Не достойны (РЕДАКТИРУЕТСЯ)

***

      Утро Саске началось с острым желанием встретиться со своей, временно, как он надеялся бывшей телохранительницей. Брюнет не мог не заметить, как вечно отстраненная Хината, пошла на контакт, осмелившись обнажить край своё души. Брюнет и сам понимал, в стремлении обнажить душу и настоящую личность девушки, он сам становился открытым для неё. Будто единое целое их сущность показывалась друг другу. Парень не знал, как к этому относится, но отступать был не намерен. Учиха был столь заинтригован в этой персоне, что был готов наплевать на свой холодный имидж, на время. Парень, будучи воспитан в строгих условиях своей интеллигентной и знатной семьи, превосходно держал и читал эмоции, всех без исключения. Раскрыть сущность агента было делом принципа, ведь та не поддавалась на «сканер» Саске.       Утренние процедуры не заняли много времени, как и переодеться в вещи, что одолжил ему Киба. С серьезным настроем Учиха отправился на поиски девушки.       Объект нашелся, как неудивительно в своей комнате. Сквозь щелку приоткрытой двери, брюнет заметил девушку, что мирно отдыхала, расположившись на кровати. Комок черной шерсти также покоился рядом с хозяйкой. Учихе стоило, как прилично воспитанному юноше постучать в дверь, а не стыдливо подглядывать в разьем, однако брюнет не мог оторваться от легкой и нежной улыбки девушки, что гуляла на её устах. Хьюга удобно расположилась полусидя у спинки кровати, её рука то и дела проходилась по жесткой шерстки лежащего в её ногах зверя. Нежные поглаживания сопровождались такой же нежной улыбкой. Учиха и не рассчитал на такую мгновенную удачу, в виде чистых и подлинных эмоций телохранительницы. Черноглазый не мог не признаться, что такому милому лицу куда больше идёт легкость и умиротворение, чем жестокость и холод. Я хочу видеть её улыбку       Учиха позволил ещё одну вольность на сегодня, в виде разыгравшегося воображения и фантазии, в которой легкая рука Хинаты также бережно и с любовью поглаживает такие же словно черная мгла волосы, но рядом расположен совсем не зверёныш. Крепкое и слаженное тело Учихи идеально гармонировала с хрупким на вид девушки. Жилистые руки брюнета крепко обнимали тонкую талию аметистоглазой, уткунувшись ей в живот, в то время как она бережно укрывала его своими руками. Идиллия царила и в воздухе, и между двумя лежащими. Это всего лишь фантазия       Тряхнув головой, брюнет скинул наваждение, почувствовав при этом легкий угол грусти. Черноглазый понимал, что стоит лишь внимание агента обратить на себя, как вся светлая атмосфера уйдет, уступив место холодному контролю. Певец разочаровано вздохнул, ему не нравился такой расклад, в котором ему приходится таиться, как дворовой пацан и наслаждаться минутами покоя его телохранительницы издалека. Желание получать такие же добрые и прекрасные чувства от девушки росло всё больше. Учиха это прекрасно чувствовал, и понимал, что это не просто прихоть избалованного мальчика, а взрослое влечение состоявшего мужчины. Саске не любил вранья и мог её распознать везде, благодаря проницательному уму, но больше обычного вранья он мог терпеть ложь самому себе, поэтому не мог отрицать наличие зародившихся в нем неких теплых чувств. Слишком большое для любви, но слишком маленькое для симпатии. Влюбленность       Брюнет никогда не врал самому себе и всегда смотрел правде в глаза. Но сейчас бы лучше хотел взглянуть в глаза, что скрывались туманом.  — Красивая, да? — над ухом брюнета прозвучал насмешливый голос собачника. Брюнет едва удержался, чтобы испуганно отшатнуться, быстро совладав с собой, и накинув маску холода и сдержанности, вечного спутника хмурого Учиха. Артист не удостоил ответа шатена, лучше уж промолчать, чем получить насмешливые взгляды агента, когда парень расскажет, что засмотрелся на его напарницу, а он этого не скажет. — Киба, Саске. Что-то случилось? — естественно их «разговор» не остался без внимания. Телохранительница вышла из комнаты, повторив тот же трюк, что и Саске. На лице не остался и намека на улыбку, ведь на её месте зияла маска отчуждения, под стать брюнету. — Сегодня у нас будут гости. Итачи с моего позволения пригласил проверенных, как он выразился, партнеров по бизнесу. Вместе они обсудят сложившую ситуацию, дабы она не повлияла на их предпринимательскую деятельность. — предупредил Инузука. — Он уведомил, что внешность их очень эпатажна, и что на этом не стоит акцентировать внимание.       Девушка внимательно выслушала напарника и согласна кивнула. Если напарник дал свое позволение на прибытие других, значит им можно доверять. Больше Киба не занял времени и поспешил вернуться к своим делам, осатавив темноволосых одних, при этом не забыв снова кинуть насмешливый взгляд на черноглазого. Он явно что-то знал. — Теперь-то мы можем поговорить? — прямо спросил парень. Ответом послужил взмах руки в сторону двери. Пара прошла в комнату. Осмотревшись, Саске понял, что кого-то не хватает и этот кто-то сейчас обнюхивает парня сзади. Обернувшись, он увидел зверя, что заинтересовано обнюхивал его, периодически, тыкаясь влажным носом в холодную ладонь парня. Видимо он узнал запах человека, что тащил его раненым до дома, ведь хвост животного приветственно вилял. — Ты ему понравился, — усмехнулась девушка. Однако та усмешка была не похожа на ту, которой сам Учиха одаривал других, ведь она былая ядовита, пренебрежительна и холодна. Усмешка телохранительницы не несла в себе ничего подобного, наоборот, в ней чувствовался проблеск чего-то другого иного. Чего-то противоположного отчужденности Саске. — Я много кому нравлюсь, — не без гордости подметил брюнет. — Смазливая внешность ещё не означает успех всей жизни, — парировала девушка. — Ты не можешь нравится всем девушкам, ведь у каждого свои стандарты и предпочтения. — Ты считаешь меня красивым. — усмехнулся темноволосый. Девушка смущенно отвернула голову, но Саске успел уловить алый румянец на щеках агента. Маленькая победа — А какие твои стандарты? — резко спросил Учиха, чем удивил девушку. Если смущать, то по полной. Телохранительница суетливо заерзала на месте, вопрос заставил смутиться девушку и прикрыть руками пылающие щёки. Хьюга и забыла, что такое неудобное положение, за время своей жестокой и сложной работы, она держалась нейтралитета с эмоциями и даже не предполагала, что такие неожиданные вопросы могут заставить нервничать, ведь даже убийство не вызывало никаких чувств, кроме долга. А может дело не в вопросах, а в том, кто их задает? Девушка зажмурилась.

<center>***

</center>

FB

— Я сегодня работал в исследовательском отделе с Шино, а после к нам заскочил Киба, весь такой грустный, едва слезы не текли. Оказывается сегодня у кинологов был новый выпуск скрещенных бойцовских собак. — Ого! Новые маленькие напарники для Конохи! — Да… вот только, один из них оказался «не пригодным». Боится собственной стаи. Бельмо на глазах ученых. Так как это исследовательский образец, отдать его в «людской» приют невозможно, поэтому его усыпят. А малыш ведь едва начал бегать. — Киба не позволит! Мы же всегда находим применения выходцам зооотдела! — Как я и говорил, этот вид нельзя передать гражданским, малыш опасен для них и возможна утечка информации генной инженерии. Коноха обязана немедленно пресекать подобное — Неужели нет более гуманного способа? — … — Сасори, почему ты улыбаешься? — Небольшое пополнение в команду и маленький друг для Акамару не помешает, как ты думаешь?

Конец FB

От неожиданных воспоминаний, девушку выдернул звонок входной двери. Агент резко встала и вернула на место маску сосредоточенности, тому же примеру последовал её гость, который успел заметить момент, когда девушка ушла в свои мысли.