Научи меня любить, или просто петь

Я мог придумать любую песню и мелодию. Мог часами заниматься за книгами и обсуждать дела нашего мира. Мог запомнить все, что прочитал или услышал, но я никак не мог понять: почему при проявлении заботы и нежности к Лили я получал в ответ только грубость? Каждый раз, проводя её вечером до покоев, ухаживая за ней за столом, или становясь для неё неплохим собеседником ранним утром. Я получал грубость в разной форме: от молчаливого укора до грубых слов, что смели слетать с её языка. Они больно кололи мою душу, но я не собирался смириться с тем, что позволю ей так обращаться с собой. Мои попытки поставить её на место были жалкими и больше походили на мольбу, нежели на грозные приказы. С того дня я не позволял себе грубость в сторону девушки, о чем жалел практически каждый день. - Что беспокоит тебя, менестрель? - спросил у меня за завтраком Митрандир. Он был одним из немногих, кто знал о разногласии между мной и Лили. - Меня беспокоит её поведение. Уже несколько недель я пытаюсь обращаться с ней, как с настоящей леди, но в ответ получаю одну лишь грубость. Скажите мне, Митрандир, что я делаю не так? Я терпелив, но и мое терпение подходит к концу. Я всегда отличался пониманием и доброжелательностью, но при виде Вашей ученицы меня бросает в дрожь и я с нежеланием иду в те места, где суждено нам встретиться с ней. Я на многое закрывал глаза, но, боюсь, что больше не в силах умалчивать и пропускать её недостатки, - ответил я старцу, ощущая одновременно раздражение, злость и облегчение. - Она бывает груба и невыносима, это верно. Но ты ведь не пытался увидеть её сущность? - О какой сущности Вы говорите? - Она ведь не человек, а... - начал было Митрандир, но звонкий голос у моих ног прервал его речь. - Майа. Как и ты, Гэндальф, - показал на кудесника пальцем хоббит. - Вам стоит знать, Линдир, что они не такие, как эльфы и люди: они вредные, упрямые, безбашенные и ненормальные. В хорошем смысле этого слова, - поправил свои слова Бильбо, поймав недовольный взгляд Митрандира. - Вам стоит не угождать ей, а побеждать. Или же учить чему-то. Мне достаточно быть хоббитом, чтобы Гендальф и Лили полюбили меня. Уж больно падки они на слабых созданий, - прошептал мне Хоббит. - Но Вам придется сложнее. Если Вы желаете найти общий язык с Лили, то придумайте что-то, что заинтересовало бы её и не посрамило Вас, - усмехнулся напоследок полурослик, оставляя нас наедине. - Придумать что-то? Я не уверен, что понял его, - нахмурился я и вздохнул. - Он имел в виду, обучить её иным языкам или же умениям, - предположил волшебник. - Мне кажется, она знает все существующие языки и многое умеет, - еще сильнее я погрузился в раздумья. - Ты прав. Она знает все языки, кроме черного наречия, но одного она не умеет, но страстно желает овладеть: научите её музыке и тогда поймете, что все намного проще, чем ты можешь представить себе, - он показал мне пустой бокал. - Я желаю испить еще вина. *** - Первое, что Вы должны запомнить: нужно защищать всего себя, а не только голову, руки или ноги, - начинал я обучение для юной леди. Привлечь песнями её внимание было бы слишком просто, и я выбрал более сложный путь. А для этого мне пришлось вспомнить то, что я успел подзабыть за несколько сотен лет. Когда-то я был неплохим воином, но теперь я выбрал иной путь. Она неплохо владела мечом, но этого было недостаточно в бою с орками или гоблинами. - А стреляешь ты так же плохо, как рубишь мечом? - насмехался я, сохраняя серьезное выражение лица. - Ты, подлый сноб! - кричала она, нанося удары по моему щиту. И только. Она быстро выдыхалась, и даже силы майа не помогали ей в бою. Пару