Виртуальный роман

      В силу законов природы, ни одно существо не может убежать от своей натуры. Хищники не могут перейти с мяса на траву, а птицы не начнут строить гнезда под землей. Подобное правило существует и для человека. Мы действуем в силу нашей сущности. А какова она у людей? На это нельзя дать определенный ответ, оттого и получается, что устоявшегося мнения о человеке составить не получается. В каждом из нас крепко сидит мысль, что Я – особенный. Мы просыпаемся и живем с осознанием собственной индивидуальности, зная, что мы незаменимы, и вообще без нас планета не просуществует и часа. Появилась определенная прослойка людей, которая ненавидит себе подобных. Они готовы бить себя в грудь и кричать, что люди – мерзкие, прогнившие создания, которым наплевать на всё и вся. Издержки индукции.       Давайте посмотрим правде в глаза, мы – люди, и с этим ничего не поделаешь. Жизнь в теле человека дана нам не просто так, а с какой-то целью. И уж точно не для того, чтобы мы скулили, что человечество отвратительно, или чтобы мы запирались ото всех в четырех стенах, сетуя на то, какими родились. Нельзя так же отрицать, что во всех из нас есть как доброе, так и плохое начало. - Предположим, что ученик не хочет учить ваш урок, родителям наплевать, а классному руководителю нет времени их переубеждать. Таким образом ученик присутствует на вашем уроке, но мешает и вам, и остальным ученикам. Стоит ли ставить крест на таком ученике?       Лилия Викторовна округлила глаза, с надеждой осматривая нашу группу. Поднялось несколько рук. - Разумеется, нельзя! – уверенно заявила Лиза, вскинув подбородок. – Учитель обязан помочь каждому ученику!       И снова этот ее жест. Вскинутый подбородок означает аргументацию. Сразу видно, она не потерпит пререканий, ее мнение – единственно верное. - Тогда, может, ты предложишь варианты решения этой проблемы? – чуть не прыгая от возбуждения, продолжила преподавательница. - Конечно! Нужно использовать любые способы, чтобы заинтересовать ученика в своем предмете. Показать ему, насколько он интересен! - Несомненно, - фыркнул Игорь. – Попробуй, заинтересуй его математикой. Если у него нет предрасположенности к предмету, то тут уже ничто не поможет. - Это не так! – вмешалась Лена. - Если ученика не тянуть, не давить на него, чтобы он мог учиться в своем темпе… - … то тогда он отстанет от программы, - неожиданно отметил Стас, и вся аудитория притихла. – Да, способности у всех разные, и минус системы образования в том, что она рассчитана на среднестатистического ученика. В результате, талантливые дети скучают на уроке, потому что материал уже усвоили, а остальные опускают руки, поскольку это для них слишком тяжело. - Так что, проблему стоит оставить вообще без внимания? – с вызовом обернулась к нему Лиза. - Я этого не говорил. В подобных случаях можно было бы посоветовать родителям ученика нанять репетитора, но, как заметила Лилия Викторовна, им все равно. Не думаю, что в этом случае ребенку можно как-то помочь. - Что ж… - растерялась Лилия Викторовна, - это может и так… Леша! А что ты думаешь об этом?       И почему всегда я?.. - Если взрослым плевать, - я старался не смотреть на Стаса, - то единственный вариант – повлиять на самого ученика. Как предложила Лиза, нужно заинтересовать его в предмете. Есть множество способов. Можно узнать, чем ребенок увлекается, кем мечтает стать, и связать его мечты с предметом, дать ему стимул, так сказать. - Верно! – заулыбалась преподша. – Это может помочь! - Если говорить про среднюю школу, - снова заговорил Стас, - то в этом возрасте дети еще ничего не знают о своих же желаниях. Сегодня они хотят стать космонавтами и балеринами, а уже завтра – хакерами и моделями. Почти все они – ленивые малолетки, мечтающие вернуться домой, сесть за компьютер и позависать на сайтах. - Но ведь и мы такие, - я слегка скосил на него глаза. – Я тоже мечтаю прийти домой, сесть за компьютер и поиграть в игру, например. Однако это не мешает мне учиться. Рано или поздно детям придется взяться за голову и расставить приоритеты.       