Don't leave me alone

POV Louis. Вы можете себе представить? Мне было жалко Стайлса! Гарри, мать его, Стайлса! Бесчувственного чурбана и эгоистичной особы, который не дает прохода каждому человеку в школе. И это самое нереальное, что могло произойти в моей жизни. Все действительно очень странно, я не понимал, что вообще происходило на данный момент. Я все так же ненавижу его, но черт, такое чувство, что мы друг от друга в жизни не отлепимся. Представьте, связать жизнь с Гарри Стайлсом. Черт возьми, я не хочу, увольте. Сидя на уроках в школе, я заметил, что Найл и Лиам уже второй день ходят без своего короля. Я клянусь вам, что школа нормально задышала. Никто не шарахается, каждый спокойно пересчитывает деньги, не боятся за свой обед и одежду, на которой как раз таки мог оказаться этот самый обед, а самое главное - никто не боится быть избитым. Вы можете представить, в каком страхе Стайлс держал школу? Удивительное дело, но после своего прибытия сюда я не видел широких улыбок на лицах учеников. А школа-то цветет и пахнет без своего мучителя. Никогда не думал, что скажу это, но мне не хватало его. Все, я сказал, я молодец. Хоть убейте, но я не понимаю, как такое вышло. Мне хватило бы даже одного единственного удара, один взгляд изумрудных глаз. Господи, докатился Томлинсон. Вызывайте психушку, умоляю вас! После третьего урока я решился подойти к Найлу и спросить, почему царя сегодня не в школе. Мне пришлось проявить очень много усилий, чтобы протиснуться к нему через огромную толпу девчонок, окружавшая его. Мда, быть таким популярным в школе - просто пытка для этих парней. Ведь если не она, Стайлс не был бы таким злым и агрессивным, верно? Ну или я что-то не знаю. Я плюхнулся на стул рядом с ним, пытаясь перевести дыхание и стараясь не упасть пеплом под ноги наштукатуренных шлюшек, которые скоро сотрут меня с лица Земли, увидев, что я сижу на священном месте. Что ж, курицы, надо привыкать, здесь орудует сам Луи Томлинсон. Что за херь я несу, люди? - Найл, - я потряс блондина на плечо и тот, резко развернувшись ко мне, едва не впился в мои губы своими. Но сказать, что вытянутые губы Найла, сложенные трубочкой, выглядели ужасно комично, значит, не сказать ничего. Я громко захохотал, уворачиваясь от его вездесущих губ и отпихнул ладонью его голову в сторону. Раскрыв глаза, он удивленно посмотрел на меня, а после сделался пунцовым, от чего все присутствующие здесь дамы умиленно охнули. - Господи, Хоран, ты, конечно, мне нравишься, но ведь не так быстро, мы же друзья! - откровенно ржал я, смущая Найла все больше и больше. Я навсегда запомню этот момент, самый светлый момент в моей жизни, черт возьми. Я никогда так не смеялся. - Л-Луи, - начал заикаться Хоран, нервно кусая нижнюю губу, - я н-не думал, ч-что тут именно т-ты будешь. Прости меня, я-я не нарочно. - Нашел за что извиняться, глупый, - улыбнулся я, вытирая набежавшие слезы с уголков глаз и, приподнявшись с места, наклонился к нему и зашептал на ухо: - Дома с тобой разберемся, негодник. Найл в испуге шарахнулся от меня, на что я разразился более громким хохотом, который подхватили и девушки. Видели бы лицо этого испуганного до жути ангела, вы бы тоже помирали со смеху, чем я сейчас и занимаюсь. Найл попросил девушек отойти от парты, пока я понемногу начинал успокаиваться и вытирать слезы с глаз. И этот парень говорил мне, что между нами ничего не может быть, так как он натурал. И теперь он меня боится. Я просто фееричен, господа. - Ты о чем-то хотел поговорить? - сглотнул Найл, не желая придвигаться ко мне ближе. Трусишка. - Да, хотел. Не знаешь, что случилось с королем сие государства? А то его уже второй день нет. - Ухмыльнулся я, закидывая ноги на парту. Ай да я, ай да маленький бунтарь. - Он заболел, - усмехнулся Хоран, выпрямляясь на стуле и откидываясь на спинку, - угораздило его где-то подхватить пневмонию, представляешь? Я буквально подавился воздухом. Неужели накаркал? - К-как заболел? - пришел мой черед заикаться. - К-как пневмонией? - О боже, Луи, не волнуйся, - махнул рукой Найл, - он живучий паршивец и уже в конце недели он будет в строю точно. - Ты можешь сейчас просто уйти, чтобы не мучать ни себя, ни меня. Я боюсь людей, а в особенности тебя и твоих поступков.

