Без сюжета и смысла...

— Она не докрутила свои тридцать два фуэте, — с насмешкой в голосе проговорил Джейн, осматривая сцену, — И какого черта нас сюда привели. Здесь нет никаких улик кроме пятна крови. — Осмотреться, почувствовать обстановку, — со снисходительной ухмылкой объяснила Фишер. — Да, ладно, — небрежно взмахнув рукой, Джейн поглядел в пустую темноту зрительного зала, — Убийца сидел под балконом, слева от запасного выхода в переулок. — Все верно, — кивнула Фишер, подходя вплотную к Патрику и указала на кресло, на его спинке белела метка ФБРовских криминалистов, — Он не оставил никаких следов, словно бестелесная сущность. Один выстрел. — Как интересно, — улыбнувшись одними губами, Джейн оценил характеристику, данную агентом Фишер неуловимому преступнику. Хлопнула входная дверь по длинному проходу, тяжелой походкой безмерно усталого человека шагал агент Эббот. Появление нового шефа Джейн отметил взмахом руки и легким шевелением пальцев, которое могло обозначать и «привет» и «пока» — Мне здесь делать больше нечего, — Патрик проигнорировал короткое «Эээ!» сорвавшееся с губ Эббота. Сбежал по ступеням и едва ли не вприпрыжку устремился к выходу. — Тереза, увидимся вечером, — бросил Джейн через плечо, откинул тяжелую бархатную занавесь, громко чихнув, исчез в неизвестном направлении. — И куда он? — поинтересовалась Фишер у Лисбон. — Понятия не имею, — она пожала плечами и, сунув пальцы в карманы джинсов, прошлась вдоль края сцены. — Он так всегда, никаких объяснений, — не желала отстать Фишер, — И ты не пыталась что-то изменить. — Почему не пыталась? Пыталась, — Тереза улыбнулась своим мыслям, — Только это бессмысленно. Патрик все равно поступит по-своему, и никто ему не указ. — Такой кот, что гуляет сам по себе, — не удержалась Фишер, вздохнула, — Он… — кашлянула, и вовремя прикусила язык, заметив, как взлетели вверх брови Терезы, а губы изогнулись в ироничной, понимающей улыбке. Хорошо, что то место в зрительном зале, где она стояла, находилось в удалении от сияющей под потолком хрустальной люстры, и Фишер надеялась, что Тереза не заметила, как вспыхнули ее щеки. В этом дьяволе с мягкими лапами, с забавной фамилией Джейн с вечно лохматыми кудрями, к ним так и тянулась рука поправить, было нечто, что запало Ким в душу. Еще там, на острове, при первой их встрече она позволила себе попасть под обаяние его застенчивой улыбки. — Хуже, — подумав секунду, излишне громко ответила Лисбон, заставив Фишер вздрогнуть и сморщиться. — Агент Фишер, нам надо съездить на побережье. Появились новые обстоятельства дела «ныряльщика», — Эббот наклонился, поднимая с пола огрызок бумаги, завалившийся за ножку кресла, — Что это? — повертел в пальцах, разве что не понюхал, пошарил в кармане, доставая пакетик для улик, тяжело вздохнул, провел ногтями по краю, закрывая zip—замочек. Поправил очки, сползшие на кончик носа, и протянул пакетик Терезе, — Отвезите в передвижную лабораторию. Найдите Джейна и постарайтесь с пользой провести остаток дня. — Как прикажете, шеф, — кивнула Тереза.

