Притворись моей женой

Хорошее настроение улетучилось, когда Кошкина вышла из магазина и неожиданно вспомнила, что "пойти домой" с недавнего времени значит "пойти домой к Бате". Она-то рассчитывала прийти в свою пустую квартиру, достать бутылку шампанского и, лежа в теплой ванной, обдумать план дальнейших действий. В принципе, ничто не мешало ей это сделать, но вот так сбежать - значит показать свою слабость перед Булатовым. Поэтому, взглянув на пакет с эклерами в руке и понадеявшись, что хоть они спасут ее положение, женщина вздохнула и села за руль. До дома командира она добралась достаточно быстро и, не став ждать лифт, поднялась по лестнице. Около входной двери ей встретилась приветливая пожилая соседка, и Рита, перекинувшись с ней парой фраз, заскочила в квартиру, облегченно выдохнув. Теперь она могла побыть наедине со своими мыслями, не отвлекаясь на других людей и их разговоры. Проследовав на кухню, чтобы выложить пирожные из пакета, Багира вспомнила про то, что они с Батей собирались сделать ремонт после того, как сами же разгромили все от посуды до плитки. Кошкина решила в скором времени заняться этой проблемой, а пока пошла принимать душ и переодеваться. Через полчаса женщина уже пила зеленый чай с вкуснейшими эклерами и тщательно обдумывала план мести. В голову, правда, как назло, ничего не лезло. Поцелуи, прикосновения, завуалированные ласки - все это уже было перепробовано, а на большее Русалка еще не была готова. Вдруг у нее появилась одна идея, и Рита попыталась развить ее, размышляя вслух. - Такое чувство, что Батя хочет сократить между нами расстояние, остающееся в рамках именно фиктивного брака, - сказала она сама себе, делая глоток чая. - И что бы я ни делала, я ему в этом помогаю. Значит, нужно выстраивать свои действия в другом направлении... Именно эта мысль привела к тому, что, когда контр-адмирал вернулся домой и прошел из коридора в гостиную, он увидел матрас с постельным бельем. Минуту стоя на месте и соображая, что к чему, мужчина наконец решил спросить про это у супруги. - Рита! - позвал ее Булатов, ожидая ее появления. Багира и вправду тут же зашла в комнату, вот только офицеру пришлось нервно сглотнуть, потому что на ней была лишь короткая шелковая ночнушка. Собравшись с мыслями, Иван все же спросил: - Что это? - Твоя постель, - ухмыльнулась Кошкина, облокотившаяся о дверной косяк. - С сегодняшнего дня ты спишь здесь. - В своей квартире я буду сам решать, где мне спать, - упрямо заявил спецназовец, наблюдая, как его жена приближается к нему, соблазнительно виляя бедрами. Она остановилась прямо перед ним и дразняще посмотрела на него из-под опущенных ресниц. - Да что ты говоришь? - Рита ткнула пальчиком в грудь командира, после чего медленно провела им вдоль линии пуговиц на его рубашке. - Я ведь и на развод могу подать. Так хочется быть сосланным? - Я же сказал, - грозно сверкнув глазами, Булатов подался вперед, заставляя женщину пятиться к стене, - что буду спать там, где захочу! - Так! - прикрикнула на него Багира, выпрямляясь и теперь уже заставляя самого Батю отступать назад. - Может, на работе ты весь из себя такой контр-адмирал, раздающий всем приказы, но тут, дома, учитывая условия нашего брака, командовать буду я! Поэтому ты будешь спать там, где я скажу! - О, и что же мне будет, - мужчина усмехнулся, чувствуя, как прислонился к стене спиной, - если я откажусь выполнять твои приказы? - Под трибунал пойдешь, - Русалка выразительно посмотрела в глаза мужа, после чего опустила взгляд на его губы и снова подняла к глазам. - Звучит интересно, тебе так не кажется? - Батя заметил жест сослуживицы, и по его лицу растянулась многозначительная улыбка. Он резко схватил Кошкину за плечи и, развернув ее, прижал к стене. Женщина явно не ожидала такого поворота событий, поэтому растерялась и лишь пристально смотрела на командира, нависшего над ней и поставившего руки по обе стороны от нее. Вовремя осознав, что если она сейчас же не прекратит эту слегка затянувшуюся игру, то сорвется, Рита несильно хлопнула ладонью по руке контр-адмирала. - Хватит, Булатов, - Багира с деланным спокойствием посмотрела прямо ему в глаза. - Я не шучу. Ты будешь спать в гостиной. А теперь отпусти меня. Офицер послушно отстранился от супруги, пораженный тем, как быстро ее игривое настроение сменилось волной презрения и холода. Она тем временем устало побрела в спальню, но остановилась перед дверью и, обернувшись, спросила: - Как тебе такой ход? - в ее глазах снова промелькнул озорной огонек. - Пять-пять. Спокойной ночи. Надеюсь, тебе будет удобно.

