Жертва
26 марта 2014 г., 18:53
- Райто, пусти, прошу! – вновь и вновь девушка молила вампира, но тот даже и не думал ослаблять свою хватку. Держа ее у самых запястий, он повалил ее прямо на обеденный стол, жадно облизывая верхнюю губы и коварно улыбаясь.
- Стервочка, как же ты жалко выглядишь. Разве ты не понимаешь, что твои попытки вырваться ни к чему не приведут. Ты только больше заводишь меня, - он прислонился к ее хрупкой шее, - расслабься и получай удовольствие, - и вонзился в нее.
Он крепко прислонился к девушке, вытягивая багровую жидкость из ее вены, наслаждаясь каждой соблазнительной каплей. Его руки бродили по ее спине, плечам, сжимая тонкую рубашку и явно желая ее скорей сорвать. Они уже было добрались до злосчастных пуговиц у груди, готовясь разорвать ткань, и это определенно вышло бы, если не одно удачное обстоятельство. Хотя удачным оно могло показаться только по началу, так как дальше все становилось более туманным и нервозным.
- Райто. Ты опять не соблюдаешь правил. Когда ты уже поймешь, что за столом мы обедаем. Такими вещами занимайся в своей комнате, - его серьезный голос был как гром среди ясного неба, но сейчас Юи была благодарна Богу, что услышала его. Она с признательностью в глазах глядела на своего «спасителя», статно стоящего неподалеку.
- Ты как всегда портишь все веселье в самый его разгар, - закатив глаза, пробубнил Райто. Он нехотя оторвался от своей игрушки, ему пришлось оторваться от нее, ведь если бы он не подчинился, то ссора именно с этим братом привела бы к весомым последствиям и усложнила бы жизнь каждому в этом мрачном доме.
- Для ваших игр предназначены ваши собственные комнаты. Соизволь уважать окружающих и лишить их необходимости лицезреть твои извращенные забавы с мешком крови, - только самый наблюдательный человек мог разглядеть в его словах тонкую нить лицемерия, незаметно проскальзывающую мимо ушей присутствующих.
- Что ж, ладно, - делать было нечего, Райто пришлось согласиться. Он наклонился к уже привставшей девушке, сжавшейся при виде его приближения, взял ее за волосы и прильнул к ее уху, - сейчас ты можешь немного передохнуть, стервочка, - со смешком в голосе шептал он, - но чуть позже мы продолжим, жди меня в своей комнате.
На ее лице был ужас, обрушивший все мысли после его слов, а он, нежно, чуть касаясь, провел напоследок своим шаловливым языком по ее уху, и ушел надменной походкой из обедни, чувствуя на своей спине ее испуганный и в то же время ненавидящий взгляд.
Когда ее мучитель вышел, она расслабилась и выдохнула с облегчением, а потом, вновь с благодарностью посмотрела на Рейджи.
- Спасибо тебе. Ты спас меня. Если бы не ты, не знаю что бы он сд...
- Замолчи, - он резко прервал Юи, - мне плевать на тебя. Терпеть не могу, когда они нарушают правила простого этикета, в особенности..., - он сделал паузу, как только в голове промелькнуло это имя. Он ненавидел его всем своим мертвым сердцем, ненавидел его вечную лень, ненавидел его музыку – все в нем. Но опомнившись, выкинув из головы эти мысли, Рейджи продолжил, - только взгляни на себя. На кого ты похожа. Эта отвратительная осанка, худощавые руки, поникшие глаза. Ты питаешься? Ты должна хорошо питаться, ведь если ты не будешь этого делать, то твоя кровь будет медленно восстанавливаться.
Пока он читал ей лекцию, а именно так это выглядело, Юи смотрела на него с непонимающим взглядом. Он был всегда таким вежливым, уравновешенным, но при этом таким жестоким и холодным.
- Тебе давно пора осознать себя жертвой, и что никто и никогда не придет к тебе на помощь, - после его слов в ее сердце что-то кольнуло, а глаза потускнели и уперлись в стену напротив, - идем за мной. Я дам тебе пару уроков.
Он немедля развернулся и двинулся в сторону узкого коридора, вовсе не дожидаясь ее реакции, однако поняв, что она так и не сдвинулась с места, все также глядя в одну точку, он оглянулся назад.
- Ты заставляешь меня повторять, глупая девчонка. За этот проступок последует наказание. Но к этому вернемся позже, а теперь идем.
