Рожденный Первым

      Дни и ночи сменяли друг друга, Джейн не замечала этих перемен. Она погрузилась в работу вся, без остатка. И несмотря на это, у нее ничего не выходило, были взорваны уже четыре модели нового моста, чуда не случалось, озарений не приходило тоже. Если бы не Бъёвард, который утаскивал ее, когда пора было спать, не напоминал, что пора есть, девушка уже падала бы в обмороки от истощения.       Все тот же Бъёвард пришел однажды на закате и возвестил:       - Вам пора собираться, сегодня первый бал.       Эти слова подействовало на Джейн, как ушат с ключевой водой, она даже не заметила, что подскочила со стула.       - Мне не в чем идти, – попыталась найти отговорку Джейн.       - Я обо всем позаботился, в башне есть наряд, – смущаясь, произнес Бъёвард, – я все понимаю, Леди Джейн, но боюсь, Вы не можете не пойти, это будет оскорблением царской семьи, ведь вам было прислано личное приглашение. - И Джейн безропотно пошла за своим хранителем.       Платье, выбранное для нее матерым воином, было великолепно, хоть и несколько откровенно. Открытые плечи, глубокое декольте, под грудью ткань была собрана, а оттуда спадала, будто струясь к полу. Цвет был серым, хотя и непростым. При движении платье блестело, вызывая ассоциации с ночным светилом, отсветы которого запутались в воде, гуляя по бескрайним морским просторам.       К платью прилагался великолепный набор из драгоценностей. Бриллиантовые серьги в форме слезы и такой же кулон.       - Бъёвард, я поражена, как ты подобрал такое великолепие, – сказала Джейн, осматривая себя в зеркале.       Воин, не ответив, вышел проверять транспорт.       Зала быстро наполнялась гостями. Столы расставлены в этот раз были по-новому. Множество маленьких столов вместо одного большого, за каждым из них размещалось разное количество приборов. На возвышении, как и прежде, стоял стол для царской семьи.       Свое имя Джейн нашла быстро, рядом с ней снова оказался Хаймдел, а также Фира, девушки искренне улыбнулись друг другу. За их столом было свободно еще одно место, и к нему подошел полуоголенный мужчина. Девушки удивленно переглянулись.       Мужчина был великолепен, обнаженную мощную грудь перетягивали два ремня, которые держали темный, почти черный, плащ. Волосы цвета непроглядной тьмы каскадом спадали на спину и терялись в черноте ткани. Ноги прикрывала юбка, невероятно похожая на земную шотландку, только все того же непроглядного цвета. Любуясь этим мужественным великолепием, Джейн пропустила момент, когда вошла царская семья.       - По-моему, ты промахнулся, выбирая соседей для Джейн на этот вечер, – прошептал брату Локи.       - Это мама выбирала, – тихо прорычал Громовержец в ответ. И приготовился принимать томные взгляды девушек приглашенных на бал. В этот раз гости прибыли из всех миров (хотя Землю представляла только Джейн Фостер), и Тору было из кого выбирать.       - Позвольте представиться, мое имя Нигмат, – произнес мужчина, протягивая руку Джейн, чтобы взять ее ладонь и традиционно прикоснуться губами.       Когда девушка протянула ее ему, он вместо того что бы сделать вид что целует, перевернул ладонь тыльной стороной и прикоснулся губами, к месту на запястье где вена передает пульс в пространство. Джейн ощутила разряд тока, исходящего из места прикосновения губ, и почувствовала жаркую волну, оставившую алые следы на ее щеках.       - Я тысячник ванахеймского атакующего корпуса, – произнес Нигмат, отпуская руку Джейн и садясь на место.       - Фира, – произнесла девушка-дракон. Мужчина ей разонравился. Во-первых, руку поцеловал он только Джейн. Во-вторых, она уловила в нем что-то хищное, и этого явно не проявлялось раньше, до того, как он увидел Джейн. И в-третьих, они с Фригой разработали коварный план примирения этих двоих, Джейн и Тора. Ибо как говорил Локи: «С Громовержцем сейчас невозможно общаться, нужно его сделать более спокойным и добрым, подсунуть ему эту ненормальную из Мирдгарда».       