Стальной взгляд синих глаз остановился на мне. Лилия Викторовна обеспокоенно заерзала на стуле, но тут прозвенел звонок, и она с облегчением отпустила нашу группу. Я молча покинул аудиторию и только на лестнице глубоко вдохнул и выдохнул.       Я не в первый раз замечаю, что наши взгляды со Стасом сильно расходятся, когда дело касается психологии или философии, а, следовательно, педагогики. Но раньше я в открытую ему не перечил, считая, что смысла нет. Сегодня я, по какой-то причине, не сдержался. Это все Дарси виноват. Мы почти каждый день говорим с ним то об одном, то о другом, и пререкаться стало для меня чем-то обыденным. Вот только Стас – не Дарси. Он и в зуб дать может, и с лестницы спустить. Кстати, нет ли его сзади, а то я как раз на лестнице?..       Но все спокойно, я был один. Это была последняя пара, пятница, впереди выходные, значит, не стоит забивать голову всякой ерундой. Я уже повернул за угол, когда мне на плечо опустилась тяжелая рука, заставив меня согнуться чуть ли не пополам. - Смертник! Что с тобой сегодня? – Влад весело подмигнул мне. - Не похоже на тебя, Леш, спорить с кем-то, - подошел Лера. – Тем более, со Стасом. - Да это всего лишь дискуссия, чего вы паритесь, - отмахнулся я. - Ты скоро станешь, как Лиза, - хихикнул Влад. – Эта, со своим черным поясом, Стаса не боится, вот и может открыто бросать ему вызов. Может, у тебя тоже поясок какой по карате завалялся? - Нет у меня ничего. Только инстинкт самосохранения. - Который в последнее время стал сдавать, - нахмурился Валера. – Вчера, когда ты раскритиковал эссе Стаса по литературе, мы думали, что все, конец. Как так получилось, что ты еще жив и продолжаешь идти против него? - Да я не иду против него, просто так получилось, что у нас разные взгляды на одни и те же вещи. Все, отцепись, Влад, мой автобус пришел. -Ты ж вроде пешком ходишь! - Сегодня не хочу. - И правильно, мало ли, кто по углам прячется, еще побить может!       Я, как всегда, выставил ему на прощание средний палец и сел на свободное место, раскрыв книгу. Правда, читать я не торопился. Еще до того, как закрылась дверь автобуса, я заметил впереди густую шевелюру каштановых волос. Что за повороты судьбы такие? Как Стас очутился в этом автобусе? И что самое занимательное – он меня тоже заметил.       С недавних пор в общественном транспорте ввели такое новшество, как зеркала над каждым местом. Если не ошибаюсь, на этом настояли девушки. Черт его знает, зачем правительство потратило такую уйму денег на эту фигню, но факт оставался фактом: я смотрел в зеркало, висящее над Стасом, и видел отражение его глаз, которые в упор глядели на меня. Может и не на меня вовсе, может, мне это кажется из-за зеркала, но я решил, что так оно и было на самом деле. Как и прежде, эти глубокие синие глаза сквозили холодом, и меня пробрала дрожь. Вот только взгляда я не отвел. Не мигая, мы смотрели в глаза друг другу через зеркало, фактически ни о чем не думая. Чем дольше это тянулось, тем выше становилась температура моего тела, дошло до того, что по моей шее начал стекать пот, хотя в салоне было довольно прохладно. Странно, но я даже ощутил какое-то странное жжение внизу живота…       Тяжело выдохнув, я все же отвел взгляд, ощущая, как по щекам разливается жар. Это было невыносимо, я должен был выйти. Вскоре автобус остановился, и я на ватных ногах вывалился из автобуса и, не оборачиваясь, побрел дальше. Знаю, что бывают такие мужчины, про которых женщины говорят «раздевает взглядом». Не сказал бы, что Стас так делал, но под его упрямым взором мне становилось до такой степени неловко, что само его присутствие делалось пыткой.       