Гаражи и граффити (рабочее)

POV Bill май 2007

Когда я возвращался с волейбола, было уже поздно. Фонари еще не включили, и в сумерках наш район казался таинственным и вымершим, под деревьями скапливался мрак, а парк казался темным, словно лес. Я был настолько уставший после тренировки, что не чувствовал своего тела. Больше всего на свете сейчас хотелось прийти домой, швырнуть сумку на пол и расслабиться в горячей воде, смывая с себя пот и пыль, а потом просто уснуть. Ощущение сна окутывало меня уже сейчас, когда теплый вечерний ветерок прерывал тишину и легко поднимал мои волосы. Воздух благоухал цветущей липой, жасмином и всеми теми запахами, которыми наполнены вечерние улочки в конце мая. Я укоротил свой путь, пройдя через темный парк, наушники из ушей захотелось вытащить, и я в полной мере смог насладиться тишиной природы, прерываемой звуками сверчков. Все-таки, как же нам повезло жить в таком удачном тихом и благополучном районе! В темноте парка раздался звонкий лай, и через секунду я был сбит с ног и облизан, и обнюхан ни кем иным, как Скотти. Верный мой песик частенько встречал меня после тренировки, когда его отпускали на улицу, а отпускали его теперь очень часто. Джоанна терпеть не могла собаку в доме. – Сбежал от этой Джоанны? – спросил я, присаживаясь на корточки и почесывая Скотти за ошейником, - знаешь, и я бы от нее сбежал, и Дэвид, думаю, тоже. Но это не дело, дом-то не ее, а наш! Так что пусть она от нас сбегает! Довольный своим выводом я поднялся на ноги, а Скотти принялся радостно носиться вокруг меня. И в этот самый момент меня словно осенило! Сегодня же день рождения у мелкой, ей исполняется девять лет, и Джоанна еще месяц назад прожужжала Дэвиду все уши об этом невероятно знаменательном событии. Со мной никто не советовался по поводу праздника, но краем уха я все равно слышал. И как я мог за тренировкой и всеми этими событиями забыть?... Я печально вздохнул, все равно никто, кроме Скотти, сверчков и комаров слышать меня здесь не мог. И свернул с тропинки по направлению к трассе, где между черных стволов деревьев светились огни торгового центра. Пробираясь через парковку и перепрыгивая стриженые газоны с цветами, на которые наступать не допускалось, мы размышляли, что же можно подарить Катрин. Вернее, размышлял только я, а Скотти, радостно вывалив язык, соглашался с любыми вариантами. - Честно говоря, я с радостью подарил бы ей хороший щелбан по носу и леща по затылку прописал за все ее проделки. Но Джоанна такого не потерпит, да и я не такой уж злыдень.. и от Дейва влетит...Значит не вариант, да? Пес тем временем уже метил чей-то автомобиль. Перепугавшись, я за ошейник оттащил его на тротуар, еще не хватало, чтобы мне штраф выписали. -Жди здесь, раз уж домой не идешь, - строго указал я, пристегивая поводок к ограде. Поводок с карабинчиком я всегда носил с собой. У меня совершенно не было сил долго шариться по супермаркету, выбирая девочке подарок, к тому же я был уверен, что от меня за версту несет потом и спортзалом. Поэтому, недолго думая, я забрел в отдел парфюмерии и взял в руки детский кислотно-розовый набор для ванны, на котором были нарисованы какие-то феечки и принцессочки. Не важно, все равно у Катрин все вещи розовенькие, с принцессами, феями, пони и блестками. Когда мы добрались до дома, уже совсем стемнело. Я буквально с ног валился от усталости, и меня совершенно не обрадовало то, что я увидел, я ожидал что-то подобное, но не в таких масштабах. Все окна светились изнутри, в них мелькали суетящиеся силуэты, с открытых балконов второго этажа доносилась музыка. По количеству машин, припаркованных во дворе и перед воротами, я догадывался о том, сколько гостей пригласила Джоанна, и что сейчас творится в доме. -Прости, друг, но ты пока побудь на улице, - прошептал я в ухо псу, покосившись на двери, - там опасно находиться, я это чувствую. Едва я снял в прихожей кеды, как был оттеснен дамочкой с бокалом вина и сигаретой в руках. Я едва не споткнулся о миллион пар обуви и поспешил в зал и на второй этаж, но не тут-то было. Меня оглушил шум, смех и визги, звучавшие отовсюду. Джоанна и несколько ее расфуфыренных подружек смотрели на меня с нескрываемым презрением. Я с удивлением взглянул на них, вернее на их наряды и декольте...