- Неужели ты так хочешь, чтобы я ушел?

- Если не хочешь сваливаться в кровати с пневмонией или бронхитом, тогда да.

- А что, если я хочу? Ведь ты будешь ухаживать за мной?

Все автоматом всплыло в голове. Да, я хочу ухаживать за ним, черт меня дери. Мне тупо стало стыдно перед ним. Хотя в этой ситуации отнюдь не я виноват, но все равно меня терзало это отвратное чувство и я должен был хоть как-то искупить свою вину. - Найл, ты можешь дать адрес этого засранца? Хочу ему зад надрать, чтобы впредь не болел, - натянуто улыбнулся я, посмотрев на блондина. Тот засмеялся и кивнул, отрывая клочок бумаги из тетради по физике и быстро черкая там нужную улицу и дом. Если он так хотел моей заботы, он ее получит. И ничего угрожающего я тут не вижу. Хоран протянул мне бумажку и, заглянув мне в глаза, тут же застыл на месте. - Найл, что-то не так? - поинтересовался я, судорожно оглядывая себя. - Нет-нет, все так, просто твои глаза голубые, - удивленно протянул парень, приближаясь ближе ко мне, - у тебя хамелеоны? Я растерянно кивнул. Давно у меня не было голубых глаз. Я успел соскучиться по ним. - Они зависит от настроения. Когда мне плохо - они серые, когда мне весело - они голубые. - Надо почаще тебя развлекать, - задорно подмигнул Хоран, а я, тихо хихикнув, поднялся с места и умчался прочь из школы, сжимая в кулаке заветную бумажку с адресом. Что ж, доктор Томлинсон вступает в дело.

✘✘✘

POV Harry.

Paper Aeroplanes – Lost

Я начал чувствовать. Чувствовать себя не ледяной эгоистичной глыбой, а по-настоящему вспыхнувшей чувствами личности. Я реально чувствовал, как ледяной ком на месте моего сердца начал помаленьку оттаивать, живот заполнили так называемые "бабочки", стаями порхая внутри, а тело пробрало приятная дрожь, очень приятная дрожь. Если это то, о чем я думаю, то мне придется выживать и бороться с этим чувством. Я не знаю, как это сказать, но я никого никогда не любил по-настоящему. Мои чувства никогда не были искренними, я никогда не мог выразить своих чувств человеку, в жизни не говорил три заветных слова "Я люблю тебя". Странно для выпускника не знать, что такое любовь. Как раз таки в школе все и начинается. Но, видимо, я такой бессердечный человек, что мне не свойственно знать, что такое любовь во всех ее понятиях. А теперь я, кажется, понимаю, каково это. Черт, да я словно в облаках летаю, зная, что рядом ходит тот, из-за кого я мучаюсь. Дамы и господа, неподражаемый и местами слетевший с катушек Гарри Стайлс торжественно заявляет, что всей своей бисексуальной натурой влюбился в Луи Томлинсона, парня, которого я хотел стереть с лица земли и превратить его жизнь в ад. Не слышу громких оваций и криков "Браво!" и "Бис!". Вот уже второй день спустя инцидента на кладбище я лежу на кровати и тупо пялюсь в потолок, думая обо всем происходящем в моей жизни. И да, я все-таки подхватил пневмонию. Томлинсон как в воду глядел, будто знал, что я заболею и специально накаркал. Теперь я хриплю, как курильщик с тридцатилетним стажем, а у меня ведь скоро конкурс и мистер Абрамсон, педагог по вокалу, съест меня с потрохами у себя на завтрак. Я же не смогу ему сказать, что во всем виноват Томлинсон и тем, что влюбил меня в себя. Господи, как я ненавижу себя в такие моменты. Такое чувство, что я превращаюсь в тряпку, о которую можно смело вытирать ноги. Хотя у меня сейчас состояние не фонтан, потому что я похож на непонятное месиво, которое несколько раз пропустили через мясорубку, а потом