*****

Двери лифта тихонько звякнули и разъехались. Тереза с нахмуренным видом ступила на пружинящий под ногами, поглощающий шаги ковер, устилающий пол коридора. Давно стемнело, рабочий день закончился несколько часов назад. Тереза вымоталась до предела, хотела принять душ и завалиться спать. Патрик не отвечал на звонки и сам не выходил на связь. Так что задание Эббота осталось невыполненным. Она в одиночку съездила по адресам и побеседовала с подругами убитой балерины. Пустой звук. Никто ничего не знал. А если и знал, то не пожелал поделиться секретами. Ощущение впустую проведенного времени давило на плечи. Раздражение густым и вязким комом застряло в груди, не желая проходить. Не помогла ледяная вода, выпитая в баре. Стоило Терезе на секунду прикрыть глаза, и она снова видела ухмыляющуюся физиономию Джейна, убегающего из театра. «Интересно, где его черти носят весь день, — с негодованием подумала она, безуспешно шаря по карманам в поисках карточки-ключа от номера. — Не кричи, — раздалось за спиной. Сильные пальцы вцепились в предплечье и Джейн, материализовавшийся из пустоты, потащил ее за собой, вталкивая в дверь ближайшего номера. Они оказались в просторной комнате, погруженной в полумрак; верхний свет не горел, только небольшой торшер, стоящий в углу у огромного кожаного дивана, освещал помещение. Огромное окно, такое же, как и в номере Терезы, задернуто тяжелой шторой от пола до потолка. Около стены гримировальный столик с овальным зеркалом, заставленный всевозможными баночками, бутылочками, тюбиками и прочей косметической ерундой. Пол, покрытый мягким ковром с длинным ворсом. Терезе бросилось в глаза яркое панно с изображением полуобнаженной девушки в окружении разнообразных фруктов. — Как тебе гнездышко? — расплылся в довольной улыбке Джейн, прохаживаясь босиком по ковру. — Как ты сюда попал? И кто жил, живет в этом номере? И прекрати мотаться перед глазами, — Тереза повела затекшими плечами, усталым взглядом осматривая элегантную обстановку. — Нашего трупа, — интригующе проговорил Патрик, — Решил заглянуть, и оценить условия проживания местных звезд. — Но как? Откуда? — искренне удивилась Тереза,— У нее же шикарная квартира в городе. Да и отель не того уровня, чтобы в нем могла жить хоть и провинциальная, но звезда. — Это мой маленький секрет, — небрежно бросил Патрик, проводя беглый осмотр помещения, — Посмотри в нижнем ящичке стола должен быть ключ. Тереза опустилась на пол, и стала перебирать содержимое ящика. — Какой ключ? — Обычный металлический. Джейн подошел к панно, рассматривая прелести изображенной на нем красотки. Негромко хмыкнул, и пробежался пальцами по рифленой поверхности рамы, задержал ладонь выступающем сбоку полушарии. — Ву а ля, — воскликнул он и вскинул руки жестом победителя. На глазах изумленной Терезы с легким жужжанием панно стало сдвигаться в сторону, одновременно с ним пришел в движение и потолок над диваном. Джейн восторженно уставился на открывшийся ему вид. Теперь напротив дивана было огромное от пола до потолка зеркало, да и сам потолок превратился в зеркальную поверхность. Из невидимых динамиков полилась едва слышная нежная, завораживающая и обволакивающая, словно прозрачная кисея, музыка. Патрик повертелся на месте, пытаясь найти источник волшебной мелодии, ненавязчивой, но волнующей, ощущая, как по телу побежали мурашки. — Ну как тебе, — окликнул Джейн Терезу, — Эта танцовщица певица была большая оригиналка. А диванчик предназначен… — он развел руками с нахальной улыбочкой, — Ну сама понимаешь для чего. Та еще штучка. Ей нравилось любоваться на себя во время процесса, глядя на то, что отражается в зеркалах. И музыка подходящая для расслабления. — Ну и что, — не проявила особого интереса Тереза, — У богатых свои причуды. Патрик развалился на диване и строя рожи, рассматривая себя в огромном зеркале. — Знаешь, а стоит попробовать. Вдруг ему в голову пришла странная, опасная, но заманчивая идея. Он спрыгнул с дивана и остановился в центре комнаты. — Лисбон, подойди, пожалуйста, ко мне, — он моментально представил, как они с Терезой будут смотреться, отражаясь в зеркалах,— Тереза, не будь такой хмурой. Улыбнись. Почувствовав в голосе Джейна волнующие нотки, Тереза поднялась на ноги и подошла к нему. — Ну, как мы смотримся? — Патрик обнял Терезу за плечи, прижимая к себе. — Ты совсем рехнулся?! — Тереза вздрогнула и напряглась, увидев в зеркале сумасшедший взгляд Патрика, но почувствовала, как