Слово «наказание» заставило вернуться ее в реальность. Это было то самое страшное, что можно было услышать от здешних обитателей, для каждого из которых оно означало абсолютно разное, что могло заставить любого разумного человека бежать без оглядки, словно от пожара, но не ее. Она знала, что попытки бегства из этого дома обернутся для нее хуже всякого кошмара, потому что убежать далеко она ни как не смогла бы. Пройдя половину дома, они дошли до большой комнаты в углу коридора, слегка освещенного средневековыми свечами.
Эта комната была чем-то вроде лаборатории, кабинета, где Рейджи проводил большую часть своего времени. На первый взгляд она была ничем не примечательна, однако никто не знал, сколько ужасов от проводимых экспериментов она таила в своих стенах.
Юи оглядела своим обыденно-напуганным взглядом элементы интерьера, больше всего привлекающие внимания и наводящие дрожь: стол из крепкого черного дуба, стоящий напротив огромного окна, занавешенного бордовыми шторами, цвет которых отчетливо напоминал кровь, и заваленный непонятными старыми бумагами и книгами. Также она заметила застекленный шкаф во всю стену, содержимое которого можно было бесконечно перечислять, но в целом это напоминало изысканную подборку настоящего коллекционера. Именно возле него ходил Рейджи, тщательно что-то высматривая, и, конечно же, найдя необходимое. Он повернулся к недоумевающей девушке, держа в руке черно-коричневую, гладкую, короткую тростниковую палку (/*используется для наказания преступников и не совсем, преимущественно в Сингапуре*/).
- Встань прямо, - приказал он, положа ей на голову толстый словарь, - если он упадет, ты получишь удар по спине, если ты ссутулишься – получишь удар.
- Но Рейджи... Ай! – он ударил ее по осанке, показывая, насколько он не шутит. Да и когда можно было увидеть его улыбку, не то, что услышать, как из его уст что-то несерьезное.
- Я не потерплю твоего нытья и слез. Если увижу хоть каплю, то накажу тебя.
Он заставил ее стоять в таком положении несколько часов, наблюдая, насколько хватит ее терпения. Он бы не позволил ей уйти отсюда просто так, то есть, как бы долго она не стояла, дрожа от изнеможения, он бы попросту ждал, когда она, наконец, сдастся. В том была его истинная натура садиста: он давал своей жертве мнимое право выбора, скрывая на самом деле, что выбора у нее нет, и не будет - все должно было быть на его условиях, по его правилам. Он все ходил вокруг нее, с удовольствием наблюдая, как она мучается, как ее тело начинает дрожать от усталости, иногда проводил палкой вдоль изгиба осанки, обращая внимание, как сжимаются ее кулачки в ответ на эти действия, и забавлялся тем фактом, что девушка никак не хочет сдаться.
Юи хотела бороться до конца, бессмысленно надеясь, что ее беспрепятственно отпустят, но усталость в слабых и хрупких коленях подвела ее к неизбежному исходу. Она с грохотом упала на пол, вся дрожа и изнывая от боли, а он гордо стоял над ней, довольствуясь ее унижением. Рейджи подцепил палкой подбородок девушки, поднимая ее голову вверх, чтобы она взглянула в его глаза, показывающие ей лишь его равнодушие и жестокость, но не сокрытую действительность.
Сердце девушки билось с неистовой скоростью, готовое вот-вот остановиться от переизбытка страха, в огромных глазах читалась паника, наливные губы подрагивали, и по телу шел озноб - весь ее вид отражал испытываемый ею в данный момент ужас.
- Раздевайся, - без капли сочувствия произнес юноша.
Она не понимала, чего он от нее хочет, а лишь прозрачно смотрела на его бледное лицо, украшенное ярко-алыми глазами. Он же схватил ее за волосы и, стоя все также ровно и прямо, потянул к себе совсем близко, оставив на уровне своих бедер, и высокомерно посмотрел вниз.
- Пора бы тебе усвоить. Чем больше ты заставляешь меня ждать, тем сильнее раздражаешь меня. Ты должна осознавать, что для тебя это чревато последствиями. Ты должна беспрекословно подчиняться моим указам, иначе, я буду жестоко тебя наказывать, - сжав ее волосы так крепко, что она невольно вскричала, он подкрепил свои слова. Затем он отпустил девушку и отошел немного, дабы полностью ее видеть.
