Все может быть...

Глава 8 Утро. Башня старост. Душ. Одежда. Косметика. Книги. Большой Зал. И опять Гермиона опоздала на завтрак. В Большом Зале было полно учеников: кто разговаривал, а кто делал домашнее задание, которое не успел закончить вечером. Гермиона среди всей этой толпы глазами нашла Джинни и уверенным шагом направилась к ней. После того разговора с Малфоем она так и не пошла искать подругу, а прямиком отправилась на Астраномическую башню. Гриффиндорка просидела там почти до отбоя, а когда проходила мимо подземелья, то встретила Малфоя, он был пьян в зю-зю и прощался с Блейзом, – наверное, «праздновал» помолвку. Но они ее не заметили, тем лучше было для самой девушки. «Ну что мне за муж попался, который постоянно пьет и спит с новой девушкой каждую ночь?..» – промелькнула тогда у нее мысль. И в ту ночь она решила, что надо что-то менять в их отношениях, потому что так оставлять было нельзя. Как Дженсен посмела уйти после такого поцелуя, Малфой не мог понять. После произошедшего он направился в подземелья напиться с Блейзом, тот как раз звал его недавно, но повода как-то не было. Ну, вот и появился. Драко катастрофически надо было с кем-то поговорить. Когда наконец-то он все рассказал другу, про поцелуй тоже, Блейз на это только вздохнул и сказал: – Ох, нелегкая у вас семейная жизнь будет. С вашими-то характерами… – Дальше Драко его уже не слушал, он пил третий бокал огневиски и заигрывал с какой-то блондинкой, зная прекрасно, что помолвлен, и отец это не одобрит, если узнает. Прощаясь с Блейзом, он заметил ее, но не стал обращать внимание, зная, чем это все может кончиться: крики, скандал, оскорбления... Доковыляв до башни старост и бросив пароль Княгине, он, чуть пошатываясь, зашел в гостиную, но Гермионы к тому времени уже не было, видимо, сразу ушла спать… Вынырнув из вчерашних воспоминаний, парень с легким раздражением наконец заметил сидящего перед ним фамильного филина. Отвязав письмо, он холодно взглянул на Грейнджер, та ничего не делала, просто сидела и болтала с Уизли. Резкими движениями сломал герб и, развернув, принялся читать письмо. «Сынок, помолвка состоится седьмого января. Гермионе должно было прийти письмо еще вчера, так что она знает. Отец сейчас работает, они с Томом уехали во Францию на два дня по каким-то делам. Напиши мне ответ. С любовью, мама». Значит, ей пришло письмо еще вчера, а ему ничего не сказала. С невеселыми мыслями Малфой встал со своего места и направился к Гермионе. – Дженсен! – резко крикнул через весь зал, буравя девушку тяжелым взглядом. Все ученики, начиная с первого курса, обернулись на них. Гермиона вздохнула, она никак не могла привыкнуть к этой фамилии, ей нравилась прежняя, с которой она прошла через всё, начиная с Философского камня и заканчивая Второй Магической Войной. Но все же повернулась к нему. – Что? – задала такой банальный вопрос и по глазам увидела, что парень разозлился еще сильней. – Ты знала и не сказала мне, что помолвка состоится седьмого января. Так потрясена, что чистокровная, раз забыла это упомянуть? – Гермионе показалось, что он говорит слишком громко, но уступать ему все равно не собиралась. – Ничего я не знала про помолвку! – начала заводиться она, повысив голос. – И почему так рано? Все ученики и преподаватели сидели в недоумении, несколько пораженные новостью. Они наивно полагали, что Малфой решил жениться на грязнокровке. – Откуда же мне знать. На, почитай письмо. – Кинул небрежно, но она поймала. Драко видел, как девушка удивленно бегает глазами по строчкам, пребывая в легком шоке. Дочитав послание, она пару секунд стояла молча, но быстро пришла в себя. – Не знала я ничего про помолвку, – повторила уже спокойно. – Значит, хочешь сказать, что письмо не получала? – говорил так же ровно и настойчиво, с каплей надменности. Этот голос начинал бесить, но Гермиона старалась держать себя в руках. – Малфой, я тебе прямо говорю: не получала я письма! Надеюсь, конфликт