Решив перевести дух, я сел на скамейке у остановки. Джон вошел в чат. Дарси: О, какие люди! Джон: Помолчи, пожалуйста… Дарси: Чего ты? Я вот тебя уже минут 30 караулю, чтоб продолжить наш утренний разговор) Джон: Не сейчас, хватит с меня споров на ближайшее время. Дарси: Что-то случилось? Джон: Нет… пока. Это ты виноват, я теперь не слежу за своим языком и болтаю лишнее. Дарси: Да в чем дело? Спор перешел в драку? Джон: Да ну тебя, я этого как раз пытаюсь избежать! Черт… Мне и так хреново, давай не будем. Дарси: Эй, ты точно в порядке? Джон: Я точно НЕ в порядке. Я… Как ты думаешь, что важнее, слова или взгляды? Дарси: Ну и вопросики! И потом, важно и то, и другое. Джон: И все-таки? Дарси: Все-таки, оба. Конечно, говорят, что взгляды красноречивее слов, но и то, и другое можно понять, как заблагорассудится. Взгляд, вроде как, открытый и откровенный, его не подделаешь, в то время как мы можем сказать одно, а подразумевать другое. Но взгляды слишком непостоянны, чтобы на них полагаться… А чего ты вдруг об этом заговорил? Джон: Меня сегодня чуть не убили… Дарси: ?! Джон: Взглядом. Такой холодный, словно через него ко мне тянулись ледяные руки, чтобы задушить. Я правда почувствовал удушье, и меня бросило в жар. Дарси: Боже, у тебя появилась поклонница? Джон: Какая, к черту, поклонница!? Дарси: А что такого? Может, ты сам влюбился? О взглядах людей, которые нам совершенно не интересны, мы и думать не станем. Я, лично, именно взглядам отдаю предпочтение, какие бы слова ни использовал. Джон: Что, ты из тех, кто через взгляды пытается передать свои мысли? Дарси: Скорее, через взгляд я пытаюсь понять чужие мысли. Но это возможно только при прямом контакте. Джон: И часто ты этим пользуешься? Дарси: Не очень, по большей степени мне безразличны люди, в глаза я смотрю своему собеседнику. Кстати, раз зашел об этом разговор, сегодня со мной тоже случился подобный случай. Я столкнулся с довольно пустым взглядом, в котором абсолютно не было чувственности, хотя по всем канонам она должна была быть. И, тем не менее, у меня закипела кровь от ощущений и того, что я читал в тех глазах. Джон: Надо же, и чего ты вычитал в них? Дарси: Возможность. Джон: Возможность? Дарси: Да. Возможность сблизиться с этим человеком. Даже если взгляд был пустой, он был направлен на меня в течение длительного времени. Джон: Дарси, ты сейчас в универе? Дарси: Нет уже, пары закончились почти час назад, сейчас домой еду. Джон: Ясно…       Мне стало сильно не по себе. Это может быть просто совпадение, но вдруг… только предположение, если Дарси – это… Нет, это просто невероятно. Эти две личности настолько противоположны, что даже предположить, что это один человек, невозможно. Джон: Слушай, я сегодня в игру не зайду уже, буду заниматься, так что завтра спишемся. Дарси: Если получится ;) Мне завтра на занятия. Дарси покинул чат. Джон покинул чат.       А у нас выходной. Я облегченно вздохнул. Конечно, это не может быть Стас. Расслабляться все же не стоит, но и перегибать палку не буду. Так или иначе, мне удалось немного успокоиться. Два дня я проведу вдали от универа в компании приятных мне людей. А со следующей недели просто буду вести себя, как прежде, пока Стас не наметил меня в следующие жертвы.       И если подумать… Как Дарси разглядел в чьем-то взгляде возможность на сближение. Он сам только что говорил, что ему люди, по большей части, безразличны, а значения их взглядам он не придает. Это может лишь означать, что Дарси сам ищет пути сократить дистанцию между собой и тем человеком. Наверное, это милая и улыбчивая девушка.       