Он, как наркотик.

POV Бэкхён. Раньше я никогда не курил. Нет, не так. Первая попытка прошла слишком неудачно. Не успел и пальцами коснуться протянутой сигареты, как передо мной и моим “дилером” воздвиглась стена под названием Пак Чанёль (так гласила надпись на футболке). Хенсын получил тогда смачный пинок под зад, а я – полчаса крупных пилюлей и лекций о вреде курения. Высокий мальчишка с хулиганской внешностью пытался образумить глупого меня. Я же зачаровано смотрел на слегка раскрасневшегося юношу, ища хоть какое-то логичное оправдание его забавным торчащим ушам и весьма необычному поступку. А дальше… - Ты вообще кто такой? - А? Ой, извини, забыл представиться. Пак Чанёль! - Это я прочитал. Бен Бэкхён. Что дальше? – я сложил руки на груди и угрюмо посмотрел на нового знакомого. - Дальше? Давай дружить! – он улыбнулся на все 32. *** Стоять на балконе в одних спортивках было слегка холодно, но мне нравилось наблюдать за игрой красок на небе. Рассвет сегодня очень красив. Сэхун еще спит, а значит, сейчас я предоставлен самому себе. Бросаю краткий взгляд на младшего и закрываю за собой дверь. Повторюсь, на балконе прохладно, но терпимо. В спешке достаю из своего маленького тайника спички и сигареты. Раньше я никогда не курил. Нет, не так. Я обещал Паку не курить, но его сейчас нет для меня, а значит можно. Неумело распечатываю сигареты и беру одну в руки. Вспомнилось наше знакомство с Чанёлем. Когда это было? Слишком много лет прошло с тех пор. Дрожащие губы придерживают фильтр, когда подношу зажженную спичку к сигарете. Первая затяжка – и я прогибаюсь, едва ли сдерживая порывы кашля. Глаза слегка прослезились от противного дыма и саднящего горла. Оказывается, это больно. Но ведь все должно быть не так. Слегка успокаиваюсь и делаю вторую затяжку. Дым неприятно жжет горло и все тот же кашель по новой душит меня. Неприятно. Терпи Бэкхён, терпи. После третьего раза понимаю, что самое хуже позади и мой организм начал привыкать к ядовитому никотину. Затуманенным взглядом смотрю на пальцы с сигаретой. А ведь я обещал, что б его… Выход есть всегда. Нет безысходных ситуаций. Но есть глупцы такие, как я. Мы - люди, которые не видят ничего дальше своего носа. Слышу копошение в комнате. Кажись, Сэ проснулся, но я не спешу прятать недокуренную сигарету. Двери на балкон открываются. - Доброе ут.. – его голос все еще сонный, - ..ро. Ты что, курил? - Нет, курю, - делаю затяжку. Стоя к Сэхуну спиной, я не могу видеть его реакцию. Но вскоре слышатся шаги и меня грубо поворачивают. Ах, это искаженное от злости и возмущения лицо так тебе не идет. - Зачем? – растерянно шипишь и пытаешься вырвать с рук сигарету. Я не поддаюсь тебе. - Просто так легче будет. Наверное… - пожимаю плечами и забавно выпячиваю губы. Этими словами скорее себя же успокаиваю, нежели Сэхуна. - Дурак! О чем только думаешь? - Лучше тебе не знать. - Но ведь я… - Волнуешься? Знаю. Делаю затяжку и бросаю недокуренную сигарету в подготовленную заранее банку. Прячу руки в карманы спортивок и подхожу вплотную к Сэхуну. Халат на нем распахнут, открывая обзору молочную кожу и слегка подкачанное тело. Чего таить, мне нравится. Поддаюсь соблазну и утыкаюсь носом в острые ключицы. Запах Сэхуна очень соблазнителен. Малый осторожно кладет руки на мои плечи. Судя по его реакции, он не знает, что делать, ведь видит меня таким впервые. Это состояние хуже, чем истерика. Это безумие. Тогда я был на