Leaving a scar

Джастин стоял посреди комнаты и плавно выводил каждую деталь своего нового творения кисточкой на мольберте. Хоть шторы плотно и закрывали огромное окно, яркие лучи солнца все равно коварно умудрялись прокрадываться в студию блондина. Вдохновение окутывало парня с головой; в такой момент он напоминал безумца: взъерошенные волосы, испачканные краской руки и даже лицо, творческий хаос по всему лофту – вот что происходит во время работы истинного гения. На Тейлоре из одежды не было ничего кроме легких лоскутных штанов, которые он надевал исключительно во время работы над картинами – ткань давно выцвела, а капли и разводы от красок создавали целую палитру цветов и уже, конечно, не отстирывались. Джастин ходил босиком по полу вокруг полотна, пытаясь с разных ракурсов оценить общий вид своей идеи. На этот раз в рисунке его четко виднелись двое молодых мужчин с атлетическим строением тел. Фигуры сливались в одно целое, и общая картинка тут же менялась, представ перед зрителем огромным темным пятном, что больше походило на взрыв. Так оно и было. Задумка Джастина была такова, что при слиянии тел во время любовной феерии, температура накаляется, провоцируя вулканическую реакцию. Своеобразный оптический обман. Судя по лицу блондина, он был очень даже доволен тем, что делает. Кульминационным моментом стало то, что художник брызнул несколькими каплями красной краски в центр картины, чтобы усилить ‘взрывной эффект’. Браво. Все выходные Джастин провел дома, завершив работу над новой картиной, дав ей название ‘Bodies’ Explosion’ \ ‘Взрыв тел’. Он практически ничего не ел за эти два дня, что уж говорить об отдыхе. Блондин никогда не жалел своих сил, отдавая себя целиком и полностью творчеству. Тейлор жил, питался, насыщался именно такой жизнью – с красками на руках. И вот он сидел на подоконнике, держа в руках бутылку яблочного сидра, и смотрел куда-то вдаль. По студии были разбросаны тряпки, кисти, палитра и много всякой художественной всячины. Джастин погрузился в раздумья о Брайане и решился, наконец, написать ему SMS, т.к. на большое письмо сейчас у него просто не хватило бы сил. Он хотел ограничиться коротким сообщением «Я тебя люблю», но тут же одернул себя, ведь Кинни не любит всей этой сопливой чепухи. Сделав небольшой глоток сидра, блондин принялся писать. Вот что в итоге вышло: «Привет, Брай. Хотел поделиться с тобой тем, что дела мои идут в гору. Я закончил работу над своей новой картиной. А еще мои рисунки будут на постоянной экспозиции в MoMA PS1. Надеюсь, ты когда-нибудь это увидишь. С любовью, Джастин.XXX.» Тейлор перечитал черновик SMS еще раз, но все-таки стер последнее «XXX», решив, что не стоит, опять же, посылать все эти поцелуи и нежности циничному бойфренду. Да и уговор негласный существовал между ними – не подавать виду, что им плохо друг без друга. «Отправлено»… 22:34. Джастин прибрался в квартире и решил прогуляться. Желудок нестерпимо требовал еды, а в холодильнике у блондина как назло мышь повесилась. Он быстро оделся, накинул легкую черную куртку и вышел на улицу. Жизнь в Нью-Йорке в это время вовсю начинала кипеть. В свете фонарей мимо Джастина проходили абсолютно разношерстные люди. Но, прямиком направляясь в так называемый ‘гей-квартал’, Тейлор не обращал особого внимания на прохожих. Хотя путь до ‘лаунж-зоны’ предстоял неблизкий, парень решил не спускаться в метро, а пройтись пешком, дабы подышать свежим воздухом, развеяться. Достигнув, наконец, цели, Джастин остановился на углу улицы 512 West 42nd Street, окинул взглядом несколько слепящих глаза неоновых вывесок и обнаружил, что все это чертовски похоже на Liberty Avenue, словно он очутился в родном Питтсбурге. Прямо перед Тейлором располагался главный гей-клуб Нью-Йорка «XL». Немного поколебавшись, Джастин все же не решился пойти туда, т.к. в этот момент ему больше всего хотелось спокойствия, а не шумных воплей разгоряченных тел. Поэтому, пройдя значительно дальше, блондин зашел в популярный гей-бар под названием «Therapy». Джастин очень хорошо изучил за год столь специфичный квартал, а именно в этом баре он был частым посетителем. Тейлор любил это место за то, что мог сидеть здесь сколько угодно в полном умиротворении и за то, что никто не приставал к нему. Удобно устроившись за барной стойкой и заказав порцию Baileys и двойной бургер с беконом, Джастин принялся жадно поглощать свой поздний ужин. Вокруг было много парней, причем разных возрастов и статусов – все они занимались каждый своим делом. Разделавшись с трапезой, блондин подозвал бармена и заказал порцию виски. Каждый раз, заказывая виски, он вспоминал о Брайане, который так обожал этот напиток. Делая медленный глоток, Тейлор вдруг почувствовал вибрацию в кармане джинсов – SMS от Кинни. Улыбнувшись краешком губ, парень прочитал текст на экране телефона: «Привет, Джасти. Я поздравляю тебя с успешной работой. У меня, к слову, тоже перспективных