***

- Подъем, Батя! Контр-адмирал нехотя открыл глаза, лениво потягиваясь. Пробуждение в выходной день на надувном матрасе вместо удобной кровати ему явно не нравилось, а когда мужчина вспомнил, как несколько дней назад просыпался в обнимку с Ритой, ему захотелось снова уткнуться в подушку и отправиться в мир приятных сновидений. И он непременно последовал бы своему желанию, да вот неугомонная жена поспешила вернуть его в реальность. - Булатов, хватит спать! - выпалила уже порядком раздраженная Багира. - Давай, дела не ждут. - Какие еще дела? - поинтересовался спецназовец, снова открывая глаза и замечая про себя, что вид Кошкиной в ночнушке снизу очень даже хорош. - Ты про ремонт на кухне уже забыл, да? - женщина, которой стало не по себе, от того, как ее рассматривает командир, направилась обратно в спальню. Зайдя в комнату, она подошла к большому шкафу и открыла его, выбирая, что надеть. - Ах да, - вздохнул Иван, понимая, что выходной не получится таким спокойным, как он рассчитывал. Мужчина поднялся с матраса и перед тем, как сходить в душ, вспомнил, что домашняя одежда лежит у него в спальне. Поэтому, без всякого злого умысла, Батя пошел в нужную комнату и совершенно случайно застал в ней переодевающуюся Риту. - Булатов, выйди! - гневно выкрикнула стоящая к нему спиной Кошкина, застегивая лифчик. - Тебе помочь? - из самых искренних побуждений спросил контр-адмирал, за что получил в лицо подушкой. - Выйди, я сказала! Офицеру ничего не оставалось, кроме как покинуть помещение по "просьбе" Русалки и отправиться в душ. А Багира тем временем, одевшись в борцовку и джинсовые шорты и сделав небрежный пучок, решила побыть заботливой супругой и приготовить мужу более или менее нормальный завтрак. Да и самой подкрепиться с утра не мешало бы. Почти пустой холодильник женщину совсем не удивил. Из еды на кухне боевого офицера обнаружились лишь овсянка быстрого приготовления, полпачки сливочного масла и эклеры, купленные вчера в супермаркете. Зато видов чая было штук восемь, не меньше. - Хватит, - уверенно произнесла капитан третьего ранга, доставая из верхнего шкафчика сохранившуюся стеклянную кастрюльку. Сыпанув туда овсяные хлопья, Рита залила их водой, добавила соль и поставила смесь в микроволновую печь. Кошкина уже собралась было заварить чай, но тут ей в голову пришла вредная мыслишка, и она поспешила в спальню. В ее сумочке лежала небольшая баночка нерастворимого кофе (на случай, если надоест кофе из автомата в КТЦ), и женщина, прихватив ее, опять вернулась на кухню. Там она высыпала чай из кружек обратно и, положив по ложке с горкой темно-коричневого ароматного порошка, заварила кофе. Крепкий, как очень любит она и не очень любит Батя. Микроволновка пронзительно звякнула, и Багира достала стеклянную посудину, положила туда достаточно большой кусок масла и поставила кастрюльку на стол, положив рядом ложку и подвинув сахарницу. Потом разместила посередине стола эклеры в пакете за неимением нормальной целой тарелки и две кружки с кофе. Оставалось лишь позвать мужа завтракать. - Бать, я приготовила завтрак! - крикнула Кошкина, выходя в коридор, и замерла посреди прохода. Перед ней стоял Булатов, только вышедший из ванной, с обернутым вокруг бедер полотенцем. С шеи, которую мужчина, судя по всему, плохо вытер, скатывались несколько капель воды, очерчивая мускулы и скатываясь все ниже. Ниже. Ниже... Опомнившись, Русалка попыталась скрыть свое смущение за злостью. - Ты это чего по квартире полуголый ходишь? - Я еще и виноват? - с ухмылкой спросил он, делая несколько шагов вперед. Рита сложила руки на груди, словно защищаясь от приближающегося контр-адмирала. - Тебе напомнить, кто сегодня выгнал