Резкий укол в груди заставил меня насторожиться. Верно, реальная жизнь медленно протекает в нашу игру, от этого никуда не деться. Сначала АрЭстократ и Лада после первого свидания стали все чаще зависать вне игры, а теперь, если у Дарси появится пассия, то я останусь один. Если с романом Лады и Арэста я смирился давно, то неожиданный интерес Дарси к кому-то сильно меня огорчал. Я успел привыкнуть к общению с ним, регулярные разговоры, будь они серьезные или повседневные, вошли в привычку и крепко укоренились в сознании. Правда, я всегда знал, что это когда-нибудь кончится, сам же говорил об этом Дарси. Чего теперь сожалеть?       И как всегда одна мысль завладела моим сознанием, и все выходные я провел в сомнениях и поисках наилучшего решения. Дарси в игру не заходил за все это время, лишь изредка забегал в чат. Так в субботу он действительно был на парах, с них мне и писал, а в воскресенье заглянул только один раз, и то ненадолго. - Мистер, вы так бледны, - смешок над ухом. - Влад, отвали, ладно? – я отмахнулся от надоедливого одногруппника. - Не дуйся. Леры сегодня не будет, поэтому я к тебе подсел. - Ты же знаешь, я предпочитаю сидеть один на семинарах. Давай, сгребай свои манатки и вали к Лизе. - Ты смерти моей хочешь? Да не капризничай, я не буду мешать. Сильно.       Отличительная черта Влада – приставучесть. Обычно старший брат держит его под контролем, но, раз Валера сегодня не пришел, он воспользуется случаем. И первой его целью, видимо, было извести меня. - О! Гляди, а вот и твой Стас! – шепотом сказал мой сосед, указывая одними глазами на вошедшего в аудиторию юношу.       В тот момент, когда я поднял глаза на Стаса, наши взгляды встретились, и холодная иголка снова вонзилась в мой мозг. Пальцы у меня сразу похолодели, а сердце отчего-то заколотилось в предчувствии опасности. Я пообещал себе сегодня молчать и не ввязываться в спор с этим человеком.       Стас занял парту прямо позади нас с Владом. Мой сосед, в силу своей природы, отсалютировал ему, пожелав доброго утра, на что Стас еле заметно кивнул. А я не нашел в себе сил даже повернуться. Да куда там, я с собой никак не мог управиться, еще не хватало нового стресса.       Со звонком, в аудиторию вошла Валентина Степановна, и начался урок литературы. Эта женщина была чрезвычайно мягкой и не хотела давить на своих «бедных студентов», поэтому хорошие оценки брались буквально из воздуха. Правда, это не мешало нашим энтузиастам активно отвечать на ее парах. - В прошлый раз я просила вас подготовить устный доклад о своем любимом романе, - сладко заговорила преподавательница, обводя взглядом аудитории. – Может, кто-то хочет начать? - Разрешите?       Разумеется, Лиза. Пускай все ее мысли были чрезмерно оптимистичны, и я не придавал им особого значения, сейчас, чтобы отвлечься от своих страхов, я весь обратился в слух. Лиза повела речь окольными путями, нагружая нас сначала общими сведениями о романтизме, потом потихоньку перешла к своим любимым писателям и, наконец, озвучила книгу, о которой пойдет речь. - Для доклада я выбрала «Телени» Оскара Уайльда, - с жаром выпалила она.       Допустим, писателя я прекрасно знаю. Но вот… никогда не слышал об этой книге. Интересно. - «Телени, или оборотная сторона медали», верно, моя милая? – переспросила Валентина Степановна. - Да! – надувшись, как воздушный шарик, отозвалась девушка. - Что ж, - преподавательница почему-то резко покраснела и сцепила руки в замок. – Кто-нибудь еще читал этот роман?       Все стали переглядываться, поднялось еще две неуверенные руки Лены и Марты, которые тоже покраснели, словно спелые помидоры. - Ну, тогда, думаю, остальным будет интересно послушать о «Телени», - сомневаясь в своих же словах, кивнула преподша. – Начинайте, Лизонька.       