еще и в грязь втоптали. Паршивое чувство, скажу я вам. Валяться в кровати с запредельно высокой температурой, а горло раздирается от бесконечных заходов кашлем. Я уже не в силах выносить такое, лекарства будто тупо отказывались помогать. Это как бы бунт, да? Если я не переговорю с Луи о своих чувствах и не окажусь где-то в дерьме, то будет все нормально и таблетки обретут свои целительные свойства? Мне срочно нужно жаропонижающее. Я аккуратно сел на кровати и, тихо застонав от накатившей головной боли, зажмурился, испуская вздох. Такое чувство, что по ней одновременно долбят несколькими огромными кувалдами или битами, из-за чего я стиснул зубы, стараясь больше не постанывать. Казалось, что еще хоть одно резкое движение, и я рассыплюсь от такой постепенно нарастающей, но колкой боли. Виски неприятно сводило, словно затягивая в тугие жгуты и заставляя обхватывать голову руками, что я, собственно, и сделал. Я боялся встать с кровати, зная, что боль не отстанет и начнет наседать все больше и больше, пока я не психану и убьюсь башкой об стену. А ведь я могу. Но пока не желаю делать этого. Аккуратно встав с кровати, я, не отнимая рук от головы, маленькими шажками направился на кухню, неторопливо спускаясь по лестнице. Даже мягкий шаг отзывался в голове такой невыносимой болью, что казалось, если я сожму челюсти сильнее, мои зубы раскрошатся к чертям. Горло неприятно щекотало, призывая откашляться, но я знал, если я хоть чуточку кашляну, мне точно придет пиздец и голова взорвется от боли. Я как можно сильнее сдавил ладонями виски, чтобы хоть как-нибудь заставить голову меньше предъявлять претензий насчет того, что она болит. Зачем же я спускаюсь вниз? За таблеткой для родимой головушки. А она даже не может перестать ныть, хотя бы на несколько минут. Ну не ладим мы с ней и никогда не ладили. Медленно зайдя на кухню, я отнял одну руку от головы и начал искать ею таблетки, роясь в настенном шкафчике. От шуршания целлофановых пакетов, ударов картонных коробочек друг об друга голова отозвалась возмущенным писком, мол, хозяин, останови эту пытку, а то я сейчас умру. Я не виноват в том, что сейчас здесь было просто нереально много лекарств, будто я заболел не пневмонией, а несколькими болезнями сразу. Так что, терпи, голова, я ничем не могу помочь, пока не найду нужную коробку. Пить таблетку и спать, ибо я уже начинаю разговаривать со своей головой. Наконец-таки, заветное лекарство было найдено, благополучно вытащено из коробки, выдавлено из пастилки прямиком мне в рот и быстро запито водой. Как только вода холодной струей скатилась вниз по пищеводу, я почувствовал некое облегчение. Всего через каких-то 20 минут (ну так написано на упаковке) головная боль пройдет, не оставив за собой никаких следов. В моем случае лекарство быстро сожжет высокая температура и уже через час-полтора я снова буду стонать от назойливой и поганой колкой боли, проклиная ее раз и навсегда. Залпом осушив весь стакан, я опустился на стул, чуть жмуря глаза. Боль борется с лекарством, а страдать приходится мне. На кой черт тогда я снял этот гребаный пуловер и отдал его Луи? Несомненно, во мне проснулось чувство обогреть его, ведь он был в одной футболке. И тут появился я, чертов супермен в теплом свитере и тонкой белой майке. Хоть я и просидел в майке всего несколько минут, продуло меня нехило. Зато я ощущаю маленькую гордость за свой поступок, пусть и пожертвовал своим здоровьем. Я сдавленно простонал, как только