раз ей удалось вывести меня из равновесия и ударить по клинку, но она так и не выбила его из моей руки. - Леди не должны ругаться, - недовольно произнес я ей. - Леди не должны. Но я не леди! Я воин! - она нанесла мне мощный удар, в котором сочеталась физическая сила и сила майар. Я в последний раз на этот день потерял равновесие и ощутил острую, но не сильную боль на правой щеке. Она ранила меня. Маленькая пташка, которую я считал слабой и беззащитной, смогла дать отпор и ослепить меня. - На сегодня хватит, - с нескрываемым недовольством произнес я. - Ты боишься остаться без руки? - она теперь улыбалась, довольная тем, что смогла нанести мне вред. - Нет. Я боюсь, что Вы можете неосознанно поранить себя. - Я хочу продолжения боя. - Если Вы так его желаете, то мы продолжим завтра. И это не обсуждается, - я забрал у неё оружие и, на мое удивление, она не сопротивлялась, а лишь буравила меня злобным взглядом. - Но, если Вы и дальше продолжите на меня так смотреть, то я боюсь не удержаться и влюбиться в Ваше лицо, отражающее недовольство и гнев. - Теперь смеялся я. Мне не только удалось смутить её, но и заставить покраснеть, ведь нас видели и слушали поданные владыки. Большинство из них. Едва стражи забрали оружие из моих рук, я обхватил двумя пальцами правой руки подбородок Лили, приподнимая его, заставляя девушку смотреть в мои глаза. - Вам лучше сдаться, леди. Я или сделаю Вас настоящей леди, или замучаю тренировками, что будут милостью сначала и преисподней с каждым новым днем. - А если я пожелаю послушать тебя и стать леди? - она смотрела в мои глаза, но тут с моего лица пропала улыбка. Я видел, что она способна на хитрость. Не подлость, а именно детскую хитрость, смешанную с незлобной шалостью. Она была еще ребенком, и мне нравилось это. - Тогда Вы сначала побываете в преисподней, но уже через месяц жизнь здесь будет для Вас самой лучшей и я посмею Вам это пообещать, - я опустил руку, поклонился девушке и оставил её наедине со своими раздумьями. *** Весь вечер уходящего дня я не находил себе места. Я не мог забыть взгляда Лили в момент нашей последней встречи и не понимал, почему меня пугало это. Мысли путались, и я стал невнимательным. Пришлось перечитывать одни и те же предложения по несколько раз. - О чем ты задумался, Линдир? - спросил у меня владыка, не отвлекаясь от своей работы. Я лишь видел, как он что-то писал в книгу, куда была занесена вся история Ривенделла. - Я так много раз говорил Вам о своих тревогах. От чего же Вам все еще интересно слушать их? - сам того не осознавая, я ответил вопросом на вопрос. - Мне важно знать все, что творится в твоей голове. И кроме того, у меня неподдельный интерес к твоим мыслям, - с улыбкой произнес лорд Элронд. - Сегодня после боя, я иначе посмотрел на леди Лилиан. Но если быть более точным, я что-то заметил в её взгляде, чего не замечал прежде, - признался я владыке, откладывая перо, начиная смотреть на знакомые мне строчки старой книги. Я не читал, а просто устремил взгляд в одну точку, думая лишь о том, что же творится внутри меня. - Что же ты заметил в её взгляде? - он следом за мной отложил перо, окунув его в чернильницу. - Она будто...