой маг услышал постукивание о стекло. Тяжело вздохнув при мысли, что поспать ему сегодня не удастся, Гарри отложил коробку в сторону и поплелся к балконной двери. На неубранном на зиму столике расположились две совы, точнее сова и филин. Последний явно принадлежал Малфоям, первая скорее всего Нортону. К лапке совы была привязана небольшая коробочка, из-под крыла филина торчал маленький серебряный тубус. Призвав из кухни коробку с совиным печеньем и две мисочки и поставив их на свободный край стола, Гарри наполнил одну из них водой, другую кормом. Пока пернатые утоляли голод, парень забрал чехол с письмом и коробочку. В очередной раз поежившись от холода, Поттер наконец наложил на себя согревающие чары. Подарок от Джона был открыт мгновенно, в коробочке обнаружилась карточка с пожеланием хорошо провести праздники и маленький, ограненный рубин, завернутый в папирусный пергамент, на котором можно было прочесть для чего служит камень и как им пользоваться. Оказывается - это не просто рубин, а артефакт. Его можно было вставить в оправу и после активации он будет служить как детектор заклятий, нацеленных на владельца рубина. То есть, Гарри на подсознательном уровне будет точно знать, что кто-то пытается его проклясть и что именно это за проклятье. Очень полезный подарок, оставалось надеяться, что зажимы для галстука, придающие ясность разума при активации, будут признаны равноценным подарком. В чехле для писем было приглашение от Малфоев посетить бал, который будет даваться в их Мэноре через две недели. Внизу приглашения была приписка, что Гарри может прийти со спутницей/спутником и поздравление с Йолем. Отправив Джону подарок, а Малфоям согласие с ответным поздравлением, Поттер вернулся в спальню и залез под одеяло. Чары чарами, а под пуховым одеялом теплее и комфортнее. Лишь рассмотрев подарок Невилла - очередная зелено-колючая гадость типа кактуса, очищающая воздух от вредных веществ, Гарри сообразил, что когда был на балконе, видел как с неба валит пушистый снег. Что ж, Рождество поистине волшебный праздник, даже в Англию принес истинно рождественскую погоду: мороз и снег. А вместе с этим осознанием к парню пришло и ощущение праздника. * * * * * Одевшись и взяв подарки, Гарри аппарировал в парк Литл-Уининга. Патрика он еще вчера отправил в кратковременный отпуск, правда оставив за собой право вызвать его в любое время, если срочно потребуется поехать куда-то на машине. Неспешно идя от парка в сторону дома номер 4 на Тисовой улице, молодой маг отмечал изменения, произошедшие с городком за последний год. Их было очень мало, что, впрочем, неудивительно. Литл-Уининг маленький, провинциальный городок в полном смысле этого слова. То есть, практически нулевой уровень преступности, крайне редкие события, которые обсуждаются всеми жителями городка еще полгода с момента их возникновения и прочие прелести малонаселенного пункта. Это не Лондон, где то и дело проносятся полицейские и пожарные машины с каретами скорой помощи, где среди белого дня можно услышать звуки стрельбы или попасть в толчею, созданную очередными защитниками или противниками чего-либо, где выходя на улицу шанс встретить знакомого равняется 0.99 процента... Но разглядывая похожие друг на друга домики, Гарри замечал небольшие изменения. Например, Мейсоны поменяли старые окна, Картеры пристроили веранду, Николсоны покрасили штакетник и спилили огромный дуб, который лет десять грозился рухнуть на их дом... Снег падал крупными, пушистыми хлопьями, оседая на всех доступных поверхностях, в том числе и на пальто парня, а также непокрытых шапкой волосах. Периодически Гарри проводил по голове рукой, смахивая наглые снежинки. Думать особо ни о чем не хотелось, слишком умиротворяющим был пейзаж перед его глазами. Через четверть часа он дошел до дома Дурслей и задержавшись на мгновение перед калиткой, чтобы одернуть пальто