замечательную тишину прорезал дверной звонок, отвратительной трелью разносясь по квартире. Время было всего двенадцать, кого принесло так рано? Кто бы это ни был, я перебрал все возможные проклятья и всю ругань, что были у меня в голове. Бурча себе под нос мат, я поднялся, снова обхватывая руками голову, и поплелся в прихожую, шаркая ногами по полу, словно старый дед. Ненавижу этот звонок, вырву его к чертям с корнями. - Кого там принесло? - хрипло прогундосил я, буквально охеревая от звука своего голоса. Я очень надеюсь, что человек, стоящий на пороге, испугался меня и убежал прочь. Скажи, что да. Но ответом мне был противный звук ненавистного звонка, и я, рыкнув, резко распахнул дверь, поморщившись от ужасного скрипа дверных петель. - Кто бы ты ни был, - начать хрипеть я, тяжело дыша и смотря в пол, - то тебе лучше убраться, потому что я не в настроении и тебе тут.. - Кто-то говорил, что я должен буду ухаживать за ним или Его Величество Гарри Стайлс передумал? - услышал я насмешливый звонкий голос и резко поднял голову, тихо застонав. Кто бы мог подумать, что на пороге моего дома будет стоять Луи Томлинсон? Галлюцинации от лекарства? Боже, почему я не могу потрясти головой, тогда бы парень испарился. Ладно, будем разговаривать с видением. - Это правда ты? - ошалело произнес я, округлив глаза и сглатывая неприятный ком в горле. Я не доверяю себе, никогда не доверял себе и своим глазам. Луи улыбнулся, подтягивая лямки рюкзака и не спеша заходя внутрь прихожей. Ага, то есть он хочет, чтобы у меня и сердечный приступ случился от его улыбки? Гаденыш, чтоб его. - Я, конечно, не ожидал, что могу прийти сюда, в обитель ада, но я заметил, что тебя нет и подумал, что ты действительно подхватил что-то. И видимо, я не ошибся, - усмехнулся он, наблюдая за тем, как я чихнул несколько раз подряд. - Капитан Очевидность, бля, - шепнул я, закрывая дверь и прислоняясь спиной к ней, - и ты серьезно пришел сюда, чтобы лечить меня? Принес отраву и подсыпешь мне ее в куриный бульон? Луи хмыкнул и, скидывая свои вансы, встал в проход гостиной, оглядывая прихожую. - Я, конечно, тебя ненавижу, но убивать болеющего человека, прости, не в моих правилах. - Пожал он плечами и, снова приблизившись ко мне, положил свою руку мне на лоб. - И первое поручение от няни Луи - быстро идти в кровать и ждать тот самый куриный бульон, но без яда, так быть. Какого черта ты не в постели? Стайлс, ты горишь. - Знаешь ли, как-то не то, лежать с такой отвратительной головной болью и крючиться от нее в кровати, - иронично произнес я, стараясь скрыть дрожь в голосе за беспечностью. От чего дрожь? Черт, вы просто не чувствовали его руки. Я горю, температура идет уже под 40, а тут на мою раскаленную головушку укладывается ледяная, по моим ощущениям, ладонь Томлинсона и заставляет меня покрыться мурашками, которых на данный момент уже целый батальон. Докатился, Стайлс, что с тобой делает этот парень? Луи недовольно цокнул и, за руку оторвав от двери, пихнул меня в сторону лестницы. - Быстро ложись в кровать, а минут через 20 у тебя наверху будет бульон, понял меня? - грозно проговорил Луи и, получив мой утвердительный кивок, ушел на кухню, потирая ладони между собой. У меня дух перехватило от такого грозного тона Томлинсона. Не скрою одного, хотя это для меня стало просто огромной неожиданностью. "Бабочки". Эти чертовы "бабочки". И узел внизу живота. Вот о каком ощущении талдычат друзья и знакомые. Это.. приятно? Может, на это тоже