Игра на острие ножа:огненные танцы

Наконец все было разложено по полочкам. Тема любовного треугольника Линького и Ангелины была закрыта. Маня, как и обещала, ничего не говорила Егору. Он, несмотря ни на что, продолжал поддерживать с Ангелиной дружеские отношения, хотя осадок, конечно, остался. Может, оно и правильно: зачем ему вторая Марина? Вскоре обо всем этом стали понемногу забывать. Медведей была первая игра, которая выявила ничью. С одной стороны, ребята очень обрадовались(учитывая то, что в первом периоде у калитки стоял Линьков), но Сергей Петрович все равно упрямо считал, что команда расслабилась под столичной аурой и говорил, что «вы можете лучше». Посему тренировки теперь являлись ежедневными и долгими, так что у хоккеистов совершенно не оставалось личного времени. Но больше всех об этом жалел Иван. Кстати, Иван… В последние несколько дней они с Маней сильно сблизились. Сначала Марианна начала, чтобы тупо позлить Андрея(что удалось). Видимо, девушка заигралась и не заметила, как стала часто болтать с ним попусту по телефону, как стала каждый раз встречать его после тренировки и после гулять набережной. И это замечали другие. Кого-кого, а Вадима можно поздравить с небольшой победой. Он смог добиться хоть какого-то расположение со стороны строптивой Олеси, когда на одной тусовке в клубе набил морду одному парню, который приставал к ней с «предложением интимного характера». Теперь Олеся разрешает ему провожать ее до дома и даже пожать руку (!) И на том спасибо. Как-то так прошли две недели. *** Маня сидела за компьютером. Ей нужно было проверить кое-какие документы по работе. Ее прервал звонок в дверь. Удивившись, девушка пошла открывать. У двери стояла молодая, красивая девушка восемнадцати лет с длинными русыми волосами и большими голубыми глазами. Ее шею обвивал цветочный шарфик под цвет платья, которое ей было чуть выше колена. – Аня? – несколько ошарашенно выговорила Марианна. Девушка, улыбнувшись алыми губами, прошла внутрь и, повернувшись, сказала: – Скучала? Две подруги закричали и обнялись. По шее Ани потекла слеза, а Маня лишь сильнее прижала ее к себе. – Надо же! Да ты загорела! Аня засмеялась. – Ой, да где там… С утра учеба, а вечером курсы! Зато ты-то как… изменилась... – протянула Аня. – Разве? – улыбнулась Маня. – Да. Я так давно не видела тебя. И я скучала! – Я тоже. Аня с Маней затащили чемоданы в дом, и Аня стала показывать все гостинцы и сувениры(хотя половину вещей составляли книги). После этого Маня предложила подруге сходить в кафе, чтобы отметить ее приезд, но Аня запротестовала и на стояла на том, чтобы спокойно посидеть на кухне у теплой батареи, ибо уличными кафешками она "сыта по горло". Маня на скорую руку сварганила отменный фриссе с гранатом и кедровыми орехами, а также нашла в холодильнике припасенный для такого случая бисквитный тортик. Плюс ко всему цейлонский чай наивысшей категории, выращенный под южным солнцем и собранный арабом на индийском слоне — бренд-марки из пакетика. За уютной беседой Аня рассказала Мане о ее жизни за границей, о нелепых ситуациях и комичных историях. Волчица — хороший слушатель, а потому слушала все с вниманием — словно хотела уловить какую-то важную деталь из разговора — и комментируя попутно. О себе Марианна говорила мало, ей почему-то хотелось пока промолчать. – И потом я ему два часа объясняла, что на конгрессе нужно увеличить число мест…– взахлеб рассказывала Аня. – Погоди, – перебила ее Маня, – ты еще не была у Димы? Аня как раз пила чай и именно в этот момент захлебнулась и закашлялась. Волконская постучала ее по спине. – Еще нет, – бросила коротко Аня.–И если бы я не подменила в конце бумаги, то… – Журавлева! Не меняйте тему! – в негодовании сказала Маня. – Тут что-то не так… Давай, говори, что случилось? Аня рассеяно развела руками. – Все хорошо. Все гениально! Маня покачала головой, давая понять, что пока она не скажет, в чем дело, то никуда не уйдет. – Понимаешь, Манечка…– издалека начала девушка. – В жизни каждого человека наступает момент, который ставит его перед выбором. И от этого выбора будет зависеть вся дальнейшая жизнь… – Ты все красиво говоришь, но… – И такой момент настал для меня. В общем, – девушка встала и взяла свою сумочку, пошвыряв там, – смотри. Она протянула подруге маленькую коробочку. Маня осторожно взяла ее и открыла. В ней на бархатной подушечке лежало золотое кольцо с большим бриллиантом. – Да ладно?! – воскликнула Маня. Аня смущенно улыбнулась. – Вот так вот, – прошептала она. Маня тщательно разглядела кольцо. – Хм… Карат 40, не меньше. Полагаю, что Щукин не в курсе? – Правильно полагаешь. Мы с Мареком познакомились в первую неделю. Потом дружили, гуляли вместе… Кто же знал, что так получится?! Аня отчаянно швырнула кольцо на пол и заплакала. Марианна подняла его и стала успокаивать подругу. – Ну-ну, тише… – А знаешь, что ужасно? Что я полюбила его. Понимаешь? По-настоящему… Когда он мне сделал предложение, то я… Клянусь, что в первую секунду я была безумно счастлива и… Но я знала, что здесь, в Москве, меня ждет Дима, которого я люблю не меньше. Маня, мой друг, что мне делать? Девушка вновь заплакала. Маня сочувственно гладила подругу по светлой голове, но могла помочь ей. – Я попросила у него времени, чтобы подумать хорошо. Как я после этого Диме в глаза смотреть буду?! Теперь Маня нашла нужные слова. – Знай, что я всегда рядом. И что бы ты не выбрала, я поддержу тебя! Если бы Маня знала, какое действие произведут эти слова на подругу, то сказала бы их на полгода раньше…