Глядя неотрывно в стену, трясущимися руками Юи стала небрежно ковырять пуговицы на рубашке, но каждая ее попытка расстегнуть хоть одну оборачивалась неудачей. Не удивительно: она была в ужасе, не зная, чего он хочет, а догадки, которые она всячески надеялась отрицать, доводили ее до слез. Рейджи не мог долго стоять в стороне, наблюдая, как она не может собраться. Он сам подошел, поднял ее с пола и мерно и спокойно начал расстегивать злосчастные пуговицы. Рубашка была снята. За ней последовала и юбка. Оставив свою мученицу только в нижнем белье, он оглядел ее с ног до головы.
Следующие его действия подтвердили самые страшные опасения девушки: Рейджи с нажимом провел пальцем вдоль ее скулы, спускаясь ниже к шее, к груди, вплоть до резинки на трусах, зацепив их, словно крючком. Ее запах в эти моменты был особенно аппетитным для хищника, подобного ему, поэтому, не прождав и секунды, он болезненно впился клыками в трепетную кожу. Не передать испытываемое наслаждение от вкуса, ощутимого вампиром: страх придавал ее крови особую сладость, которую он так обожал. Временно насладившись, он вернулся к лицу своей жертвы, недолго посмотрев на ее каменное лицо, и прикоснулся губами к ее губам, желая отрезвить юную страдалицу. Ему действительно это удалось: поцелуи быль столь чувственны и мягки, что бедняжка растерялась, не зная, как себя вести и что делать. Он, тем временем, оторвавшись от сладких губ, прислонил ее к столу, предварительно повернув спиной. Грубым движением он наклонил ее вперед, прижимая рукой у основания шеи, и начал вновь водить палкой по спине, сильно надавливая и оставляя красный след. Дойдя до трусов, он начал медленно их стягивать, на что девушка попыталась сопротивляться, но получила удар по уже оголенной попе, была сильнее прижата к столу.
Он начал тереть гладкой палкой между ее ног: начав немного ниже, чуть выше колен, он проводил все так же медленно вверх, лаская мягкую кожу девушки, добавляя рукой легкие движения вперед назад, чтобы удобнее пробираться меж напряженных в попытках сопротивляться ног. Добравшись до основания, он стал теперь тереть палкой самую чувствительную точку женского организма.
Из глаз Юи потекли слезы, ей было обидно, что она попала в такую ситуацию, обидно, что она никак не могла воспротивиться своему мучителю, а главное, обидно перед самой собой, ведь его настойчивые действия подсознательно приносили ей удовольствие. Уже было заметно, как ее дыхание участилось; одной рукой она стала скрести стол, а другой закрывала лицо, но чуткий слух вампира распознавал возгласы получаемого ею наслаждения. Он добавил в свои действия немного больше нажима и скорости, заставляя девушку изнывать от возбуждения и желания продолжить. И она уже не могла сдерживать свои стоны, открыто демонстрируя партнеру, как ей приятно.
Слегка ухмыльнувшись, он отодвинул палку немного назад, а затем медленно вошел внутрь пылающей девушки, которая душераздирающе вскричала от неожиданного проникновения и боли от разрывающейся там плоти. Определенно, она уже не стала бы сопротивляться, поэтому пока он насиловал ее палкой в одной руке, равномерно ускоряя темп, второй он решил снять с нее последний остаток чести, а далее снять кое-что с себя. Оставшись с голым торсом, он отбросил палку в сторону, желая теперь самостоятельно уповать внутри нее, но не торопился с этим. Рейджи повернул девушку лицом вверх, резко поднял ее к себе, плотно прислонившись, и страстно поцеловал. Единственное, что его неожиданно отвлекло, так это небольшие порезы на ее тонких руках, оставленные от бумаг на столе, пока она лежала. Чуть проступающие капли крови отдавали восхитительный запах, ранее не знакомый ему: запах взбудораженной крови, наполненной не только страхом, но и половым возбуждением. Поддерживая ее за спину, он отклонился назад, на расстояние ее вытянутой руки, и стал слизывать кровяные полоски, попутно покрывая руку поцелуями и более глубокими укусами, пробираясь обратно к шее. Вернувшись к губам, он осадил ее пылким поцелуем, требовательным.
