Виртуальный роман

      Прошла неделя с момента, как к нашей компании присоединился Дарси. Изначальная настороженность и враждебность сменились легкостью. Как я сейчас понимаю, ему тоже было немного неудобно в нашем обществе, но настырное дружелюбие АрЭстократа послужило просто-таки артиллерией, под напором которой он быстро сдался и стал вести себя свободнее в беседе с нами. Это действительно был неплохой парень, с юмором и, что для себя я отметил как большой плюс, образованным. Ник его уже сам по себе говорил о хорошем литературном вкусе, пускай и необычном для мужчины. А после того, как АрЭстократ пригласил Ладу на свидание, они пропадали в игре вдвоем, обсуждая, куда пойти, и прочие мелочи, мы с Дарси оставались в чате вдвоем. Неловкие бытовые фразы постепенно уступили место увлеченным беседам на разные темы, и теперь уже я принимал его, как полноценного члена компании. Джон: Проблема была в обществе, которое отказалось его принять, это же чисто конфликт человека и социума. Дарси: И все же это на удивление пустой персонаж с низменными желаниями. Попытаться подстроиться под общество может и не выход, но он словно бестолковый ребенок. Джон: Согласен, что в каких-то моментах было очевидно, что стоит говорить, а что нет. Упущение автора? Дарси: Или же полноценный по своей пустоте персонаж. Не зря же называется «Посторонний». АрЭстократ зашел в чат. АрЭстократ: Приветики, мои зайцы! Скучали??? Дарси: Привет. Конечно, скучали. Как успехи? АрЭстократ: Завтра второе свидание, я очень нервничаю! >.< Джон: Ты нагло прервал нашу беседу, сгинь. АрЭстократ: Даааарсиии, Джон меня обижает! Скажи ему! Дарси: Но… ты действительно прервал нас) Хотя мы вполне можем продолжить позже, правда? Джон: Само собой. АрЭстократ: Как-то я прозевал момент, когда вы стали такими дружными… Что еще я пропустил? Джон: Упустил факт, что сегодня ты должен был забрать свою лошадь и перевезти ее наконец в свою конюшню! Арэстократ: *О* Прости, солнце, я забыл! Сейчас пришлю конюха ;) Дарси шепчет вам: Ты сегодня ночью будешь? Вы шепчете Дарси: Само собой. Дарси шепчет вам: Тогда спишемся еще, а то сейчас не поговорим) Дарси: Леди Катарина позвала меня к себе на обед, вынужден вас покинуть, джентльмены. Джон: Та клуша? Сочувствую… АрЭстократ: Ну, Джооон… Дарси: Ставьте мне памятник, если я вернусь. Дарси покинул чат. АрЭстократ: А тебе на пары разве не надо? Джон: Сегодня день самообучения. АрЭстократ: И как проходит самообучение?))) Джон: Спасибо тебе, теперь совесть не даст мне поиграть! АрЭстократ: Зови меня Моя Светлость! Джон: Пойду в библиотеку, на завтра эссе писать еще… АрЭстократ: Ну, бывай =* Джон покинул чат.       Никогда не считал себя глупым человеком. И сейчас не считаю. И все же, когда общаешься с кем-то образованным и если вдруг не можешь подобрать слов, чтобы отстоять свое мнение, чувствуешь себя идиотом. Такое случалось у меня на этой неделе пару раз, когда наше с Дарси обсуждение переходило в спор, и я не мог отстоять свою точку зрения, хотя считал, что прав. В итоге мы решили пока обсуждать различные книги, чтобы споры не становились слишком уж жаркими. Так перед приходом АрЭстократа мы уже с полчаса как делились впечатлениями о книге Камю «Посторонний». Именно Дарси посоветовал мне ее прочесть, что я и сделал. Роман оказался небольшим, но занимательным, я почерпнул для себя много интересного из него, хотя не скажу, что он перевернул мою жизнь. Но стал отличной почвой для наших бесед.       По дороге в библиотеку я незаметно рассматривал людей, спешащих по своим делам, и невольно сравнивал их с обществом из романа. Определенно, в наше время к проблеме «Постороннего» отнеслись бы иначе. Быть бесчувственным – грех. Или грех считать таких людей преступниками? Если верить книге, в те времена общество придерживалось первого утверждения. Сейчас же, когда всемирная паутина кишит броскими фразами вроде «А мне похуй!», это крайне сомнительно. Относиться ко всему с полным равнодушием скоро станет для нас нормой: к добру это, или нет?       