хотела о чем-то сказать мне. Я видел, что и её что-то гложет, но посчитал невежливым выпытывать это у неё, - я сцепил пальцы в замок на столе, все еще не отрывая глаза от книги. - Быть может, тебе стоит спросить её? - Она не скажет. Вы и сами видите, как она относится ко мне. Да и я не желаю говорить с ней наедине. При вас с Митрандиром она сдержанна, но наедине она не держит при себе грубость и часто задевает меня. - Какими же словами она задевает тебя? Я всегда считал, что ни одно слово не способно тебя задеть. - Так и было. Пока она не пришла в мою жизнь, - я стал чаще моргать. Нет, это были не слезы, а обида. Самая настоящая обида оттого, что я желал быть рядом с самым грубым и холодным существом во всем Средиземье. Я ощутил, как по коже пробегает дрожь, и сильнее укутался в плащ. Скоро придет холодная ночь с сильным ливнем. - Поговори с ней. - Я пробовал. И не один раз! - Тогда попробуй растопить её холодную стену чувств не словами, а действиями. - Митрандир посоветовал мне то же самое, - с улыбкой произнес я, на что улыбнулся и владыка. - Ну, мы ведь... - начал говорить Элронд, но его речь прервал страж, что ворвался в библиотеку, видимо, с важными новостями, раз пожелал побеспокоить нас. - Владыка! Элладан и Элрохир вернулись в Имладрис. Они на главной площади! - сообщил нам запыхавшийся страж. Не раздумывая, лорд Элронд поднялся на ноги и едва ли не бегом ринулся к своим сыновьям. Я последовал за ним, но увиденное на главной площади меня совсем не обрадовало. Сыновья владыки едва успели слезть с коней, как к ним подбежала девушка в голубом платье, напомнившем мне цвет летнего неба. Едва я увидел её лицо, я перестал улыбаться. С Элладаном и Элрохиром мы были в довольно хороших отношениях, но теперь и эти отношения были под угрозой, ведь они оба обнимали непростую леди. В ней я узнал Лили. *** Прошло несколько недель, и, к моему счастью, отношения между мной и близнецами оказались куда крепче, чем я мог бы представить. Раньше я бы не осмелился их назвать друзьями, но теперь изменилось многое. Мы довольно много времени проводили вместе, рассуждая об их путешествиях, людях, странах. Иногда к нам присоединялась Лили, и лишь сейчас я узнал, что и они были друзьями долгое время. - Как вы познакомились? - решил поинтересоваться я у братьев, едва леди покинула нас в одну из теплых летних ночей. - Мы пришли ей на помощь в одном из боев с орками. Ты же знаешь, что у нас долг: уничтожить всех этих созданий, - ответил мне Элладан. - Да, но она и без нас хорошо справлялась. Правда, без нашей помощи они могли бы убить её, - поддержал брата Элрохир. Братья выглядели намного старше, чем можно было бы подумать. Спустя много столетий у них сохранилась любовь к детским забавам и сказкам. Видимо, это объединяло их с Лилиан. - И вам она не сказала, за что ненавидит меня? - решился я спросить у близнецов. - Ненавидит? Быть этого не может! - воскликнул Элрохир. - В ней нет на капли ненависти к тебе, - нахмурился Элладан. - Почему же она постоянно грубит мне и пытается причинить боль? - тяжело вздохнул я. - Так она защищается от боли в душе. Как и любой другой человек... Или майа. Должно пройти немного времени, чтобы она приняла тебя и смогла общаться без грубости. Это в ней ужасная черта характера, - усмехались братья, начиная и заканчивая предложения друг за другом. - Обычно это продолжается месяц, но в твоем случае, можно пройти и год, и два. Можно сделать вывод, что ты очень сильно запал в её сердце. - Я сомневаюсь, - без капли надежды закончил я разговор, уставившись на звездное небо. Я сильно сомневался, что в этом маленьком чудовище могут жить какие-то чувства ко мне. Она скорее убила бы меня или разрубила на части грубыми словами мою душу, нежели смогла бы полюбить меня. Я ощутил чье-то теплое прикосновение к тыльной стороне своей ладони и вздрогнул. Повернув голову, я не увидел никого. Это был всего лишь ветер, что теперь развевал мои волосы. Я ощутил, как холодные капли дождя стали падать на мое лицо, смешиваясь с отчаянием и тревогой. Я решил: добьюсь её расположения, и если не узнаю о её чувствах, то поведаю ей свои. Даже если поплачусь за это.