по телу, помимо воли, пробежала легкая дрожь: слишком завораживающей была картина, отраженная в зеркале — высокий белокурый мужчина обнимал обворожительную миниатюрную брюнетку, которая, откинувшись назад, прижималась к нему, упираясь затылком в широкую грудь. Переплетенные пальцы красивых мужских рук под грудью женщины слегка подрагивали. Руки красавицы закинуты назад, она обхватила своего господина за шею, слегка выгнувшись в талии, из-за чего ее соблазнительные груди выдавались вперед, едва не разрывая тонкую ткань белоснежной блузки. В распахнутом вороте поблескивал золотой крестик, скользя по смуглой коже. Тереза потрясла головой, но видение не исчезло. В зеркале отражались они с Джейном. Но когда она успела принять такую вызывающе-соблазнительную позу? И почему так бурлит кровь в венах, а вся она напряглась, словно приготовилась к прыжку, и куда испарилась усталость, и хочется, чтобы руки, обнимающие ее, не были столь неподвижны, хочется чувствовать их прикосновения, ласки везде, каждой клеточкой тела. — Что это? — еле слышно выдохнула Тереза, прикрывая глаза и чувствуя, как ее тело начинает пылать, словно они только что ступили в огонь, пожирающий все вокруг, а его жаркие языки жадно лижут ее тело, оставляя на нем приятно возбуждающие ожоги. Джейн, опустив голову, пробравшись сквозь завесу волос Терезы, коснулся губами изгиба шеи, и, прикусив зубами мочку ее уха, произнес таинственным шепотом: — Лисбон, ты чертовски хороша и сексуальна. Острая, моментальная боль от укуса пронзила Терезу, отрезвив ее на мгновение, но руки Джейна уже скользили по ее голому животу, а губы целовали шею. Горячие короткие поцелуи, начинающие свой путь от корней волос, опускались ниже, задевая каждый позвонок, вынуждая Терезу нагибаться вперед и почти повиснуть на руках Джейна, что уже успели проникнуть за пояс ее брюк. Туман, лишающий способности сопротивляться, проникал в мозг, путал мысли, но в этот момент неожиданно ярко вспыхнул свет – это загорелся светильник, висящий над входной дверью. Внезапная световая вспышка подействовала, словно холодный душ, и Тереза с Патриком отскочили друг от друга, тяжело дыша и ничего не понимая. Первым пришел в себя Джейн, одним широким шагом преодолев расстояние до стены, щелкнул выключателем, и комната снова погрузилась в таинственный полумрак. — Джейн, нет, мы должны уйти отсюда, — безуспешно пыталась противостоять натиску своего любовника Тереза, — Только не здесь, — а сама обнимала его, подставляя лицо и губы под поцелуи. Два желания боролись в Терезе. Надо уйти отсюда и вернуться в свой номер, принять душ и спать, она ужасно устала. Нет, остаться здесь и заняться любовью на этом мягком ковре или широком кожаном диване в отражении зеркал. Она безумно хочет Джейна. В огромном зеркале Тереза видела, как Джейн очень аккуратно и осторожно расстегивает пуговички на ее блузке. Одна, вторая, третья - и вот нежный шелк соскользнул с плеч, рук, и невесомая ткань упала на спинку кресла. — Да, ну и вещичка, — промурлыкал Джейн, кончиками пальцев проводя по вырезу лифчика, надетого на Терезе. Черные бархатистые кружева, прошитые золотой нитью, только поддерживали, почти не скрывая набухшие, с рвущимися сквозь ажурную ткань, напрягшимися сосками, груди. — Кого ты собралась соблазнять, красавица? — Нет, нет, - слабо сопротивлялась Тереза, — Не надо, о, нет, — плечи горели от поцелуев, в голове шумело, но она все еще пробовала убедить Джейна остановиться, — Патрик я же пыльная, потная, неужели тебе не противно? — А когда это нам мешало? — лениво ухмылялся Джейн, наблюдая, как Лисбон распрямляла руки, скользнув по которым, упал на пол кружевной лифчик, — Ты? Мне? Противна? — прерывисто, отрывая губы от голой спины Лисбон, шептал Джейн, — ты самая сладкая, самая вкусная. Но ты права, оставаться здесь опасно. Тереза почувствовала влажное тепло на шее, на плечах, язык Патрика слизывал выступающие капельки пота. — Ты нашла ключ? — Да, едва слышно выдохнула Тереза. — Где? — В заднем кармане. С ловкостью фокусника Джейн выудил ключ и подошел к стене, отдернул бархатную штору драпирующую часть стены между зеркалом и гримировальным столиком. За шторой оказалась обычная дверь, разделявшая номера. Ключ, который Джейн взял у Терезы легко вошел в замочную скважину, повернулся, и дверь бесшумно открылась. — Идем, — Патрик ухватил Терезу за запястье, подобрал с пола брошенную одежду и через мгновение, они оказались в соседнем номере.