Дочь тамплиера

Никакие проблемы не страшны, если дома тебя ждут любящие люди. Шахркух Кхан.

Я очнулась рано утром. Солнце немного приподнялось над горизонтом и слабо освещало небо. Дул слабый, но холодный ветер. Я села на колени и поёжилась, продолжая дрожать. Одежда ещё не высохла до конца и потяжелела. Чувствую, это купание не пройдёт для меня бесследно. Через силу я поднялась на ноги и оглянулась в поисках дороги. Еле заметная тропинка уходила в гору. Я, еле волоча ноги и пытаясь согреться, пошла вверх. Дорога привела меня в небольшую деревню. Люди ещё спали, улицы были пусты. Меня никто не должен заметить. Я подошла к дому, возле которого жевала сено лошадь. Мысленно извиняясь перед хозяевами, я оседлала коня и медленно двинулась вперёд. Деревня оказалась довольно большой. Чувствую, если бы сейчас был день, то здесь было бы много стражников. А это мне совсем не нужно. Наступало утро. Солнце постепенно поднималось всё выше. Скоро начали попадаться первые люди, самые ранние пташки. Я старалась ехать медленно и не привлекать к себе внимания. Деревня кончилась. На её окраине я встретилась с трёмя стражниками, но они меня не заметили. Или сделали вид? Как-то это подозрительно. Я выехала в горы и двинулась в обход. Впереди был лагерь противника. Тот самый, который мы объезжали вместе с Каримом четырнадцать лет назад. Я так и не смогла согреться и с трудом управляла лошадью. Руки попросту меня не слушались. Вдруг прямо передо мной из-за поворота показался тамплиер. Он пристально поглядел на меня, но не стал останавливаться. Мы разминулись. Я выехала из ущелья, периодически оглядываясь назад. Не понравился мне этот тамплиер.

***

День я ехала спокойно. Как только наступила ночь, встал вопрос о ночлеге. К тому времени у меня поднялась температура и отнимались руки и ноги, поэтому остановка означала смерть. Я решила продолжить путь. Я ехала всю ночь, с трудом держась в седле и в полубредовом состоянии управляя лошадью. Но она, казалось, знала, куда ехать, поэтому даже помогала мне ехать в нужном направлении. Спустя несколько часов после восхода солнца я достигла Масиафа. Оставив коня и прихватив оружие, я в предобморочном состоянии побрела в деревню. Я смутно различала лица, встретившиеся мне на пути. Я шла, сильно покачиваясь и опираясь на стены. Каждый раз, хватаясь за стену, я собиралась с силами, чтобы дойти до следующей стены, и таким образом достичь дома. Все звуки слились в один гул, все краски померкли, я видела всё настолько нечётко, что иногда натыкалась на людей. Те, наверное, вертели пальцем у виска и думали, что я пьяная, а мне было плевать. Единственное, чего мне тогда хотелось — это дойти до дома и рухнуть куда-нибудь. Наконец-то я добралась до цели. До него оставалось лишь пара метров. Но мои ноги подвели меня. Я запнулась и потеряла равновесие. Ещё падая, я стала терять сознание. Последнее что я почувствовала — это то, что меня подхватили чьи-то сильные руки и куда-то понесли.

***

Я с большим трудом открыла глаза и увидела Султанат. Она сидела возле моей постели и промывала мои раны. Рядом с ней стоял таз с водой, тряпки, кое-какие лекарства и лежал наконечник стрелы. У меня была высокая температура, но я была дома. В безопасности. И это радовало. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Султанат, не поднимая головы. — Плохо, — пробормотала я. — Кто меня принёс? — Не трать силы. Лежи, — отрезала она. — Джамиль, — ответил вошедший Нураддин. — Он шёл мимо и увидел тебя. Ты шла как пьяная. Что случилось? — Ей надо отдохнуть, — вмешалась Султанат. — Отец, я потом тебе всё скажу. Когда смогу говорить, — тихо пробормотала я. Он присел рядом с Султанат и улыбнулся мне. Вид у него был уставший. Как же давно я его не видела... наверное, я даже успела соскучиться. — Само собой. А теперь, спи. Тебе нужны силы. Я послушно прикрыла глаза и начала дремать. Однако… — Мы должны присматривать за ней, — раздался тихий голос Султанат. — Знаю. Но она настолько неуправляемая… — Я не собираюсь терять кого-либо ещё из своих детей. — Я тоже. Но мы же не можем запереть её в четырёх стенах. В любом случае, она найдёт способ проломить одну и убежать. Так всегда было. — Да, я помню ту историю, — Султанат чуть усмехнулась. — Ей тогда повезло, что рана зажила, и не пришлось ампутировать всю руку. — Нам придётся смириться, — судя по тону мужчины, он улыбался. — Нураддин… — Что? — А если она так и не встретит того, с кем проведёт свою жизнь? Своего мужа? — Это вряд ли случится, — уверил её Нураддин. — Я этого не допущу. Наступила тишина, но уже через мгновение она была прервана. — Ты в этом так уверен? — спросила Султанат. — Абсолютно. Ты ведь тоже в молодости думала, что останешься одна до старости. Пока не встретила юного ассасина, защитившего тебя от врагов. Помнишь? — Конечно. Как я могу об этом забыть. — И я уверен, её тоже ждёт удача. Я слабо улыбнулась и вспомнила Альтаира. За эти несколько дней я не думала о нём, но теперь... те странные чувства, от которых я пыталась убежать, вернулись. Значит, они появились не под его влиянием и можно было не убегать... Чувствую, мне предстоит не самый приятный разговор. Ну и ладно. Главное, что я ещё встречусь с ним. С этими мыслями я уснула.