Я протянул карточку полной женщине у входа в читальный зал и пошел вдоль полок. Эссе по зарубежной литературе нам задали на свободную тему, и я решил воспользоваться случаем, чтобы развить идеи романа Камю. Правда, книг с критикой к этому произведению оказалось немного, а полезных сведений в них еще меньше. В итоге, как всегда, пришлось лить воду, сведя к минимуму конкретизацию.       Пара часов в тишине и покое, и я уже возвращался домой с готовым эссе, продолжая обмусоливать тему «Я и общество» в своей голове. Со мной всегда так бывало: стоит какой-то идее закрасться в мою голову, как ее оттуда метлой не выметешь, пылесосом не втянешь. Мои размышления о философии жизни прервал неожиданно упавший передо мной человек. Некий мужчина средних лет, явно под градусом, только что вылетел из подворотни, чуть не сшибив меня с ног, и приземлился на спину с угрожающим хрустом. Но, видимо, это не сильно ему повредило, так как он вскоре вскочил на ноги и, сплюнув сгусток крови, ринулся обратно туда, откуда вылетел. Я с интересом заглянул в темный переулок и заметил копошащуюся толпу тел. Судя по всему, их было четверо. Одного из них я уже успел повстречать, еще двое были пьяны так же, как и первый. И последний, как оказалось, тоже был мне неплохо знаком.       Каким ветром Стаса занесло в темный переулок и как он умудрился ввязаться в драку с тремя не совсем молодыми алкоголиками, я не знал, не представлял и знать не желал. Я уже собирался проскользнуть мимо, прекрасно понимая, что через пару минут алкоголики разделят печальную судьбу капитана баскетбольной команды, но в голове вдруг всплыли все строки, которые я так старательно выводил в эссе. Является ли безразличие грехом?       Не успел добавить: когда мысль поселяется в моей голове, она вполне может захватить меня целиком, пробудить во мне некие человеческие качества, о которых я даже не подозревал. Я прекрасно понимал, что Стас справится с этими горемыками, и что моя помощь тут совсем не к месту. Но, если брать в расчет меня и то, могу ли я взглянуть со спокойствием в лицо своей совести, то решимость сходила на «нет». Будь проклят день, когда Дарси посоветовал мне прочитать «Постороннего». - Милиция? Да, тут в переулке драка, а адрес…       Приложив к уху телефон, я громко говорил, искоса поглядывая на застывших драчунов. Как я и думал, этой нехитрой идеи хватило для того, чтобы трое пьяных, кидая вдогонку пустые угрозы, на заплетающихся ногах ретировались быстрее, чем я успел договорить адрес.       Из тени вышел Стас. Вид у него, как всегда, был хмурый, на кулаках виднелись ссадины, и он как-то подозрительно смотрел на меня, словно это не я только что помог ему. Под этим тяжелым взглядом синих глаз невольно подкашивались ноги, поэтому я просто развернулся и зашагал своей дорогой. Я боялся, что он окликнет меня. Пускай даже чтоб поблагодарить. Это было бы страшно. Пусть лучше в благодарность и дальше игнорирует меня, нам ведь осталось учиться вместе чуть больше года.       Но он не окликнул меня. Я спокойно дошел домой, где расслабленно выдохнул и завалился на диван, по дороге включив сообщения на автоответчике. Звонила мама, интересовалась, как я поживаю, не скучно ли мне одному, не собираюсь ли я вернуться. Разумеется, нет. Для спокойствия матери, я перезвонил и сказал, что все со мной хорошо, учусь и домой не хочу. Конечно, я не мог назвать ей причину.       Когда мне было семнадцать, моей отец скончался от сердечного приступа. Мы с мамой сильно горевали, но это не помешало ей уже через полгода выйти замуж во второй раз. Моим отчимом стал старый знакомый родителей – Роман. До того момента он был для меня просто «друг папы и мамы», посторонний. Сказать по правде, он и сейчас был посторонним. Даже больше.       