Ситуёвина в одном из баров Берлина.

Кристина притихла, свой взор опустила И на бок от грусти головку склонила. А Рихард спросил: - "Может, чем я обидел? Такой красоты я доселе не видел. Ты нравился больше, когда был собой. Я так не могу… когда ты другой..." И робко ладонью погладил он пряди, Представив девчонку в барменском наряде. Та быстро с ресниц, слез намеки смахнула, Две стройные ножки к себе подтянула. На Рихарда смотрит пытаясь понять, Что в теле своём ей ёще поменять. Грузин ночью думал, как Шная вернуть, - «Поможет родня!», - он решился рискнуть. Брат нейрохирург снова громко смеялся, Когда самолёт его в небо взмывался. Барыги мозг парня продали обратно… Врач в руку берёт дорогой трепанатор…* К больнице подъехал еще джентльмен, Доставив отрезанный Шнаевский член. Чужое убрав, а родное вернув, О бывшей красотке немного взгрустнув. Грузины играли всю ночь в подкидного, А Рихард сидел у постели больного. Когда Шнай вернулся за барную стойку, Устроили дружно большую попойку. По просьбам друзей о любви Рихард пел И с диким желаньем на Шная глядел. Прошло больше года я снова у друга, Красавец бармен мне представил супруга. Грузин встав за стойку, налил мне двойную, Заставив за счастье их выпить штрафную.