меня из моей же спальни с криками: "Выйди, Булатов, я переодеваюсь! Выйди, я сказала!" - Иван закатил глаза и смешно зажестикулировал руками, изображая гнев жены. - Что?! - женщина чуть не задохнулась от возмущения, наблюдая за тем, как командир ее пародирует. - Я не размахивала руками, как идиотка! - Со стороны это выглядело примерно так, - усмехнулся офицер, пожимая плечами. - А еще ты кинула в меня подушкой, но я, так уж и быть, не буду в тебя ничем кидать. - Иди уже оденься, а то завтрак твой остынет, - Багира кинула на него уставший взгляд и, круто развернувшись, ушла на кухню, не забывая специально вилять бедрами. К слову сказать, у нее это уже вошло в привычку - лишний раз поддразнивать контр-адмирала вроде бы вполне естественным движением. Когда мужчина наконец пришел завтракать, каша еще остыть не успела, хоть и горячей ее нельзя было назвать. Рита сидела на стуле, медленно попивая кофе и поедая эклеры. Завтракали молча, до тех пор, пока Булатов не приступил к десерту. - Какой вкусный кофе! - многозначительно протянул он, недовольно взглянув на жену. - Прямо так, как я люблю. - Как хорошо, что тебе понравилось! - в такой же манере, только еще более слащаво ответила Кошкина. - Я так старалась! - Рита! - спецназовец стукнул кулаком по столу, резко поднимаясь со стула. В его глазах вспыхнула ярость, вызванная провокационными действиями женщины. - Что, дорогой? - вопросительно приподняв бровь, она спокойно посмотрела на Батю, еще больше раздражая его. Офицер стиснул зубы и несколько секунд просто сверлил взглядом собеседницу, пытаясь унять бурю внутри. Но, видимо, сделать этого ему не удалось, потому что еще через несколько секунд он одним движением опрокинул стол в сторону. - Ты что творишь, Булатов? - на лице еле успевшей отскочить Багиры промелькнула тень испуга. Она давно не видела командира таким разъяренным, а если и видела, точно знала, что злится он не на нее. Теперь же, когда в его глазах полыхал злой огонь, когда его напряженные пальцы сжимались и разжимались так, словно собирались сомкнуться на ее шее, Русалке стало по-настоящему страшно. Она и не поняла, когда успела пресечь границу и от чего, собственно, так завелся мужчина. - Зачем ты это делаешь? - прошипел контр-адмирал, не спеша подходя к супруге. Она застыла на месте, не в силах оторвать взгляда от его глаз, от чего внутри нее с каждой секундой все холодело. Одно дело - играть с Батей и лишь больше провоцировать, когда он изображает возмущение. Но совершенно другое - стоять вот так рядом со сломанным столом, разлитым кофе, разбитой посудой, смотреть на спецназовца и понимать, что его терпению и железной выдержке пришел конец, при чем последней каплей стала абсолютно безобидная выходка. Кошкина нервно сглотнула, осознавая, что Булатов все еще ждет от нее ответа. - Что это? - невинно хлопнув глазами, уточнила Рита, решив взять себя в руки, хотя под таким пристальным взглядом сделать это было сложно. Женщина успела заметить, как челюсть мужчины сжалась еще сильнее, а потом ее с такой силой впечатали в стену, что с ее губ сорвался болезненный стон. - Хватит шуток, - твердо, но на удивление спокойно прошептал ей на ухо офицер, держа ее запястья прижатыми к твердой поверхности. - Я хочу знать, чего ты добиваешься своей игрой. - Своей игрой? - усмехнувшись, переспросила Багира. Хоть в голосе командира и не было привычных озорных ноток, она не собиралась сдаваться на милость его гневу. - Это не только моя игра, Бать, но и твоя. Так что позволь встречный вопрос: чего ТЫ этим добиваешься? - Зря ты это спросила, - с непонятным женщине оттенком сожаления произнес Булатов, в следующее мгновение припадая к таким желанным губам.