распространяется температура и вскоре она выжжет все это? Упав в кровать с высоты своего роста (в кого я уродился такой башней?), я укутался в одеяло, поджимая ноги и, наконец, решив откашляться и избавиться от саднящего чувства в горле. Секунд 10 я кашлял, как ненормальный, на глазах успели выступить слезы, а горло начало невыносимо драть от влажного кашля. Ну, зато я заслужил это. Буду знать, что нельзя снимать теплую одежду, а то может продуть. - Вот ты как специально, Стайлс! - Снова раздался тонкий голос, и я лениво разлепил глаза, смотря на Томлинсона. Кто бы говорил о "специально". Руки сложены на груди, ноги скрещены, а сам облокотился на косяк. Босые ноги (господи, серьезно?), темные джинсы, обтягивающие и без того худые ноги, бело-синяя водолазка с рукавами до локтя и непонятным рисунком на груди показывала всю красоту невероятных бицепсов и россыпь красочных татуировок, что я непроизвольно сглотнул слюну и крепче обнял руками одеяло, волосы в безумном беспорядке. Повторюсь: кто тут делает все специально? - В каком смысле? - прохрипел я, прикусывая губу изнутри, во все глаза уставляясь на Луи. - Видимо, ты узнал, что я слишком добрый человек, чтобы бросить того, кто заболел из-за меня, - усмехнулся шатен, вертя головой и осматривая комнату. Я боролся с тем, что искусать одеяло, ведь на вид открылась шея. О боже мой, я чувствую себя кровожадным вампиром, который только и ждет того, чтобы растерзать эту шею. Температура, свали нахуй, иначе я наплюю на боль в горле, мышцах и голове и, наконец-таки, трахну этого чертовски обаятельного засранца. Мать вашу, Стайлс, это ты? Заткнись, пока не взболтнул вслух что-нибудь непристойное. - Откуда я мог узнать? Мы толком не знаем друг друга, - надулся я, нахмуривая брови, стараясь держать свои мысли в радиусе головы. - Тут ты прав, - согласился Томлинсон,проходя внутрь комнаты и садясь на край кровати. Простите меня, но сейчас я напоминаю себе девочку-фанатку, которая забыла, как дышать при виде своего кумира. Боже, я его выгоню сейчас нахер! - Вот вроде знаем друг друга поверхностно и не так много времени, но черт, я уже вижу, какой ты придурок, - хмыкнул шатен, плотнее укрывая одеялом мои ноги. Что он творит. черт его дери?! - Ты бы выбирал выражения, не один же, - проговорил я, пытаясь незаметно отодвинуться от этого соблазнителя. - Еще бы я один болтал, конечно, Стайлс, - засмеялся Луи, и я изо всех сил пытался подавить рвущуюся наружу улыбку. Вы слышали его смех? Слышали?! Да вашу мать, он божественный! - Хочешь сказать, ты никогда не говорил сам с собой? - чуть улыбнулся я, выглядывая из-под угла одеяла. Да, ладно, я не сдержался. - Хм, почему же? Говорил и не раз, - пожал плечами Луи, улыбнувшись уголком губ, - если и разговаривать с кем-нибудь, то только с собой, с самым умным и образованным человеком. Ведь у меня почти никого не было. Он поднялся с кровати, выходя из комнаты и оставляя дверь открытой. Что все это значило? Этот малый действительно очень скрытный и умеет говорить загадками. Я хочу разговорить его, хочу, чтобы он начал улыбаться и смеяться, но ведь я могу только лишь причинить боль, убить как морально, так и физически. Я не знаю, что мне делать. Я услышал мягкие шаги на лестнице и почуял запах куриного бульона, от которого у меня тут же появились слюнки. Признаться честно, я был фанатом такого бульона и даже иногда болел специально, чтобы есть мамину вкусную стряпню. Но, кажется, Луи просто превзошел ее, заставляя