А я думал, здесь детский праздник. -Познакомьтесь, милые, это наш малыш Били, - сладко пропела Джоанна, в бешенстве глядя на меня, и в ее взгляде я явно читал: « исчезни и не позорь нас!» Что ж, я только рад буду их всех не видеть. -Как любопытно, так это значит Билли, - проворковали дамочки, одна из них протянула к моим волосам свою руку с наращенными ногтями, но видимо побрезговала и руку убрала. -Это сын Герра Йоста? – спросила она. -Нет, что вы! – жеманно улыбнулась Джоанна, - у Дэвида нет детей, Билли приемный! Я понял, что у болтливых сорок появилась новая тема для обсуждения, и продолжил свой путь наверх, столкнувшись по пути с Дэвидом. Тот виновато улыбнулся мне и пожал плечами, а я понимающе кивнул ему. Его взгляд словно говорил мне: Что поделать, мне тоже приходится это терпеть, не обращай внимание! Именно это можно было прочитать в глазах Скотти, все-таки вбежавшего в дом и сразу же метнувшегося под лестницу. Мне вообще частенько казалось, что у нас троих - мужская солидарность против женских козней. И иногда я просто не понимал, почему Дэвид решил связать свою жизнь с этой женщиной. Ненавижу, когда всегда спокойный, рассудительный, веселый и энергичный Дейв при ней становится каким-то...слабым что ли? И вообще, я не приемный, а все намного сложнее. На втором этаже меня снесла орава детей, одетых в какие-то идиотские костюмы. На всех девочках были розовые платья, короны, в руках волшебные палочки, а мальчики были одеты в бэтменов, крестоносцев, и еще был толстенький человек-паук. Ладно, малолетки, что с них взять, поэтому я не стал злиться и направился в свою комнату. Включив свет, я застыл. Никогда еще здесь не было такого разгрома, как сейчас. Вся одежда была разбросана по полу, ящики стола разворочены, а все их содержимое, а именно цветные карандаши, фломастеры, канцелярские принадлежности, значки, цепочки и всякие мелочи - все грудой было высыпано под стол. Я схватился за голову и из последних сил поборол в себе желание разнести этих детей на части. Боже, моя комната! Мои вещи! Меня охватило настоящее отчаяние. -Как вам пришло в голову играться в этой комнате?! - в шоке спросил я, но детишкам было все равно. Часть из них уже крушила остатки дома, а остальные продолжали играться как ни в чем не бывало. Я валился с ног от усталости, поэтому швырнул рюкзак и отправился в душ. Однако и там меня ждал сюрприз в виде игр в прятки. -Ну-ка все вон из ванной! - велел я, выталкивая оттуда принцессочек и какого-то рыцаря в пластиковых латах. Замкнув дверь, я включил горячую воду и подошел к зеркалу. Из отражения на меня смотрел невысокий худой подросток с растрепанными темными волосами, отросшими до плеч, и карими глазами, которые сейчас слипались от усталости. Я взлохматил волосы еще сильнее и немного покривлялся в зеркало, представляя, как разговаривал бы с Джоанной или с Дэвидом. Скомкав футболку, я закинул ее в стиральную машину и с наслаждением разлегся в горячей воде, лениво открывая любимый гель. Шум воды перекрывал смех, музыку и голоса этого праздника жизни, и я смог просто расслабиться и предаться своим размышлениям. Я даже не знаю, в какой момент в моей жизни все начало так резко меняться. Казалось бы, все и раньше шло не совсем стабильно, ну а теперь я вообще не знал, куда мое существование катится. Я считаю, что всем обязан Дэвиду и его дружбе с моим отцом, после смерти которого Дейв взял меня к себе и оформил опекунство. О своей матери я не знаю почти ничего, только то, что она развелась с папой, когда я был совсем маленьким. По какой-то причине он забрал меня, и обрывки детских воспоминаний почти ничего внятного мне не могли сказать, а у Дэвида спрашивать я не хотел, эту тему мы никогда не затрагивали. Отношения между Дэвидом и мной не были похожи на отношения отца с сыном, скорее я был для Дейва как племянник. Вот уже двенадцать лет я живу в этом прекрасном трехэтажном доме, светлом и уютном, вместе с Дэвидом, Скотти и теми, кто приезжает сюда, например, в марте здесь прочно обосновалась возлюбленная Дэвида, Джоанна со своей дочуркой Катрин. Хотя, возлюбленная, это громко сказано, я не считаю, что там какая-то неземная любовь, хотя я всеми силами готов защищать счастье Дейва. Здесь все основано на связях по работе: Джоанна владеет сетью косметических салонов, которые работают с группами, раскручиваемыми Йостом. Казалось бы, за Дейва остается только радоваться – его партнерша обладала модельной внешностью. Длинные черные волосы, пронзительные зеленые глаза, стройная фигура и элегантнейшие манеры. Идеально, если не учитывать ее стервознейший характер, бесконечные придирки и капризы, которые Дэвид готов был выполнять. Мне казалось, что меня она искренне ненавидит, поскольку я в ее понятии вообще непонятно каким образом затесался в этот дом, но Дейву жаловаться и что-либо говорить я не собирался. Это его дело, я не имею права вмешиваться в его личную жизнь, а если он счастлив с ней, я только рад за него.