грани. Понимание происходящего, казалось, отсутствовало. Я был куклой. Потянут за верёвочку вправо – иду вправо, потянут влево – иду влево. А потом… верёвки перерезали. И я упал. Душ после балкона слегка привел меня в чувство. Смывая несуществующую грязь, в очередной раз упрекнул себя за слабость. Не жалея сначала геля для душа, а потом и зубной пасты, я пытался очистить себя от запаха никотина, который, казалось, везде меня преследовал. Это помешательство. Выйдя из ванной, натыкаюсь на О Сэхуна. Он все еще слегка взволнован, а его губы – покусаны. Зачем этот малый себя терзает? Из-за кого? Из-за меня? Хаха, глупый. Зачем себе жизнь ломает? Мне-то уже нету смысла к чему-то стремиться, а у него вся жизнь впереди. - Что-то случилось? – виновато опускаю голову, стараясь не смотреть в глаза. - Это из-за него, да? - Нет. - Скажи правду, - упрек в его словах слишком заметен. - Да, - шепчу как можно тише. - Зачем тогда себя гробишь? У тебя что, на одном Паке мир клином сошелся?! – он не кричит, но тон повысил. - Да, сошелся. Сэ обижено поджимает губы и идет на кухню, громко захлопнув за собой дверь. Блять, какая же я скотина! *** Целый день не мог найти себе места. Впервые за долгое время в моей голове засели мысли о другом человеке, не о Паке. Я очень переживал за Сэхуна. После нашего утреннего разговора, малый практически сразу ушел на роботу. Он не звонил, как это бывало раньше. На мои звонки не отвечал. Кажется, за тот неполный месяц, что мы живем под одной крышей, я очень привык к Сэ. Наверное, только та забота и то тепло, что и сходили от него, помогли мне пережить болезненное предательство. Я за многое обязан Сэхуну. За его любовь. Приготовленный ужин уже давно остыл, а его еще нет. Волнение с каждым мигом все больше и больше охватывает меня. Это немыслимо. Куда пропал мой мальчик? Он по-прежнему не берет трубку и игнорит все сообщения. Я, подавлен и, казалось, заново разбит, сидел на полу в прихожей, дожидаясь хозяина квартиры. Через энное количество времени замочная скважина щелкнула и входная дверь распахнулась, пропуская О внутрь квартиры. Я поспешно подорвался и бросился к Сэхуну. Цел, не пьян, один. Все как обычно, только непривычно угрюмый взгляд не сулил ничего хорошего. Пройдя мимо меня, будто минуя часть комнатной мебели, я даже взгляда не удостоился. Обидно, но заслужено. Даже не притронувшись к еде, после ванны Сэ сразу же скрылся в своей комнате. Без слов, как и раньше. Тогда я понял, каким эгоистом был. Душил не только себя, но и его. Когда Сэ нуждался в поддержке, я как обычно жалел себя, не замечая чужих чувств. Кретин ты, Бэкхён, кретин. Осторожно дергаю двери за ручку. Не заперта. Спасибо. Вхожу на цыпочках, чтобы не тревожить лишний раз. Сэхун лежит ко мне спиной, полностью укутан в одеяло. - Сэ-э, ты спишь? Не отвечает. Хорошо, так даже лучше. Забираюсь к нему под одеяло и осторожно обнимаю со спины, прижавшись как можно плотнее. Чувствую как бешено бьется его сердце. Щекой касаюсь лопатки друга и тихо шепчу, как мантру, повторяя вновь и вновь: - Прости меня… малыш, прости. Мои веки тяжелеют, я начинаю проваливаться в сон. - Дай мне время, прошу. И только после этих слов Сэхун поворачивается ко мне, разрешая уткнутся носом в грудь, и обнимает в ответ. - Я… люблю тебя слишком сильно, что бы сказать нет. Его ответ дал мне надежду на новое завтра. Его ответ дал мне новый повод жить. Жаль, что понял это слишком поздно.