и вновь стряхнуть с волос снег, после чего уверенно прошел по заснеженной дорожке к крыльцу и нажал на звонок. Не прошло и полминуты, как дверь распахнулась, словно кто-то караулил его приход. Впрочем, почему словно? Помнится, у дражайшей тетушки была такая привычка. - Гарри! - радостно воскликнула Петуния, а именно она и открыла дверь. - А мы уж тебя заждались. Проходи быстрее. - Ох, тетя, не нужно меня так торопить. Ничего не случится, если наш Дадлюсичек еще немного подождет до ужина, - пошутил Поттер и тут же прошмыгнул мимо миссис Дурсль, ловко уворачиваясь от грозившего подзатыльника. - Паршивец, - женщина прищурила глаза на секунду, но потом все же улыбнулась. - И вовсе я тебя тороплю не из-за ужина. Раздевайся же скорее, я хочу познакомить тебя кое с кем. От улыбки тетки парню в раз поплохело. Слишком уж она была у нее расчетливая и многообещающая. Помнится, последний раз он видел такую улыбку на лице родственницы еще... м-м-м, в общем, давно, когда еще учился в местной школе. Миссис Дурсль тогда о-о-очень хотела познакомить его с прелестной, милой, доброй, послушной, спокойной девочкой, дочерью своей хорошей подруги. Да-да, Петуния Дурсль, в девичестве Эванс еще с младых лет сына и племянника начала подыскивать им хорошие партии для будущей совместной жизни. И в таких вещах дама была профи. Сколько юных прелестниц перевидали Гарри с Дадли по милости тетки и матери, сосчитать было невозможно, да и упомнить каждую предполагаемую невесту было крайне проблематично. Но вот одну из них Гарри помнил очень хорошо и тетка как раз улыбалась тогда именно так. Та девочка - Эрика Престон - являла собой пример лучшей дочери, какую только может пожелать мать - всегда и во всем соглашалась с миссис Престон, умела уже в свои десять лет вышивать крестиком и вязать крючком разные салфеточки, носила только платьица, волосы заплетала в косички и подвязывала бантиками... Вот такое розово-пушистое нечто Поттер однажды обнаружил в гостиной и был ей представлен. Один только писклявый голосок девчонки выводил мальчика из себя, а зубы, на которых имелись брекеты, заставляли глаз подергиваться в нервных конвульсиях. Руки так и тянулись дернуть за косичку, заканчивавшуюся огромным розовым бантом, но... Юному Поттеру было строго приказано ни в коем случае не обижать девочку. Гарри стойко терпел... целых двадцать минут и как только тетка потеряла бдительность, перевернул на розовое платье девчонки с пушистой юбкой вазочку с джемом и под предлогом убрать пятно, вылил на нее чашку с теплым чаем, а бантиком растер джем по всему подолу платья. Досталось ему конечно за это ого-го как, зато мучения со знакомством после этого длились не более 5-10 минут и стали намного реже. На мгновение в голове Поттера возникла ужаснувшая его, боевого мага, победителя Волдеморта и будущего доктора, мысль. А вдруг сейчас в гостиной обнаружится Эрика Престон? Ох и пакостной же она оказалась козявкой. На следующий день уже весь Литл-Уининг знал о том, какой Гарри невоспитанный мальчик и как относится к таким хорошим девочкам, как Эрика. Почти каждый из учителей в школе постарался донести до мальчика мысль, что они осуждают его и полностью на стороне мисс Престон... В общем, ему было совсем невесело тогда. - Тетя, кого ты уже приволокла в дом? Немедленно говори имя или я прямо сейчас же уйду. На пару секунд миссис Дурсль растерялась, глядя на нахмурившегося племянника и не понимая, чем он недоволен. - Гарри... - Никаких Гарри, тетя. Быстро говорите - кто в гостиной? - Эм, ну там моя хорошая подруга с мужем и дочерью. - Тетя, - уже чуть ли не прорычал Поттер, вынуждая Петунию назвать фамилию. - Моника, Эйден и Сара Филипс, - наконец ответила та. - Фух, слава Мерлину и всем богам не Престон, - облегченно выдохнул парень. Уж от Филипсов точно можно не ждать никаких проблем и их присутствие он вполне спокойно выдержит.