Она чувствовала, что юноша сам уже возбужден не менее ее самой, ощущала промежностью его спрятанный под одеждой, но активно демонстрируемый своим желанием пуститься в бой член. Руками она держалась за край стола, сжимая его настолько сильно, насколько могла, а ногами обхватила своего холодного партнера. Пока он услаждался поцелуями, добавляя к ним уже язык, и не только свой, руки его бродили по ее разгоряченному телу: он провел ими от колен к бедрам, затем к талии, возвращаясь одной к бедрам, а другой, гуляя, дальше по спине. Той рукой, которая была ближе всего к ее чреву, он полез вниз, всовывая один палец. Ее губы сжались, ведь она отчетливо чувствовала малейшие прикосновения его мерзлых рук, которые так заводили полыхающую плоть. Девушка мычала и непрерывно дышала, ощущая его движения в себе. Он же шевелил пальцем вперед назад, доставляя удовольствие не только ей, но и себе, добавляя далее второй палец, и третий, ускоряя темп и проникая все глубже. Ее рука, будто на автомате, сама потянулась к его взбухшим штанам, расстегивая их. Рейджи понял, чего она хочет, поэтому, как только его пенис оказался на свободе, он пододвинул партнершу еще ближе, плавно проникая вглубь.
Его член был изрядно больше тростниковой палки и его пальцев, поэтому в очередной раз Юи почувствовала разрывающую боль, которая совсем недавно стерлась из ее памяти. Он же специально проникал вглубь медленно, наслаждаясь ее мученическими криками, возбуждаясь до предела от ощущений окутывающей его половой орган теплоты, плотно сжимающих этот же орган мышц. Углубившись до максимума, он даже не дал продыху Юи, тут же начав активные действия.
Рейджи положил девушку вновь на стол, обхватив руками ее ляжки и сжав их так, что девушка невольно скривилась от силы хватки, но ее моментально отвлекло приятное движение неподалеку. Он двигался поначалу плавно, полностью погружаясь в партнершу под новым углом, позволяющим им обоим получать иные ощущения от первоначального проникновения. Она была столь горячей внутри; он был таким холодным снаружи; сочетание его холодного тела и ее разгоряченной плоти создавало в них обоих незабываемое взбудораживающее ощущение. Добавить бы к нему оргазм и это был бы по определению невероятный секс. Но до завершения было еще далековато.
Он ускорил темп. Выдалбливая своими движениями из нее стоны, он добавлял к ним свои, запрокинув голову назад. Ее кожа пахла невыносимо сладко, заставляя вампира стонать еще и от желания вгрызться ей в шею и вытянуть кровь досуха. Девушка прогибалась в спине, извивалась, как змея, ее мышцы самовольно сокращались, а сердце выпрыгивало из груди. Она кричала от удовольствия и плакала от стыда, скребла руками о стол, и потихоньку начинала сама ласкать свою кожу. Его, несомненно, заводил вид ее разгуливающих по собственному телу рук, сжимающих грудь, спускающихся вдоль торса к пупку, и даже ниже, возвращающихся вверх, крутящихся у шеи и губ, кротко ползающих у бедер и боящихся спуститься чуточку ниже. Все это ускоряло и так подступающий оргазм, но остановиться не было сил, напряжение внутри слишком накопилось и казалось, что если еще чуть сдержаться, то его разорвет собственное удовлетворение.
Оно его настигло. С протяжным, тихим выдохом Рейджи кончил в предварительно подготовленный платочек и спрятал свой поникший орган обратно в штаны. Юи, ничего не осознав, спокойно привстала, глядя на своего недавнего партнера непонимающими глазами. Он же, посмотрев на нее в ответ, оглядел ее с ног до головы, собрал ее одежду и помог, собственно, одеться, ничего не говоря. В течение нескольких минут, проведенных в его кабинете, ни один не проронил, ни слова, ни звука, а лишь тихо оделись.
Юи вышла из комнаты, все еще находясь в ступоре. В голове невольно прокручивались воспоминания недавних событий, как кошмарный сон. Или все таки не кошмарный? Однако пока она брела в мыслях по коридору, в ее комнате уже расположился в ожидании второй вампир, явно желающий продолжить свою принудительно закончившуюся игру. Райто раздражало, что его брат задержал девушку так на долго, но он еще даже не подозревал, что в растлении Юи его успел опередить именно Рейджи.
