будь Поррим
30 апреля 2014 г., 19:43
Ты разглаживаешь юбку, следя, чтобы красная ткань смотрелась идеально, будто бы стекая кровью по твоему телу. Надо признать - это шёлковое платье, на которое ты потратила десяток рабочих дней - твой шедевр. А вдохновил тебя на него - забавно вспоминать - свитер Канкри.
Голос ассистента отсчитывает секунды до начала эфира. Ты в последний раз прикасаешься к волосам, слегка поправляя пряди, и щуришь глаза.
Ведь ты знаешь, что сейчас вспыхнут софиты, ослепляя всех вокруг. Нужно быть к этому готовой.
==>
Щелчок. Свет. Включается запись аплодисментов. Ты улыбаешься направленным на тебя камерам. Да, слава - это определённо приятно. И он тоже должен это понимать. Скретч хлопает в ладони, в театральном жесте взмахивает руками, приветствуя зрителей, и поворачивается к тебе. Ты оцениваешь работу его личного стилиста - костюм идеально сидит, волосы аккуратнейшим способом уложены, морщины загримированы ровно настолько, чтобы представить его импозантным мужчиной в возрасте, но не стариком. Но ты отвлеклась. Как раз начинается самое интересное. - Итак, Поррим, - говорит он хорошо поставленным голосом. - Я рад видеть вас здесь. - Я тоже рада, - отвечаешь ты, чуть сжимая подлокотник кресла. - И надеюсь, что в следующем году мы встретимся здесь снова. - Как, вы уже ждёте Двадцатых Голодных Игр? - он оборачивается к камерам, изображая удивление. - Уже сейчас? Ты пожимаешь плечами. Гладкий шёлк платья приятно скользит по коже. - Конечно. Что может измениться? И - это удивительно - он отвечает не сразу, мешкая. И говорит тихо, будто бы обращаясь не к камерам, не к тысячам зрителей, а к тебе одной: - Как знать, Поррим, как знать... Хм, это что-то новое. Неожиданный ход или... Но, не дав тебе додумать, Док возвращает всё на круги своя, снова хлопая в ладони и выкрикивая на всю студию: - А сейчас, давайте вернёмся к самым ярким моментам этих Игр! Вы обращаетесь к экранам. Все сцены показывают в нарезке, в сокращённом виде: от Жатвы до последнего убийства. Ты смотришь всё молча, даже не шевелясь, никому из трибутов не уделяя особого внимания. Это уже привычка - их имена, их лица проходят мимо памяти, быстро стираются из неё. Ты научилась этому всего за пять лет работы стилистом. За пять Игр. Ты просто поняла, что нет смысла запоминать их и - тем более - им сочувствовать. Всё равно все они очень скоро умрут. Их всех убьют постепенно - или другие трибуты, или Капитолий. Их всех.==>
Тем временем на экраны возвращаются сцены заключения союзов. Они всегда так делают - трибуты. И всегда это не заканчивается ничем хорошим. - Что вы об этом думаете? - спрашивает Скретч, когда трио из Третьего и Четвёртого замирает на остановившемся кадре. - Необычное сочетание, не так ли? - Очень, - соглашаешься ты. - Спонтанное, но мне нравится, как действует эта девушка. Она не даст группе так просто распасться, - это правда, не имеющая особого смысла. Это то, о чём тебе скоро нужно будет забыть. - Ох, Поррим, вы всегда болеете за прекрасный пол. - Как и вы, не так ли? - отвечаешь ты, втягиваясь в игру. Скретч смеётся и продолжает. - К вашему сведению, Канайя Марьям - один из самых популярных игроков сейчас. Она на третьем месте; немного недотягивает до трибутов из Первого. - А кто лидирует? - лениво интересуешься ты. - Вриска Серкет, - роняет он. Девушка из Первого... Да, у неё должен быть пробивной характер. Ты не удивишься, если она, в конце концов, окажется победителем. - Интерес к Канайе вызван и крепкой дружбой с другим трибутом из её дистрикта, - на экран выводят фотографию бледного парня со странной смесью отвращения и гнева на лице - очень неудачно поймали момент. Или наоборот удачно? - Эридан Ампора. Наш... - Доброволец, - заканчиваешь ты. - Именно, - он бросает на тебя очередной взгляд. - Но знаете, сейчас их трио поразительно ничего не делает. На их месте я бы побеспокоился. За место в тройке лидеров с Канайей может сражаться другой персонаж. - Кто же? - Давайте посмотрим, - Скретч указывает на экран. Ты поворачиваешься к нему. Мягко шуршит твоё платье. Кажется, будто кровь растекается перед тобой.