***

На следующее утро мне немного полегчало. Я уже смогла самостоятельно сидеть и держать в руках кружку с водой. Весь день я провела, разглядывая потолок и слушая звуки улицы. Изредка заглядывала Султанат и проверяла моё состояние. Отец, насколько я поняла, ушёл в крепость. Но вечером он вернулся, да не один. — Эмили, к тебе гость, — оповестил меня отец. Я оглянулась на дверь, сердце моё заколотилось с бешеной скоростью. И я не ошиблась. Позади отца стоял Альтаир. Нураддин пропустил ассасина в комнату и вышел, оставив нас наедине. Наступила неловкая пауза. Разговор, которого я боялась, должен вот-вот состояться. Я смотрела в потолок и чувствовала на себе взгляд Альтаира. Казалось, он мог прожечь во мне дыру. Меня стало мучить чувство вины, места которому совсем не было. Наконец, я повернула к нему голову и решилась заговорить первой: — Как прошло убийство? — невозмутимо спросила я. Альтаир был удивлён вопросом, но всё же ответил: — Хорошо. Без происшествий. Не о чем тебе докладывать. И снова наступила пауза. Я теребила край одеяла и кусала губу. — Зачем ты уехала? — наконец-то спросил Альтаир. — Я же написала, что у меня было неотложное дело... — Это я понял, — он строго смотрел на меня и, казалось, был готов отчитать меня как какую-то девчонку. — Я должна была, — я вздохнула. — Это был шанс увидеться с отцом… — Ну и как? Увидела? — Альтаир скрестил руки на груди. — Нет. — Почему? — Это была ловушка. Меня встретила великолепная пятёрка тамплиеров и ещё толпа на выходе. И я стала рассказывать ему всё, что произошло. И почему-то мне казалось, что Нураддин стоит за дверью и подслушивает. Возможно, с ним и Султанат. Значит, они услышат мой позор... — Ты поступила глупо, — заключил Альтаир, когда я закончила. Я оглядела себя и грустно вздохнула, ощущая себя виноватой. — Я знаю. — Ты могла погибнуть. — Погибла бы, ничего не изменилось бы. — А ты о своих родителях подумала? О Салиме и Имане, о, — он запнулся, но быстро продолжил: — Об Ордене? — А ему-то что? — Такой талантливый ассасин… Да и вообще, какого чёрта я тебя уговариваю? Если ты так торопишься на тот свет, то я могу тебе это устроить прямо сейчас. — Что ж, попробуй. Посмотрим, получится ли это у тебя, — я медленно села, превозмогая боль. Но Альтаир не двинулся. Он лишь печально вздохнул и устало посмотрел на меня. — Я ничего не сказал Аль-Муалиму про твоё исчезновение. Сказал, что ты нехорошо себя чувствуешь. Он поверил. Да к тому же, врать мне не пришлось… Я коротко, но с благодарностью, кивнула. — А что с Маликом? — Он как увидел записку, пришёл в ярость, — Альтаир усмехнулся. — Грозился доложить всё Повелителю. — Но ты… — Да, я его отговорил, — Альтаир перебил меня. — Так что, отдыхай на здоровье. — С удовольствием, — я ехидно улыбнулась. — И да, Аль-Муалим снял с тебя обязанности наблюдения за мной. Я смог совершить убийство сам и теперь я сам по себе. — А я на другое и не рассчитывала, — улыбнулась я и снова легла. — Хорошо. Отдыхай. Надеюсь, ещё увидимся, — Альтаир слабо улыбнулся и направился к выходу. — Ты ещё зайдёшь? — с надеждой спросила я. — Посмотрим. — Ты опять отправляешься на убийство? — я перевела взгляд на него. Альтаир замер возле двери и обернулся. — Да. В Дамаск. — Как вернёшься оттуда — зайди ко мне. Пожалуйста. Если я ещё буду не в состоянии ходить самостоятельно... — Я подумаю, — Альтаир открыл дверь и вышел.