меня истекать слюнями в два раза сильнее. Он просто порвал мою маму в пух и прах, я пожму ему руку. - Ну что, болеющий, готов к приему бульона? - улыбнулся Томлинсон, неся поднос с пищей и небольшой чашкой чая. - Всегда готов! - хрипнул я, усаживаясь на кровати и вытягивая ноги во всю длину. Дылда снова с вами. Луи осторожно водрузил на мои ноги поднос и снова сел на край, кладя ногу на ногу, упираясь локтем в колено и подпирая ладонью подбородок. Его голубые глаза встретились с моими зелеными. Голубые? Как, они же были серые. И всегда были серые. Он меня вообще добить хочет? Я могу умереть где-нибудь в уголке? Я не в силах выдержать такой пристальный и такой невероятный взгляд. Черт, он меня будто насквозь видит. - Ты есть будешь или мне тебя еще, как маленького, покормить? - хмыкнул Луи, быстро моргнув и не отрывая взгляда от меня. Я стушевался, опуская взгляд в тарелку с бульоном, взял ложку и, зачерпнув немного вкусности, отправил в рот, даже не пытаясь посмотреть на Луи. И с каких пор я стал такой тряпкой по отношению к нему? Он настолько сильно начал струнить меня, что я просто не могу ничего сделать. Я повторюсь, что я все еще хочу его избить. Да, я даун. И да, урод. - Какой послушный мальчик, - улыбнулся Луи, облокачиваясь спиной на спинку кровати, - вот всегда бы так, а, Стайлс? Слушался бы всех вокруг и не причинял бы никому вреда. Золото, а не ребенок, ей богу. Я чуть улыбнулся, пробежавшись взглядом по телу Луи и продолжая поедать бульон. Черт возьми, он нереально вкусно готовит. Это не может не остаться в стороне. - Где ты так научился бульон готовить? - тихо спросил я, жмуря глаза от очередной атаки головной боли. Да, перевел тему. - Папа часто болел и приходилось вытаскивать его из болезней, готовя бульон, - натянуто улыбнулся Луи, прикрывая глаза. Затронул больную тему. Молодец, Стайлс. Кто тебя, блять, за язык только тянет? - Прости меня, - просипел я, кусая губу изнутри, - я не должен был спрашивать.. - Забей, Стайлс, - отмахнулся Луи, шумно выдыхая, - ты ничего не знал об этом, за что мне тебя прощать? - Тогда хотя бы за то, что я делал с тобой в последнее время. Томлинсон горько усмехнулся, распахивая глаза и наклоняясь ближе ко мне. - Все, что ты делал со мной за эти дни - ничто по сравнению с тем, что со мной делали в других школах, - сдавленно проговорил он, пристально смотря мне в глаза. Голубой, господи, голубой цвет. Я убрал со своих ног поднос, отставляя его на тумбу, и просто взял и обнял Луи. Так крепко, что я услышал, как хрустнули его кости. Он столько пережил в своей жизни, я даже представить не могу, что было бы, если я продолжал его избивать и издеваться над ним. Хотя он уже и так считает меня редкостной дрянью и сволочью. Я прекрасно его понимаю. Почувствовал ледяные руки Луи на своей раскаленной спине. Не оттолкнул, уже хорошо. Я не знаю, может, мне в голову ударила температура, может, Луи подмешал что-то в суп, может, таблетки оказались просроченными, но я хочу оберегать его. Ото всех бед, ото всех неприятелей, что желают ему нехорошего. Он же такой маленький и хороший, а я мерзкая гнида и подлая сука. Да почему у меня такое переменчивое настроение?! Услышал, как Луи тихо шмыгнул носом и уткнулся лицом мне в плечо. Надо же, два заклятых врага сидят на кровати и обнимаются, причем один наслаждается запахом другого. Черт. Я прокололся, да? Бля, ну бывает. Я больной человек, мне можно. Не хочу отпускать его. Не хочу оставлять его одного.