Фригга посадила к Джейн этого самца для того, чтобы Громовержец извелся от ревности, и для этого же Фира, втянув в заговор Бъёварада, отправила Джейн сегодняшний соблазнительный наряд. И обе они почему-то не рассчитывали на реакцию девушки на этого хищника.       А Джейн, краснея и путаясь, говорила:       - Джейн, я техномаг, похоже единственный,и я с Земли.       Грянула музыка, начали вносить блюда с угощением, ужин пошел своим чередом.       Когда возвестили о начале бала, Джейн запоздало вспомнила, что асгардскийе танцы ей незнакомы. Нигмат, видя озадаченное выражение лица девушки, прошептал:       - Мы можем выйти в сад. Наученная горьким опытом, Джейн поискала глазами Бъёварда, личная охрана присутствующих стояла вдоль стен, и жестом позвала его к себе. Нигмат удивился, но спорить не стал.       - Эта ваша дуэнья? – прошептал на ухо Джейн мужчина, когда они уже шли по темному саду.       - Да, – прошептала девушка и засмеялась, впервые, наверное, за несколько месяцев.       Джейн чувствовала, как стальное кольцо, сжимающее ее, начало ослаблять хватку. Когда Джейн поняла что Тор, которому, по сути, она отказала, собирается жениться, ее жизнь обратилась в полный, беспросветный ужас. Напряжение росло с каждым днем. А в начале балла Джейн подумала что не переживет вида уводящего неизвестную девушку Тора. Сейчас же ее явно втягивали в интересную и опасную игру темные глаза рядом идущего мужчины, и благодаря этому Джейн становилось легче.       - Как Вам Асгард? – мужчина явно решил начать с нейтральной темы.       - Великолепный город, – улыбнулась девушка.       - Город? – удивленно спросил Нигмат, – вы не выходили за его пределы?       - Нет, – Джейн растерялась, - мне было некогда. И это была чистая правда, собственно говоря, девушке даже в голову не приходило что Асгард это не только полная великолепием столица.       - Единственный техномаг, помню, – улыбаясь, молвил мужчина, - не откажетесь от экскурсии? Мы даже возьмем с собою вашу дуэнью, – шепотом добавил Нигмат.       - Заманчивое предложение – что-то такое исходила от мужчины, запах, который заставлял терять голову, и она произнесла громко, так чтобы их провожатый услышал. – Бъёвард, на сегодня ты свободен, – и, проигнорировав, немой укор в глазах воина, позволила увести себя.       - А нам можно уйти с бала? – запоздало хватилась Джейн.       - Конечно, это не совсем вежливо, но вряд ли нас хватятся, – ответил ей Нигмат уже на выходе из замка. Они сели в ладью, которая передвигалась по воздуху. Джейн сразу загрустила, вспомнив, что ей нужно найти способ перемещения подобных меж мирами. Пара двинулась за пределы города.       - Далеко улетать не будем, для начала покажу Вам невероятной красоты луга за стеной города, во тьме они еще прекраснее, чем при свете дня. Может, позволите обращаться к Вам на ты? – без перехода спросил мужчина, получив согласный кивок, тепло улыбнулся Джейн.       Когда ладья вылетела из города, Джейн вынуждена была подняться, потому что сидя взирать на такое великолепие, сидя, не было никакой возможности. Трава колыхалась на ветру, образуя волны, переливалась, меняя цвета от розового к фиолетовому, отражая свет ночного светила и звезд. Слух ласкали сверчки, и какие-то насекомые ласково звенели колокольчиками. Запах скошенной травы добавлял уюта. Ощущение детской светлой сказки поселилось в груди Джейн.       На плечи ей лег плащ, а мужчина, положивший его, сказал хриплым голосом:       - Холодно.       Джейн повернулась к нему, он стоял невероятно близко, держа руки у нее на плечах. Нигмат начал наклоняться, явно желая прикоснуться губами к девушке.       Джейн, затрепетав, отстранилась. Мужчина не стал настаивать, и они просто плыли в этом разноцветном море великолепия. Нигмат же смотрел на Джейн и понимал, что пропал, такая хрупкая, в развевающемся платье, она являла собой эталон его представлений о женственности. Грусть в глазах только добавляла ей очарования.