И Лиза начала. Как всегда, необъятные литры воды, без которой можно было обойтись. Я заметил, что сама ораторша тоже заметно покраснела, пока поясняла нам суть книги. За расплывчатыми фразами про «страстную и трагическую любовь», последовали имена героев и, собственно, сюжет. - Так это про гомиков, что ли? – подняв руку, вмешался Влад. - Грубо говоря, - вспыхнула Лиза. – Но не только. В романе описаны отношения и между двумя девушками, и обычные. - Обычные? Ты имела в виду, нормальные? – хмуро переспросил Игорь. - Если бы вы почитали этот роман, то поняли, что нормальными отношениями можно… - Погоди, - снова перебил Влад, - ты вначале говорила, что это эротический роман? Так что же, там все описывается?       Лиза ничего не ответила, но по тому, насколько сильно она зарделась, можно было догадаться. - В книге описываются тонкости общества того времени. Скрытые желания и…       Ее слова потонули в нараставшем гуле голосов. Такая тонкая тема невероятно заинтересовала всех присутствующих. Не смотря на то, что роман читало только три человека, не считая Валентину Степановну, в обсуждении учувствовали все. Группа мигом поделилась на тех, кто осуждает такого рода отношения, и на тех, кто относится к ним лояльно. Преподавательница тщетно пыталась унять ребят. Лиза, а вместе с ней Лена и Марта, время от времени вставляли в спор примеры из самого романа, но, по сути, все свелось к спорам на тему «Однополые отношения, и как мы к ним относимся».       Влад, сидевший рядом со мной, пусть и не так яро, как некоторые, но тоже принимал активное участие в дискуссии. Правда, как мне показалось, он никак не мог определиться, на чью сторону встать. То он видел в таких отношениях низость и гадость, но уже в другой момент озадачено соглашался, что такая любовь имеет право на существование. Я же сидел молча, не желая быть частью этого безобразия, хотя, слушая доводы обеих сторон, делал некоторые выводы. Но молчал не только я. Стас позади тоже не проронил ни слова за все время. - Ааа, боже! Леха! Вот скажи, ты-то что думаешь? – не выдержав напора Лены, Влад обернулся ко мне. - Почему ты меня спрашиваешь? – недовольно отозвался я, по-прежнему не желая ввязываться. - Так ведь ты молчишь! Давай, поддержи меня, дружище! - В чем? Ты сам определись, а потом поддержки проси. - Лешенька, - встряла Лиза, - ты-то парень с мозгами, скажи, ведь однополые отношения приемлемы? - Да чего вы ко мне пристали? – возмутился я. – Если двое мужчин любят друг друга, то это их дело! Они же никому не мешают! Или что, думаете, раз парень – гей, то будет пытаться совратить каждого встречного мужика? - Вооот! – победоносно воскликнула Марта. – Если два любящих сердца нашли друг друга, какое вы имеете право вмешиваться?! - Так-то оно так, - замялся Влад, - но ведь это… ненормально. - Вот ты мне скажи, - донесся до нас возмущенный голос Лены, которая с Влада уже переметнулась на Игоря, - ты порно смотришь? - Сдурела что ли? – Игорь, считай, упал со стула. - Смотришь, смотришь. Все вы смотрите! Так вот признайся, лесбийское порно ты тоже смотрел! И не говори, что нет! Все парни его хоть раз, но смотрели! - Ленка, ты в своем уме? – покраснев, возмутился Влад. - А ты скажи, что не смотрел! И что тебе не понравилось!       Влад, превратившись в неоновую алую табличку, молча вжался в стул. Я, прикрыв лицо рукой, тяжело выдохнул. В этот момент прозвенел звонок. Это был единственный раз, когда я вылетел из аудитории самым первым. Хоть я и пропустил первую пару, а впереди еще две, с меня было довольно. Я проскользнул вместе с толпой на улицу и медленным бегом отправился домой. Почему-то я был на взводе. Если честно, после того, как поступил Роман, я думал, что буду относиться к однополым отношениям крайне негативно, но видимо, недооценил свой пофигизм. Или лояльность. Так или иначе, разговор о двух влюбленных мужчинах не заставил меня с отвращением отвернуться, более того, я обнаружил, что отношусь к этому более чем с пониманием. Чуть ли не с поддержкой.       