проектов навалом. Хотел бы увидеть твою новую картину. Тебе привет от Майки, Теда и Эммета. Пью виски за тебя. Удачи, Джа!». Блондин перечитал сообщение несколько раз, сердце бешено заклокотало. Он настолько взволновался, что неуклюже выронил мобильник из рук. Благо, не разбился вдребезги о кафельную поверхность пола. Джа спрыгнул с барного стула, чтобы поднять гаджет, но его опередил некто. В недоумении Тейлор поднял глаза и увидел перед собой Маркуса Стенли, протягивающего ему телефон. - Мистер Стенли?... – взяв свой телефон, уставился на мужчину Джастин. В голове крутился только один вопрос. - Что же ты так неосторожно обращаешься с техникой, Джастин? – ухмыльнулся Маркус. Блондин пропустил его вопрос мимо ушей, явно горя желанием задать другой. - Выходит… Вы – гей? – с опаской, но в то же время с интересом спросил Тейлор. - Хм. Опустим эти стереотипные имена нарицательные. Мне очень давно импонирует это заведение. Я часто отдыхаю здесь. Но, пожалуй, мне по вкусу немного другие, более изощренные, места, - хитро улыбнувшись, ответил Стенли, - могу я присоединиться к тебе, Джастин? – указывая взглядом на соседний барный стул, поинтересовался Маркус. - Конечно, присаживаетесь, мистер Стенли. – Тейлор удивился тому, насколько тесен мир. Ему, кажется, начал нравиться этот загадочный мистер, благодаря которому он может прославиться. Джастин рассматривал его лицо, идеально гладкое и, казалось, шелковое на ощупь. Он выглядел так молодо и подтянуто, сексуально и пленительно. Парень заметил, как практически каждая плоть в этом баре с появлением Маркуса затрепетала. Легкий холодок пробежал по телу блондина. - Называй меня Маркусом, мы же договорились об этом, кажется. Для геев возраст не имеет значения, мальчик, - заняв место рядом с блондином, Стенли заказал две порции абсента для себя и своего собеседника и прожигающим взглядом окинул Джастина. – Абсент, как я люблю этот превосходный напиток. – В пустоту еле слышно произнес Стенли, повертев в руках бокал с зеленой жидкостью. Несколько часов Джастин и Маркус оживленно разговаривали, обсуждая самые разные темы. Блондин определенно расслабился после второй порции абсента и осмелел. Он почувствовал, что ему комфортно находиться рядом с мужчиной; во время их беседы Стенли вел себя совершенно свободно, по нему и не сказать было, что он является столь влиятельным человеком. Между собеседниками не возникало и доли напряжения, будто знакомы они были далеко не первый день. Завороженный харизмой Маркуса, Джастин внимал каждому его слову. Стенли поистине казался образованным и эрудированным человеком, он с легкостью орудовал сложными словами и выражениями, оперировал научными и философскими понятиями, что говорило о его богатом словарном запасе. В ходе разговора выяснилось также, что Маркус Стенли владеет несколькими иностранными языками, а именно французским, немецким и испанским. Эти факты заставляли Джастина восхищаться таким умом и превосходством Стенли. Блондин невольно заметил, что его завораживают темно-серые глаза Маркуса, полные тайн и загадок. От мужчины веяло приятным ароматом стойкого парфюма, что еще сильнее вдарило в голову молодого парня; он буквально не мог оторваться от Маркуса. - Хм. Что ж, Джастин, - взглянув на наручные часы из белого золота, которые еле заметно выглядывали из-под рукава рубашки, начал Маркус, - думаю, мне пора. Стоит признать, что мне было крайне приятно встретить тебя здесь. Буду рад видеть твою новую картину в моей галерее. Я сделаю из тебя настоящего художника, обучу тебя истинному искусству. – Улыбнулся Маркус. – Ах да, раз уж мы теперь оба знаем, что кружимся в одних кругах и гей-клубах, позволь пригласить тебя в следующую субботу в один из самых лучших клубов «Paddles NYC» в районе Chelsea. Уверен, тебе понравится. - Спасибо за приглашение, Маркус, я с удовольствием приду! Никогда прежде там не был, - радостно протараторил Джастин, одурманенный напитком и одеколоном Стенли, - спасибо за то, что составил мне компанию сегодня. – Сверкнув глазами на Маркуса, сказал блондин, первый раз обратившись к мистеру Стенли на «ты». - Договорились, мальчик. Не забудь, что с завтрашнего дня ты начинаешь работать в галерее. Надеюсь, идей в твоей светлой голове полно, - слегка взъерошив волосы на голове Джастина, Маркус кинул деньги на стойку бара, - до встречи, Джастин. После ухода мужчины блондин еще некоторое время сидел за барной стойкой и смотрел на пустой бокал перед собой. Потупив взгляд, он потряс головой и задумался о Маркусе. Ему очень хотелось продолжить общением с ним. Джастин даже позабыл о том, что отныне Стенли будет его боссом, если можно так выразиться. Но кто запрещал иметь близкую дружбу с боссом? Резко вскочив с барного стула, Джастин медленно поплелся к выходу. Ему дико захотелось курить, но вспомнив, что никогда не имел такой пагубной привычки, начал рыскать по улице в поисках такси. Светало.