исчерпан? – едко спросила она немного погодя, приподняв одну бровь. – Нет, не исчерпан. Я еще хочу поговорить насчет вчерашнего. – Ну, раз хочешь, пошли выйдем, там и поговорим. – Показывая ему на дверь, Гермиона уверенно взяла сумку и направилась в сторону выхода, но Малфой, выждав подходящий момент, без единой эмоции на лице схватил ее за запястье, притянул к себе и при всем Большом Зале поцеловал. Гермиона ответила. Все сидели с открытыми ртами. – Вот сейчас исчерпан. Это за вчерашнее, – оторвавшись от ее губ, прошептал он, смотря прямо в глаза, после чего спокойно развернулся и ушел. А Гермиона так и осталась стоять между столами шестого и седьмого курсов. – Вот ублюдок, – так же тихо прошипела Гриффиндорка, но те, кто сидел рядом, ее прекрасно расслышали. Развернувшись, она увидела, что Малфой уже подошел к двери, как вдруг резко остановился. – Один-один, Дженсен. Но Гермиона тоже не осталась в долгу, крикнув ему вслед: – Ты сам начал эту игру, Малфой. – Она по недоброму улыбнулась и, как ни в чем не бывало, продолжила свой завтрак, хотя все взгляды были устремлены на гриффиндорский стол. Не каждый день увидишь двух врагов целующими посередине Большого Зала. Или уже не врагов? Каждый задавал себе этот вопрос, но ответ так и не находил. Гермиона осмотрела весь седьмой курс и в особенности Гриффиндор и Слизерин. Все сидели в немом шоке, кроме двух человек: Блейз и Джинни улыбались, с одобрением смотря на Гермиону. Джинни подмигнула улыбающемуся парню и посмотрела на свой факультет. «Надо объяснить им, а то не знай что подумают», – размышляла про себя Гермиона и уже хотела начать свой рассказ, как сразу же передумала. Она расскажет только своему факультету. Ну или попросит Джинни… – Джин, объяснишь им, ладно? – жалобно попросила она подругу и состроила умоляющую моську. – Ох, только не смотри на меня так. Хорошо, я им расскажу после обеда, – вздохнув, пообещала та и начала собираться на урок. Гермиона последовала ее примеру: негоже опаздывать на трансфигурацию. Гермиона любила ее, но одновременно и нет, а объяснение простое: трансфигурация проходила со слизеринцами. Когда девушки подошли к кабинету, Гермиону окликнул какой-то мальчик со второго курса и отдал ей записку. Гермиона посмотрела на Джинни, а та лишь губами сказала: «Открывай». Гриффиндорка пожала плечами и послушалась подругу, сразу же узнав этот подчерк, он однозначно принадлежал Малфою. «Я ли начал эту игру? Это ты вчера сбежала. Застеснялась, так и скажи». Гермиона была в шоке и очень зла на него. Джинни заметила перемены в её настроении и выхватила записку, чтобы прочитать, после чего только ухмыльнулась и ничего не сказала. Ну ладно, сам же начал. Гриффиндорка осмотрела весь коридор и увидела, что Слизеринцы и Гриффиндорцы уже тут. Она решила, пока нет профессора, сделать счет в свою пользу. – Джинни, жди меня здесь, – предвкушая победу, сказала она своей подруге и уверенно пошла в сторону Слизеринцов. Малфой стоял с Блейзом и о чем-то расслабленно разговаривал, не ожидая нападения, Забини же Гермиону увидел, но виду не подал. Она бесшумно подошла сзади, аккуратно поднялась на носочки. – Малфой,– томно шепнула ему на ушко. Тот вздрогнул, однако спокойно повернулся к ней. Гермиона, не теряя ни секунды, поцеловала его. Как только поняла, что поцелуй становится более страстным, она оторвалась от Малфоя и так же тихо на ушко сказала: – Два-один в мою пользу. – И уже хотела уходить, как он схватил ее за талию и притянул к себе. – Это мы еще посмотрим. – С вызовом, в той же манере, ответил он, при этом поцеловав девушку в шею. Во время этого легкого прикосновения у Гермионы пробежали мурашки по коже. Чем была вызвана такая реакция, она не знает, ведь когда Рон ее так целовал, то Гермиона ничего подобного не испытывала. Она думала, что ей нравятся милые и добрые парни, как Рон, а оказывается, ей был нужен парень, как Малфой. Хотя почему «как»? Ей нужен был Драко.