Вот так нежданчик

— Наслушалась? Локи стоял совсем близко. Честно признаюсь, за некоторое время отвыкла от этой его привычки, так что не удивлюсь, если кто-то скажет, что зрачки у меня расширились. Молчу. — Неужели ты поглотила язык, смертная? — бог наклонился так, что наши губы почти соприкасались. Да откуда ж ты вылез, чёрт табакерочный?! Я опять оказалась прижата к стене. Опять. Только успела насладиться свободой, как… Приперлась эта потыканная норка и все испортила! Медленно облизнула губы, закусывая их: — Соскучились? Что-то осмелела я последнее время. — Не отучили ещё дерзить, паршивая плебейка? — Как видите, Ваше Высочество. — Ах, ты сучка, — он сдавил моё горло. — Повторяетесь, — прошептала я, пока была в состоянии говорить. — Что это? — бог провёл рукой по коротким неровным прядям. — Тебя кошки подрали? Нет, я вконец страх потеряла, потому что уставилась ему в глаза, чего раньше не делала, и молчала. — Будешь молчать? А это у тебя так платья закончились? — царевич нагло провёл ладонью по нагрудной пластине. А я и не пикнула. Мне-то что, там же доспех не прощупывается, так что пусть Высочество металлом наслаждается. — Какая глупая храбрость. С чего бы это? А… Ты же спуталась с компанией Тора. И как тебе? — Вы следили за мной? — Много чести. Сама знаешь, как быстро здесь расходятся новости, — его глаза сверкнули. Хм, точняк. Стразы. Никакие не изумруды. Гламурненько и простенько. Как раз для бога лжи. Слишком дешёвый вид, прикрытый самоуверенностью и наглостью. — Вы так и будете меня прижимать к стене? — А ты не ответила мне на первый вопрос, — вот тварь, будто не слышал. Рука на шее разжалась и скользнула по оголенным ключицам. Я вздрогнула. Да, я сильно отвыкла. И расслабилась. Но я по-прежнему не могла дать отпор этому козлине. Принц, он и в Африке принц. — А вы повторите вопрос? — Как тебе сплетня? — По-моему, первый вопрос был другим. Я рассматривала красивую фреску за плечом принца. Раньше я не обращала на неё внимание, но сейчас у меня была возможность ее изучить. Лафейсон отклонился назад и оперся на руки по обе стороны от меня. — У тебя хорошая память. Но второй вопрос все равно был бы таким. Так что отвечай. — А мне вот интересно, то, о чем они говорили, правда? — Желаешь проверить? — усмехнулся змей. Это не разговор. Это игра в "кто кого сломает вопросом". — Так мне не это интересно. — А что же? — Вы действительно спали с фрейлиной? — Сомневаеш-ш-шься? — Простое любопытство. Зачем слушать сплетни, если можно узнать у первоисточника, — машинально поправила ему воротник и продолжила изучать фреску. На картине была изображена баталия. Живопись на стенах была редкостью. В подавляющем большинстве коридоры содержали только золотые стены и резные колонны. Иногда на потолке были высечены фигуры, но истинных картин почти не было. Два войска сошлись в ожесточенной схватке. Асгард против Етунхейма. Все было прорисованно до мельчайших деталей. Даже были видны узоры доспехов. Локи обернулся. Он усмехнулся: — Нравится? Тебе, наверное, неудобно и плохо видно. Что?! Я ослышалась? Но принц ничего не делал просто так. Бог стремительно отступил на шаг, грубо схватил меня за руку чуть выше локтя и дернул на себя. Царевич отошёл вовремя. Я пролетела мимо него. Он перехватил меня за талию и прижал спиной к своей груди. — Это битва за Асгард, — тихо проговорил мне на ухо Лафейсон. — Когда она была? — О, очень давно. Твоих предков даже не было. — Вы застали ее? — Нет. Она была десять тысяч сто двенадцать лет назад. — М-м-м, — протянула я, любуясь живописью. — Как все точно прорисованно. Можно было вечно рассматривать полотно. Небо на картине было неожиданно ясным, не подходящим для столь мрачного сюжета. Солнечные лучи переливались на доспехах и слепили неприятелей. Вместо природы был полуразрушенный город. Наверное тот, который я вижу из окна, а может и нет. Но, когда стоишь возле этого творения, понимаешь, что