Дойдя домой, мне вдруг захотелось в людное место. Я подхватил «Постороннего» и направился в библиотеку. Показав пропуск, подошел к женщине за столиком. - Простите, я хотел бы сдать эту книгу и взять «Телени» Уайльда.       Женщина, которую звали Надежда, работала здесь уже не первый год и прекрасно меня знала. - Что-то Оскар стал популярным в последнее время, - улыбнувшись, заметила она. – Боже… Не думала, что бывают такие совпадения… - О чем вы? - Полчаса назад приходил один наш постоянный читатель. Он тут бывает даже почаще тебя. Так вот он тоже попросил «Телени». И, что самое забавное, перед тобой «Постороннего» тоже он читал. Вот, смотри, даже имя сзади записано.       Она протянула мне книгу, где аккуратным подчерком было выведено «Малинин Станислав». Надежда, продолжая улыбаться, забрала книгу, чтобы отнести ее на полку и принести новую, а я, пребывая в некотором подобии шока, присел на кресло напротив стола. Дверь слева от меня, ведущая в читальный зал, открылась, и к столу подошел юноша.       В жизни либо все спокойно, либо невероятные события происходят все сразу. Это был Стас. Малинин, мать его, Станислав. Краем глаза он заметил меня и обернулся. Лицо его оставалось спокойным, в глазах отражалось мое изумленное лицо. Рот у Стаса дрогнул и приоткрылся, словно он что-то хотел сказать. - О, Станислав! – подошла Надежда. – А я как раз говорила о тебе этому молодому человеку. Представляешь, он брал после тебя «Постороннего», а сейчас просит «Телени»! У вас наверняка много общего! - Мы одногруппники, - повернувшись к женщине, но продолжая искоса глядеть на меня, ответил парень. – Могу я взять книгу домой? - Разумеется, сейчас оформлю, - закудахтала Надежда, кладя на стол возле себя две одинаковые книги Уайльда.       Больше Стас не смотрел мне прямо в глаза, но все также искоса глядел, пока ему не вернули книгу. Надежда уже принялась оформлять мой заказ, а он все не уходил. С большим опозданием, я вспомнил, что означает взгляд искоса. «Любоваться»… Очень смешно. Зачем вводить людей в заблуждение? Тут же мне припомнились слова Дарси про «возможность», и я поспешно опустил глаза. Если Стас тоже из тех, кто пытается через взгляды понять мысли других, то таких зрительных контактов стоит избегать. По крайней мере, до тех пор, пока я сам не разберусь в своих мыслях. - Держи, Алексей.       Женщина протянула мне книгу, и, поблагодарив ее, я поспешил сбежать. Уже не в первый раз мы со Стасом расстаемся на троеточии, так ничего не решив. И он никогда не преследовал меня, желая довести дело до конца. Поэтому, оказавшись на улице, я замедлил шаг, вдыхая свежий воздух. Можно было ничего не бояться. - Эй, - раздалось у меня за плечом, и в следующий миг Стас поравнялся со мной.       То ли его «эй» было такое настойчивое, то ли ноги у меня отказали, но я остановился. Стас встал рядом. Я заставил себя поднять глаза. - Что?       Стас не торопился отвечать. Он смотрел куда-то в сторону, явно с трудом подбирая слова. Или решая, о чем заговорить. - Ты вылетел из аудитории, поэтому не услышал, - наконец, произнес Стас. – Валентина Степановна задала всем прочитать «Телени» и подготовить письменный доклад в паре. К концу месяца. - Вот как, спасибо.       Я видел по его напряженному взгляду, который упрямо не желал встречаться с моим, что это было не все, что он хотел сказать. Смутная догадка посетила меня, и прежде, чем я сообразил, заговорил сам. - Хочешь, будем вместе его готовить?       Синие глаза сразу же застыли на моем лице, и волна холода, быстро сменившаяся жаром, охватила меня. - Давай.