Роман зарабатывал достаточно, чтобы содержать нас всех, но у мамы была своя работа, которую она не хотела бросать, да и смысла делать это не было. Я не маленький, ей не надо обо мне заботиться, поэтому она утром готовила на всех завтрак, шла на работу, и возвращалась вечером, к ужину. Роман же работал полдня. Не знаю, то ли положение предусматривало, то ли связи позволяли, но он возвращался с работы раньше, чем я с учебы. Через полгода нашей «семейной» жизни, я стал замечать некоторые странности в поведении отчима. Сначала пристальные взгляды, потом не совсем случайные прикосновения, затем шаги в моей комнате, когда он думал, что я сплю. Когда мне было девятнадцать, он, в конце концов, попытался меня изнасиловать. За что получил в нос и между ног.       Маме я просто не осмелился это рассказать. Она радовалась семейному счастью, хлопотала вокруг «своих мужчин», и в итоге я решил съехать. Роман, помня, чем закончились его домогательства, охотно согласился снимать мне квартиру около университета, оплачивать пропитание и все остальное, чтобы я сосредоточился на учебе и не работал. За это я согласился молчать.       Таким образом, из-за чужого человека я сам стал посторонним, а он занял мое место и стал своим. Время от времени я приезжал проведать маму и потолковать с отчимом на тему, что будет, если он заставит ее плакать. Роман вроде все неплохо понимал с полунамека. Он не отличался силой или ростом. В свои двадцать лет я уже был немного выше него, хотя сам не был великаном, а в плечах так точно шире. В общем, для своего же блага он вел себя паинькой. Джон вошел в чат. АрЭстократ: Да нет, разве что возраст могу назвать. АрЭстокрт: Ой… Джон: Что за «ой»? ЛедиЛада: Мы тут делимся секретами, присоединяйся) Джон: Судя по этому многозначительному «ой», вы обсуждали меня… Дарси: Друг друга мы уже успели обсудить, один ты остался. Джон: Нормально, а ничего, что я все пропустил и должен отдуваться? ЛедиЛада: Да ты про нас уже все знаешь. А с Дарси вы еще успеете наговориться, пока нас не будет завтра. АрЭстократ: *///* Дааа, не будееееет. Дарси: Не надо так стесняться. Вот Лада и АрЭстократ, оказываются, ничего о тебе не знают, кроме возраста. Джон: А им и не нужно. Мы и так неплохо ладим. Зачем мешать реальную и виртуальную жизнь? АрЭстократ: T________T Джон: Прости, я не про вас. ЛадиЛада: Да ладно тебе, уже не первый день знакомы, можно немного приоткрыть завесу над своей темной личностью. Джон: Я уже успел стать темной личностью… Ладно, но в пределах разумного. Что хотите знать? АрЭстократ: ДЕВУШКА ЕСТЬ?!!! ЛедиЛада: Постыдился бы так откровенно… Джон: Нет. ЛедиЛада: Неожиданно… Джон: Почему? Дарси: Я тоже думал, что есть… Джон: … уж простите, что у меня нет девушки. Они мне надоели. АрЭстократ: Да у тебя печальный опыт что ли? Джон: Скорее, это я печальный опыт в их жизни. ЛедиЛада: Ладно, теперь я спрашиваю. Как ты относишься к людям? Джон: С чего вдруг такие серьезные вопросы?.. Тут же дискуссировать можно до рассвета. ЛедиЛада: Хорошо, слегка изменю структуру. Каких людей ты предпочитаешь видеть в своем окружении? Джон: Ты меня пугаешь, Лада… Пожалуй, интересных людей, с которыми есть о чем поговорить. И само собой, чтобы как личность были интересными. АрЭстократ: А есть неинтересные личности? Дарси: Полно. Джон: Вот, Дарси меня понимает. ЛедиЛада: К примеру? Джон: Ну, скажем, это бесчисленная серая масса, которая старается следовать моде и абсурдным правилам, которой обязательно надо найти несчастного козла отпущения. АрЭстократа: Бывают и такие… ЛадиЛада: Таких людей можно назвать просто слабыми, это не значит, что они неинтересны. Дарси: У трусов слишком отличный взгляд на жизнь, и он интересный только на поверхности. Взять хотя бы самоубийц…       Мы сами не заметили, как наш разговор перешел с меня на людей в целом. Когда мы очнулись, было уже глубоко за полночь. АрЭстократ и Лада заторопились лечь спать, потому что завтра у них первое повторное в реальности, и портить себе настроение философией они не хотели. Я с Дарси же еще несколько часов проболтал сначала об обществе, затем мы вернулись к «Постороннему» и разошлись, когда уже не было сил и дальше сидеть.       