это было на самом деле. Лица были с четкими чертами даже у тех, кто стоял на заднем плане. Етуны — двухметровые великаны с синей кожей и красными глазами, с искажёнными злобой лицами кидались на асов. Они безжалостно разрубали воинов своими клинками. Боги же яростно отстаивали каждый сантиметр залитой кровью земли. Армия бесстрашно сминала великанов, оставляя после них лишь осколки льда. Художник явно хорошо обращался с оружием, потому как сцена войны была изображена очень реалистично. Каждый взмах мечом, натянутые луки, занесенные над головой копья — все жило и двигалось. Органично, как в реальности. Ни одного фальшивого положения тела. Казалось, что воины сейчас повернут головы и соскочат с полотна в коридор. — Просто великолепно. Кто рисовал? — Какая разница? — он коснулся губами мочки уха. Не то чтобы мне было неприятно, скорее неудобно. Чуждо. Я не хотела, чтобы он касался меня. Даже слегка отклонилась в сторону. — Зря ты так, — прошептал Локи. А я испуганно замерла, потому что его дыхание стало ледяным. Если он коснется кожи — останется ожог. Сердце заметалось в груди. Доспехи на талии покрылись тоненькой корочкой льда от его рук. Он решил меня заморозить? — Лок-к-ки, — я замерзла. Я от природы мерзлявая. Да и кто не замерзнет, если в легком костюмчике прижмется к глыбе льда. Потерла замерзшие губы и подбородок. Тело трясло мелкой дрожью. И принц это чувствовал. Он наклонился так, что до кожи на шее оставалась буквально пара миллиметров: — Жалкая смертная. Бог убрал упавшие на шею пряди. Волосы тут же сковал лед. Я тихо вскрикнула, когда холодные сосульки заскользили по чувствительной коже сзади шеи. Принц улыбнулся. Я не видела, но чувствовала ухмылку. Скосила глаза на руки царевича. Они потихоньку меняли цвет. — На сегодня достаточно, — вокруг нас узким кольцом вспыхнул огонь. Я непроизвольно вжалась в грудь мужчины. Жар опалял лицо. Отвернулась. Что за пытка. Пламя погасло внезапно. Я вздохнула было с облегчением, но не тут-то было! Лафейсон провёл рукой по грудным пластинам и вниз к животу. Что он делает?! Я попыталась вырваться, но какой там! Когда Локи проводил рукой, под доспехами очень отчётливо ощущались прикосновения!!! Я обернулась и посмотрела наглецу в глаза. Бог загадочно улыбался. Этот сукин сын ещё раз провёл рукой от ключиц до живота, но на этом не остановился, ладонь заскользила ниже. — Нет! — я поймала его руку и переместила выше. — Не-е-ет? — принц не сопротивлялся. Пока. — Тебе не нравится, м? — он прикусил мочку уха. Это… Это что?! Какого, нафиг, хера он так делает?! И что делает!!! Лапает меня и… И где руки распускает?! Лафейсон что, пытается меня соблазнить? Поиграть и выбросить? Совсем распустился. За время моих мысленных возмущений Локи стал выводить узоры на животе и поглаживать его. Этот маньячина давал мне подумать и наслаждался моей беспомощностью. Его губы заскользили по шее. — Где она? Я знаю, что он спрашивает о булавке. А вот шиш тебе с маслом! Даже если меня наголо раздеть, булавка при мне останется. Это не то, о чем вы подумали. На затылке есть тонкая косичка, вот к ней ниткой привязана маленькая булавка. Обнаружить её практически невозможно, так как косичка очень тонкая и заплетена не полностью. На конце она расходится свободными прядями и смешивается с другими локонами. — Где? — его голос стал хриплым, глубоким. Асгардская тварь. Бог запечатлел на ключице страстный влажный поцелуй. Я дернулась и мотнула головой. — Я все равно чувствую твои эмоции, но очень слабо. Это не сравнится с тем, что было раньше. Где она? Сними эту дрянь, — нежно, почти неощутимо прикусил кожу. И я решилась. Резко наклонилась вперед, сделала подсечку не ждавшему подлянки Локи и стремительно понеслась по коридору — Стой, сука! — отразился от стен гневный рык, заставляя меня прибавить ходу. Несомненно, я пожалею об этом. Очень сильно, но это будет потом. Как же ты бесишь меня, Локи.