Проснулся я от настойчивого звона мобильного и последовавших ругательств от Валеры. Из его слов я понял только, что проспал не одну, а целых три пары, и что сегодня смысла приходить уже нет, но завтра я обязан явиться к самому утру. Я пообещал и искренне понадеялся, что буду в состоянии выполнить это обещание. С грустью я взглянул на лежавшее на столе эссе, которое теперь предстоит с большим трудом втюхивать Зое Андреевне, которая вечно отказывается принять работы позже назначенного срока.       На душе было как-то пусто. Длительные разговоры о жизни и том, что ее наполняет, неизменно вгоняют в депрессию. Мне пора было бы это запомнить и перестать грузиться. Широко зевнув, я скатился с кровати прямо к шлему и погрузился в игру. Джон вошел в чат. Дарси: Доброе утро. Джон: У кого доброе, а у кого… сам знаешь. Дарси: Еще как) Не пошел в универ? Джон: Куда там, только проснулся. Дарси: Та же история. Когда проснулся, уже и смысла не было идти, пока бы доехал, уже можно было бы разворачиваться обратно. Кстати… я вчера так и не задал свой вопрос. Джон: И ты туда же? Ладно, валяй. Только никакой философии! Дарси: Уболтал) Какого цвета у тебя глаза? Джон: Карие… возможно. Черные, наверное. Дарси: Ты когда в зеркало глядел хоть, раз цвет глаз не знаешь?) Джон: Давно. Неохота. Не люблю свою внешность. Дарси: Какое совпадение, я свою тоже. Правда, это не мешает мне знать цвет глаз или волос. Джон: И какой же? Дарси: О, теперь ты будешь вопросы задавать? Уверен, что хочешь знать именно это? Джон: Ты прав, пускай это будет мой бонус. Использую этот шанс, когда захочу узнать о тебе действительно что-то важное ;) Дарси: Похоже, я попал… Джон: Не то слово, сударь! Дарси: Проехали) Как думаешь, у Лады и Арэста все в порядке? Джон: Да все у них будет отлично, не переживай. И что за Арэст? Дарси: АрЭстократ слишком длинное… Джон: Ахаха, пожалуй) Дарсин: Мистер Джон, разрешите задать вам еще один вопрос? Джон: Еще не все, мистер Дарси? Дарси: Отнюдь. Сударь, а какого черта вы торчите все время дома, а не пойдете, например, в кино с друзьями? Джон: Это невозможно по той причине, что у меня нет друзей. Дарси: Серьезно? Как так? Джон: Да вот так. Друзья, как и девушка, ограничивают меня. Предпочитаю посидеть дома в тишине. Дарси: Пардон, а как же секс? Джон: …………………………………………………. Дарси: Да ладно, не говори, что ты девственник! Джон: Могу обрадовать – нет. Есть девушка для развлечения, видимся с ней время от времени. И чего вдруг разговор перешел на это? Дарси: Молчу, молчу. Только… не злись. Джон: Не злюсь я. Дарси: Точно? Джон: Да. Ты что, переживаешь? Дарси: Вроде того. Джон: И чего? Подумаешь, поругаемся, помиримся. А даже, если не помиримся, ничего страшного. Дарси: Как это ничего? Мы же… хотя ничего, проехали. Джон: Ну уж нет, сказал «А», говори «Б», не люблю я эти загадочные обрывчатые фразы. Дарси: Просто, я подумал, что мы почти друзья… Глупо, конечно, мы общаемся меньше месяца, просто у меня в жизни тоже друзей нет, а с вами так легко, что я подумал… Джон: Дарси, мы правда друзья. Просто, бывает, даже старые друзья могут вдруг перестать общаться. Даже не из-за ссоры, просто, без видимых на то причин они сначала перестают видеться, их общение сводится к СМС или сообщениям в вконтакте. А потом они и вовсе забывают друг про друга, у них появляются новые знакомые. Это как гардероб: старые вещи мы выкидываем, когда они нам надоедают. И сложно сказать, кто из них виноват. Дарси: Мне бы не хотелось, чтобы мы в один день перестали общаться… Джон: Не хотелось бы тебя огорчать, но мы общаемся только в игре. Мы можем сколько угодно раз считать себя друзьями, но реальная жизнь возьмет свое. Мы не сможем всю жизнь торчать в «Эпохе личностей». Дарси: Я как-то не задумывался над этим… Жаль. Джон: Да ладно, это все еще нескоро будет) И бывает же по другому, взгляни хотя б на АрЭстократа и Ладу. Дарси: Верно, мало ли, как жизнь сложится. Все, пойду я делами займусь, у меня тут слуги разленились, надо прокачать им выносливость. Джон: Дерзай, господин) Дарси покинул чат. Джон покинул чат.